8

8

Чолула поразила пришельцев многим. Во-первых, это был величественный храм благодетельного бога Кецалькоатля, воздвигнутый, как думали испанцы, на огромном холме. Каково же было удивление Кортеса, когда он узнал от тлашкаланцев, что в действительности это не природный холм, а гигантская пирамида, выстроенная многими поколениями. Во-вторых, поражали своей образцовой чистотой широкие улицы. Такого испанцы не видывали и на своей родине. По самым скромным подсчетам, в Чолуле было не менее двадцати тысяч домов.

Толстый тотонакский вождь, подходя к Чолуле, кряхтел, ежился и хватался за амулеты, висевшие на груди.

– Впереди нас ждет смерть! – говорил он вполголоса Марине. – Я это чувствую!

– Нет, Бог христиан с нами, он нас спасет! – возразила ему Марина.

– Ты веришь в чужеземных богов? – изумился то-тонак и покачал головой.

– Да, верую!

Теперь, вспоминая этот давний разговор, старая женщина задумалась: действительно ли она тогда верила во всемогущество Иисуса Христа? Пожалуй, все-таки нет; она интуитивно верила в силу Кортеса, его невиданного оружия и в свирепую преданность тлашкаланцев. Полное осознание христианской религии пришло к ней позднее, уже после падения Теночтитла-на и разгрома ацтеков.

Поначалу все было хорошо. Кортес по просьбе касиков Чолулы оставил воинов из Тлашкалы на бивуаке вне города, чтобы не усиливать старой вражды. Были доставлены съестные припасы. Пришедшие отдыхали. Но через несколько дней положение дел изменилось к худшему.

Прибыло новое посольство от Мотекусомы, но уже без даров. Послы объявили, что правитель ацтеков не желает прихода испанцев в столицу, потому что в Теночтитлане сейчас мало съестных припасов. Ацтеки на этот раз держались гордо и независимо; куда исчезла их былая вежливость и любезность?

И ведь это она, Марина, вновь почувствовала что-то недоброе! Она шепнула Кортесу, что надо было бы послать двух-трех тотонаков посмотреть, что делается в городе. Вернувшиеся соглядатаи сообщили, что на многих улицах Чолулы устроены завалы и скрытые рвы-ловушки с воткнутыми на дне острыми кольями. Снаружи эти рвы замаскированы землей и досками. На крышах зданий заготовлены кучи метательных камней. Более того, было замечено, что женщины и дети спешно покидают город. Кортесу и его офицерам стало ясно, что на испанцев готовится нападение. Но когда и как?

И здесь опять помогла Марина. Или судьба помогла ей и испанцам? Пожилая индианка, плененная красотой, молодостью и богатством девушки-пленницы, решила женить на ней своего младшего сына, а муж ее был важной персоной – начальником одного из городских кварталов. Она по секрету сообщила Марине, что скоро все испанцы и их союзники будут истреблены по приказу Мотекусомы. «Перебирайся ко мне, и ты останешься в живых», – говорила старуха. Марина сделала вид, что она очень рада такому предложению, и даже стала собирать свои пожитки. Сейчас она, к сожалению, не может пока уйти. Пусть старуха остается до ночи в лагере, тогда они окончательно соберут все и ускользнут. Индианка согласилась, а девушка, делая вид, что укладывается, постепенно выпытала все, что та знала.

Оказалось, что уже три дня идет подготовка к нападению и истреблению чужеземцев, что под городом стоит наготове большое ацтекское войско… Напасть на испанцев предполагалось во время их ухода из Чолулы.

Марина под каким-то предлогом отлучилась от собеседницы и побежала к Кортесу. Тот велел привести старуху и узнал от нее еще немало ценных сведений. Так прошла эта томительная ночь, потому что всех солдат подняли по тревоге, а Кортес совещался со своими офицерами. Ждали нападения ночью, но оно не произошло.

Утром в испанский лагерь пришло огромное число индейцев, часть под видом носильщиков, часть как вспомогательные войска для дальнейшего похода. Военачальники Чолулы полагали, что чужеземцы крепко сидят в западне и что чем больше будет воинов, тем лучше. Но стоявшие на страже у ворот испанские солдаты отнимали у входивших оружие. Ошеломленные чолульцы толпились беспорядочно у ворот. Сам Кортес с охраной находился в глубине двора, верхом на коне. Рядом с ним была и Марина.

Когда во двор вошли жрецы и правители Чолулы, Кортес кратко сказал им, что он все знает о заговоре, наказание за это злоумышление – смерть. Они попытались оправдаться, но это не помогло. Кортес подал знак, и грянул залп, за ним второй, третий… Пушки били в упор, индейцы падали сотнями. Те, кого пощадили пули, пали от испанских стальных мечей. Подоспевшие со своей стоянки тлашкаланцы тоже не миловали старинных недругов. В этой бойне погибло около трех тысяч жителей Чолулы.

Марина смотрела на кровопролитие спокойным взором – войны между индейскими племенами она видела с детства. А здесь она чувствовала впервые, что в этой победе испанцев есть и ее доля. Так, между прочим, считали и сами чужеземцы, они хвалили ее и одаривали всякими мелочами.

После разгрома чолульцев через неделю испанское войско снова тронулось в путь к близкому уже Теночтитлану.