3.3. "Танкерная война": третий период вооруженной борьбы на море (апрель 1984 — август 1988 г.)

3.3.1. Первый этап (апрель 1984–1986 г.)

Весной и летом 1984 года боевые действия на сухопутном фронте приняли позиционный характер, а ожидаемая наблюдателями эскалация войны произошла в северной части Персидского залива, распространившись впоследствии и на его центральную часть. Активизация деятельности ВВС Ирака по нарушению морских перевозок Ирана стала ответом на иранскую стратегию войны на истощение, основным содержанием которой был подрыв экономической стабильности противника[196].

К этому времени военно-политическое руководство Ирака уже не раз, начиная с середины 1982 года, выражало готовность завершить войну путем достижения соглашения с противником. Однако Иран, опираясь на преимущества своей экономики, основу которой составляла нефтяная промышленность (в 1982–1983 гг. Иран получил 39 млрд. долларов за проданную нефть против 20 млрд. долларов у Ирака)[197], и большие людские ресурсы, был решительно настроен добиваться военной победы. Исчерпав возможности мирного урегулирования конфликта и будучи не в состоянии нанести поражение противнику на сухопутном фронте, Ирак сосредоточил усилия на нарушении нефтяных перевозок на иранских морских коммуникациях (95 процентов иностранной валюты Иран получал от экспорта нефти)[198], стремясь лишить Иран источника средств для продолжения войны и этим вынудить его пойти на мирные переговоры. Активизации вооруженной борьбы на море в ходе ирано-иракской войны способствовал также и тот факт что к 1984 году значение нефтяных коммуникаций через Ормузский пролив для стран Запада и Японии, заинтересованность которых в свободе судоходства в Персидском заливе оказывала сдерживающее влияние на Ирак и Иран, несколько снизилось. Большинство новых месторождений нефти, открытых и разработанных к этому времени, находилось за пределами Ближнего и Среднего Востока — в Мексике, Индонезии, Северном море и у побережья Аляски, — а доля стран Персидского залива в удовлетворении мировых потребностей в этом сырье упала до 15 процентов. В начале 1985 года в одном из западных военных изданий отмечалось: "Даже занимающие жесткую позицию иранские муллы понимают, что Западная Европа и Япония в настоящее время имеют альтернативы нефти Персидского залива"[199].

Весной 1984 года иракское командование расширило район боевого применения авиации до центральной части Персидского залива, одновременно увеличив количество вылетов самолетов для выполнения задач поиска и уничтожения морских целей. Удары по торговым судам Ирак осуществлял и ранее, ограничиваясь, однако, районом северной части Персидского залива, где атакам подвергались в основном суда, следовавшие в иранские порты Бендер-Хомейни и Бендер-Махшехр[200]. В 1984 году дополнительно к уже имевшемуся парку самолетов "Мираж" F.1 Ирак закупил еще около 30; способных применять противокорабельные ракеты "Экзосет". Этот шаг диктовался намерением Ирака расширить зону ведения боевых действий на море и резко повысить их напряженность: Самолеты "Мираж" F.1 имели больший боевой радиус и несли большую боёвую нагрузку, чем истребители-штурмовики ВМС "Супер Этандар". Во второй половине года Ирак вернул самолеты "Супер Этандар" Франции.

Началом "танкерной войны" многими исследователями принято считать 25 апреля 1984 года, когда иракской ракетой "Экзосет" АМ-39 был поражен саудовский супертанкер "Сафина-аль-Араб" дедвейтом 357 тыс. тонн. В результате попадания ракеты на судне возник пожар, в море было разлито до 10 тыс. тонн нефти, а ущерб составил около 20 млн. долларов. Удар был нанесен в 120 милях южнее острова Харк[201]. Однако незадолго до этого события минимум дважды, 27 марта и 22 апреля, иракская авиация использовала ракеты "Экзосет" против танкеров — греческого "Филикон I" дедвейтом 83 тыс. тонн и панамского "Ровер Стар" соответственно[202]. В первом случае боеголовка ракеты не сдетонировала, а во втором — судну взрывом были нанесены незначительные повреждения, что, вероятно, и обусловило отсутствие внимания к этим фактам.

В период с начала года до 3 июня было зафиксировано 14 пусков ракет "Экзосет" по 13 морским целям (по одной цели пущено две ракеты), но только в одном случае получившее повреждение судно затонуло — это панамский балкер "Фиделити" дедвейтом 28 тыс. тонн, атакованный самолетом "Супер Этандар" южнее Бушира 19 мая 1984 года. По пяти судам удары были нанесены на подходах к порту Бендер-Хомейни с использованием береговых противокорабельных комплексов, развернутых на платформах иракских рейдовых причалов Мина-эль-Бакир и Хор-эль-Амая в 20-ти милях от иранского судоходного канала Хор-Муса. Все пять судов не принадлежали Ирану — три из них несли либерийский по одному — греческий и кипрский. Остальные восемь пораженных Ираком целей, за исключением балкера "Фиделити", были атакованы в районе острова Харк или южнее его. Из них лишь один танкер "Тебриз" принадлежал Ирану[203]. Таким образом, из 13 атакованных ракетами "Экзосет" морских целей, включая танкеры в районе острова Харк и балкеры, осуществлявшие доставку грузов в порты Бендер-Хомейни и Бушир, 12 принадлежали не участвовавших войне странам. Боевая эффективность использования ракет "Экзосет" была низкой из-за конструктивных недостатков взрывателей в ряде случае не детонировавших при попадании в цель.

Развертывание "танкерной войны" в Персидском заливе со стороны Ирака, помимо желания, используя преимущества своей авиации, нарушить морские коммуникации противника, преследовало еще одну не менее важную цель — придать конфликту международный характер, вывести его за рамки "забытой войны" и привлечь международное сообщество к урегулированию спорных вопросов[204]. Расчет Ирака строился на том, что удары по незащищенным торговым судам, принадлежавшим, в основном, третьим странам, в объявленной зоне боевых действий и за ее пределами спровоцируют панику среди судовладельцев и экипажей, что приведет к их отказу от вывоза нефти и обслуживания иранских судоходных линий в северной части Персидского залива. Кроме того, эскалация военных действий на море неизбежно должна была привести к увеличению страховых и транспортных расходов и, следовательно, ухудшению конъюнктуры иранской нефти на мировом рынке. Действительно, в июле 1984 года лондонская компания Ллойда временно увеличила страховые взносы с судовладельцев с 3 до 7 процентов[205].

