Фотографии

Фотографии

И.В. Сталин с соратниками на даче (1939 г.) (Публ. по: Городецкий Г. Роковой самообман. Сталин и нападение Германии на Советский Союз. М., 1999)

М.М. Литвинов

И. Риббентроп подписывает в ночь с 23 на 24 августа 1939 г. Договор о ненападении между Германией и Советским Союзом

И.В. Сталин и И. Риббентроп скрепляют договоренность рукопожатием

В.М. Молотов и Ф.В. фон Шуленбург (август 1939 г.) (Публ. по: Городецкий Г. Роковой самообман. Сталин и нападение Германии на Советский Союз.)

Польский плакат призыв к обороне столицы (Archiwum akt nowych, Warszawa, далее — AAN)

Нападение Германии на Польшу 1 сентября 1939 г. Демонтаж границы

Маршал Войска Польского Э. Рыдз-Смиглы с генералом С. Мачеком (AAN)

Воззвание командующего армией генерала Роммеля к жителям Варшавы от 16 сентября с приказом маршала Э. Рыдза-Смиглого защищать столицу, не теряя веры в победу (AAN)

Контакты советского и германского командования в период «освободительного похода». Комбриг Кривошеин и генерал Гудериан

Советский посол А.А. Шкварцев провожает в Москву П. Риббентропа накануне подписания 28 сентября 1939 г. «Германо-советского договора о дружбе и границе между СССР и Германией»

В.М. Молотов подписывает договор от 28 сентября 1939 г. (Российский государственный архив кинофотодокументов)

Член Военсовета Украинского фронта Н.С. Хрущев 29 сентября 1939 г. у реки Сан

Карта Польши с обозначением «сфер интересов»

Разметка и обозначение демаркационной линии (AAN)

Разметка и обозначение демаркационной линии (AAN)

Германские офицеры на линии разграничения (AAN)

Рисунок В. Шумейкера «Польша» («Chicago Daily News»)

Рисунок Шанселя «Распятие» (Сталин: Вам молоток? ...Вот!) («Match», Paris)

Представление Л.П. Берии и постановление Политбюро ЦК ВКП(б) от 5 марта 1940 г. по пункту: «144. Вопрос НКВД» (Центр хранения современной документации. Ф. 89 (1940-1991). Пер. 14. Л. 9-12)

Письмо маршала Э. Рыдза-Смиглого от 7 октября 1939 г. О необходимости сосредотачивать польский офицерский корпус во франции (AAN)

«Черный ворон», использовавшийся НКВД ДЛЯ транспортировки заключенных

Фрагмент монтажа фотографии умерщвленных польских военнопленных из экспозиции Катынского музея в Варшаве

Работа штаба генерала В. Сикорского после перемещения польского правительства в изгнании в Лондон (AAN)

Премьер-министр У. Черчилль встречается в Лондоне 22 октября 1940 г. с первыми польскими подразделениями (AAN)

Подписание 4 декабря 1941 г. в Москве Советско-польской декларации о дружбе взаимной помощи (AAN)

Переговоры о согласовании действий в войне против фашистской Германии в августе 1942 г. (слева направо: У. Черчилль, И.В. Сталин, посол США в СССР А. Гарриман)

Раскрытие «ям смерти и забвения» в Козьих горах (Катынский лес) в апреле 1943 г. (Muzeum Katy?skie. Warszawa)

Технически комиссия Польского Красного Креста на «поле смерти» (Muzeum Katy?skie. Warszawa)

Генеральный секретарь ПКК К. Скаржиньский и ксендз С. Ясиньский в ходе беседы со свидетелем И. Киселевым (Muzeum Katy?skie. Warszawa)

Обследование останков членами Международной медицинской комиссии профессорами Навиллем и Паломиери 28- 29 апреля 1943 г.

Немецкая листовка «Сикорский как последняя жертва Катыни» с обвинениями в адрес английских властей (AAN)

Немецкая листовка в связи с выступлением У. Черчилля в палате общин 22 февраля 1944 г : Черчилль подталкивает Польшу (Красную шапочку) к Сталину (волку) со словами: «Не бойся, бабушка тебе ничего не сделает» (AAN)

К.Д. Зоря на фронте

Выступление помощника советского обвинителя Н.Д. Зори на Нюрнбергском процессе 11 февраля 1946 г.

