Заключение

Заключение

Штурм Будапешта был одной из самых кровавых городских битв за всю историю Европы. Потери Красной Армии в ходе осады венгерской столицы и связанных с ней операций составили 24056 человек ранеными и 80026 — убитыми. Эта цифра приблизительно соответствует половине всех потерь, которые понесли советские войска в Венгрии в годы Второй мировой войны. То есть можно говорить о том, что каждый второй советский солдат, погибший в Венгрии, пал во время освобождения Будапешта. Не меньшими были и материальные потери. В течение 108 дней, пока длилась Будапештская операция (советская историография традиционно начинает отсчет с 29 октября 1944 года, а европейская — с 24 декабря 1944 года), войска 2-го Украинского фронта под командованием Малиновского, а затем подключившиеся к ним войска 3-го Украинского фронта под командованием Толбухина в целом потеряли 135 тысяч единиц стрелкового оружия, 1766 танков и самоходных орудий, 4127 орудий и 293 самолета. Сюда также включены данные операций в Эрчи и Хатване. По этой причине точно нельзя сравнить уровень противоборствующих сторон, тем более, что уровень потерь немецко-венгерской группировки можно установить только приблизительно.

Согласно подсчетам К. Унгвари, советские потери, связанные со штурмом Будапешта, имеют следующие пропорции. 25 % потерь пришлось на операции «Конрад», 55 % — собственно на штурм города и 20 % — в остальных боевых действиях в окрестностях Будапешта. За время этого сражения 382 человека были удостоены наивысшей награды СССР — звания Героя Советского Союза. Если посмотреть на статистику награждений по отдельным этапам боевых действий в Венгрии, то получится очень интересная картина.

Таблица 17

ПРИСВОЕНИЕ ЗВАНИЯ ГЕРОЯ СОВЕТСКОГО СОЮЗА ВО ВРЕМЯ ВОЕННЫХ ОПЕРАЦИЙ В ВЕНГРИИ (в границах 1938 года)

Об уровне немецких и венгерских потерь можно судить только на основании косвенных подсчетов. Тем более, что неизвестно, касаются ли эти потери только немцев или же в них уже включены венгерские потери. В целом потери немецко-венгерской группировки составляют приблизительно 60 % от советских потерь. Подсчет этих данных затрудняется тем, что в период с ноября по 24 декабря 1944 года многочисленные подразделения перебрасывались из Будапешта на другие участки фронта, в то же время в венгерскую столицу посылались другие, более свежие части.

Вспыхнувшая ожесточенная битва за Будапешт, которая притянула к себе огромное количество советских войск, была выгодна немецкому командованию, поскольку нестабильная политическая обстановка в Венгрии в любой момент могла привести к тому, что Венгрия фактически без боя вышла бы из войны. А в этом случае советское командование было на время отвлечено от всех остальных театров боевых действий. С тактической точки зрения — это был успех немцев, вне зависимости от исхода битвы. Но, с другой стороны, немецкое командование оказалось неспособно противопоставить советским войскам более или менее адекватное количество войск, что стало стратегическим поражением. Даже после переброски в Венгрию дополнительных танковых дивизий в Германии перестали рассматривать Будапешт как «крепость» в значении, которое в это слово вкладывал Гитлер. Из-за огромных трудностей в снабжении немецко-венгерская группировка даже не смогла реализовать свое численное преимущество. Соотношение сил 1:2,5 при штурме такого крупного города можно рассматривать как преимущество обороняющейся стороны.

После неудачных попыток деблокировать город стало очевидно, что полное уничтожение 4 немецких дивизий, равно как и 100 тысяч немецких и венгерских солдат, было расплатой нацистского режима за то, что до конца декабря 1944 года стабилизировался фронт в Юго-Восточной Европе. Действительно, операция по захвату Австрии началась Красной Армией лишь в 1945 году, а не осенью 1944 года. Будапешт стал пешкой, которой пожертвовали, чтобы извлечь краткосрочную тактическую выгоду.

Вообще положение в Венгрии было симптоматичным хотя бы потому, что здесь сконцентрировалось в три раза больше резервных частей, нежели в самой Германии. К чести советского командования, Красная Армия почти каждый раз упреждала контратаки немецких дивизий. В итоге огромная концентрация немецких войск оказалась неким «огнетушителем» у «пожарной команды». Операция «Пробуждение весны», начатая немцами весной 1945 года у озера Балатон, еще раз подтвердила это. Недостаток горючего и боеприпасов мог поставить крест на любых стратегических инициативах. В итоге немцы сами уничтожали собственные же танки, лишь бы они не достались Красной Армии.

