Глава VIII. КОРЕННОЙ ПЕРЕЛОМ

Глава VIII. КОРЕННОЙ ПЕРЕЛОМ

Когда в войска поступили первые СУ-76, то некоторые общевойсковые командиры ввиду отсутствия танков решили использовать их в качестве танков непосредственной поддержки пехоты. Но самоходки, конечно, не приспособлены для этого…

Н.Д. Яковлев. "Об артиллерии и немного о себе"

8.1. В ожидании лета

Вариации со штатами

Нечеловеческие усилия всего советского народа, и в частности танкостроителей, предпринятые в 1942 г. в СССР, привели к тому, что в начале 1943 г. в Красной Армии были уже не только танковые бригады и отдельные танковые корпуса, но уже были сформированы две танковые армии, 24 танковых и 8 механизированных корпусов, а также большое количество танковых бригад, полков и батальонов, предназначенных для совместных действий с пехотой.

Начавшаяся программа массового строительства самоходно-артиллерийских установок привела к тому, что остро требовалось штатное расписание по комплектованию САУ пехоты и танковых войск. Уже упоминалось, что ввиду проблем с выпуском СУ-76 принятый в конце 1942 г. штат № 08/158, предусматривавший формирование САП в составе 307 чел. и 25 САУ – 17 СУ-76 и 8 СУ-122, был пересмотрен. С января 1943 г. вводился штат № 08/191, предусматривавший состав самоходно-артиллерийского полка из пяти батарей, каждая по 4 орудия, в том числе 12 СУ-122 и 8 СУ-76 при общей численности 289 человек.

Тогда же для усиления огневой мощи танкового корпуса, крайне необходимой в наступлении, в его штат был включен и самоходно-артиллерийский полк, сформированный по штату № 08/158 или же № 08/191.

Также уже говорилось, что весной 1943 г. самоходная артиллерия была передана танковым войскам, и тогда же в Красной Армии начали формировать тяжелые самоходно-артиллерийские полки резерва Верховного главнокомандования на СУ-152, для которых был разработан штат № 08/218 (361 человек, 12 СУ-152). Предполагалось, что тяжелые САП РВГК будут применяться для качественного усиления танковых и пехотных частей и соединений на главных направлениях в качестве артиллерии усиления. Самоходные установки должны были применяться преимущественно для ведения огня с закрытых позиций, в особо ответственные моменты переводя их непосредственно в боевые порядки войск для сокрушения вражеских укреплений, срыва наступления танков противника и борьбы с подходящими резервами.

Первое применение боевых и учебных самоходно-артиллерийских полков смешанного типа, сформированных по штатам № 08/158 и 08/191, выявило большие организационные недостатки. Поскольку в полках имелись САУ различных типов не только по вооружению, но и по типам применяемых ГСМ, создавались большие трудности организации похода и боя, при проведении ремонта. Для устранения этих недостатков требовалось комплектование САП однотипной матчастью, что начали выполнять с апреля 1943 г. Теперь полки, получающие на вооружение СУ-122, формировались по штату №010/453 (255 чел, 16 СУ-122 и 1 Т-34), самоходно-артиллерийские полки СУ-76 формировались по штату № 010/456 (253 человека и 21 САУ или 20 САУ и танк Т-70) и состояли из пяти батарей, а также подразделения обеспечения. Тяжелые же САП РВГК переводились на штат № 010/454, отличавшийся от предыдущего добавлением танка КВ-1С для командира полка и легкого бронеавтомобиля разведки и связи.

К весне 1943 г. многим казалось, что в отечественной самоходной артиллерии наступил баланс. В самом деле, в начале 1943 г. в войсках имелись легкие штурмовые САУ, по броневой защите и подвижности соответствовавшие легкому танку, вооружение которых могло использоваться для борьбы с вражескими танками или усилить огневую мощь легких машин; средние САУ, по подвижности и бронированию не отличавшиеся от Т-34, но имевшие вооружение с значительно большим могуществом осколочно-фугасного снаряда, и тяжелые САУ, способные значительно усилить огневую мощь как тяжелых танков, вплоть до способности борьбы с особо мощными железобетонными ДОС. Казалось, что задание выполнено, и можно вздохнуть спокойно. Но это только казалось…

СУ-76М (СУ-12М) в ходе Курской битвы. Август 1943 г.

Новые соперники

В начале 1943 г. в ходе прорыва блокады Ленинграда в руки советских войск попал новый немецкий тяжелый танк "Тигр". И первые испытания его обстрелом из основных типов орудий противотанковой артиллерии были неутешительны. Так, в телефонограмме Д.Ф. Устинову от 19 февраля 1943 г. говорилось: "Броневой корпус немецкого тяжелого танка "Тигр" (лоб. броня – 101 мм, борт, корма – 82мм) с дистанции 400-600 м, несмотря на неоднократные попытки, не был пробит бронебойным снарядом противотанковых орудий, состоящих на вооружении Красной армии… Опыт обстрела танка КВ (лоб. броня 105-мм, борт – 75-90мм) позволяет предположить, что борт, броня танка "Тигр" будет пробита снарядами 57-мм ПТП обр. 41 г., 85-мм ЗП обр. 39 г., 107-мм ДП обр. 1940г., а также 57-мм англ. ПТП обр. 1941 г. с дистанции 400-600 м., лоб. броня указанного танка должна пробиваться бронебойными снарядами калибра 85-мм и 107-мм с дистанции 300-500м, а также 57-мм с дистанции 150-300м…"

Захваченный немецкий танк "Тигр" на выставке в парке им. Горького. 1943 г.

С интересом отреагировали наши танкостроители и на значительно расширившийся парк немецких САУ, с которыми удалось познакомиться в ходе Сталинградской битвы и весенних боев 1943 г. Теперь в вермахте отмечались не только короткоствольные штурмовые орудия на шасси PzKpfw III и легкие противотанковые пушки на шасси устаревших PzKpfw I. Немецкая самоходная артиллерия на танковом шасси глазами техуправления НКВ теперь выглядела так:

"1. 75-мм штурмовая пушка (короткоствольная) на шасси танка Т-3 (ARTSturm). Бронирование круговое аналогично среднему танку Т-3, вооружение 75-мм короткоствольная танковая пушка танка Т-4 и оборонительный ручной пулемет. Назначение – огневое и броневое сопровождение пехоты при атаке оборонительных полос.