Могила Н.Д. Зори на Восточном кладбище рядового состава Советской Армии в Лейпциге

Ю.Н. Зоря в Нюрнберге через 50 лет в поисках следов отца

Сопредседатели советско-польской комиссии ученых по изучению истории двух стран (так называемых «белых пятен») Г.Л. Смирнов и Я. Мачишевский

Советская часть комиссии (справа налево): Г.Л. Смирнов, А.Л. Нарочницкий, А.О. Чубарьян, B.C. Парсадаиова, В.Я. Сиполс, Т.В. Порфирьева, Ф.И. Фирсов, И.С. Яжборовская

Советские члены комиссии заместитель председателя В.В. Журавлев и П.А. Кочегура, польские члены комиссии Ч. Лучак и Ч. Мадайчик (справа налево)

Польская часть комиссии (справа налево): Т. Валихновский, М. Лечик, В.Т. Ковальский, М. Танты, Б. Сыздек, Э. Козловский, Р. Назарович

Рабочий экземпляр постановления Второго съезда народных депутатов СССР «О политической и правовой оценке советско-германского договора о ненападении от 1939 года» (из архива В.А. Александрова)

В.М. Фалин, А.Н. Яковлев и А.С. Черняев (слева направо) на Втором съезде народных депутатов СССР

Президент СССР M.С. Горбачев передает Президенту Республики Польша В. Ярузельскому 13 апреля 1990 г. копии документов о судьбах польских военнопленных

Президент РП возлагает 14 апреля 1990 г. венок к символической могиле в Катынском лесу

Перекличка павших в Катынском лесу 14 апреля 1990 г.

Эксгумационные работы следственной группы Главной военной прокуратуры в Харькове и Медном в июле—августе 1991 г. Прокуроры, руководившие расследованием Катынского дела (справа налево): А.В. Третецкий, С.В. Шаламаев, А.Ю. Яблоков

Судебно-медицинский эксперт Л.В. Беляев

Прокуроры ГВЦ со своими помощниками военнослужащими Кантемировской танковой дивизии

Извлечение останков из раскопа под руководством польского эксперта Б. Млодзейовского

Российские и польские прокуроры за изучением результатов эксгумации (слева направо): С.В. Шаламаев, Б. Млодзейовский, С.С. Радевич, А.В. Третецкий, С. Снежко

Упорядочение останков для определения числа жертв

Духовник катынских семей ксендз З. Пешковский в заупокойной молитве

Прокуроры и эксперты за работой

Сбор вещественных доказательств

Следственная группа после завершения работ в Харькове (в первом ряду слева направо): А.В. Третецкий, В. Ершик, Л.В. Беляев, А.Ю. Яблоков, С.В. Шаламаев, С.С. Радевич

Российские и польские участники эксгумации в помещении Тверского медицинского института, бывшего УНКВД по Калининской обл., где весной 1940 г. тайно проводилось умерщвление польских пленных

Памятник погибшим и убиенным на востоке. Варшава, 1992 г. Автор — М. Бискупский (фото П. Черемушкина)

Президент Российской Федерации Б.Н. Ельцин у Катынского креста в Варшаве во время визита 24—25 августа 1993 г. (Gazeta Wvborcza. Warszawa. 26.08.1993). (фото М. Мачежиньского)

Активисты «польской группы» общества «Мемориал»:

А.М. Гришина

А.Э. Гурьянов

Н.В. Петров

Встреча в Варшаве с руководством польского общества «Карта»

Открытие Мемориала «Катынь» 28 июля 2000 г. Братские могилы под лежачими деревянными крестами (фото П. Черемушкина)

Экуменическое освящение забранных под плиты «ям смерти и забвения» (фото П. Черемушкина)

Литургия у «Стены памяти». Примас кардинал Ю. Глемп. Надписи на плакате полевого алтаря с изображением Катынской мадонны: «Помоги простить». «Памяти отцов наших» (фото П. Черемушкина)

