Предисловие

Предисловие

История этой книги началась почти сорок лет назад… Будучи студентом университета в Бухаресте, я защитил работу по теме «Влад Пронзитель. Историческая монография» (1909). Казалось бы, странная тема, но её мне посоветовал Константин Жиуреску (1901–1977), известнейший румынский историк того времени, который также руководил работой американца румынского происхождения Раду Флореску, получившего в Бухаресте стипендию Фулбрайта. Таким образом, мы составили группу интересующихся и занялись поисками следов средневекового графа Дракулы, в истории оставшегося под именем Пронзитель, а в литературе, благодаря Брэму Стокеру,— в образе вампира. Один из коллег Флореску, Раймон Макналли, специализировался именно на этом таинственном персонаже. Итак, мы проехали Румынию вдоль и поперёк, разыскивая следы нашего героя. Замки, монастыри, заброшенные церкви, деревушки, затерянные в Карпатах, немецкие города в Трансильвании — нами было исследовано решительно всё.

Самым сложным для «завоевания» оказался замок Дракулы. Сначала наше путешествие привело к одной крепости, которая на самом деле не имела к нему никакого отношения, во второй раз наш «дядя Георгиу» (дядя Раду Флореску) упал и повредил ногу, получив перелом шейки бедра (а ему тогда было 65 лет!). Казалось, третья попытка должна была оказаться самой удачной. Между тем по прибытии в замок Макналли парализовало настолько, что он оказался не в состоянии идти дальше. Я в шутку напомнил, что один из предков нашего Флореску, Винтила, в XV веке встал на сторону Влада Пронзителя. Было это в 1468 году, ровно за 500 лет до того, как мы отправились в Карпаты, а это могло грозить «проклятьем»… Это так напугало Флореску, что теперь в каждую поездку он брал с собой маленькую икону. С другой стороны, одна знакомая как-то призналась мне, что в детстве молилась перед изображением Влада Пронзителя, словно перед святым. Что стояло за этим — может быть, влияние Чаушеску, который был весьма неравнодушен к личности Влада Пронзителя?

В 1970-х годах я оказался единственным специалистом по этой теме в нашей стране, так что Министерство туризма Румынии попросило меня написать текст, чтобы гиды могли использовать его в «туре Дракулы», который пользовался популярностью у западных туристов. С публикацией моей книги о первом правлении Влада в 1448 году моя слава была похоронена…

Однажды произошёл случай, когда я почувствовал настоящее «гостеприимство» Дракулы — в 1992 году в Париже. Тогда меня пригласили на частный показ фильма «Dracula» Фрэнсиса Форда Копполы в один из парижских кинотеатров. Мы с супругой вышли из дома под палящим солнцем, а когда до места оставалось несколько сот метров, обрушился такой ливень, что идти дальше просто не представлялось возможным. Каково же было наше удивление, когда мы увидели подобную сцену на экране: Дракула поднимает страшную бурю против охотников за вампирами. Видели бы это совпадение мои американские друзья, они ещё не так испугались бы!

Но вернёмся к истории книги. В 1971 году Флореску предложил мне написать в соавторстве работу о Дракуле. К сожалению, законы тогдашней коммунистической Румынии не позволяли такое сотрудничество, т. е. я должен был представить свою часть текста, а также всю книгу полностью цензуре при Генеральном комитете Коммунистической партии, которая имела право запретить публикацию и тем более её печать за границей. Они никогда бы не утвердили книгу о вампирах — так что вопрос был решён заранее. Поэтому я отказался, предоставив право писать работу моему американскому коллеге, что он и сделал. В 1972 году Флореску и Макналли опубликовали книгу «В поисках Дракулы», переведённую теперь на многие языки. Я от души был рад, что она стала популярна во всём мире, а для себя нашёл там огромное количество интересных фактов. Тем временем я уже уехал из Румынии и поступил в Парижскую национальную школу хартий. Казалось, Дракула был забыт надолго. По крайней мере, до того момента, пока профессор Анри-Жан Мартен не предложил мне сделать Дракулу предметом моей диссертации. Для неё я ограничился изучением произведений XV века на немецком, латинском, старославянском, русском, греческом языках, а позже нашёл материал и для докторской диссертации (1979), которая была опубликована в Практикуме Высшей Школы. Сократив её для публикации в два раза, в 1988 году я издал «Историю князя Дракулы в центральной и восточной Европе (XV век)», где личность князя рассматривалась весьма поверхностно.

Но чем глубже я задумывался над этой темой, тем больше мне не нравилось, как другие авторы, да и я сам, подходили к ней. Мне казалось, что в процессе работы я сам нашёл или создал нескольких Дракул: валашского князя, тирана из немецких произведений, великого правителя из русских, князя-«революционера» от греческих поствизантийских историков и, наконец, вампира. Во время конференции 1987 года в Бостонском колледже я высказал эту идею, которая дала Флореску и Макналли материал для публикации книги «Дракула, многоликий князь…».

Такой подход оказался правильным, но сам я в силу обстоятельств отдалился от этой темы. В 1989 году румынская революция свергла Чаушеску. Как мне думалось, появившаяся свобода выражения мыслей заставит учёных обратиться к этой теме, но, увы, мои коллеги предпочли анализировать последние сто лет коммунистической истории страны. Наверное, я продолжал бы сомневаться, если бы, как всегда, не пришло решение извне: мне предложили написать книгу, которая стала бы первой реальной биографией Дракулы. Идею я воспринял с большим энтузиазмом и вскоре принялся за работу, анализируя свои исследования за сорок лет.

Работал я с удовольствием, надеюсь не зря, не потому, что этого требовала тематика, а потому, что сюжет был действительно мне близок, мы с ним оказались «на одной волне». Честно говоря, я всегда испытывал сочувствие к таким отверженным историками персонажам, и особенно к мрачной истории Дракулы.

Я не призываю воспевать его или защищать от обвинений, ставящих его в ряд с величайшими тиранами истории. В этой книге читатель найдёт наиболее точный образ средневекового князя, но невероятно разнообразный, показывающий всю сложность политической и дипломатической ситуации в то время. Мы оставим все штампы и клише, когда человека нужно записать хорошим или плохим, верующим или еретиком, трусом или смелым, задумчивым или взрывным. Именно книга о Владе Дракуле напомнит, что биограф должен относиться к герою снисходительно, так же как читатель к произведению.

М. К.

июнь, 2004 

Данный текст является ознакомительным фрагментом.