2. 76,2-мм противотанковая пушка обр. 36 или 75-мм противотанковая пушка обр. 40 на шасси легкого танка Т-2. Бронирование ограниченное противопульное. Назначение – маневренная оборона против танков. Ведение огня с места из засад и из-за укрытий.

3. 76,2-мм противотанковая пушка ограниченного противопульного бронирования на шасси легкого танка "Прага" Т-38. По устройству и назначению подобна предыдущей, отличается наличием оборонительного пулемета.

4. 75-мм тяжелая противотанковая пушка в полностью забронированном корпусе. По устройству подобна СУ "ARTSturm", но имеет вооружение 75-мм танков. пушку обр. 40. Назначение – огневое сопровождение и усиление противотанковых способностей танковых частей. Борьба с танками и противотанковыми орудиями в ходе наступления.

5. 128-мм тяжелая противотанковая пушка на шасси специальной постройки. Вооружение – 128 мм противотанковая пушка обр. 41 и пулемет, бронирование – частичное. Назначение – артиллерийские части резерва главного командования. Дальняя борьба с тяжелыми танками и огневыми точками. Выведение танков командиров частей и соединений.

6. 150-мм тяжелое штурмовое орудие в полностью забронированном корпусе на шасси среднего танка Т-3. По устройству подобно СУ "ARTSTURM", но имеет вооружение 150-мм тяжелое пехотное орудие и оборонительный пулемет в шаровом яблоке лобового листа. Назначение – качественное артиллерийское усиление пехотных частей, уничтожение долговременных огневых точек.

7. 20-мм зенитная автоматическая пушка на шасси легкого танка Т-I. По устройству аналогична устаревшей 47-мм СУ на шасси танка Т-I, но вместо 47-мм противотанкового орудия вооружена 20-мм пушкой типа "Эрликон".

8. По развед. информации в Германии заканчивается разработка 88-мм самоходной пушки обр. 1941 на шасси танка Т-4".

Штурмовое орудие StuG III Ausf Е, в Кубинке.

Захваченная под Сталинградом САУ "Мардер-II", 1943 г.

Серийный образец StuG 40 Aust F на фронте. 1943-1944 гг.

Захваченное в Сталинграде 150-мм штурмовое орудие StuG 33B. 1943 г.

20-мм зенитный автомат на шасси танка PzKpfw I Ausf A. 1942 г.

Захваченный тяжелый истребитель танков PzSfl V (на заднем плане). Зима 1943 г.

Внимательное изучение парка немецких САУ представителями НКВ показало, что: "Новое вооружение немецких танков и принятие на вооружение новых образцов самоходов показывает, что главной целью немецких войск становятся советские танки… Меж тем перевооружение немецкой фашистской армии новыми образцами танков ставит вопрос борьбы с ними на первое место, так как Красная Армия не имеет в настоящее время эффективных средств борьбы с ними на средней и большой дальности…"

И все же наибольшее внимание в КА уделялось борьбе с танками "тигр" и PzKpfw IV Ausf F2-G (который в то время также был отнесен командованием КА к "тяжелым"), захваченными в ходе боев начала 1943 г. Их обстрел показал, что и для бронебойных снарядов калибра 45 мм и 76 мм "шкура" немецкого "тигра" и "лоб" его меньших братьев оказались тоже очень прочными. Так, 45-мм противотанковая пушка обр. 1942 г. оставляла в бортах "тигра" и лобовой части PzKpfw IV Ausf F2-G только шрамы глубиной до 50-60 мм. Из трех попаданий указанным орудием в нижний бортовой лист "тигра" (толщиной 62 мм) с дистанции 200 м в нем лишь однажды образовалась кондиционная пробоина снарядом БР-240СП. Дивизионная 76,2-мм пушка была не в состоянии пробить 82-мм бортовой лист даже снарядом БР-350Б с дистанции 250-300 м, хотя цельность тыльной поверхности броневого листа была нарушена.Обстрел 100-мм брони из 85-мм пушки обр. 1939 г. также дал не вполне удовлетворительный результат, так как, несмотря на ожидания испытателей, бронебойный охолощенный снаряд, выпущенный на стенде с эквивалентного расстояния 500 м под углом около 30°, застрял в 100-мм листе лба подбашенной коробки "тигра". Впрочем, при детальных исследованиях этот итог оказался закономерным. Ведь при обстреле брони "тигра", отличавшейся высокой поверхностной твердостью, 85-мм бронебойный снаряд массой 9,2 кг, имея начальную скорость 792 м/с, мог пробить на дистанции 500 м под углом встречи броневой лист толщиной лишь до 91 мм, а на дистанции 1000 м эта толщина составляла не более 86 мм, или соответственно 105 мм и 100 мм при попадании строго по нормали.

Разработанные в 1941 г. 57-мм противотанковая и танковая пушки ОКБ № 92 также оказались бесполезными для пробития лба "тигра" на дальности 500 м. Кроме того, 57-мм бронебойные снаряды орудия ЗИС-2 еще не вполне удовлетворительно работали по поверхностно упрочненной броне толщиной более 60 мм при попадании под углом свыше 25°, и недостаточно хорошо пробивали 82-мм бортовую броню "тигра". Но быстрых альтернатив найдено не было.

В письме о результатах обстрела танка "тигр" от 4 мая 1943 г. говорилось: "Для обеспечения танковых и механизированных частей и соединений средствами борьбы с тяжелыми танками T-VI прошу Вас:

Обязать Наркомтанкопром (т. Зальцмана) устанавливать на танках Т-34 пушки 57мм калибра (ЗИС-4) из расчета 2-3 танка с пушкой 57мм на каждые десять танков. Одновременно обязать Наркомат боеприпасов и ГАУКА в кратчайший срок наладить производство 57мм снарядов осколочно-фугасного действия.

Дать указание Наркомату боеприпасов и ГАУ КА срочно отработать:

а) бронебойный (сплошной) снаряд для танковой 76 мм пушки Ф-34, способный пробивать бортовую 82 мм броню танка T-VI с дистанции не менее 600метров;

б) подкалиберный снаряд для танковой 76 мм пушки Ф-34, способный пробивать лобовую 100 мм броню танка T-VI с дистанции 500 метров.

