4

4

Прошло несколько недель. Марина полностью освоилась с жизнью бродячего войска чужеземцев. Она стала необходима Кортесу не только как служанка и любовница, но и как прекрасный переводчик. Агилар с грехом пополам переводил на испанский с майя, но, когда прибыли первые послы Мотекусомы, говорившие на науатль, он оказался совершенно беспомощен. Вот здесь-то и проявился один из талантов Малиналли-Марины – умение быстро овладевать любым языком. Она уже прилично понимала испанский, но говорить на нем еще не решалась. Переговоры же с посланцами владыки Теночтитлана происходили так. За креслом, в котором сидел Кортес, стояли Агилар и Марина. Выслушав длинные и цветастые речи ацтекских послов, Малиналли быстро и кратко передавала их на майя Агилару. Испанский солдат, в свою очередь, переводил фразу Кортесу. Марина видела, что ее повелителю не нравится такая долгая процедура, но пока она ничего не могла сделать. Иногда ей удавалось вставить в свою майяскую речь испанское слово; это радовало Агилара и забавляло Кортеса, он с улыбкой всякий раз поглядывал на нее.

А по ночам Марина служила военачальнику иначе: своим юным гибким смуглым телом. Оба были охвачены молодой страстью. Теперь поцелуи Кортеса волновали и зажигали ее, она чувствовала тонкость этих новых чужеземных ласк. А когда он касался губами сосков ее начинавшей расцветать груди, Марина задыхалась от непонятных ей чувств: то ли от стыда, то ли от блаженства будущего материнства.

Заглядывавшийся первоначально на нее красивый рыцарь – Алонсо Эрнандес Пуэртокарреро, поняв произошедшее, перестал докучать девушке. Может быть, не желая ссориться с предводителем из-за какой-то пленницы, когда они, испанцы, со всех сторон окружены врагами.

Теперь Марина все время ходила в белоснежных одеждах; две индианки стирали белье ее и Кортеса. Каким-то образом эти девушки узнали, что у Кортеса есть жена, оставшаяся на Кубе. Новость эта ее ничуть не взволновала; она объявила им, улыбаясь, что у такого великого военачальника, как ее возлюбленный, и должно быть много жен и наложниц. Но внутренне она верила, что Кортесу теперь не нужна никакая женщина, кроме нее.

И Марину и других индейцев поражала страсть белых чужеземцев к золоту. Второе посольство от Мотекусомы к Кортесу доставило в дар пришельцам изображение солнечного диска из золота величиной с колесо повозки. Второй диск, серебряный, еще больших размеров, изображал луну с длинными лучами. Кроме того, было еще множество золотых фигурок и ожерелий. Восторг чужеземцев был неописуем, они ликовали и бесновались. Видя открытое недоумение на лицах послов, Кортес вынужден был объяснить происходящее. Он сказал, что испанцы страдают болезнью сердца, излечить которую может только чистое золото.

Испанский предводитель заявил, что должен увидеть великого Мотекусому, он, Кортес, послан своим повелителем, императором, сюда именно с такой целью. Послы старались вежливо отклонить его от этого намерения, но Кортес был непреклонен. Оставив корабли и основав на побережье город Веракрус, испанский отряд двинулся в глубь страны.