Таблица 18

ЧИСЛО НЕМЕЦКИХ ДИВИЗИЙ, ВХОДИВШИХ В СОСТАВ ГРУППЫ АРМИЙ «ЮГ»

Этот прирост наводит на мысль, что немецкое командование пожертвовало 4 дивизиями. К марту 1945 года половина всех танковых дивизий, сражавшихся на Восточном фронте, оказалась в Венгрии, что составляло треть всех немецких танковых дивизий. Напомню, что в тот момент советские войска находились в 60 километрах от Берлина.

Несмотря на то, что Красная Армия все-таки взяла Будапешт, само советское командование рассматривало эту битву как серию мелких поражений. Малиновскому не удалось взять венгерскую столицу ни 7 ноября, ни две недели спустя, ни в начале, ни в конце декабря 1944 года. Малиновский был взбешен этими неудачами. «Если бы мне не надо было доставить Вас в Москву, Вас бы уже давно повесили на главной площади Буды!» — кричал он в лицо Пфефферу-Вильденбруху на первом допросе.

Когда немцы перебросили в Венгрию 6-ю армию, то планы советского командования поменялись в корне. Генерал-полковник Штеменко, в 1945 году начальник Генерального штаба Красной Армии, в своих мемуарах признавался, что затянувшаяся осада изменила все планы командования. «Наши планы — в конце декабря войти в Вену, а в марте в Южную Германию — оказались разрушены долгой осадой». Становилось ясно, что Красная Армия не сможет продвинуться до Рейна, а стало быть, она не станет освободительницей всей Германии.

Взятие городов и крупных населенных пунктов с тактической точки зрения очень сильно отличается от прочих военных действий. В запутанных городских кварталах значительно сложнее ориентироваться, тогда как оборону вести значительно проще. Нередко исчезает единое командование штурмом города, а сама битва распадается на дюжину отдельных боев. В данных условиях командование переходит в руки командиров небольших боевых групп, состоящих из 50–250 человек. При этом существенно падает значение тяжелой артиллерии, а вся главная роль отводится пехоте, которая ведет ближние бои. Все это позволило продержаться 30 дней восставшему Варшавскому гетто, несмотря на то, что повстанцы располагали только ручным стрелковым оружием, в то время как у немцев в распоряжении были огнеметы, бомбардировщики и танки. Характерно, что даже бомбардировки в американском стиле не смогли уничтожить все население крупных немецких городов. Так, например, в Штутгарте было уничтожено 80 % зданий. Американские военные эксперты полагали, что после разрушения городской инфраструктуры и системы снабжения жизнь в этом городе не могла продолжаться. Насколько же было велико их удивление, когда на подходе к городу они убедились в обратном. Тот факт, что при вступлении в город сила сопротивления его защитников временно возрастает, так как сокращается площадь обороняемых территорий, объясняется многократной концентрацией сил защитников городов. Следствием этого становится увеличение интенсивности боев. Поскольку значительно сокращается линия обороны, то значительно возрастает доля тяжелой артиллерии, приходящаяся на одного защитника. В Будапеште длина кольца окружения в течение 7 недель сократилась на 90 %. При этом количество защитников венгерской столицы отнюдь не убавлялось такими же темпами.

В битвах, происходящих на открытом месте, кровавая развязка обычно наступает очень быстро. В условиях городских боев она может откладываться на недели и даже на месяцы. К тому же в ходе этих боев достаточно сложно одним ударом разрушить городскую инфраструктуру. Но следствием этого становится продление страданий мирного населения и обороняющихся солдат. Вспомнить хотя бы десятки тысяч ленинградцев, замерзших и умерших от голода во время блокады. Но город так и не сдался на милость немцев.

С этой точки зрения надо вспомнить практику обороны, которую немцам приходилось осваивать с чистого листа. Зимой 1941/42 годов немецкие части оказались частично или полностью окружены под Демянском и Великими Луками. Именно тогда Гитлер объявил о внедрении практики «крепостей». В мае 1944 года фюрер категорически запретил сдавать Красной Армии города, объявленные «крепостями». Он полагал, что генералы вермахта были недостаточно убеждены в правоте идей «тотальной войны». С другой стороны, именно применение практики «крепостей» позволило Красной Армии летом 1944 года почти полностью уничтожить группу армий «Центр». После нескольких недель обороны подобных городов их гарнизоны нередко отделял от основной линии фронта не один десяток километров. Деблокирование подобных «крепостей» было невозможным. Самим немецким солдатам было весьма затруднительно пробиться из окруженного города. Но именно тогда, летом 1944 года, возникло понятие «прорывающийся солдат». Некоторые из них совершали марши длиной 700 километров.