Обязать Наркомтанкопром (т. Зальцмана) изготовить до 1-го июня 1943 г. на базе ходовой части танка Т-70 три образца самоходных установок СУ-57, вооруженных 57мм пушкой.

Указанные образцы ГБТУ КА испытать в десятидневный срок и результаты доложить ГОКО не позднее 10 июня 1943 года…

Изготовить до 1-го июня с/г. на основе СУ-152 образец самоходной установки, вооруженной 122 мм пушкой образца 1931 г., и в дальнейшем выпускать такие самоходные установки наравне с СУ-152.

Дать задание тов. Грабину срочно изготовить для танка "ИС" образец мощной танковой пушки калибра 100мм, способной пробивать броню 120-130мм с дистанции 2000 метров.

Обязать Наркомат вооружения совместно с ГАУ КА в кратчайший срок закончить испытания опытного образца противотанкового ружья Блюма с целью принятия решения о введении ружья Блюма на вооружение Красной Армии.

Обязать Наркомтанкопром (т. Зальцмана) установить 85мм пушку на танке "ИС" с тактико-техническими данными, изложенными в приложении".

Поэтому вполне логичным выглядели задания, полученные КБ завода № 183, Уралмашзавода, завода № 37, ОКБ № 38 и КБ ГАЗ, приступить к спешной разработке танков и САУ, вооруженных орудием, пробивающим броневой лист толщиной 80 мм и более с дистанции 500-1000 м и потому способным бороться с новыми немецкими тяжелыми танками и САУ на средних дистанциях.

Начальник техуправления НКВ Э.А. Сатэль, особо подчеркивал: "Центр, артиллерийскому КБ, а также ОКБ №9 и з-да 172 завершить разработку 122-мм самоходной противотанковой пушки большой мощности на основе 130-мм гильзы морского орудия, или 152-мм дальнобойной пушки… Использовать баллистическое решение НИИ-13/ЦАКБ для пробития брони толщиной 160-200 мм на дальности 600- 800м…" Из чего становится совершенно ясной ориентация указанного орудия на борьбу с САУ "Фердинанд".

8.2. Лебединая песня арттанков

Танки-истребители

Весной 1943 г. для обеспечения борьбы с новыми немецкими танками и САУ артиллерийский завод № 92 возобновил производство 57-мм противотанковых орудий ЗИС-2, прекращенное в конце 1941 г. Вполне естественно, что для улучшения мобильности орудий и усиления противотанковой способности танковых частей и соединений на поверхности лежал путь возобновления выпуска 57-мм танковых пушек ЗИС-4 и установки их в часть выпускаемых танков Т-34 и КВ для создания рот истребителей танков.

15 апреля 1943 г. постановлением ГКО № 3187сс заводу № 183 было предписано изготовить в кратчайшие сроки и представить на полигонные испытания четыре опытных образца танка Т-34, вооруженных 57-мм пушкой ЗИС-4. Одновременно завод № 92 должен был начать выпуск указанной пушки, а боеприпасный завод № 179 обязывался отработать улучшенный бронебойный выстрел для ЗИС-4, обеспечивающий начальную скорость снаряда 995-1000 м/с.

Уже в мае завод № 92, видимо используя задел, законсервированный в конце 1941 г., подал заводу № 183 пять образцов орудия ЗИС-4, но танковый завод, несмотря на кажущуюся простоту задачи, был занят более важными делами (шло технологическое оснащение производства) и до середины июня не смог начать работы по изготовлению "танков-истребителей". Лишь к 10 июля, в ходе ожесточенных боев под Курском, завод рапортовал об изготовлении первого танка, а спустя неделю отчитался о готовности еще трех.

Танк-истребитель Т-34-57, вооруженный орудием ЗИС-4М. 1943 г.

Испытания начались 20 июля на Гороховецком полигоне ГАУ и продлились без малого месяц. В них участвовали орудия ЗИС-4 со стволами выпуска еще 1941 г. (№ 22, 24, 38 и 47), установленные в серийные танки завода № 183. Орудия испытывались возкой в застопоренном и расстопоренном состоянии и стрельбой с места и с хода. В целом итоги испытаний были признаны удовлетворительными, но были выявлены некоторые дефекты производственного и конструктивного характера. В заключение комиссия рекомендовала принять орудие ЗИС-4 на вооружение танка Т-34 при условии устранения всех отмеченных недостатков.

Однако осколочный снаряд к 57-мм пушке еще не был как следует отработан, к тому же на производстве шло "лечение" отмеченных в ходе испытаний "болячек", и потому серийное производство пушки ЗИС-4М было перенесено с 3-го на 4-й квартал. Тем временем 19 августа три опытных танка Т-34-57 в составе "особой танковой роты № 100 НКТП" под командованием капитана Т.П. Волосатова были отправлены на фронт, где находились с 21 августа по 5 сентября. В указанной роте танки составили 2-й взвод, но по иронии судьбы в ходе единственного боевого столкновения с немецкой бронетехникой он находился в резерве, а "отдувались" в бою танки Т-43 третьего взвода.

Уже перед окончанием испытаний согласно распоряжению представителя ГБТУ инженера-подполковника Зайцева танки Т-34-57 испытывались стрельбой по брошенным и подбитым немецким танкам и САУ, а также амбразурам ДЗОТ и пулеметным бронеколпакам. Бронепробиваемость орудия была сочтена удовлетворительной (лобовая 82-мм броня танка PzKpfw IV пробивалась с дистанции 500-600 м), но эффективность осколочных снарядов – недостаточной, тем более что три снаряда не разорвались.

Покуда велась доводка орудия ЗИС-4М и танка-истребителя Т-34-57 в целом, завод № 92 выпустил установочную серию ЗИС-4. К декабрю 1943 г. НКВ отчитался о выпуске 200 шт. 57-мм танковых пушек (правда, это, по-видимому, с учетом пушек, изготовленных в 1941 г.). Но установка орудий в танки, видимо, не производилась, хоть были утверждены нормы отпуска боеприпасов. В сентябре 1943 г. 57-мм пушка в вооружении Т-34 уже не считалась перспективной.

