Размышления и воспоминания В авангарде мировой революции

Размышления и воспоминания

В авангарде мировой революции

Мне за годы моей службы приходилось много общаться с кубинскими военными – солдатами, офицерами и генералами. Прямо могу сказать, что лучших солдат нужно поискать. К 70-м годам XX века вооруженные силы Кубы благодаря советской военной помощи стали самыми боеспособными и боеготовыми во всей Латинской Америке. Кубинские войска активно действовали в разных регионах мира, прежде всего в Африке и конечно же в Западном полушарии. Везде, где шла национально-освободительная борьба, кубинцы действовали плечом к плечу со своими советскими товарищами.

Это по многим причинам устраивало Советский Союз.

Эпоха холодной войны имела свои определенные «правила». Две сверхдержавы – Советский Союз и США – не всегда и не везде могли использовать свои вооруженные силы. По крайней мере, обе стороны стремились ни в коем случае не допустить прямой конфронтации. В 1950 году, когда началась война в Корее, СССР не пошел на прямое военное вмешательство в конфликт, хотя и советские летчики, и зенитчики, и специалисты других родов войск наряду с северными корейцами и китайцами вели активные боевые действия. Сталин опасался тогда прямой военной конфронтации с США. При наличии ядерного оружия в арсеналах обеих сторон слишком высока была опасность возникновения атомной войны.

Эти же соображения, так или иначе, оказывали воздействие на внешнюю политику Советского Союза и после смерти Сталина. Военная помощь, направление военных советников и специалистов, поставки вооружений – все это было допустимо. Автомат Калашникова стал даже своеобразным символом борьбы за свободу во многих странах мира.

После Второй мировой войны, когда десятки стран мира начали борьбу за свое национальное освобождение, Куба стала для многих государств ярким примером. Именно поэтому многие из них прибегали к помощи кубинских частей. А смуглый или черный цвет кожи многих кубинцев как бы привносил в эту борьбу еще и расовый элемент. Кубинские солдаты, потомки завезенных на Американский континент рабов, приходили на помощь своим собратьям в Африке для того, чтобы свергнуть колониальное рабство и добиться свободы. И хоть об этом открыто не говорилось, но сама идея как бы витала в воздухе.

Активное кубинское участие в мировом национально-освободительном движении в странах Латинской Америки, Африки и Азии вовсе не было вызвано послушным следованием Кубы в фарватере советской внешней политики. Такой подход, на мой взгляд, слишком упрощенный. У Кубы, кубинского народа и руководства страны был свой собственный счет к империализму, к Соединенным Штатам Америки. Успех революционной борьбы на Кубе продемонстрировал всем обездоленным и угнетенным странам мира, что освобождение родины – возможно, но за это надо сражаться.

Один из наиболее ярких и авторитетнейших вождей Кубинской революции Эрнесто Че Гевара писал: «Если бы все латиноамериканские народы подняли знамя борьбы в защиту собственного достоинства, как это сделала Куба, то пошатнулись бы основы монополий; они вынуждены были бы смириться с новой политической и экономической ситуацией и навсегда расстаться со значительной частью своих прибылей… Каждый раз, когда какая-либо истерзанная страна бросает клич освобождения, – обвиняют Кубу. И в некоторой степени Куба повинна в этом, ибо именно она указала путь – путь вооруженной народной борьбы против якобы непобедимых армий, путь борьбы в сельской местности с целью измотать и уничтожить противника за пределами его баз, короче говоря, указала путь борьбы в защиту собственного достоинства».

В своей знаменитой книге «Партизанская война», написанной вскоре после победы Кубинской революции и ставшей своеобразной библией для повстанческих, национально-освободительных движений и организаций во всех странах третьего мира, Че Гевара сделал поучительные выводы:

«Победа кубинского народа над диктатурой Батисты… опрокинула устаревшие представления о народных массах Латинской Америки, наглядно продемонстрировав способность народа путем партизанской борьбы освободиться от правительства, которое его угнетает.

