Тексты саргоновского слоя

Тексты саргоновского слоя

Все тексты этой подгруппы по традиции связаны с именем дочери Саргона Энхедуанны, которую отец при своем воцарении назначил верховной жрицей в главный храм города Ура. Энхедуанна прожила долгую жизнь и оставалась на своем посту даже в правление Нарам-Суэна. Она талантливо слагала гимны, и нам достоверно известно, что именно Энхедуанне принадлежит огромный по тем временам корпус храмовых гимнов, а также несколько гимно-эпических поэм, имеющих политико-идеологическую подоплеку.

Храмовые гимны составлены Энхедуанной, вероятно, в самые первые годы ее пребывания в должности. Подлинники саргоновского времени, к сожалению, до нас не дошли, и мы можем пользоваться только копиями Старовавилонского периода, в которых текст Энхедуанны наверняка подновлен и исправлен. И хотя это все, что у нас есть, мы и по этим документам можем восстановить основную мысль аккадской жрицы-поэтессы. Всего ею было составлено 42 гимна, следовавших друг за другом строго по иерархии. Первыми прославлялись храмы главных богов Шумера и их детей — Энки, Энлиля, Нинлиль, Нуску, Нинурты, Нинхурсаг, Нанны, Асарлухи, Уту (города Эреду, Ниппур, Ур, Ларса). В эпоху III династии Ура в этот список между Наиной и Асарлухи попадает обожествленный царь Шульги, которому вместе с его храмом Эхурсанг специально составляют гимн, точь-в-точь похожий на гимны Энхедуанны. Затем прославляются храмы в честь богов, бывших в то время второстепенными. Сюда попадают как урукские боги плодородия Инанна и Думузи, так и боги Лагаша Нингирсу и Бау. Именно невыделение Инанны в сочинениях Энхедуанны в первую очередь говорит о том, что храмовые гимны были составлены ею еще во время правления Саргона, притом в тот период, когда не существовало представления об Инанне как покровительнице Саргона и его династии. В противном случае гимн в честь Инанны стоял бы в списке на первом месте. Замыкают список божества и храмы маленьких и политически безынициативных городков, но на предпоследнем месте мы находим божество города Аккада — столицы саргоновского государства. В таком расположении гимна родному божеству чувствуется пиетет Энхедуанны перед старыми шумерскими богами, выступающими в качестве учителей по отношению к аккадским божествам.

Каждый гимн состоит из пяти частей. В зачине воспевается имя храма, далее перечисляются и прославляются его части, затем называется и благословляется имя хозяина храма, и под конец текста произносится формула благословения престола — самой сакральной части храма, в которой сосредоточены его силы и священные сущности (МЕ). Каждый гимн завершается колофоном, где обозначено, какому храму и какому городу данный гимн посвящен. Приведем для примера гимн Энхедуанны, написанный для прославления ниппурского храма Туммаль, в котором обитала супруга Энлиля богиня Нинлиль:

Туммаль, великих властных МЕ исполненный, страх и ужас порождающий!

Основание! Твои чистые обряды омовения рук над Абзу простерты!

Древний город, тростниковая заросль с прекрасными молодыми тростниками!

Сердце твое — гора изобилия, на процветании построенная!

В месяц Нового года, когда праздник твой справляется, на диво ты украшен

Великая владычица Киура, соперница Энлиля,

Госпожа твоя, мать Нинлиль, любимая жена Нунамнира, —

О Туммаль! — на твоей твердой основе храм установила,

На престоле твоем уселась!

Храм(у) Нинлиль в Ниппуре (хвала)!

С именем Энхедуанны связаны также две культовые поэмы, главной героиней которых является богиня Инанна. В науке они известны по своим первым строкам Нин-ме-шар-ра («госпожа множества МЕ») и Иннин-ша-гур-ра («Инанна, сердце несущая»). В настоящее время наилучшим образом изучена первая из этих поэм.