Таблица 19

ОБОРОНА ГОРОДОВ НА ВОСТОЧНОМ ФРОНТЕ В 1945 ГОДУ

В последние недели Второй мировой войны немецкие солдаты проявляли чудеса «военного духа». В буквальном смысле слова они сражались за каждый дом до последнего патрона. О причинах подобного фанатизма говорилось в основном тексте. Но при этом нельзя отрицать факта, что самопожертвование немецких солдат лишь откладывало крушение нацистской диктатуры. Тоталитарная политическая система не считала необходимым во имя собственного выживания сохранять жизнь своим солдатам. Традиционные установки немецкой армии были весьма существенно «скорректированы» теорией тотальной войны, когда солдатам не оставляли права выбора. Невообразимые бомбардировки американцев, которые было бы проще назвать террором; нацистская пропаганда, которая внушала страх перед врагом, — все это заставляло ожесточенно сражаться даже тех солдат, которые воспринимали гитлеровский режим со многими оговорками. У солдат оказалась парализована личная воля, которая не могла прийти в согласие с совестью.

Совершенно иную картину являли собой венгерские части, которые не воспринимали войну как вопрос жизни и смерти, как борьбу за выживание.

Таблица 20

НЕМЕЦКО-ВЕНГЕРСКИЕ ВОЕННЫЕ ПОТЕРИ ВО ВРЕМЯ ОСАДЫ БУДАПЕШТА

За последние 500 лет Венгрия, пожалуй, проиграла все войны, в каких только участвовала. Но при этом данные поражения не травмировали венгерский национальный менталитет в отличие от немецкой национальной психики. На военном духе венгров не очень хорошо (с точки зрения немцев) сказалось то, что им было нечего терять. Большинство из солдат были бедняками. Кроме этого, венгры были хуже вооружены. Они не возлагали особых надежд на успех военной кампании на Восточном фронте, в отличие от своих германских союзников.

Таблица 21

СООТНОШЕНИЕ ВОЕННЫХ ПОТЕРЬ, ПОНЕСЕННЫХ ВО ВРЕМЯ ШТУРМА БУДАПЕШТА

Во время Второй мировой войны взятие городов и населенных пунктов составило где-то 30 % от всех боевых действий. Значительной частью из них были осады городов — самые кровопролитные сражения. На Итальянском фронте в период 1943–1944 годов немцы за неделю в среднем теряли 400 человек. На Западном фронте эта цифра составляла 1 000 человек. Подавление Варшавского восстания «стоило» немецкому командованию 1250 человек еженедельно. В Будапеште немецкая группировка сократилась с 45 тысяч до 24 тысяч человек, что означало — каждую неделю в среднем гибло по 3 тысячи немцев. Эти потери были в три раза выше, чем на Западном фронте! Штурм Будапешта привел к огромным потерям и в рядах Красной Армии. В нижеприведенной таблице изложены данные о пяти крупных операциях, во время которых Красная Армия брала или обороняла большие города.

Таблица 22

ПОТЕРИ КРАСНОЙ АРМИИ ВО ВРЕМЯ КРУПНЫХ ВОЕННЫХ ОПЕРАЦИЙ

Как можно увидеть из этой таблицы, Красная Армия только в этих пяти операциях потеряла убитыми и ранеными 1 690 000 человек, 24100 танков, 7700 орудий и минометов, а также 2670 самолетов. Всего же в советской историографии зафиксирована 51 крупная военная операция. Указанные потери превосходят уровень потерь США и Англии за всю Вторую мировую войну!

По хронологическим рамкам осаду Будапешта превосходили только Сталинградская битва, битва за Кавказ и операция по освобождению Украины (соответственно 125, 160 и 116 дней).

Из-за безнадежности ситуации и невообразимых лишений битва за Будапешт в сознании немцев отпечаталась как «второй Сталинград». Подобно Сталинградской битве, бои шли до последнего патрона.

В общем количестве потерь венгры значительно «отставали» от немцев и Красной Армии. Но даже эта жертва оказалась бессмысленной. Венгерский солдат, безотносительно от того, на чьей стороне он сражался, был только статистом на сцене разрушаемой страны. Многие из венгров понимали это, но продолжали сражаться за немцев, так как полагали, что должны следовать присяге и воинскому долгу. Им оставался выбор между большим и малым злом. Выжидание только продлевало войну. Но и переход не значил полного освобождения. Показательно, что 12 лет спустя после «союзнической оккупации» Венгрии немецкими войсками, в 1956 году подобный шаг предприняли и части Советской Армии.