Мы считаем, что из опыта Кубинской революции следует извлечь три основных урока для революционного движения на южноамериканском континенте:

1) народные силы могут победить в войне против регулярной армии;

2) не всегда нужно ждать, пока созреют все условия для революции – повстанческий центр может сам их создать;

3) в слаборазвитых странах южноамериканского континента вооруженную борьбу нужно вести главным образом в сельской местности».

В 1966 году Фидель Кастро провозгласил, что партизанская борьба – это единственный путь, следуя которым страны Латинской Америки могут добиться освобождения. «В чем мы убеждены, – летом того года писал он в газете „Гранма“, – так это в том, что в огромном большинстве латиноамериканских государств существуют условия для свершения революций, намного превосходящих ту, что произошла на Кубе, и что если эти революции не свершатся в этих странах, то только из-за недостатка убеждений у тех, кто называет себя революционерами».

Для того чтобы «разбудить» этих революционеров в других странах, Куба принимала самые активные меры, раздражая, кстати, тем самым Москву. Советское партийно-политическое руководство стояло на более умеренных позициях, веря в возможность достижения революционных преобразований в развивающихся странах парламентским, реформаторским путем.

Одним из наиболее убежденных революционеров-интернационалистов, веривших в возможность и целесообразность подталкивания революционной борьбы в других странах извне, был Эрнесто Че Гевара. Своим личным примером он претворял эту идею в жизнь в тропических лесах Африки и джунглях Латинской Америки. В 1965 году с небольшим отрядом ветеранов кубинской революционной партизанской борьбы он уехал в Конго, где помогал партизанам Катанги бороться против правительства этой страны. В октябре 1967 года в Боливии, далеко от ставшего родным Острова свободы, аргентинский врач, идеалист и мечтатель Че нашел свой трагический конец.

В бою с боливийскими рейнджерами отряд Че попал в засаду и практически полностью был уничтожен. Раненого команданте взяли в плен и по приказу американских спецслужб казнили. Руки Че Гевары в качестве доказательства расправы с революционером были отрублены и посланы в Вашингтон. Место захоронения Че и его товарищей было закатано бульдозерами.

В 1997 году специальная экспедиция нашла это место, откопала останки Че Гевары и шести его товарищей и отправила их на Кубу. Там, в 300 километрах к востоку от Гаваны, в городе Санта-Клара, который Че освобождал в годы Кубинской революции, был сооружен величественный монумент-музей Эрнесто Че Гевары. Во весь свой 7-метровый рост над Санта-Кларой поднимается 23-тонная фигура легендарного революционера, одного из самых харизматических деятелей XX столетия. Убранство внутри мемориального комплекса строгое и простое: кусок джунглей, партизанское убежище, пещера. Ниша, в которой покоится гроб, освещена лучом света, падающим на стену, где висит красная звезда. Именно эту звезду носил на своем знаменитом берете Че…

Деятельность Кубы на международной арене в 60-80-х годах XX века вовсе не ограничивалась Западным полушарием. За тридцать лет кубинские военные выполняли различные «интернациональные миссии» в тринадцати странах мира. Они поддерживали партизанские движения в Конго, Боливии, Аргентине, Венесуэле и Никарагуа, вели боевые действия в Анголе и Эфиопии, «присутствовали» на Гренаде, в Гвинее-Бисау, Сирии, Аргентине, Танзании и Мозамбике, охраняли президентов африканских стран и подавляли там военные перевороты.

Наиболее активную роль кубинские войска сыграли в Анголе. Кубинский контингент в стране достигал 50 тысяч человек, на вооружении они имели 1500 танков и 150 самолетов и вертолетов. Опыт участия в боевых действиях в Анголе в разное время получили в общей сложности более 300 тысяч кубинских военнослужащих. По мнению генерала У. Р. дель Торо, для вооруженных сил Кубы этот опыт бесценен, так как «по крайней мере до 2015 года у нас будут в действующей армии и резерве люди с боевым опытом».

