Подведение промежуточных итогов

Подведение промежуточных итогов

Снова мысленно перенесемся в Румынию, которая привыкала жить по законам военного времени. К началу августа 1941 г. румынские войска вновь полностью заняли Бессарабию и Северную Буковину, большую часть территории советской Молдавии. Они готовились присоединить плодородные земли между Днестром и Бугом, которые называли Трансистрией; Гитлер обещал передать этот район под румынское оккупационное управление. Казалось, политика И. Антонеску, нацеленная на тесное политическое и военное сотрудничество с Германией, приносит зримые плоды.

Однако бомбардировки румынской территории не ослабевали. Нельзя сказать, будто они сопровождались серьезными разрушениями и потерями, но заставляли немецко-румынское командование держать в постоянной готовности значительные силы, прежде всего противовоздушной обороны. Численность войск немецкой воздушной миссии в Румынии превысила 50 тыс. человек. Если ВВС ЧФ атаковали, как и ранее, преимущественно Констанцу, Плоешти, Чернаводы, то их коллеги из авиации ГК небольшими подразделениями продолжали наносить удары также по Бухаресту, Фетешти, Джурджу, Галацу, Бузеу и другим городам.

Интенсивность налетов оставалась небольшой, но отдельные авиаполки значительную часть вылетов затрачивали на выполнение данной работы. Так, 21-й дбап 22-й авиадивизии до конца июля 1941 г. с крымских аэродромов Саки и Кача совершил 151 боевой самолето-вылет, из них в 17 дневных и 52 ночных вылетах были атакованы промышленные объекты. Известно, что с начала войны было потеряно 24 ДБ-3 и ДБ-3Ф из имевшихся 72 машин, но часть, которой командовали полковник Н.И. Новодранов, майор Прокофьев, а затем майор Ф.И. Меньшиков, сохранила высокую боеготовность, многие экипажи хорошо изучили дальние маршруты в Румынию

81-й дбап 50-й авиадивизии бомбил цели в Румынии только в ночное время. Полк выполнил 7 самолето-вылетов по дальним объектам (преимущественно в Плоешти и Бухаресте) в июле и 23 самолето-вылета в следующем месяце. В документах отмечалось, что с 1 по 18 августа 81-й дбап с аэродромов Ново-Николаевка и Мелитополь совершил 191 дневной и 40 ночных вылетов, причем основные задания выполнялись в интересах Южного фронта. В указанное время полк располагал 10-12 ночными экипажами, которые бомбили Румынию, и среди них был командир майор Н.В. Микрюков; больше всего вылетов выполнил ст. лейтенант Ситников. Указывалось, что в бомболюки самолетов загружались преимущественно бомбы ФАБ-50 и ФАБ-100, в то время как более мощные огнеприпасы на внешней подвеске применялись редко

По подсчетам автора, до 18 августа соединения 4-го авиакорпуса ДД совершили 137 самолето-вылетов на атаку и разведку промышленных объектов в глубоком тылу противника (подразумеваются действия над Румынией). Из другого отчета следовало: до 17 августа экипажи 2-го мтап ВВС ЧФ выполнили 324 вылета. Но если авиация Главного командования вела борьбу преимущественно с наступающими мотомеханизированными войсками противника, то летчики-черноморцы в тот период других задач практически не имели. Несмотря на указания от 5 августа наркома ВМФ применять авиацию реже, но более массированно, выполнить сосредоточенные налеты не удавалось.

Так, 12 августа в налете на Плоешти приняло участие семь, а через день – девять ДБ-3. Учитывая сильное противодействие ПВО неприятеля не только в районе цели, но и на маршруте, его строили с облетом Констанцы с юга таким образом, чтобы весь полет (его общая протяженность превышала 1500 км) над неприятельской территорией проходил в темное время суток. При этом нагрузка на каждый экипаж во 2-м мтап, как и в 40-м бап, оставалась весьма небольшой (для сравнения укажем, что балтийские летчики действовали в первые два месяца войны в пять-шесть раз более интенсивно). Вероятно, командование Черноморского флота хотело сохранить авиацию для будущих боев.