Гаубичные средние

В декабре 1942 г. техотдел НКТП по требованию БТУ выработал тактико-технические требования танка артиллерийского усиления танковых бригад. Согласно заданию этот танк должен был сохранить корпус и ходовую часть среднего танка Т-34, для которого требовалось изготовить новую башню с вооружением из 122-мм штурмового орудия с баллистикой гаубицы обр. 1938 г. Реализацией проекта занялись три конструкторских коллектива. От Уралмашзавода под руководством Л.И. Горлицкого, от КБ завода № 9 под руководством Ф.Ф. Петрова и от ЦАКБ под руководством В. Г. Грабина.

УЗТМ под шифром У-37 разработал штампованную и литую башни, по форме и размерам близкие к башне Т-34, но под погон КВ с вооружением из 122-мм гаубицы У-11 или 85-мм пушки У-10, разработанных здесь еще в 1941-1942 гг. конструкторами В.Е. Сидоренко и А.В. Усенко. Но уже на этапе заседания макетной комиссии стало ясно, что башни тесны для размещения в них помимо казенной части 122-мм или 85-мм орудия еще и 3 человек орудийного расчета.

Проект артиллерийского танка Т-34-122 УЗТМ с пушкой У-11. 1943 г.

КБ завода № 9 предложило литую башню увеличенной высоты с вертикальными стенками и размещением части боекомплекта в башенной нише. Для вооружения танка предлагалось 122-мм штурмовое орудие Д-6, явившееся плодом доработки и технологического упрощения 122-мм орудия У-11 и унификации узлов и деталей с 85-мм пушкой Д-5 на заводе № 9. Указанная башня имела заводской индекс Д-11 в сквозной нумерации изделий указанного завода и легко могла быть перевооружена также 85-мм пушкой Д-5. ЦАКБ же представило проект 122-мм и 152-мм дуплекса С-41 для вооружения как Т-34, так и КВ-1С.

Башенная установка Д-11 завода №9, вооруженная орудием Д-6. 1943 г.

Проект гаубичного танка Т-34-122 завода №9 с башней Д-11. 1943 г.

Однако сравнение представленных проектов показало, что конструкция ЦАКБ не может быть установлена в башне танка Т-34 с погоном диаметром 1420 мм по причине чрезмерных габаритов и большой реакции отдачи. Поэтому проект ЦАКБ для танка Т-34 был отвергнут, но рекомендован для установки в танке КВ. Разработки же КБ завода № 9 и КБ Уралмашзавода еще некоторое время обсуждались на пленуме Артиллерийского комитета. Так, во избежание тесноты в движении предлагалось, чтобы правый заряжающий был по совместительству также еще и стрелком-радистом танка и покидал свое кресло только во время остановки танка при проведении стрельб. Однако в этом случае танк оказывался бы беззащитным от нападения вражеской пехоты. Все попытки как-то улучшить сложившееся положение вещей были тщетны, и к осени 1943 г. продолжение работ по Т-34-122, который назывался в некоторых документах Т-34Г (гаубичный) или Т-34Ш (штурмовой), было прекращено в пользу СУ-122, уже выпускавшихся серийно на УЗТМ.

Наследники КВ-2

Несмотря на то, что работы над КВ-9 были прекращены еще весной 1942 г., грезы о заменителе КВ-2 на качественно новом уровне продолжались. Зимой 1943 г. из ворот Челябинского Кировского завода выехали два новых тяжелых танка, один из которых удивительным образом напоминал КВ-9 годичной давности. Собственно, он нес башню как раз от КВ-9, но ходовая часть и корпус были иными. Это был опытный образец второго варианта танка ИС, несший заводской индекс "Объект 234". Вполне понятно, что его вооружение в виде штурмовой танковой пушки У-11 сохранилось от тана КВ-9 без изменений.

Интерес к этому танку в начале 1943 г. был подогрет тем, что для 122-мм гаубицы М-30 уже был разработан и в начале года принят на вооружение бронебойный кумулятивный (тогда писали "бронепрожигающий") снаряд, пронзавший более 100 мм брони (по нормали зафиксирован случай пробития листа толщиной 140 мм). Немудрено, что на него было обращено особо пристальное внимание, как на потенциального "укротителя "тигров".

Танк ИС-2 ("0бъект 234") на испытаниях. Весна 1943 г.

Интерьер танка ИС-2 ("Объект 234"). 1943 г.

К 1 апреля 1943 г. указанный танк прошел 405 км, но еше до стрельб он не особо радовал танкостроителей. При движении с максимальной скоростью у танка ИС-2, вследствие перегрузки катков, выходили из строя как сами катки, так и балансиры подвески. Еще до окончания всех испытаний комиссия пришла к таким выводам по танку ИС-2:

"… – увешчить внутренний объем башни под пушку калибра 122-мм(У-П);

–  сделать командирскую башенку единого типа; установить два смотровых прибора по типу МК-IV у механика-водителя и один смотровой прибор в командирской башенке;

–  повысить качество сборки двигателей;

– продолжить испытания танков ИС-1 и ИС-2 до гарантийного километража (не менее 500 км);

–  немедленно устранить отмеченные дефекты;

–  ускорить изготовление установочной партии ИС-1 "объект 233" и ИС-2 "объект 234" в количестве 10 шт., запущенной в производство ЧКЗ, не дожидаясь результатов испытаний с целью проверки технологии, срочно устранив на этой партии все дефекты, отмеченные комиссией".

Но в апреле были проведены испытания обстрелом из 122-мм гаубицы М-30 с баллистикой, близкой к У-11 корпуса трофейного "тигра" (скорее всего PzKpfw IV Ausf H) кумулятивным снарядом. И тут танкостроителей ждало первое разочарование. Из 15 выстрелов, произведенных с дистанции 500-600 метров, не было отмечено ни одного прямого попадания даже по неподвижному корпусу немецкого танка.

К лету 1943 г. ОКБ завода № 9 предложило новое 122-мм штурмовое орудие Д-6 образца 1943 г., которое представляло собой дальнейшее развитие орудия У-11, с использованием установочных мест 85-мм пушки Д-5. Д-6 могла быть без переделок установлена в башню танков ИС-85, Т-43. Но как танковое орудие она имела те же недостатки, что и У-11, к тому же сломалась на заводских испытаниях.