Уже во время Нарам-Суэна, когда престарелая жрица Нанны Энхедуанна продолжала занимать свою должность в главном храме Ура, некто Лугаль-Ане провозгласил Ур отложившимся от Аккада и захватил в нем власть. Свои действия Лугаль-Ане мотивировал «личным решением Нанны», якобы своей властью поставившего его во главе города. Выступая от имени Нанны, бунтовщик ополчился на богов-покровителей династии Аккада — Инанну и ее отца Ана. Энхедуанна, имевшая священное заступничество обоих божеств, не признала власть Лугаль-Ане легитимной, оказала сопротивление и была изгнана из храма восставшими. В отчаянии жрица и дочь Саргона воззвала к своей госпоже Инанне с мольбой о помощи. Инанна явилась в Ур вместе с войсками Нарам-Суэна и наказала бунтовщиков, а Энхедуанна вновь была восстановлена в своей должности. Власть Нанны в Уре была свергнута, и главной повелительницей этого города была на время признана главная богиня аккадской династии — победительница Инанна. Вот какими словами славит свою госпожу составительница гимна:

Владычица всех МЕ, день, испускающий сияние,

Жена праведная, одетая в излучение, Небом и Землей возлюбленная,

Иеродула Ана, (хозяйка) всех великих украшений,

Любимая короной истинной, к энству назначенная,

Семь МЕ в руке постоянно (держащая),

О госпожа моя! Ты — страж великих МЕ!

МЕ ты подняла, МЕ на руку свою повесила!

МЕ ты собрала, МЕ на груди своей сохранила!

Подобно дракону, смерть на чужую землю ты наслала!

Подобно Ишкуру, при крике твоем колосьев нету!

Потоп, с горы (= чужой страны) своей сошедший,

Инанна, ты — первейшая в Небе и на Земле!

Возженным огнем страну поливающая,

Аном МЕ наделенная, госпожа, псов оседлавшая,

По священному слову Ана приказы отдающая, —

Великие обряды, тебе принадлежащие, кто узнает?

Истребительница гор, от демона бури крыло получившая,

Любимица Энлиля, воспаряешь ты над Страной!

Ты — на службе советов Ана,

О моя госпожа! Заслышав тебя, горы долу клонятся!

Когда люди предстают перед тобой

В страхе и трепете перед твоим сиянием, —

Достойные МЕ, ужасные МЕ они от тебя получают!

Перед тобой они плач заводят,

В дом великих плачей улицей они к тебе идут!

От саргоновского времени дошла до нас и поэма о Саргоне — гимно-эпическое произведение, местами даже напоминающее сказку. В первой части текста боги принимают решение о смещении кишского царя Ур-Забабы и о возведении на престол Киша некоего Саргона из городка Азупирану, дворцового чашеносца. Затем сообщается о каком-то дурном предзнаменовании для царя, связанном с богиней Инанной, — скорее всего, она не появилась на небе в течение десяти дней. В это же время Саргон видит священный сон, в котором Инанна окунает его в кровавую реку и набивает ему рот землей. О своем сне он рассказывает царю. Царь, вероятно, догадывается о смысле сна и хочет погубить Саргона. Он приказывает ему доставить бронзу начальнику цеха плавильщиков. Одновременно этот чиновник получает приказ бросить в печь все, что переступит порог плавильного цеха, в том числе и самого гонца. Но Инанна защищает Саргона от смерти. Тогда Ур-Забаба посылает Саргона с письмом к Лугальзаггеси, который тогда уже правил в Уруке. В письме была просьба убить того, кто его принесет. Но Лугальзаггеси не понял смысл послания, и Саргон снова остается в живых. К сожалению, на этом текст обрывается. Его содержание напоминает нам известный сказочный мотив о священном сне, в котором царю сообщают о некоем подрастающем сопернике, и он всеми силами хочет его извести, но судьбу изменить невозможно (Кронос и Зевс, Ирод и Христос). Кроме того, на память приходит и шекспировский сюжет из трагедии «Гамлет», когда король отправляет Гамлета в Англию с посланием, в котором просит английские власти убить его подателя. Как мы помним, Гамлет передает письмо своим недругам, а сам скрывается.

Тексты саргоновского слоя показывают, что в развитии идеологии того времени было два периода. В начале правления Саргона проявлялась максимальная почтительность к старой шумерской традиции, и аккадские божества упоминались после перечисления шумерских, причем Инанна не ставилась во главе пантеона. В более поздний период Инанна принимает на себя все властные функции, объявляется госпожой, обладающей всеми МЕ, и победительницей всех недругов аккадского царя. Если же говорить о формальной стороне текстов, нужно отметить, что тексты саргоновского слоя более сухи, малоэмоциональны и более информативны в сравнении с шумерскими. В них замечательно выстроена композиция, поскольку каждый такой текст служит доказательством какой-либо политической идеи. Текстам этого рода интересна человеческая личность, пусть даже помещенная внутри мифопоэти-ческого канона. Личность говорит и действует точно так же, как в текстах архаического слоя действуют боги, лишь с большей внешней динамикой и с меньшим числом повторов в репликах. Но никаких черт характера мы при этом не наблюдаем.