Столкнувшись с угрозой срыва своих нефтяных перевозок в результате прямого и косвенного воздействия от налетов иракской авиации, Иран был вынужден принять срочные политические, военные и иные меры для сохранения важнейшей статьи своего экспорта. Тегеран заявил, что будет придерживаться концепции "неделимости" безопасности Персидского залива, то есть действовать по принципу: "безопасность либо для всех, либо ни для кого"[206]. Превосходство ВВС Ирака в самолетах и растянутость морских коммуникаций в Персидском заливе, что не позволяло обеспечить надежное воздушное прикрытие и безопасность переходов всех танкеров под эскортом корабельных сил, обусловили характер ответных шагов Ирана, немедленно реализовавшего свои прежние угрозы применить решительные меры не против противника, чье судоходство в Персидском заливе было блокировано с началом войны, а против третьих стран, осуществлявших морские перевозки в интересах Ирака и оказывавших ему всестороннюю поддержку. Уже 13 мая 1984 года иранский самолет нанес удар по иностранному судну и, вероятно, не случайно им оказался кувейтский танкер "Умм-Касбах'' (86 тыс. тонн)[207]. В этот же день был атакован еще один кувейтский танкер, а 16 мая иранские самолеты нанесли удар по танкеру, принадлежавшему Саудовской Аравии, непосредственно в саудовских территориальных водах[208]. В условиях снижения спроса на нефть Персидского залива, арабские страны, несмотря на их безусловную поддержку Ирака в войне, были вынуждены, используя политические, экономические и иные рычаги воздействия, оказывать сдерживающее влияние на Ирак с целью ограничения масштабов его налетов и предупреждения безудержной эскалации войны в Заливе. Эти страны, кстати, несли потери не только в результате "ответных шагов" Ирана, но и непосредственно от иракской авиации, которой были атакованы 25 апреля уже упоминавшийся танкер "Сафина-аль-Араб" и 7 мая 1984 года саудовский танкер "Аль-Ахад" (118 тыс. тонн)[209].

Для привлечения покупателей нефти и частичной компенсации клиентам потерь от возросших страховых тарифов руководство Иранской национальной нефтяной компании (ИННК) снизило цены на нефть на три-четыре доллара за баррель[210]. Кроме того, капитанам судов за каждый рейс выплачивалось вознаграждение в 10 тыс. долларов, а на каждого члена экипажа по договоренности между судовладельцами и иранскими властями помимо фрахта полагалось по 5 тыс. долларов[211]. Совокупность предпринятых мер позволила Ирану продолжить добычу и экспорт нефти, снизив прямой и косвенный ущерб от иракских налетов на суда на иранских судоходных линиях. Статистические данные об экспорте нефти изданном в 1984 году в сравнении с 1983 годом (230 тыс. тонн в день против 278 тыс. тонн)[212] свидетельствуют отнюдь не о срыве иранских перевозок, чего добивался Ирак, а лишь о снижении их на 18 процентов, на которое также повлияла и общая неблагоприятная конъюнктура нефтяного рынка.

Всего в 1984 году нападениям подверглось 37 гражданских судов, из них 21 танкер, при этом ни один из танкеров потоплен не был. У военных аналитиков большой интерес вызвал тот факт, что точность использовавшихся в войне на море противокорабельных систем значительно превосходила их боевую эффективность. Пр. Дэвид Айсби, анализируя на страницах журнала "Джейнс дифенс уикли" результаты иракских налетов на торговые суда, отмечает, что к концу 1984 года было потоплено лишь четыре судна общим водоизмещением 48486 тонн пятью ракетами, из которых по меньшей мере две представляли собой "Экзосет" АМ-39. Серьезные конструктивные повреждения были нанесены 21 судну общим водоизмещением 927073 тонны, включая четыре супертанкера водоизмещением более 100000 тонн. При этом было использовано 24 ракеты и одна авиабомба, Одно судно было поражено ракетой П-15 и одно судно, стоявшая у причала плавказарма ВМС Ирана "Рафаэль" ракетой советского производства с самолета Ту-16. Последняя атака была проведена еще в начале войны. Легкие повреждения 15 судам общим водоизмещением 438139 тонн были нанесены в результате 18 попаданий, в том числе и неразорвавшимися ракетами "Экзосет". Многие из судов, которым были причинены серьезные конструктивные повреждения, несмотря на то, что они не были затоплены, не подлежали ремонту в связи с неэкономичностью его проведения[213].

Одна из причин низкой боевой эффективности применения ракетного оружия и авиационных бомб против крупнотоннажных танкеров заключалась в том, что заполненные отсеки за счет большой вязкости сырой нефти снижают пробивную способность применяемых боеприпасов. Кроме того, расположение переборок, отсеков и цистерн, разветвленные системы пожаротушения и другие конструктивные особенности танкеров специально ориентированы на высокую живучесть и пожаробезопасность судна. Большинство современных танкеров также оснащены системами подачи инертных газов в отсеки с нефтью или нефтепродуктами для вытеснения из них воздуха, при отсутствии которого резко снижается вероятность возгорания или взрыва, даже в результате прямого попадания бомбы или ракеты[214].

Повреждения от противокорабельных ракет были расположены в основном, под кормовой надстройкой, возвышающейся над палубой, и, следовательно, наиболее различимой для радиолокационных головок самонаведения. Исключение составляли случаи, когда пуск осуществлялся с носовых курсовых углов. Попадания в район ниже кормовой надстройки, где расположено машинное отделение, приводили, как правило, к пожарам и значительным жертвам среди экипажей[215].

С начала войны до августа 1985 года было атаковано уже 147 судов торгового флота (43 в первой половине 1985 года), принадлежавших более чем 20 странам мира. Большая часть ударов была проведена Ираком, поразившим 71 процент морских целей, против 29 процентов у Ирана[216]. Иранские самолеты F-4 наносили удары по целям в центральной части Персидского залива противокорабельными ракетами "Мейверик" AGM-65E[217]. До 1986 года корабли ВМС Ирана не привлекались для нарушения международных морских коммуникаций в Персидском заливе.

В начале 1985 года, как и в предыдущем году, иранское командование в соответствии с принятой военно-политическим руководством: страны концепцией "генерального наступления" вновь подготовило и провело на южном участке фронта крупную наступательную операцию, имевшую условное наименование "Бадр". Столкнувшись с хорошо подготовленной обороной противника, иранские войска в итоге были вынуждены отойти на исходные позиции. Военные действия на сухопутном фронте вновь приняли позиционный характер, что стимулировало Иран и Ирак к продолжению усилий по достижению пёревеса над противником в рамках войны на истощение. Иракская авиация возобновила нанесение ракетно-бомбовых ударов по экономическим объектам и административным центрам Ирана, который со своей стороны, использовал артиллерию для обстрелов приграничных иракских городов и оперативно-тактические ракеты для нанесения ударов по Багдаду.