ЦАКБ не отставал от конкурента. В том же 1943 г. были завершены работы по штурмовой пушке С-41, разработанной на основе люльки с противооткатным механизмом орудия С-31. Особенности предлагаемой конструкции состояли в том, что в лице С-31 и С-41 предлагался сразу триплекс из 85-мм пушки, а также 122-мм и 152-мм гаубиц, отличающихся друг от друга лишь трубой ствола с затвором (от М-30 или М-10) и конструкцией дульного тормоза.

Однако баллистически С-41 почти ничем не отличалась от У-11 и Д-6, причем впечатление о ней портил дульный тормоз, без которого обойтись не получалось.

Показ в ЦАКБ танка КВ-1С, вооруженного орудием С-41. 1943 г.

Несмотря на долгий процесс доработок, к осени 1943 г. штурмовые танковые пушки с баллистикой гаубицы обр. 1938 г. М-30 так и не были доведены. Постоянно вылезали какие-то конструктивные дефекты. Раздельное заряжание гаубицы приводило к малой скорострельности ее в танке и малому возимому боекомплекту. Но главное – недостаточная точность стрельбы за пределами дальности прямого выстрела фактически зачеркивала указанное орудие как танковую пушку, способную бороться с вражескими бронеобъектами.

Возрождение КВ-2 на новом уровне не состоялось.

8.3. СУ-122, вторая попытка

Поскольку в У-35 использовались агрегаты танка Т-34 и освоенная в серийном производстве 122-мм гаубица М-30, то изготовление САУ шло быстро и споро, с отладкой машины, обучением личного состава и эксплуатацией ее на фронте затруднений не было. Тем не менее конструкция СУ-122 имела целый ряд конструктивных недостатков. Ими были:

1. Малые размеры боевого отделения, вызывают тесноту, быструю загазованность и снижение скорострельности.

2. Верхний станок и постамент, на котором было установлено орудие, занимали большой объем, ухудшая условия работы экипажа.

3. Длинный откат также уменьшал объем боевого отделения, а выступание противооткатных приспособлений орудия вперед ухудшало обзор водителя и заставляло дополнительно бронировать их, увеличивая нагрузку на передние катки САУ.

4. Сложность формы и конструкции бронезащиты из-за несовпадения центров вращения бронировки в вертикальной и горизонтальной плоскостях; недостаточно надежное крепление бронирования к люльке орудия, имеющей толщину всего 4 мм.

5. Люк водителя не предназначен для посадки-высадки, но лишь для обзора, что ухудшало стойкость лобовой брони, а путь механика-водителя во время посадки-высадки отличался крайне большой длиной.

6. Несмотря на то, что по ТЗ необходимо было сохранить верхний станок от гаубицы М-30, его применение в САУ требовало внести в конструкцию большое число доработок, что было равнозначно изготовлению нового станка.

7. Большие затруднения и желание по максимуму использовать конструкцию М-30 вызвало при сборке необходимость совершения большого числа пригоночных работ, удлиняющих цикл изготовления.

Поэтому уже в январе 1943 г. параллельно с освоением серийного выпуска СУ-122 КБ Уралмашзавода начало проработку кардинально улучшенной версии машины.

В процессе эскизного проектирования ведущий конструктор Н.В. Курин установил, что наилучшим решением будет вооружение новым 122-мм орудием в рамочной установке. Выбор конструктора остановился на танковой штурмовой пушке У-11, разработанной для вооружения танка КВ-9, на основании которой он выполнил эскизный проект ее самоходной версии. Орудие У-11 выгодно отличалось от М-30 сниженной с 1100 до 600 мм длиной отката, расположением механизмов наводки по горизонтали и вертикали с одной стороны, что позволяло отказаться от второго наводчика по вертикали. Компактный тормоз отката и размещение орудия в карданной рамке давало экипажу дополнительный простор "для творчества".

В итоге всех работ, в апреле 1943 г. был изготовлен опытный образец модернизированного самохода СУ-122М, а 16-17 мая 1943 г. он уже прошел заводские испытания пробегом на 100 км и 50 выстрелами.

Опытный образец улучшенной САУ СУ-122М. Май 1943 г.

Вид справа улучшенной САУ СУ-122М. Май 1943 г.

По сравнению с СУ-122 новый артсамоход имел целый ряд преимуществ:

1. Более просторное боевое отделение за счет расширения стенок подкрылков до внешнего габарита гусениц и подъема крыши на 50 мм (т.е. увеличение высоты боевого отделения до 1700 мм).

2. 122-мм штурмовое орудие У-11, имея ту же баллистику, что и гаубица М-30, было уравновешено в цапфах и установлено в карданную рамку, прикрепленную к лобовому листу корпуса.

3. Сокращение длины противооткатных устройств, уменьшение длины отката, рамочная установка оружия улучшили условия обитания экипажа и позволили оснастить орудие шаровой бронировкой, а трудоемкость монтажа вооружения уменьшилась с 17-18 часов до 1,5-2.

4. Расположение центра масс орудия было более благоприятно для передних опорных катков.

5. Для ведения огня прямой наводкой орудие оснащалось телескопическим прицелом.

6. Был введен люк-лаз механика-водителя, расположение остальных люков изменилось для обеспечения как технологических, так и эксплуатационных преимуществ. Государственные испытания СУ-122М проходили 18 июня – 4 июля 1943 г. пробегом по трассе Свердловск – Нижний Тагил и Нижний Тагил – Челябинск. Всего было пройдено 858 км по дорогам и свыше 50 вне их, испытания стрельбой проводились на Нижнетагильском артиллерийском полигоне НКВ 329 выстрелами.

Интерьер СУ-122М.

В целом испытания стрельбой и пробегом самоход выдержал, но его вес был сочтен излишним, а стоимость орудия У-11 – высокой. Поэтому комиссия признала необходимым внести изменения в конструкцию САУ для дальнейшего улучшения, после чего она могла быть рекомендована на вооружение артиллерийских частей КА.

Последняя страница этой истории была открыта в июле 1943 г., когда вместе с тремя образцами СУ-85 из ворот Уралмашзавода выкатился очередной модернизированный образец СУ-122-3, отличавшийся от СУ-85 только вооружением в виде 122-мм штурмового орудия Д-6. В период с 20 по 25 июля он прошел заводские испытания, а с 25 июля по 6 августа все четыре самохода прошли государственные испытания на Гороховецком полигоне.