Участие кубинских войск в Анголе во всех отношениях было уникальной военной операцией. Для такой крошечной страны, как Куба, находящейся к тому же в 14 тысячах километров от Анголы, создать такую мощную группировку вооруженных сил и организовать ее боевые действия было просто немыслимым. Это было возможно только благодаря советской помощи, прежде всего материальной и технической. Однако воевали на юге Африки, а затем уже и на Африканском Роге кубинцы самостоятельно. Кубинские контингенты войск имели собственное командование. Советские военные советники и специалисты взаимодействовали с ними в Анголе или Эфиопии, но не имели полномочий командовать.

Кубинцы зарекомендовали себя настоящими воинами. Их отличали дисциплина и порядок, организованность, твердость управления и высокий профессионализм.

В период военных действий в Анголе Фидель Кастро, по отзывам Хуана Эскалопа Регера, лично вникал во все детали политической и военной ситуации в этой стране. В течение двух лет, ежедневно в обеденное время он навещал центральный командный пункт, где собиралась вся информация по Анголе. Фидель внимательно знакомился с боевыми сводками и донесениями, данными разведки, вместе с кубинскими штабистами анализировал ситуацию на фронте. Нередко он задерживался на командном пункте до самого утра. Руководство военной операцией в Анголе, равно как и всю ответственность за ее ход и исход, кубинский лидер полностью взял на себя.

Хуан Регера в своих воспоминаниях приводит такой факт: «Месяцами Советы не имели представления, что мы делали в Анголе. Когда мы приехали на XXV съезд КПСС, при мне были шифры и карты… Как-то мы пригласили к себе в резиденцию маршала Андрея Гречко, министра обороны СССР. Фидель рассказывал ему о топографии региона, что там растет, насколько засушливые земли, давал характеристики рек. В какой-то момент Гречко не выдержал и воскликнул: „Как же плохо работает советская разведка! Я и не знал, что ты был в Анголе“. Фидель объяснил ему, что никогда не был в Анголе. Тогда Гречко спросил: „А откуда ты знаешь, что земли там песчаные и мало растительности? Откуда о реках все знаешь?“ – „В этом заключается работа по поддержанию взаимодействия“, – ответил ему главнокомандующий».

Подробный и интересный экскурс в географию кубинской интернациональной помощи в 60-80-х годах дал в своем выступлении 1 мая 2003 года Фидель Кастро:

«Ни в каком другом народе настолько не укоренился дух международной солидарности. Наша страна поддержала алжирских патриотов в борьбе против французского колониализма ценой нарушения политических и экономических связей с такой важной европейской страной, как Франция.

Мы посылали оружие и бойцов, чтобы защитить Алжир от марокканского экспансионизма, когда король этой страны хотел захватить разработки железных руд в Гара-Джебилет по соседству с городом Тиндуф на юго-западе Алжира.

В 1973–1975 годах по просьбе Сирии полный персонал танковой бригады был дислоцирован у Голанских высот, когда эта часть территории была незаконно отнята у этой арабской страны.

Нашу политическую поддержку получил лидер только что добившейся независимости Республики Конго Патрисио Лумумба, которого преследовали из-за рубежа. После его убийства колониальными державами в январе 1961 года мы оказывали поддержку его последователям.

Четыре года спустя, в 1965 году, кубинская кровь пролилась к западу от озера Танганьика, где Че и более ста кубинских инструкторов помогли конголезским повстанцам, боровшимся с белыми наемниками, которые находились на службе у Мобуту – человека, поддерживавшегося Западом, чьи 40 миллиардов ворованных долларов хранятся неизвестно в каких европейских банках и неизвестно кому принадлежат.

Кровь кубинских инструкторов пролилась, когда они готовили и поддержали бойцов Африканской партии независимости Гвинеи и Островов Зеленого Мыса, которые под командованием Амилкара Кабрала боролись за независимость этих бывших португальских колоний.