В Персидском заливе, где развернутая Ираком ожесточенная борьба на морских коммуникациях не привела к нарушению иранских нефтяных перевозок, с августа 1985 года обозначился новый подход иракского командования к задаче лишения Ирана доходов от экспорта нефти. Основные усилия были перенесены на выведение из строя шельфовых нефтепромыслов и нефтеэкспортных терминалов, в первую очередь крупнейшего нефтяного порта на острове Харк. Непосредственную оборону острова, который по оценке страховых компаний не мог быть разрушен, так как был надежно защищен, обеспечивали артиллерийские батареи ПВО, зенитно-ракетные комплексы "Хок", находившиеся на позициях корабли ВМС и самолеты F-14 с авиабазы Шираз[218].

Первый массированный авианалет на остров был проведен 15 августа. При этом иракские самолеты проводили бомбометание с низких высот, что не было характерным для них как в предыдущий период, так и в последующем. Наибольший ущерб был нанесен восточной части острова, где расположен Т-образный нефтяной причал и военно-морская база. Осенью налеты на остров Харк, в том числе с целью помешать ходу восстановительных работ, также удары по другим нефтеэкспортным портам, нефтепромыслам и танкерам были продолжены. Что касается острова Харк, то, несмотря на авианалеты, основная часть его терминалов продолжала отгрузку нефти и обслуживание танкеров дедвейтом до 500 тыс. тонн[219].

В отражении иракских нападений на объекты экономической инфраструктуры на море принимали участие входившие в систему ПВО северной части Персидского залива силы и средства, развернутые еще в начале второго периода войны на море и располагавшиеся на побережье, островах и искусственных сооружениях нефтедобычи, а также корабли ВМС, осуществлявшие патрулирование и развернутые на рубежах ПВО в районах наиболее важных портов и на маршрутах судоходства. Иранская авиация не могла организовать сколько-нибудь серьезное противодействие иракским налетам, прежде всего в связи с увеличившимся превосходством ВВС Ирака, в составе которых в 1985 году числилось уже до 500 боевых самолетов против 80 боеготовых самолетов у Ирана[220].

Иранское командование, не имея достаточных сил и средств, в первую очередь авиационной техники, для того чтобы воспрепятствовать деятельности иракской авиации по уничтожению экономических объектов и нарушению морских коммуникаций, активизировало деятельность своих военно-морских сил против международного судоходства. При этом основные усилия были направлены против' интересов тех арабских стран, от политической, финансовой и иной поддержки которых в значительной степени зависела экономическая устойчивость Ирака.

В середине 1985 года новым командующим ВМС Ирана был назначен капитан I ранга Мухаммед Хусейн Малекзадеган. В это же время, учитывая возросшее значение для Ирана Ормузского пролива, было создано командование "море-берег" для согласования усилий разнородных сил по борьбе на морских коммуникациях в проливной зоне[221]. Одним из первых шагов нового командующего BMC стала организация осенью 1985 года досмотров судов в Ормузском проливе с целью изъятия предназначавшихся Ираку грузов, перевозившихся иностранными судами в порты Кувейта и других арабских Залива для последующей доставки адресату наземным транспортом[222]. Малекзадеган в интервью тегеранской газете "Джомхури-йе-ислами" предупредил международные судоходные компании, что каждое судно, заподозренное в перевозке грузов Ираку, будет подвергаться досмотру, а территориальные воды стран Залива не будут гарантировать свободный проход судов, которые "воспользовавшись безопасностью этих вод, попробовали бы доставить свой груз противнику"[223]. Иранские корабли останавливали подозреваемое судно и производили проверку судовых документов и накладных на груз. После этого, при наличии доказательств принадлежности груза Ираку, судно сопровождалось в иранские территориальные воды для досмотра и уточнения характера груза, а при необходимости его изъятия — отводилось в порт Бендер-Аббас для разгрузки.

Для задержания иностранных судов иранские корабли не останавливались перед угрозой применения оружия, в том числе и в территориальных водах Омана, в пределах которых располагалась система разделения движения судов, пользовавшихся правом транзитного прохода через Ормузский пролив[224]. Так, кувейтское судно "Аль-Ваттия" было остановлено в оманских территориальных водах и отконвоировано в порт Бендер-Аббас, где груз был конфискован[225].

Другим направлением усиления давления на Ирак и поддерживавшие его в войне страны региона стала активизация деятельности BMC Ирана по дезорганизации международного судоходства в восточной части Персидского залива вне объявленных зон военных действий. С конца 1985 года, в дополнение к самолетам ВВС, наносившим удары по судам торгового флота в центральной части Персидского залива, были привлечены вертолеты сил "воздух-море" иранских ВМС, для передового базирования которых был избран остров Абу-Муса, расположенный на маршруте интенсивного международного судоходства юго-западнее Ормузского пролива[226].

Для опознавания и выбора цели командование иранских ВМС использовало сложившуюся систему контроля за судоходством в операционной зоне 1-го военно-морского района. Обнаружение и проводка цели начиналась в Оманском заливе, где разведку методом воздушного патрулирования вели иранские самолеты базовой патрульной авиации Р-3F "Орион" и самолеты С-130 ВВС[227]. В Ормузском проливе контроль за целью передавался кораблям патрульной службы, при необходимости производившим запрос по радио о национальной принадлежности, маршруте следования и характере груза судна. При выходе цели из Ормузского пролива она сопровождалась техническими средствами радиолокационного поста на острове Абу-Муса, осуществлявшего также выдачу данных об элементах движения и местонахождении цели носителям средств поражения, в качестве которых использовались вертолеты АВ-212 сил "воздух-море", вооруженные ракетами "Мейверик" AGM-65Е. Пуски ракет производились в непосредственной близости от территориальных вод ОАЭ, а иногда и в их пределах.

Дальнейшей эскалации военных действий на море способствовало и очередное иранское генеральное наступление "Валафаджр-8", проведенное на южном участке фронта и приморском фланге сухопутных войск. В ночь с 9 на 10 февраля 1986 года группировка иранских войск численностью более 100 тыс. человек, сосредоточенная вдоль реки Шатт-эль-Араб, на заранее подготовленных десантно-переправочных средствах в нескольких местах форсировала реку и захватила плацдарм на ее западном берегу. Действиям иранских войск в районе южнее Хорремшехра сопутствовал успех. Закрепившись на захваченном плацдарме юго-восточнее иракского города Фао и получив переброшенные морем артиллерию и танки, они утром 11 февраля продолжили наступление и во взаимодействии с выброшенным западнее Фао воздушным десантом захватили этот город. Далее наступление развивалось в западном и северо-западном направлениях и преследовало цель захватить военно-морскую базу Умм-Каср и полностью отрезать Ирак от Персидского залива[228].

