10. «Великий план» Генриха IV и розенкрейцеры

10. «Великий план» Генриха IV и розенкрейцеры

Будучи политическим трибуналом, Суд Справедливости будет следить за тем, чтобы нигде в мире ни один род не восставал против другого, и тогда мечи и копья будут перекованы на серпы и орала.

Ян Амос Коменский, или Комениус, как его называли розенкрейцеры

Генрих IV и розенкрейцеры

Розенкрейцерами называют мистиков христианско-иудейского толка, увлекающихся герметикой[134] и оккультизмом, и просвещенных в лучшем смысле слова. Они избрали своей эмблемой розу, расцветшую на кресте, что является символом возрождения и искупления. Собственно говоря, это не было тайное общество в обычном понимании — скорее, некое духовное братство, члены которого объединялись общими идеалами и вели свои исследования в определенной области знания. Великое движение розенкрейцеров зародилось в конце XIV в., достигло расцвета и заявило о себе остальному миру в

XVII в. и в дальнейшем трансформировалось в социально-политическую доктрину зарождавшегося масонства в XVIII в.

Основание ордена розенкрейцеров приписывают некоему Христиану Розенкрейцу, личности абсолютно мифической. Согласно легенде, он родился в 1378 г., приобщился на Востоке к арабской мудрости и затем создал тайное общество, ставившее своей задачей возрождение человека, падшего в результате первородного греха, а также воссоединение различных элементов реального бытия, рассеянных в природе и вселенской материи, именуемой также космосом. Движущая сила этого вселенского возрождения выводилась из принципов материальной алхимии, которые переносились на алхимию духовную.

Среди приверженцев этого оккультно-мистического учения числилось немало знаменитых людей того времени. Можно привести имена таких деятелей, как Декарт, Лейбниц, Роберт Флудд.

Повторим, что в действительности Христиана Розенкрейца никогда не существовало. Его имя есть не что иное, как искаженные слова на древнееврейском языке: «rosah kor?z», означающие «глашатай тайны».

Историографы Генриха IV пишут иногда о его «великом плане», о котором уже говорилось в данной книге. В самом деле, упоминание о нем мы находим в работе Сюлли «Воспоминания о мудром и великодушном ведении дел государственных, домашних, политических и военных Генрихом Великим» (1632). Возникает вопрос, действительно ли Генрих IV задумал этот грандиозный план переустройства Европы? И если да, то кто вдохновил его на такой шаг? Неоднократно сообщалось о контактах короля с неким розенкрейцером, известным под различными именами: Ирине Филалет или Ирине Агностус. Это позволяет усомниться в реальном существовании такого человека. Действительно, первый псевдоним принадлежит англичанину по имени Томас де Ваган (см.: Фулканелли. Философские обители, с. 160). Он не мог быть вдохновителем Генриха IV уже хотя бы потому, что родился в 1612 г., то есть через два года после смерти этого короля.

Под вторым скрывался, очевидно, Фридрих Грик, немец по происхождению, родившийся в 1586 г. По мнению некоторых историков, именно он беседовал с Генрихом IV в 1606 г. Однако нам это кажется невозможным по той простой причине, что во время этой беседы Иринб Агностусу было бы всего лишь 20 лет. А 20-летний розенкрейцер в роли советника монарха — это весьма сомнительно.

Таким образом, не существует документов, позволяющих точно установить личность таинственного советника короля. Однако сама встреча наверняка была, ибо семья Беарнца на протяжении двух поколений общалась с розенкрейцерами.

Возьмем, например, знаменитого алхимика Дени Захера, родившегося в 1510 г. Под этим псевдонимом скрывался некий дворянин из Гюйени, настоящее имя которого неизвестно. Король Наваррский Генрих II Бурбон, дед Генриха IV, страстно увлекался алхимией. Дени Захер в 1542 г. работал по его поручению в По, пытаясь своими средствами поправить финансовое положение Наварры. Справился ли он со своей задачей? Скорее всего, нет. Но доподлинно известно, что Дени Захер принадлежал к розенкрейцерам (он был задушен в 1556 г. в Кёльне своим молодым кузеном — любовником его жены).

Его влияние на Бурбонов прослеживается и после появления Жанны д’Альбре, матери Генриха IV, ибо Дени Захер упоминает ее в своих работах как одну из знатных особ, покровительствовавших алхимии и алхимикам.

Таким образом, вовсе не исключено, что, подобно своей матери, Генрих IV встречался в 1606 г. с одним из розенкрейцеров. И в дальнейшем мы убедимся, что существуют параллели между доктриной розенкрейцеров XVI–XVII вв., их политическими планами и теми событиями и процессами, которые происходили или зарождались в ту эпоху в Европе.

Но прежде всего ответим на вопрос: на каких исходных посылках строили свою концепцию и делали мистико-политические выводы эти таинственные розенкрейцеры? Скажем прямо: на поразительной комбинации некоторых отрывков Ветхого Завета и принципов алхимии, к которой добавились несколько пророчеств, полученных посредством магии. Заметим, что было бы неправомерно относиться к ним без всякого почтения, что мы и покажем в ходе исследования. То же самое касается и пророчества относительно поочередной смены римских пап, которое ошибочно приписывают св. Малахии. Для тех, кто умеет его расшифровать, оно чрезвычайно красноречиво. В действительности оно создано в кругах розенкрейцеров около 1590 г.

А теперь рассмотрим все это подробнее. Однако следует сразу сказать, что мы разделяем точку зрения, наиболее распространенную среди историков, согласно которой Генрих IV не стремился целиком выполнять план розенкрейцеров, даже если он был знаком с ним в полном объеме. Но невозможно отрицать, что он был с ним знаком! Существует удивительное высказывание, подтверждающее, что он был хотя бы частично посвящен в этот план. Когда Генрих объявил о своем несогласии на брак Генриетты д’Антрэг с герцогом Гизом, он, как уже упоминалось, воскликнул: «Пусть принцам оставят хотя бы ляжки девок! Их уже и так лишили очень многого…»

На что он намекал? Уж не на предусмотренное ли планом розенкрейцеров уничтожение в конечном итоге монархических режимов? В таком случае он был в курсе планов розенкрейцеров. Однако точного ответа на этот вопрос нет.