Но с его судьбой мы познакомимся чуть позднее.

8.4. Самоходные истребители танков

Легкие

Весной-летом 1943 г. на скользкий путь создания специального легкого истребителя танков ступили конструкторы ГАЗ во главе с H.A. Астровым. Уже упоминалось, что к лету 1943 г. они и КБ НАТИ подготовили два проекта бронированных САУ, фигурировавших в переписке по Наркомату танковой промышленности, как "безбашенные танки-истребители ГАЗ-74". Между собой эти САУ отличались расположением боевого отделения. В первой машине (ГАЗ-74а) оно должно было располагаться в корме машины по типу ГАЗ-71 и уже принятых на вооружение СУ-12 и СУ-15, что улучшало распределение массы на опорные катки, поднимало маневренность, правда, за это приходилось платить сравнительно высоким силуэтом.

Второй вариант (ГАЗ-74Б) очень напоминал проект СУ-ИТ-76, предложенный НИИ-13. При этом машина имела низкий силуэт, солидное бронирование (в лобовой части до 45 мм), наклонное расположение броневых листов и вооружение из 76-мм пушки С-1 (самоходный вариант танковой Ф-34). Ожидалось, что этот истребитель танков получит также дизель-мотор GMC-71 отечественного изготовления.

Проектное изображение истребителя танков ГАЗ-74Б. Лето 1943 г.

ГАЗ-74Б был построен, прошел заводские испытания, в целом быт одобрен военными и даже под индексом СУ-76-И/СУ-74 ("И" – истребитель, не путать с СУ-76(И) допущен до гос. испытаний. Но вооружение 76,2-мм пушкой с длиной ствола 41,5 калибра считалось теперь недостаточным для борьбы с вражескими тяжелыми танками, а стоимость значительно превышала стоимость СУ-76, которая уже строилась массово. Поэтому участь ГАЗ-74Б в тот момент была решена.

В начале августа 1943 г. из ворот завода № 38 на испытания вышла машина СУ-57, представлявшая собой серийную СУ-76 (СУ-15М) с установленной вместо 76-мм пушки ее 57-мм противотанковой версии СУ-15-57 (кач. часть ЗИС-2). Но испытания показали, что усилие отката 57-мм орудия выходит за пределы, оговоренные заказчиком. Кроме того, военные мотивировали отказ от САУ тем, что истребители танков должны были, по их мнению, иметь закрытый бронекорпус противоснарядного бронирования и дизельный двигатель, как менее пожароопасный в замкнутом объеме.

29 октября 1943 г. слушатели МВТУ тоже предложили проект бронированного истребителя танков, напоминавший И-13.75-СУ и ГАЗ-74Б одновременно. Предполагалось, что он будет весить около 11 т, получит дизель-мотор GMC-71 или аналогичный, будет вооружен 76-мм пушкой С-1 или 57-мм С-1-57 и экипаж из 3 человек. Несмотря на то, что все формальные требования военных проектом были удовлетворены; распоряжение об его изготовлении не последовало.

Тем временем ГАЗ продолжал работы над "русским Хетцером". Осенью 1943 г. здесь началось изготовление машины ГАЗ-74Б с вооружением из 57-мм пушки С-1-57. Чтобы отличить это изделие ГАЗ от САУ, выпущенной заводом № 38, ей дали условный индекс СУ-57б, в то время как прошедшая испытания машина завода № 38 (СУ-76, перевооруженная качающейся частью противотанковой пушки ЗИС-2) именовалась в переписке по НКТП как СУ-57а.

Несмотря на то, что СУ-57б выдержала почти все предложенные испытания, на вооружение она не принималась. В числе причин непринятия на вооружение назывались высокая стоимость САУ, наличие специального дизеля, так и не освоенного отечественной промышленностью, а зависеть от зарубежных поставок в условиях войны никто не желал.

Опытный образец САУ ГАЗ-57б. Осень 1943 г.

Внесло свою лепту в создание отечественного "Хетцера" и КБ НАТИ. Видимо, учтя опыт работ над ГАЗ-74, здесь разработали свой вариант безбашенного истребителя, причем проект в переписке шел под грифом "охотник" (интересно, что "Хетцер" с немецкого "егерь" – охотник, приваживающий животных). По готовности этот истребитель танков, вооруженный 57-мм пушкой, прошел испытания. Но эта машина, не получив требуемый двигатель, была спешно переработана под параллельную спарку двигателей ГАЗ-M1 суммарной мощностью 100 л.с, которая испытывала многочисленные поломки на испытаниях. Таким образом, машина по комплексу боевых характеристик и цене мало отличалась от образцов завода ГАЗ, которые активно продвигались на всех уровнях. Для увеличения мощности выстрела САУ в конце 1943 г. была перевооружена 76,2-мм орудием С-54-2, имевшим баллистику зенитного орудия обр. 1931 г. (3К), но и это не изменило отношения к машине представителей ГБТУ.

Истребитель танков конструкции ЦАКБ-НАТИ. 1943 г.

Легкий истребитель танков СУ-76Д (СУ-80). 1943 г.

Средние артштурмы по-советски

Постановление ГОКО № 3187 от 15 апреля 1943 г. требовало значительно усилить танковое вооружение с целью противодействия немецким тяжелым танкам и САУ, а также создать высокоэффективные специализированные бронированные самоходные истребители танков. Эти САУ, согласно требованиям ГАУ, должны были уметь пробивать по нормали броню толщиной 90-120 мм на дистанции 500-1000 м.

Постановление ГКО № 3289сс 5 мая 1943 г. устанавливало жесткий срок изготовления таких самоходов, причем соисполнители определены таким образом: ЦАКБ – спроектировать артиллерийскую часть 85-мм самоходной пушки, завод № 9 НКВ, изготовить три опытных образца орудия, а Уралмашзавод осуществить изготовление самой САУ и смонтировать вооружение внутри боевого отделения.

Планами Уралмашзавода, чтобы уложиться в жестко заданные сроки, предусматривалось осуществить изготовление 85-мм САУ на основе бронекорпуса СУ-122М, для чего еще в начале мая ЦАКБ были отправлены чертежи боевого отделения этой САУ. Однако ЦАКБ повел себя более чем странно. С опозданием на десять дней на Уралмашзавод были присланы рабочие чертежи 85-мм танковой пушки С-31 с цапфами и без карданной рамки. Даже невооруженным глазом было видно, что указанная пушка не может быть установлена в боевое отделение СУ-122М, но главное – эта пушка не могла серийно изготавливаться на заводе № 9 ввиду отсутствия необходимого оборудования.