С выходом к ирако-кувейтской границе иранское командование планировало перерезать транспортные артерии, связывавшие Ирак сухопутным путем с портами арабских стран в Персидском заливе, полностью разгромить BMC Ирака, запертые в военно-морской базе Умм-Каср и затруднить деятельность иракской авиации в Персидском заливе, лишив ее возможности беспрепятственного пролета в районы выполнения боевых задач через пролив Хор-Абдалах.

Однако продвижение иранских войск было остановлено на рубежё 8–10 км севернее и северо-западнее города Фао. Упорные бои, одолжавшиеся до конца месяца, не изменили сложившегося положёния. Иракские войска прекратили попытки вернуть город Фао и освободить захваченную Ираном часть одноименного полуострова. Обе стороны были вынуждены перейти к обороне[229].

Несмотря на то, что иранские войска не сумели развить наступление на Умм-Каср и выйти к границам Кувейта, чем могли коренным образом изменить ситуацию в Персидском заливе, захват полуострова Фао резко ухудшил положение иракских ВМС, еще более затруднив их выход в море через пролив Хор-Абдаллах, блокированный теперь уже не только иранскими кораблями, но и размещенной на его восточном берегу полевой артиллерией[230].

Из района мыса Рас-эль-Биша — юго-восточной оконечности полуострова Фао — дальнобойная артиллерия КСИР получила возможность вести огонь по иракским рейдовым причалам Хор-эль-Амая и Мина-эль-Бакир, а из района северо-западных позиций сухопутных войск — по портовым сооружениям и военно-морской базе Умм-Каср[231].

В целях полного пресечения попыток нарушения иранских морских перевозок на линии остров Харк — порт Бендер-Хомейни катерами BMC Ирака, действовавшими с передовых пунктов базирования на рейдовых причалах, BMC Ирана летом и осенью 1986 года предприняли несколько попыток их захвата и вывода из строя. В начале сентября в ходе одной из попыток, в которой приняли участие ракетные катера, катера на воздушной подушке и традиционные для Персидского залива суда малого водоизмещения доу с подразделениями морской пехоты на борту, иранцы овладели рейдовым причалом Хор-эль-Амая. Через несколько дней катера BMC Ирака при поддержке авиации сумели высадить на платформу рейдового причала десант и отбить ее у противника[232]. До конца войны рейдовые причалы, несмотря на продолжавшиеся попытки овладеть ими со стороны Корпуса стражей исламской революции Ирана, оставались у Ирака и играли важную роль не только в нарушении морских перевозок в порт Бендер-Хомейни, но и сковывали деятельность иранских сил на захваченном полуострове Фао, затрудняя снабжение войск морем.

В 1986 году, наряду с активизацией военных действий на приморском фланге сухопутных войск и в районе иракского побережья, получила дальнейшее развитие проявившаяся в 1985 году тенденция к расширению зоны борьбы на морских коммуникация результате увеличения радиуса действия иракской авиации Иран был вынужден перенести операции по загрузке нефтью иностранных танкеров в восточную часть Персидского залива (терминалы островов Лаван и Сирри) и далее в район острова Ларек в Ормузском проливе. У острова Ларек был создан уникальный плавучий нефтяной терминал, где в качестве нефтехранилищ использовались супертанкеры. Нефть к терминалу доставлялась иранскими и зафрахтованными у иностранных судоходных компаний танкерами, которые совершали челночные рейсы к острову Харк и морскому месторождению "Бехреган" в северной части Персидского залива[233].

Перенос основных операций по отгрузке нефти на иностранные танкеры в восточную часть Персидского залива и район Ормузского пролива не смог гарантировать иранцам, как ожидалось безопасность от иракских налетов. 12 августа 1986 года иракские самолеты "Мираж" F.1 атаковали нефтяной терминал на острове Сирри, доказав на практике, что в Персидском заливе нет целей вне радиуса действия ВВС Ирака. Для заправки в воздухе Ирак, ранее не имевший самолетов-заправщиков, переоборудовал транспортные самолеты Ан-12 советского производства[234]. Осенью 1986 года радиус действия иракских самолетов был расширен и до Ормузского пролива. 25 ноября, совершив 2500 километровый рейд, иракские "Миражи" подожгли бомбами с лазерной системой наведения два танкера у терминала острова Ларек[235].

Для защиты от налетов на иранских танкерах, совершавших челночные рейсы в Персидском заливе, были установлены зенитные установки. Переходы танкеров планировались на темное время суток и прибрежным маршрутом, как правило, одиночными танкерами, без сопровождения кораблями иранских ВМС. Ремонт и ввод в строй подвергшихся ударам судов был хорошо организован и производился всего за несколько недель. Тем не менее, количество находившихся в строю иранских танкеров челночной службы к концу 1986 года уменьшилось с 11 до пяти[236].

Военно-морские силы Ирана в 1986 году продолжили практику досмотров судов в Ормузском проливе. Только за два месяца в начале года они задержали и досмотрели около 600 иностранных судов, а груз 11 из них, предназначавшийся Ираку, был конфискован[237].

В конце 1986 года иранские корабли перешли от угроз применения оружия к фактическому его использованию против невооруженных торговых судов. Удары в темное время суток наносили главным образом фрегаты типа "Саам" у побережья ОАЭ и Омана в Ормузском проливе. Для доразведки цели, проводка которой начиналась еще в Оманском заливе силами и средствами, привлекаемыми для контроля за судоходством в зоне 1-го военно-морского района, с корабля по радио уточнялись национальная принадлежность судна, характер груза и порт назначения. После этого следовало применениё корабельной артиллерии или пуск противокорабельный ракеты "Си Киллер" по судну[238]. 17 октября в пяти милях от оманского брега ракетой "Си Киллер" был поражен следовавший в Кувейт гонконгский танкер "Файв Брукс". В ноябре та же участь постигла судно."Огест Стар" и цементовоз "Шаам"[239]. Результаты ударов уточнялись прослушиванием переговоров на международных каналах связи с портовыми службами ОАЭ, направлявшими буксиры и вертолеты для оказания помощи атакованным в районе побережья страны судам.

Привлечение BMC Ирана к нарушению международных морских коммуникаций незамедлило сказаться на соотношении поражаемых воюющими сторонами морских целей. Если в 1985 году это соотношение составляло 2:1 в пользу Ирака, то в 1986 году уже только 3:2 (88.ударов по танкерам у Ирака против 45 у Ирана)[240]. Всего в течение года сообщалось о 123 атаках "крупных морских целей" иракской авиацией и 90 авианалетах на остров Харк[241].