Румынские источники сдержанно оценили результаты налетов советских бомбардировщиков. По данным штаба 6-й истребительной группы, находившегося на аэродроме Бухарест-Отопени, две эскадрильи в первые же дни войны в районе столицы сбили 37 советских бомбардировщиков, вынудив русских перейти на действия ночью. Командир «Авиационного командования Добруджа» подполковник К. Гергеску (C. Gergescu) признал, что Констанца стала прифронтовым городом, пострадали портовые сооружения, но серьезных потерь в кораблях и судах не было. Повреждения Чернаводского моста оказались небольшими, и уже через несколько дней движение по нему удалось восстановить. И, наконец, налеты на Плоешти, особенно 13 июля, действительно причинили большой ущерб. Объемы нефтепереработки тогда сократились на 12-15%. Однако вскоре румыны построили в нескольких десятках километров от города «ложный Плоешти», сформировали здесь мощную группу зенитной артиллерии, и якобы именно на бутафорские объекты сбрасывали бомбы советские самолеты со второй половины июля. Так, в ночь на 23 июля пожар был вызван поджогом нескольких бочек бензина, а за прямые попадания в нефтехранилища в одну из августовских ночей советские экипажи приняли подрывы пиротехнических шашек

В это время боевые действия на сухопутном фронте развивались неблагоприятно для советского командования. Хотя в первый месяц кампании немецко-румынские войска на южном фланге советско-германского фронта наступали не столь стремительно, как, скажем, на киевском или смоленском направлениях, к 7 августа враг активизировался, захватив Котовск, Балту, Первомайск, Вознесенск, как бы охватывая наш приморский фланг. На следующий день Одесса, которую обороняли войска Приморской армии, была объявлена на осадном положении. Вскоре к огневой поддержке оборонявшихся здесь соединений и частей были привлечены боевые корабли и авиация Черноморского флота. Адмирал Н.Г. Кузнецов 15 августа приказал Военному совету ЧФ «ввиду малого поступления авиации в августе и возможности крупных операций – авиацию беречь и использовать ее лишь по важным объектам, а не летать ради того, чтобы только занять авиацию»

В ответ на требование Ставки ВГК «Одессу не сдавать и оборонять до последней возможности» Военный совет ЧФ докладывал о жестоких боях на фронте Одесского оборонительного района (OOP), тяжелых потерях от обстрелов со стороны противника и бомбардировок немецко-румынской авиации. Неоднократно неприятель атаковал наши аэродромы в этом районе и в Крыму, а также корабли и суда в море. Из доклада вице-адмирала Ф.С. Октябрьского наркому обороны И.В. Сталину от 23 августа следовало, что войска OOP были сильно утомлены, ежедневные потери от всех причин составляли 800-1000 человек

В этой ситуации адмирал Н.Г. Кузнецов порекомендовал Военному совету ЧФ нанести новые воздушные удары по Бухаресту с целью оттянуть туда часть сил вражеской авиации. Поскольку к этому времени был накоплен определенный опыт налетов на Берлин, авиаторам приказали использовать максимально тяжелые бомбы. Военный совет сразу же взялся за подготовку рейда. В ночь на 8 сентября семь ДБ-3Ф, ведомые зам. командира 2-го мтап Героем Советского Союза майором Н.А. Токаревым, сбросили три ФАБ-1000 и восемь ФАБ-500 на вражескую столицу. Можно отметить, что в первый день «зимней войны» этот летчик по ошибке сбросил смертоносный груз на жилые кварталы Хельсинки, в результате чего погибло много мирных жителей. Теперь Токарев атаковал другую столицу неприятельского государства – Бухарест в соответствии с боевым приказом. Другие экипажи возглавляли капитаны Ф.М. Чумичев, Ф.Е. Острошапкин и И.П. Скориков, ст. лейтенант Г.Г. Черниенко, лейтенанты И.У. Чупров и В.Н. Беликов, каждый из которых успел пробрести боевой опыт.