Чтобы уложиться в заданный срок, КБ Уралмашзавода обратилось к КБ артиллерийского завода № 9 с просьбой о проведении разработки 85-мм орудия для артсамохода. Ф.Ф. Петров с готовностью отозвался на данную просьбу и вскоре предложил эскизный проект 85-мм пушки Д-5С85, выполненный на основании переработанного проекта орудия У-9 разработки В.Е. Сидоренко и A.B. Усенко 1941-1942 гг. Уже к 20 мая проект был скорректирован в КБ Уралмашзавода и поступил на утверждение Техуправления НКВ.

Лишь 23 мая 1943 г. ЦАКБ, занятое обустройством на новом месте, прислало новый проект 85-мм пушки, имеющей индекс С-18. Однако, по каким-то соображениям, этот вариант орудия снова был скорее танковым, чем самоходным. Правда, новое орудие было более предпочтительно, чем С-31, так как имело более простую люльку, подобную люльке 76-мм пушки ЗИС-5, но вместе с тем новая пушка имела также целый ряд серьезных недостатков:

"1. Штатная люлька орудия ЗИС-5 слишком широка, что требует использовать широкую амбразуру и широкую качающуюся бронировку…

2. Большая бронировка ухудшает обзор и не позволяет использовать полноценный люк-лаз механика-водителя…

3. Значительное смещение орудия вправо ограничивает угол обстрела влево от направления движения и ухудшает распределение масс между катками разных бортов.

4. Боеукладка может быть размещена только у моторной перегородки САУ и загромождает доступ к МТО изнутри.

5. По сравнению с проектом завода № 9, установка С-18 уже имеет перевес в 850кг и это еще не окончательное значение…"

Несмотря на решение Техуправления НКВ в пользу Д-5С85, ЦАКБ в лице своего начальника начало бомбардировать все инстанции письмами с требованием "справедливости". Как бы то ни было, В.Г. Грабину удалось настоять на своем, и 7 июня 1943 г. специальная комиссия представителей НКВ, НКТП, ГАУ и ГБТУ, рассмотрев все проекты, вынесла решение изготовить для сравнительных испытаний три опытных образца СУ-85 с вооружением ОКБ № 9 и ЦАКБ, а также одного модернизированного образца СУ-122.

Изготовление машин по ряду причин технологического характера продлилось до 20 июля 1943 г., и на испытания они вышли, имея следующие индексы:

– СУ-85-I – САУ с 85-мм пушкой С-18 с измененной установкой Уралмашзавода;

– СУ-85-II – САУ с 85-мм пушкой Д-5С-85 завода №9;

– СУ-122-III – САУ со 122-мм гаубицей Д-6;

– СУ-85-IV- САУ с 85-мм пушкой С-18 в установке ЦАКБ.

Проект СУ-85-I с орудием С-18 Уралмашзавода.

Опытный образец СУ-85-I. Лето 1943 г.

Во время заводских испытаний 20-25 июля самоходы прошли по 80 км каждый, однако со стрельбой дело обстояло не так гладко. Проблемы испытывали оба претендента. Всего СУ-85-I сделала 39 выстрелов, СУ-85-II произвела 129 выстрелов, СУ-122-III – 165 выстрелов, СУ-85-IV – 62. Орудия конструкции ЦАКБ испытали несколько большее число поломок спусковых, выбрасывающих механизмов и тормозов отката, чем изделия завода № 9.

Опытный образец СУ-122-III. Лето 1943 г.

Та же машина, вид сбоку.

Итог испытаний стал фатальным для всех самоходок. 122-мм орудие Д-6 машины СУ-122-3 капризничало в ходе тестирования и после многочисленных поломок было снято с испытаний. А вскоре распоряжением по НКВ завершились все работы по 122-мм и 152-мм штурмовым орудиям низкой баллистики в пользу перехода к пушечному вооружению.23 июля вся документация по указанным самоходкам была отправлена на АНИОП, где 25 июля начались государственные испытания. По результатам испытаний отмечалось, что наибольшие удобства на походе и в стрельбе имеет СУ-85-II с пушкой Д-5С85. Она же продемонстрировала наивысший темп стрельбы (ввиду короткого отката и малой массы откатных частей) и наибольшее удобство в заряжании ввиду низкой линии огня.

Опытный образец СУ-85-II. Лето 1943 г.

Та же машина, вид сбоку.

У СУ-85-IV из-за больших размеров качающейся бронировки орудия отмечен плохой обзор с места механика-водителя. СУ-122-III снята с испытаний из-за поломки орудия. Более или менее удовлетворительные результаты показала кроме СУ-85-II также СУ-85-I с карданной рамкой и качающимся бронированием, разработанными на Уралмашзаводе, но в нем был затруднен доступ к противооткатным приспособлениям. Кроме того, все конструкции ЦАКБ отличались чрезмерным весом и габаритами, а также большими усилиями на маховиках подъемного и поворотного механизмов.

Проектное изображение СУ-85-IV.

Опытный образец СУ-85-IV. Лето 1943 г.

В итоговом отчете говорилось, что все орудия недоработаны, однако, учитывая острую необходимость СУ-85 в армии, комиссия предписала работы по Д-6, С-18 и С-18-1 прекратить, а все силы сосредоточить на спешной доработке СУ-85-2, вооруженной 85-мм пушкой Д-5С85, как обладающей наилучшей скорострельностью, кучностью и эксплуатационными удобствами с целью дальнейшего принятия на вооружение. Начальник ЦАКБ В.Г. Грабин пытался продавить продолжение работ по С-18, декларируя грядущее быстрое увеличение у нее начальной скорости путем удлинения ствола до 60 калибров, но оценка массы получающейся пушки, видимо, испугала Техуправление НКВ, которое не санкционировало продолжение работ в данном направлении.