Итоги и особенности. Основным содержанием первого этапа третьего периода вооруженной борьбы на море стало развертывание ожесточенной борьбы на морских коммуникациях в Персидском заливе, получившей в зарубежной и отечественной историографии название "танкерная война", которая с иракской стороны была ответом на выдвинутую Ираном стратегию войны на истощение (Приложение 8). Ирак, опираясь на превосходство своей авиации, начиная с весны 1984 года, предпринял попытку нарушить морские перевозки противника в Персидском заливе и перекрыть экспорт иранской нефти, 95 процентов которого осуществлялось морским путем через Ормузский пролив[242]. Не в состоянии решить эту задачу в связи с предпринятыми Ираном ответными действиями по защите своих морских перевозок как оборонительного, так и: наступательного характера, иракское командование с августа 1985 года активизировало нанесение ударов по иранским нефтедобывающим, нефтеэкспортным и нефтеперерабатывающим объектам, несмотря на то, что, в отличие от ударов по судам торгового флота, в ходе авианалетов на прикрытые наземными силами и средствами противовоздушной обороны объекты авиация несла значительно большие потери в самолетах.

Для сохранения нефтяного сектора экономики Иран перёвел основные операции по загрузке нефтью иностранных танкеров из северной части Персидского залива в удаленный от иракских авиабаз район Ормузского пролива, где был создан новый мощный нефтеэкспортный терминал. BMC Ирана с конца 1985 года выступили в борьбе на коммуникациях в Персидском заливе в качестве нападающей стороны, что еще более сузило роль и задачи иракской авиации в вооруженной борьбе на море, сведя их до нанесения эпизодических ударов по иностранным судам, ведения воздушной разведки и действий по вызову для прикрытия наиболее важных морских и береговых объектов.

Главной особенностью развернувшейся в Персидском заливе борьбы на коммуникациях между Ираном и Ираком стала ее направленность в основном против судов и танкеров не принадлежавшим этим странам, но осуществлявшим морские перевозки в их интересах. При этом все грузы, шедшие в Ирак через порты формально не участвовавших в войне арабских стран, доставлялись в Персидский залив иностранными судами. Нефть в счет иракской квоты в ОПЕК также продолжала вывозиться через Ормузский пролив на танкерах зарубежных судоходных компаний. Все это неизбежно вело к интернационализации конфликта, в чем, однако, Ирак был по известным причинам объективно заинтересован. Иран же в сложившейся ситуации был вынужден выступить против международного судоходства.

Военно-морские силы Ирана для нарушения морских перёвозок, осуществлявшихся иностранными судами в порты арабских стран Залива, с 1985 года начали проведение досмотров всех заподозренных в перевозке иракских грузов судов в Ормузском проливе и нанесение ракетных ударов по ним вертолетами АВ-212 сил "воздух-море", использовавшими в качестве передового пункта базирования остров Абу-Мyca в восточной части Персидского залива. Для координации действий разнородных сил в борьбе на морских коммуникациях в этом же году было создано командование "море-берег". В 1986 году к дезорганизации международного судоходства были привлечены корабельные силы 1-го военно-морского района, в первую очередь фрегаты типа "Саам", действовавшие одиночно методом "свободной охоты" и наносившие ракетно-артиллерийские удары по судам в Ормузском проливе и восточной части Персидского залива.

В северной части Персидского залива ВМС Ирана продолжали осуществлять защиту своих морских коммуникаций и блокадные действия у побережья Ирака. С февраля 1986 года корабли, суда обеспечения и вертолеты ВМС были привлечены к переброске боевой техники и вооружений на захваченный в результате операции "Вальфаджр-8" иракский полуостров Фао. Для улучшения условий снабжения войск морем и пресечения попыток проведения набеговых операций противником в районе залива Хор-Муса легкие силы иранских ВМС провели высадку нескольких морских десантов тактического масштаба по захвату иракского рейдового причала Хор-аль-Амая.

С февраля 1986 года, после захвата иранцами полуострова Фао, положение ВМС Ирака в военно-морской базе Умм-Каср еще более. ухудшилось. Однако иракцам удалось сохранить контроль над своими рейдовыми причалами на выходе из пролива Хор-Абдаллах и, опираясь на них как на передовые пункты базирования ракетных катеров, продолжать создавать угрозу судоходной линии в иранский порт Бендер-Хомейни и морским путям снабжения сухопутных войск Ирана на полуострове Фао.

3.3.2. Второй этап (1987 — август 1988 г.)

В советских источниках и особенно периодической печати резкое обострение обстановки и эскалация вооруженной борьбы на море в 1987–1988 годах однозначно объяснялись возросшим вмешательством стран Запада в дела региона и небывалой концентрацией их военно-морских сил в зоне Персидского залива. Действительно, если рассматривать эти события через призму "танкерной войны", то с 22 июля 1986 года по 14 июля 1987 года, то есть в течение года до начала проводки кораблями ВМС США кувейтских танкеров, согласно данным Центра оборонных исследований США, в Персидском заливе было атаковано 117 судов торгового флота, а с 22 июля 1987 года до 14 июля 1988 года — уже 187 судов[243]. Однако удары по судам наносили отнюдь не корабли и самолеты третьих не участвовавших в конфликте стран, а авиация и военно-морские силы Ирана и Ирака. Именно в интересах главных участников ирано-иракской войны и направленности деятельности их сил в Пёрсидском заливе следует искать причины эскалации вооруженной борьбы на море в этот период. Привлечение же эскортных и минно-тральных сил стран НАТО к защите международных морских коммуникаций, а также направление в Залив кораблей 8-й оперативной эскадры ВМФ СССР для сопровождения советских судов стало ответом на уже возросшую к тому времени опасность мореплавания в этом районе, ставшую результатом активизации вооруженной борьбы на море между Ираном и Ираком.

Если в ходе первого этапа третьего периода вооруженной борьбы на море инициатива развертывания борьбы на морских коммуникациях за срыв иранского нефтяного экспорта и деятельности по уничтожению его экономических объектов принадлежала иракской стороне, то с начала 1987 года намерения и практические шаги Ирана по защите своих интересов в Персидском заливе, в первую очередь всего того, что касалось нефтяного сектора экономики страны, приняли более решительный, и, главное, наступательный характер. В 1986 году иранское командование расширило использование своих военно-морских сил в качестве нападающей стороны в борьбе за срыв морских перевозок в Кувейт в интересах Ирака. А в завершающий период войны в эту борьбу включились и военно-морские силы Корпуса стражей исламской революции (ВМС КСИР), организационно оформленные весной 1987 года[244].