В течение 11 сентября вражеская авиация нанесла несколько особенно сильных ударов по Одессе – только в результате утреннего налета 15 Ju88 из KG51 погиб 121 и получили ранения 162 мирных жителя. Увы, по большому счету отомстить врагу было уже нечем. В ночь на 13 сентября звено ДБ-3 сбросило на Бухарест три ФАБ-1000 и две ФАБ-250. Над ночным городом вновь были разбросаны тысячи листовок. Насколько известно, в румынской столице в сентябре от налетов пострадало 14 человек. Тем не менее стамбульский корреспондент британской газеты «Таймс» сообщил о переезде в результате бомбардировок румынского правительства из Бухареста в Синаю. Советская пресса преувеличила величину ущерба, нанесенного неприятелю, стремясь максимально использовать моральный эффект. Немцы же не отказали себе в удовольствии лишний раз оповестить мир о «кровавых злодеяниях большевизма».

Дневные налеты на нефтепромыслы и нефтеперерабатывающие предприятия Румынии завершились, а ночные значительно сократились. Наряду с самолетами СБ, Пе-2 и ДБ-3 в них участвовали также летающие лодки ГСТ. По данным немецкой авиационной миссии в Румынии, последний значительный воздушный бой в районе Констанцы произошел 19 сентября, когда было уничтожено три советских самолета. Около 10 ч по среднеевропейскому времени истребители I(J)/LG2 сбили в 20 км восточнее аэродрома Мамайя два ДБ-3, а перед заходом солнца обнаружили и успешно атаковали в 80 км восточнее Констанцы летающую лодку МБР-2. Эти потери признает советская сторона.

Согласно нашим источникам, утром командир 2-го мтап майор А.Г. Биба направил на разведку в сторону румынского побережья экипажи ст. лейтенантов А. Быковского и П. Фильченкова: требовалось уточнить предварительные данные о выходе из портов Румынии и Болгарии неприятельского флота в район Одессы. Однако обратно самолеты не вернулись, и судьба их долго оставалось неизвестной. Не вернулась и летающая лодка из 119-го рап, которую послали для оказания летчикам-бомбардировщикам посильной помощи.

Как рассказал после войны Аггей Дмитриевич Быковский, он буквально накануне добился разрешения на перевод в минно-торпедный полк из разведывательного (ранее служил в 45-й ораэ и 119-м рап, выполняя задания на «амбарчиках» – МБР-2) и совершал 19 сентября первый вылет на ДБ-3Ф. Ему не приходилось летать в сторону Констанцы, что негативно сказалось на результатах, поскольку не удалось ни ввести в заблуждение ПВО неприятеля, ни скрыться от перехвата истребителей в облаках. Вероятно, Быковский единственный, кто остался жив из 11 сбитых в тот день авиаторов-черноморцев. Он пережил ужасы плена и вернулся домой из Норвегии в июне 1945 г. После войны он вспоминал:

«На разведку мы вылетели с аэродрома Карагоз в 10 ч 20 мин. Над морем стояла низкая облачность. На дальних подступах к Констанце нас внезапно атаковали три вражеских истребителя Bf109. С первого же захода они сбили ведомый самолет, и он упал в море. Развернувшись, фашисты ринулись на нас. Мы стойко отбивали атаки, но силы были неравны. Пулеметная очередь сразила штурмана Н. Пакова. После этого гитлеровцы нанесли удар сзади сверху. Воздушный стрелок Ф. Бублей доложил, что убит стрелок-радист Е. Михальченко. Я приказал Федору заменить погибшего, но ответа не получил. Видимо, он тоже был убит.