Серийное производство СУ-85 началось с 1 августа 1943 г. (по словам Л.И. Горлицкого, 1 августа началась фактическая приемка СУ-85, а выпуск машин без вооружения велся на УЗТМ уже в июле). Первые факты боевого применения полка СУ-85 имели место в составе 2-го Украинского фронта в конце августа 1943 г., где они впервые вступили в бои с немцами в ходе борьбы за плацдармы на Днепре.

8.5 Новые "лапти" для "Зверобоев"

Итак, лето 1943 г. в отечественном танкостроении было связано с разработкой нового тяжелого танка ИС и широким освоением его промышленностью взамен КВ-1С. Вполне естественно, что имеющаяся к тому времени на вооружении тяжелая САУ СУ-152 также послужила предметом модернизации, которая началась распоряжением по заводу № 100 от 25 мая 1943 г. В этот день конструкторская группа самоходной артиллерии под руководством Г.Н. Москвина, к которой для усиления был прикомандирован также Н.В. Курин, совместно с БТУ ГБТУ Красной Армии выработала расширенные ТТТ на тяжелую САУ, фигурировавшую в переписке под индексом СУ-152-М.

В основе требований лежали следующие положения:

"Разработка тяжелого самохода СУ-152-М ведется на замену самохода КВ-14.

1) для самохода использовать шасси и МТО танка "Объект 237";

2) основное вооружение сохранить в виде 152-мм самоходной пушки МЛ-20С обр. 1942 г., имеющей внутреннюю баллистику гаубицы-пушки указанного калибра обр. 37г.;

3) необходимо дополнить пушечное вооружение тяжелого самохода оборонительным пулеметом кругового обстрела калибра 7,62-мм или зенитным пулеметом кал. 12,7-мм;

4) увеличить толщину брони лобового листа корпуса до 90-100мм;

5) обзорность увеличить применением нескольких смотровых приборов типа МК-1У на поворотном основании;

6) улучшить вентиляцию боевого отделения введением дополнительного вентилятора, или предусмотреть продувку ствола орудия после выстрела…"

Одна из СУ-152 в боях севернее Курска. Лето 1943 г.

Окончание срока разработки проекта предусматривалось 1 июля 1943 г., и никто не мог даже предположить, что летом же указанные САУ поступят на вооружение.

К сожалению, отчет завода № 100 "о танкостроении" в годы войны не дает никаких подробностей о проведении разработки указанной машины, лишь констатирует, что эскизный проект был защищен раньше срока. Также известно, что в конце июля началось изготовление прототипа тяжелой САУ, получившей наименование в переписке ИС-152. Во второй половине августа прототип был готов, но его испытания были отложены по крайней мере на месяц.

Принято считать, что первый показ ИС-85, КВ-85 и ИСУ-152 состоялся на Ивановской площади Кремля 31 июля 1943 г., но по ряду признаков (срок окончания предварительных испытаний, дата принятия на вооружение ИС-85, КВ-85 и ИС-152 ) автор считает, что показ прошел месяцем позднее, то есть 31 августа. По многочисленным воспоминаниям в показе новых танков участвовали В.А. Малышев, Я.В. Федоренко, К.Е. Ворошилов, Л.П. Берия, В.М. Молотов и И.В. Сталин. Некоторые добавляют в число свиты также начальника ГАУ Н.Д. Яковлева, наркома Вооружений Д.Ф. Устинова, а также иных представителей ГАУ и ГБТУ.

Все свидетели указанного события отмечают, что перед показом из машин удалили экипажи, кроме механика-водителя, заменив отсутствовавших сотрудником госбезопасности. Доставленные в Кремль машины вызвали живейший интерес вождя, который захотел взобраться именно на ИСУ-152. Никто из присутствовавших не ожидал этого, и никакой лесенки запасено не было. Двое ретивых генералов кинулись помогать вождю, но он отстранил их и самостоятельно взобрался на МТО тяжелой САУ, после чего, заглянув в боевое отделение, поинтересовался у сотрудника госбезопасности, что в новой САУ сделано для улучшения вентиляции, так как в ходе боев на Курской дуге были случаи отравления экипажей пороховыми газами. Понятно, что опрошенный молчал как партизан на допросе, но положение спас находчивый водитель, доложивший вождю, что в указанной САУ введен дополнительный вентилятор боевого отделения.

Закончив осмотр, вождь спустился на землю и поздравил наркома В.А. Малышева с новым достижением, а 4 сентября 1943 г. постановлением ГКО № 4043сс тяжелые танки КВ-85, ИС-85 и ИС-152 (будущая ИСУ-152) были приняты на вооружение Красной Армии. Но если в отношении КВ-85 и ИС-85 это могло означать немедленную организацию серийного производства, то с ИС-152 до этого было еще далеко.

Заводские испытания, прошли в сентябре 1943 г. и показали у машины множество недостатков, а главное – стоимость образца была значительно выше запланированной. Поэтому в сентябре выпуск СУ-152 (КВ-14) сохранился, а ИС- 152 (ИСУ-152) была отправлена на доработку.

Поздняя модификация СУ-152 (КВ-14), осень 1943 г.

Второй экземпляр ИС-152, работы над которым шли уже под обозначением "Объект 241", ставший эталоном для изготовления серии, был законч$ен в начале октября 1943 г. Руководил работами Г.Н. Москвин, так как Н.В. Курин был занят работами по вооружению танка ИС 122-мм пушкой. По завершении заводских испытаний установка была передана на Гороховецкий полигон, где полностью выдержала государственные испытания, а с учетом того, что новый вариант ИС-152 по цене стал сопоставим с СУ-152, то 6 ноября 1943 г. он принимается в валовое производство на ЧКЗ взамен предшественника, выпуск которого прекращался.

Первый тяжелый самоходно-артиллерийский полк ИСУ-152 был сформирован в начале декабря 1943 г. и в январе 1944 г. принял участие в боях.

Самоходно-артиллерийская установка ИСУ-152 ("Объект 241"). Октябрь 1943 г.

8.6. «Витязь» и другие

Осенью 1943 г. ГАУ выдвинуло ТТТ к "самоходно-артиллерийским системам большой и особой мощности". Вооружать их предполагалось 203-мм гаубицей обр. 1931 г., производство которой планировали возобновить на заводе "Большевик" в 1944 г. В ноябре по распоряжению наркома Д.Ф. Устинова техуправление НКВ объявило конкурс на создание САУ большой мощности по теме "Витязь".