Морское крыло корпуса, или ВМС КСИР, во многом повторило организацию регулярных иранских ВМС. Штаб ВМС КСИР был размещен в Тегеране, а в зоне Персидского и Оманского заливов были сформированы командования двух военно-морских районов — 1-го со штабом в Бендер-Аббасе и 2-го со штабом в Бушире. Операционные зоны подчиненных командованиям сил совпадали с аналогичными зонами ВМС Ирана. Для решения боевых задач на море морское крыло корпуса было укомплектовано быстроходными катерами малого водоизмещения (около 100 единиц)[245], сведенными в бригады с местами постоянного базирования в Бендер-Аббасе и Бушиpe. В качестве передовых пунктов базирования катеров были определены острова Абу-Муса, Томбе-Бозорг и Сирри в зоне 1-го военно-морского района, остров Фарси и захваченный у Ирака полуостров Фао в зоне 2-го военно-морского района, а также разбросанные на всем протяжении Персидского залива иранские искусственные сооружения нефтедобычи.

Катера ВМС КСИР вооружались стрелковым и тяжелым пехотным оружием не только стационарного типа, но и носимым, главным образом, противотанковым, и, как показал опыт его боевого применения в последующий период, вполне пригодным для использования в специфических условиях войны в Персидском заливе. На катерах нашли применение специально изготовленные для этих отдельные направляющие реактивных систем залпового огня типа БМ-13 (иранское название — "Миникатюша"), 106-мм безоткатнве орудия, противотанковые гранатометы РПГ-7 и часть из 2008 американских противотанковых управляемых ракет (ПТУР) "ТОУ", переданных Тегерану скандально известным подполковником морской пехоты США Оливером Нортом[246], а также современные американские носимые зенитно-ракетные комплексы "Стингер", поступавшие в Иран через афганскую оппозицию[247].

Уже в мае 1987 года катера КСИР были использованы для нарушения морских перевозок в операционных зонах как 1-го, так и 2-го военно-морских районов — южнее и юго-восточнее острова Абу-Муса; и западнее и северо-западнее острова Фарси соответственно. Катера действовали, как правило, в темное время суток, что обеспечивало им скрытность и внезапность нападений, так как своевременно обнаружить столь малые быстроходные цели с помощью радиолокационных станций достаточно сложно. Одной из их первых жертв стал советский сухогруз "Иван Коротеев", атакованный в северной части Персидского залива 6 мая.

В марте 1987 года командование КСИР Ирана в целях усиления контроля над стратегически важным Ормузским проливом, в северную часть которого с 1986 года были перемещены также ocновныe нефтезкспортные операции страны, развернуло на островах Кешм, Хенгам, Хормоз и северо-восточном побережье пролива противокорабельные ракетные комплексы "Силкуорм" китайского производства[248] — всего 12 пусковых установок с боекомплектом 40 ракет. Аналогичные комплексы были размещены на полуострове Фао для поражения морских целей в северной части Персидского залива и береговых объектов в Кувейте.

Боевые расчеты ракетных комплексов были сведены в два дивизиона, получившие названия "Сулейман 26" и "Асиф Фао 36", организационно включенные в 1-й военно-морской район ВМС КСИР. 3атем была сформирована еще одна береговая ракетная часть, развернутая на позициях в районе Бендер-Сирик в Ормузском проливе. После того, как мировая общественность оказала давление на Китай в целях прекращения поставок ракет, Иран закупил более 100 противокорабельных ракет в Корее. Были оборудованы новые позиции на островах Ларек и Абу-Муса, включавшие пусковые установки, радиолокационные станции, бетонированные укрытия и склады[249].

Развертывание ракет вызвало крайне негативную реакцию не только региональных кругов, но и стран Запада, увидевших в этом попытку Ирана поставить под свой полный контроль судоходство через международный пролив и изменить баланс сил в зоне Персидского залива в свою пользу. Осенью 1987 года ракеты были использованы против торговых судов и береговых объектов. 3 сентября запущенная с полуострова Фао ракета "Силкуорм" упала в двух милях от одного из кувейтских нефтяных комплексов. Через два дня двумя ракетами был нанесен удар по другим кувейтским объектам: порту Мина-Абдаллах и острову Файлака. 15 октября американский танкер под либерийским флагом был поражен иранской ракетой в порту Эш-Шуайба, а 16 октября кувейтский танкер "Си Айсл Сити" под американским флагом загорелся после попадания ракеты в 7 милях от порта Мина-эль-Ахмади[250]. Так называемый "ракетный кризис" ускорил принятие решения об усилении военно-морского присутствия иностранных государств в регионе и во многом обусловил избыточный, неадекватный задаче защиты международного судоходства, характер наращивания группировки ВМС США в Заливе.

С весны 1987 года берет начало и расширение рамок минной войны, инициатором которой в этот период стал Иран, использовавший для проведения минных постановок как регулярные ВМС, так и только что созданные ВМС КСИР. Ранее лидером в применении этого вида морского оружия, ограниченном районом объявленной зоной ведения боевых действий, был Ирак. В северной части Персидского залива вертолеты ВВС Ирака привлекались для создания наступательных минных заграждений в проливе Хор-Муса и в районе иранского нефтяного месторождения "Ноуруз", а иракские катера в оборонительных целях осуществляли минных постановки юго-восточнее рейдовых причалов Мина-эль-Бакир и Xop-эль-Амая[251]. Угроза судоходству со стороны скрытно выставленных Ираном минных заграждений весной и летом 1987 года стала причиной направления в Залив группировок иностранных минно-тральных сил, ранее не привлекавшихся в подобных масштабах в состав действовавших в регионе военно-морских сил.

Таким образом, в начале второго этапа третьего периода Вооруженной борьбы в Персидском заливе сложилась принципиально ситуация, характер которой определялся не только и не сколько активизацией традиционно привлекавшихся для решения боевых задач на море сил — иракской авиации и ВМС Ирана, — а появлением новых субъектов военных действий, включавшихся в борьбу на международных морских коммуникациях с прямо противоположными целями. Это — развернутые в Заливе ВМС США и ряда других стран НАТО и, созданные весной 1987 года, военно-морские силы КСИР Ирана.

Особенности развертывания, виды деятельности и характер противоборства группировки ВМС США и стран НАТО с иранскими силами будут подробно рассмотрены в четвертой главе данной работы.