То же происходило в течение десяти лет, когда Кубе помогала МПЛА Агустиньо Нето в борьбе за независимость Анголы. После ее достижения и на протяжении 15 лет сотни тысяч кубинских добровольцев участвовали в защите Анголы от нападений южноафриканских расистских войск, которые в сговоре с Соединенными Штатами, используя методы грязной войны, расставили миллионы мин, смели с лица земли целые селения и убили более полумиллиона ангольских мужчин, женщин и детей.

В Куито-Куанавале и на границе с Намибией на юго-западе Анголы ангольские и намибийские силы и 40 тысяч кубинских солдат нанесли окончательный удар южноафриканским войскам, располагавшим в то время семью атомными бомбами, которые были поставлены Израилем или произведены с его помощью с ведома и при тесном участии правительства Соединенных Штатов. Это означало немедленное освобождение Намибии и, возможно, ускорило на двадцать – двадцать пять лет конец апартеида.

В течение почти 15 лет Куба занимала почетное место в движении солидарности с героическим народом Вьетнама в период варварской, беспощадной войны, развязанной Соединенными Штатами, убившими четыре миллиона вьетнамцев, не считая раненых и инвалидов войны, которые наводнили их землю химическими продуктами, причинившими неисчислимый ущерб, ощущаемый до сих пор. Предлог: Вьетнам – бедная, отсталая страна, расположенная в 20 тысячах километров от Соединенных Штатов, представляла угрозу для национальной безопасности этой страны.

Кубинская кровь пролилась вместе с кровью граждан нескольких латиноамериканских стран и вместе с кубинской и латиноамериканской кровью Че Гевары, убитого по указанию агентов Соединенных Штатов в Боливии, когда он был ранен и захвачен в плен, а его оружие было повреждено пулей в ходе боя.

Кровь кубинских рабочих-строителей, которые должны были вот-вот уже закончить международный аэропорт, жизненно важный для экономики крохотного острова, жившего доходами от туризма, пролилась в бою ради защиты Гренады, на которую Соединенные Штаты напали под циничными предлогами.

Кубинская кровь пролилась в Никарагуа, где инструкторы наших вооруженных сил обучали отважных никарагуанских солдат, вынужденных отражать грязную войну против сандинистской революции – войну, которую организовали и для которой поставили оружие Соединенные Штаты.

И я привел еще не все примеры.

Более двух тысяч героических кубинских бойцов-интернационалистов отдали свою жизнь при исполнении священного долга поддерживать освободительную борьбу других братских народов за завоевание независимости. Ни в одной из этих стран нет кубинской собственности.

В наше время в истории ни одной другой страны нет столь блестящей страницы искренней и бескорыстной солидарности.

Куба всегда проповедовала своим примером. Она никогда не капитулировала. Она никогда не предала дела другого народа. Никогда не шла на уступки. Никогда не изменила принципам».

Фидель абсолютно прав.

Везде, где действовали кубинские войска или военные советники, местные партизаны и повстанцы добивались впечатляющих успехов. Как профессионал должен признать, что кубинцы везде воевали неплохо, очень грамотно и самоотверженно. В своем абсолютном большинстве они были настоящими интернационалистами, чистыми и преданными революционным идеалам людьми. Они были добровольцами, а не наемниками. Они воевали и погибали не в погоне за большими деньгами, а искренне желая помочь делу национального освобождения других стран и народов. Завоевав свою независимость, кубинцы готовы были жертвовать своими жизнями во имя счастья и свободы других народов в Африке, Азии, Латинской Америке.

Что это? Идеализм?

Да, возможно.

Но именно такой идеализм двигал нашими добровольцами в 30-х годах, когда они сложными путями пробирались в республиканскую Испанию сражаться против фашизма, когда помогали китайскому народу в борьбе против японского порабощения.

Такой идеализм был присущ нам, когда мы встали плечом к плечу с революционной Кубой в кризисном 1962 году. В воздухе пахло войной, и мы, советские солдаты, офицеры и генералы, готовы были умереть, защищая свободу и независимость Острова свободы.

Такой идеализм в более ранней нашей истории двигал Россию на освобождение от турецкого османского ига наших братьев-славян…

Такой идеализм у нас в России всегда принято было называть героизмом.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.