Теперь я остался один и старался уйти подальше от берегов. На высоте около 400 м самолет загорелся. Пылала левая плоскость. Огонь проник в кабину, на мне загорелись унты. Продолжать полет стало невмоготу, и я посадил машину на воду. Бомбардировщик с погибшими бойцами затонул <оба самолета занесли на счет унтер-офицера К. Рекопфа (K. Rehkopf). – Прим. авт.>. А я успел покинуть кабину и благодаря спасательному жилету остался на воде. Это произошло километрах в 120 от Констанцы.

Примерно через час я заметил в воздухе черную точку. Она приближалась со стороны Констанцы. Понял, что надо мной нависла опасность попасть в лапы врага. Вскоре недалеко сел немецкий гидросамолет. Я сжал в руке пистолет, решив живым в плен не сдаваться. Нажал на спуск, но выстрела не последовало…

Меня схватили, посадили на гидроплан и доставили на аэродром вблизи Констанцы. Здесь меня допрашивали, избивали, потом отправили в тюрьму Бухареста. И начались долгие и страшные года фашистской неволи, годы унижений, издевательств, глумлений. Из тюрьмы перевели в лагерь военнопленных, а оттуда в Австрию…»

Однако не хотелось бы заканчивать на такой грустной ноте. Тем более что, несмотря на недостатки в боевой и тактической подготовке наших экипажей (морских и сухопутных), неприятель понес заметный ущерб, что видно из табл. 5.1 В табл. 5.2 приведены сведения о налетах на различные военные и политические объекты Румынии 2-го мтап ВВС ЧФ, выполнявшего эти задания наиболее интенсивно.

Противник считал уничтоженными за первые пять месяцев войны над Румынией не менее 200 самолетов с красными звездами на борту. Так, в отчете немецкой авиационной миссии указывается, что с 22 июня по 21 октября 1941 г. «мессершмитты» сбили 73 самолета, зенитчики – 69, а одна машина была уничтожена иным способом Комментируя эти данные, отметим, что они преувеличены примерно вдвое. В ряде случаев гибель советских самолетов была связана с различными неисправностями материальной части, ошибками в технике пилотирования и, как результат, авариями и катастрофами. В подтверждение этого тезиса отметим: германские истребители претендовали, например, на уничтожение вечером 18 июля двух МБР-2 неподалеку от Констанцы, а на свои аэродромы не вернулись девять машин данного типа из 119-го рап – вероятно, гибель самолетов была связана с исключительно сложными метеоусловиями в этом районе.

Таблица 5.1. Результаты налетов советских ВВС на Румынию в 1941 г. (стр. 377)

Месяц Самолетов Налетов Сброшено бомб, шт Погибло, чел. Ранено, чел. Разрушено зданий Повреждено зданий

Июнь 434 1618 2322 281 412 163 245

Июль 1381 3759 3484 188 322 212 804

Август 354 985 1206 34 54 89 116

Сентябрь 295 880 352 16 31 32 50

Октябрь 184 572 14 1  — 1 2

Ноябрь 3 3  —  —  —  —  —

Всего 2651 7817 7378 520 819 497 1217

Примечание. В декабре налетов не было зафиксировано.

Таблица 5.2. Бомбовые удары самолетов 2-го мтап по целям в Румынии в течение пяти первых месяцев войны (22.06-22.11.1941 г.). (стр. 377)

Объект бомбардировки Число самолетовылетов Сброшено бомб, шт. Вес бомб, т

Констанца (порт) 138 847 107,2

Констанца (нефтяные резервуары) 28 64 13,6

Плоешти 92 11425 75,3

Сулина 20 60 6

Галац 5 48 5,7

Бухарест 12 18 11

Примечание: Всего за указанный период самолеты полка произвели 1093 самолетовылетов, сбросив 991,4 т бомб, в том числе 22 ФАБ-1000, 215 ФАБ-500, 299 ФАБ-250, 5971 ФАБ-100 и 20 мин АМГ-1.