Усиление присутствия ВМС неприбрежных государств в северо-западной части Индийского океана, вызванное необходимостью защиты международного судоходства от иранских атак, ни декларативно, ни практически не было направлено против Ирака и его авиации и не ограничивало ее деятельность. Напротив, объективно интересы такого присутствия и интересы Ирака по защите коммуникаций в Персидском заливе против общего противника — Ирана — совпадали. Угроза судоходству со стороны ВМС КСИР поставила перед авиацией Ирака, как впоследствии и перед командованием ВМС США в Заливе, задачу оказания противодействия нападениям катеров на торговые суда. В разряд приоритетных целей для самолетов ВВС Ирака были включены пункты передового базирования иранских катеров на островах и морских объектах нефтедобычи. В середине июля иракская авиация а течение трех дней наносила бомбовые удары по местам базирования ВMC KCMP Ирана в Персидском заливе.

Наиболее частым налетам подвергался остров Фарси (27° 59′ с.ш., 50° 10′ в.д.), действуя с которого иранские катера атаковали суда на имеющей важное значение для Ирака судоходной линии в кувейтские порты. Для проведения налетов на небольшой островок диаметром несколько сот метров и высотой всего 4 метра[252] выделялось одновременно до четырех самолетов.

Массирование сил и средств становится в этот период одной из характерных черт использования иракской авиации в Персидском заливе. Так, в рейде на крупнейший иранский нефтехимический комплекс в порту Бендер-Хомейни 22 августа 1987 года участвовало 40 истребителей-бомбардировщиков, при этом все самолеты вернулись на базы. Менее чем через сутки повторный налет совершили 36 самолетов. Наряду с продолжением ударов по объектам нефтяной промышленности в северной части Персидского залива, которые, помимо комплекса в Бендер-Хомейни, включали нефтехимический комбинат в Бушире, остров Харк и соединенный с ним нефтепроводом нефтеперерабатывающий завод в Генаве, иракская авиация совершала регулярные рейды в удаленные от баз районы восточной части Залива и Ормузского пролива.

Не менее четырех раз подвергался ударам нефтеэкспортный терминал у острова Ларек. В начале декабря 1987 года, отвергнув иранские обвинения в использовании помощи и технических средств арабских стран Залива для обеспечения таких дальних рейдов, командующий ВВС Ирака маршал Х. Шаабан отметил, что иракские самолеты способны самостоятельно достичь любой цели на всем протяжении Персидского залива, а в июле того же года заявил: "Иракская авиация будет продолжать разрушать экономику иранского режима, пока он не подчинится воле добра и мира"[253].

Для участия в рейдах привлекались многоцелевые истребители "Мираж" F.1, взлетавшие с минимальным запасом топлива и максимальной бомбовой нагрузкой. В ходе выполнения задачи они дважды дозаправлялись в воздухе. Наиболее успешными были два последних налета на суда терминала острова Ларек. 22 декабря 1987 года, используя авиабомбы с лазерной системой наведения, иракские самолеты поразили крупнейший в мире танкер "Сивайз Джайант" (водоизмещением 564739 тонн) и танкер "Уорлд Петробраз" (411508 тонн) под либерийскими флагами. Одновременно были нанесены повреждения британским танкерам "Бурмен Энтерпрайз" и "Бритиш Респект". Возникшие в результате попадания авиабомб пожары, однако, были быстро ликвидированы, лишь пожар в надстройкё танкера "Уорлд Петробраз" принял серьезный характер, но уже через девять часов нефть с танкера была откачана на другие суда[254].

Следующий авианалет на нефтяной терминал в Ормузском заливе был проведен 14 мая 1988 года. Повреждения вновь были нанесены либерийскому супертанкеру "Сивайз Джайант" — на этот раз серьезные, после которых было решено танкер не восстанавливать, а сдать на слом. В результате взрыва на испанском танкере "Барселона" погибло 17 человек. Пострадали также британский танкер "Бурман Эндавур", кипрский "Аргоси" и иранский "Харк"[255].

Рёзультаты иракских налетов вновь подтвердили невысокую эффективность боевого применения авиационного противокорабельного оружия против крупнотоннажных целей. Разрушения от взрывов ракет, снарядов и бомб на судах водоизмещением несколько сот тысяч тонн, обладающих большим запасом плавучести и остойчивости, как правило, не приводили к гибельным последствиям. Наибольшую опасность представляли возникающие в результате применения оружия пожары, неконтролируемое распространение которых могло привести к потере судна. В целях оказания помощи судовым расчетам по борьбе за живучесть, руководство иранской судоходной компании привлекло ряд зафрахтованных судов-спасателей, которые включались в состав конвоев и постоянно находились в районах, подвергавшихся налетам.

Осенью 1987 года иракская авиация предприняла попытку уничтожить суда-спасатели, обеспечивавшие челночные рейсы танкеров районе острова Харк. 13 ноября иракской ракетой было поражено спасательное судно "Сальваторе", которое в момент нападения занималось тушением пожара на супертанкере "Фортуна шип Л". А через несколько дней удар ракетой "Экзосет" был нанесен по другому спасательному судну "Салвива"[256].

Однако наиболее частым ударам подвергались все же престижные "крупные морские цели" — иранские и зафрахтованные у иностранных судоходных компаний танкеры, участвовавшие в челночных операциях по транспортировке нефти из северной в восточную часть Персидского залива. В июле 1988 года руководство ИННК было вынуждено принять решение об увеличении танкерного флота в связи с выводом из строя иракскими самолетами шести танкеров челночной службы. Всего в этот период в ее распоряжении находились 34 танкера, использовавшихся для перевозки нефти, 6 танкеров, составлявших терминал у острова Ларек.

Многие танкеры были атакованы несколько раз, но ремонтировались и вновь возвращались в строй. Иранский танкер "Дена" выдержал шесть ударов, кипрский "Поликон" — пять, иранский "Тебриз" — четыре. Трижды повреждались танкеры: либерийский "Медуза", кипрский "Сьюпиер", южнокорейский "Ройал Коломбо" мальтийский "Фри энтерпрайз" и иранский "Ширван"[257].

Иранские атаки, особенно катерами КСИР, были еще менее результативными и разрушительными. Либерийский танкер "Пекони" дедвейтом 273 тыс. тонн 9 июля 1987 года в балластном рейсе получил повреждения от попадания 18 реактивных противотанковых гранат, но остался на плаву[258]. Есть, однако, и обратные примеры. В декабре того же года иранские катера в Оманском заливе атаковали и подожгли зарегистрированный в Сингапуре танкер "Норман Атлантик" водоизмещением 85129 тонн. Команда покинула судно, а спасательные буксиры не смогли приблизиться к полностью загруженному кувейтской нефтью танкеру, так как вокруг него горела разлившаяся нефть. Танкер был уничтожен полностью и затонул[259]. Всего с начала "танкерной войны" в 1984 году в результате иранских ударов было потоплено, согласно данным страховых компаний, всего два судна, не считая "Норман Атлантик"[260]. Еще одно судно было уничтожено иранцами в середине декабря 1987 года. Иранский фрегат в Ормузском проливе нанес удар противокорабельный ракетой "Си Киллер" греческому танкеру "Ариадна", шедшему с грузом нефти из саудовского порта Рас-Таннура. Танкер получил пробоину диаметром почти 30 метров, после чего на борту произошел взрыв, от которого судно практически разломилось пополам[261].