Официальная часть. Премьер-министр Республики Польша Е. Бузек и вице-премьер Российской Федерации В. Христенко (фото П. Черемушкина)

Высшее духовенство пяти конфессий (фото Э. Запольского)

Министр обороны РП Б. Коморовский, Генеральный штаб, генералитет, военный атташат, председатель Совета охраны памяти борьбы и мученичества А. Пшевозник (фото П. Черемушкина)

Торжественное возложение венков после воинского ритуала. На первом плане — делегация польского парламента во главе со спикерами палат А. Гжеськовяк и М. Плажиньским (фото Э. Запольского)

Участники совместного расследования Катынского дела начала 1990-х гг. (справа налево): А.В. Третецкий, М. Глосек, Е. Тухольский, А.Ю. Яблоков, И.С. Яжборовская (фото П. Романова)

Открытие мемориального комплекса «Медное» 2 сентября 2000 г. Экуменический крестный ход на Польском воинском кладбище (фото А. Яблокова)

Торжественная литургия у «Стены памяти» по более чем 6300 убиенным (фото А. Яблокова)

Заместитель Генерального прокурора РП С. Снежко около одной из 25-ти братских могил — месте первой эксгумации 1991 г. (фото А. Яблокова)

Участники расследования Катынского дела и эксгумации в Медном (справа налево): А.Ю. Яблоков, З. Савицкий, А.В. Третецкий, Б. Млодзейовский, П.С. Романов

Заявление тверского «Мемориала»

Состоявшееся 2 сентября открытие мемориального комплекса «Медное» — событие поистине международного масштаба. Воздание должного памяти многих тысяч жертв одного из самых жестоких в истории человечества политических режимов — это напоминание всему миру о гибельном безумии антидемократического тоталитарного правления, о необходимости защиты мировым сообществом идей цивилизованного гуманизма, прав человека, демократических ценностей.

Тем более досадно, что событие такого уровня отмечено российской стороной с поистине оскорбительной спешкой и почти полным невниманием как к выжившим жертвам политических репрессий, так и к общественному мнению как таковому. Это было особенно заметно по сравнению с тем, как отметили открытие своей части мемориала поляки. Суть, разумеется, не в пышности церемонии и даже не в том, что из-за отсутствия средств российская часть мемориального комплекса в отличие от польской весьма далека от завершения, а в человеческом наполнении столь значимого события — во внимании к родственникам погибших, в соучастии польских правительственных, общественных и религиозных организаций, выступавших как единое целое.

Больно было слышать слова недоумения и обиды из уст россиян, наших земляков, приехавших в этот день почтить память погибших. Почему наша власть по-прежнему так невнимательна к человеку? Почему никто из первых лиц страны и даже области не пожелал отдать должное жертвам государства, преемниками которого они стали? Почему кроме двух чиновников никто, включая родственников погибших, не был допущен выступить на печальной церемонии? Почему, наконец, вопреки всем традициям не были исполнены религиозные обряды?

Очевидно и намеренно проявленное равнодушие российской власти к столь значимому событию, на наш взгляд, выражает ту же опасную тенденцию, что и позорная нерасторопность и невнимание к судьбам моряков с затонувшей подводной лодки «Курск». Нынешнее государство, похоже, наследует характерное для тоталитарной власти пренебрежительное отношение к человеческой жизни. Развитие этой тенденции чревато повторением страшных ошибок и преступлений прошлого. Мы не должны допустить этого.

Тверское отделение российского «Мемориала» также было лишено возможности обратиться ко всем, кто по долгу совести и памяти посетил в этот день мемориальный комплекс «Медное». Поэтому нам не остается ничего другого, как сделать то, чего не сделали власти.

Как часть российского общества, мы просим прощения у всех родственников и близких погибших как польских так и российских граждан за то, что не сумели заставить нашу власть быть более человечной и более внимательной к вам, и за то, что не добились иного отношения к печальному прошлому в самом российском обществе.

Принято на общем собрании Тверского отделения Российского историко-просветительского, правозащитного и благотворительного общества «Мемориал» 2 сентября 2000 г.

Обращение тверского отделения общества «Мемориал» от 2 сентября 2000 г.