Несмотря на отдельные примеры тотального исхода и безвозвратной потери судов после нападений иранских катеров, основной их задачей было не столько уничтожить объект удара, сколько создать такие условия на международных судоходных линиях в зоне Залива, которые заставили бы судовладельцев и экипажи судов отказаться от их обслуживания. В этом они, несомненно, добились определенного успеха. В порту Хаур-эль-Факкан (OAЭ) у входа в Персидский залив в 1988 году образовалось уникальное кладбище судов, брошенных своими командами. Под влиянием сообщений в отсутствии гарантий безопасности на морских коммуникациях, моряки отказывались заходить в Залив и сбегали на берег[262]. Этот процесс затронул и каботажное судоходство. Так, 2 сентября 1987 года команда кувейтского судна "Джебель Али", атакованного днем ранее иранским катером, отказалась продолжать рейс и потребовала списания на берег.

Для уменьшения потерь при обстрелах на судах перед заходом в Персидский залив экипажи обкладывали мешками с песком ходовой мостик, радиорубку и жилые отсеки, а личный состав надевал спасательные жилеты[263]. Учитывая неподготовленность гражданских экипажей к устранению последствий ударов и борьбе за живучесть, британская фирма "Дифенс Энэлистс" предложила за соответствующее вознаграждение обеспечивать суда группами специалистов по ликвидации пожаров и повреждений с тем, чтобы при нападениях свести урон к минимуму[264].

Всего во время ирано-иракской войны, по данным страховой компании Ллойда, совпадающим с данными пароходств стран Персидского залива, было атаковано и повреждено 546 крупных судов торгового флота. Более двух третей из них составляли танкеры, при этом только каждый третий из них получил значительные повреждения, из-за которых был сдан на слом или затонул. По тем же данным, в результате военных действий на море погибло 420 гражданских моряков, в том числе 94 человека в 1988 году[265].

Итоги и особенности. В развернувшейся с весны 1984 года ожесточенной борьбе на морских коммуникациях в Персидском заливе, распространившейся впоследствии на Ормузский пролив и западную часть Оманского залива, не было явных победителей, хотя инициатива в ее ведении к концу войны перешла к Ирану. В отличие от Ирака, продолжавшего использовать для нарушения иранских морских перевозок главным образом авиацию, Иран, как для защиты собственного судоходства, так и для дезорганизации и нарушения международных морских перевозок, осуществлявшихся в интересах противника, опирался в основном на силы флота Персидского и Оманского заливов и организационно оформленные в начале 1987 года ВМС КСИР. Появление новых участников борьбы на морских коммуникациях — ВМС КСИР и развернутых в Заливе группировок ВМС неприбрежных стран, — стало главной особенностью второго этапа третьего периода вооруженной борьбы на море, оказавшей существенное влияние на характер и напряженность военных действий в Персидском заливе.

ВМС КСИР, оснащенные катерами малого водоизмещения, в основном типа "Богаммер" шведского производства, выступили в борьбе на коммуникациях в качестве нападающей стороны, используя многочисленные передовые пункты базирования, созданные островах и искусственных сооружениях нефтедобычи в районах оживленных международных судоходных линий. Катера действовали тактическими группами в составе 2–4 единиц (в отдельных случаях до 15 единиц) методами "свободной охоты" и "засады" на небольшом удалении от своих передовых пунктов базирования. Удары по судам наносились в районах западнее острова Фарси в северной части Персидского залива, южнее островов Сирри, Абу-Муса, районов нефтедобычи "Рашадат", "Салман" и "Носрат" в восточной части Персидского залива, в Ормузском проливе и предпроливных зонах. В качестве средств поражения использовалось нестандартное вооружение — отдельные направляющие реактивных систем залпового огня ("Миникатюша"), безоткатные орудия, противотанковые гранатометы, ПТУРС и стрелковое оружие. Удары наносились с коротких дистанций, как правило, 1–3 кабельтовых. Главной целью нападений было не уничтожение судов и перевозимых ими грузов, а дезорганизация судоходства и создание таких условий на морских сообщениях, которые заставили бы судовладельцев и экипажи отказаться от их обслуживания. С этой же целью катера ВМС КСИР скрытно проводили минные постановки на наиболее оживленных маршрутах судоходства и в узлах морских коммуникаций.

Деятельность ВМС и ВМС КСИР Ирана по нарушению осуществлявшихся в интересах противника морских перевозок, угроза, созданная международному судоходству в результате развертывания береговых противокорабельных комплексов "Силкуорм", а также возросшая минная опасность в Персидском и Оманском заливах стали причинами направления в регион группировок ВМС неприбрежных стран. Это, однако, не обеспечило безопасность на морских коммуникациях. Более того, количество нападений на суда торгового флота со стороны Ирана и Ирака после развертывания в Заливе кораблей ВМС США и других стран увеличилось на 70 процентов.

Самолеты ВВС Ирака продолжали наносить удары по судам, иранским нефтяным терминалам и объектам на всем протяжении Персидского залива и в Ормузском проливе. В разряд приоритетных целей для иракской авиации были включены пункты передового базирования катеров ВМС КСИР Ирана и суда-спасатели, обеспечивавшие челночные рейсы иранских и зафрахтованных танкеров. Если при налетах на военные и экономические объекты в северной части Персидского залива в этот период отмечалось массирование авиации, то в дальних рейдах в район Ормузского пролива участвовало, как правило, два-четыре самолета, осуществлявших две дозаправки в воздухе. Удары по танкерам, составлявшим плавучие терминалы в Ормузском проливе, наносились авиационными бомбами с лазерной системой наведения, что обеспечивало высокую точность попаданий.

Эффективность использования корабельных и авиационных систем вооружений, а также применявшихся катерами КСИР видов оружия, против крупнотоннажных целей была низкой. Более двух третей подвергшихся нападениям танкеров ремонтировались и возвращались в строй. Многие танкеры, особенно из числа иранских и зафрахтованных танкеров челночной службы, выдержали по три-пять нападений. Потери судов составляли всего 3 процента. Главной причиной гибели были не разрушения от попаданий ракет, авиабомб и снарядов, а возникавшее в результате применения оружия неконтролируемое распространение пожаров.