Благородное сословие на пороге XXI в.

Благородное сословие на пороге XXI в.

Общественные перемены 1980-х гг. вызвали к жизни и возрождение монархической и дворянской идеи. Представители дворянских родов, уцелевших после репрессий, смогли заявить о своем существовании, чем вызвали немалый ажиотаж перестроечной прессы. Сам факт того, что кто-то из потомков прославленных российских фамилий выжил, несмотря на большевистские преследования, казался удивительным. С не меньшим удивлением смотрели и на дворян-эмигрантов, которые стали приезжать в Россию, уже, в основном, после распада СССР. Газеты и телевидение рассказывали о судьбах Романовых, князей Голицыных, князей Трубецких, графов Шереметевых, князей Юсуповых, о потомках Столыпина, Деникина, Колчака… Возвращение забытых и оболганных имен представлялось чудесным залогом грядущего возрождения России.

На волне перестроечных перемен в мае 1990 г. была создана старейшая организация, объединяющая потомков российских дворянских родов, – «Союз потомков российского дворянства – Российское дворянское собрание». Приняв за основу структуру дореволюционных собраний, Российское дворянское собрание внесло в нее коррективы, вызванные новыми условиями его деятельности, – были созданы Департамент Герольдии, в чьи обязанности вошла генеалогическая экспертиза документов, а также другие департаменты, отвечавшие за различные направления, – Международный, Культуры и т. п. По образу полковых судов чести, Суд чести, состоящий из самых уважаемых членов собрания, был создан и в РДС.

Предводителем Российского дворянского собрания был избран князь Андрей Кириллович Голицын (род. 1932), художник-график, потомок знатнейшего аристократического рода, семья которого подвергалась многочисленным преследованиям в 1920–1950-е гг. Собрание смогло заручиться поддержкой властей и получить в аренду часть особняка князей Долгоруковых в Малом Знаменском переулке, д. 5.

Сформировавшись как общественная организация, Российское дворянское собрание создало и общественно-политическую концепцию, выдержанную в традиционно-консервативном духе: православие, самодержавие и народность. Монархическая форма правления, возрождение духовности и патриотизма, возвращение к исторической правде о дореволюционной России, осуждение коммунистического режима и его репрессий, неприкосновенность частной собственности и возможность реституции, признание ведущей роли Православной Церкви в духовной жизни России и уважение к традиционным религиям – эти основные принципы дальнейшего развития страны выдвинуло Российское дворянское собрание. В качестве легитимного монарха Собрание поддержало великую княгиню Марию Владимировну, дочь Владимира Кирилловича и внучку Кирилла Владимировича, именовавшегося своими сторонниками императором Кириллом I. Впрочем, никто из Романовых более не претендует на российский трон.

Первое десятилетие деятельности РДС можно считать вполне успешным: было создано около 70 региональных отделений, налажены контакты с дворянскими организациями дальнего и ближнего зарубежья, начался выпуск газеты «Дворянский вестник», альманаха «Дворянское собрание», серии книг. Правда, стать серьезной общественно-политической силой у дворян, как, впрочем, и у монархистов в целом, не получилось. Вероятно, так и должно было произойти с организацией, имеющей сословные ограничения. Дворянское собрание замкнулось в себе, а вскоре начался кризис – организация потеряла особняк в Знаменском переулке, руководство собрания обвинило предводителя в финансовых и прочих нарушениях, Голицын – своих противников в стремлении к расколу… В результате некрасивого конфликта в мае 2002 г. новым предводителем РДС стал князь Андрей Сергеевич Оболенский, а Голицын возглавил созданные им заново Московское дворянское собрание и Международный союз дворян.

Раскол, несомненно, сказался и на деятельности РДС, и на авторитете самой идеи дворянского движения, однако и объективные условия современной политической жизни таковы, что перспективы монархической и дворянской идеи в том виде, в каком ее проповедует РДС, невелики. Если представить, что РДС было бы менее щепетильным, призывало короновать Владимира Владимировича Путина и раздавало бы княжеские и графские титулы влиятельным лицам из администрации президента, правительства Москвы, банкирам, нефтяным магнатам и т. п., – тогда еще можно было бы говорить о каком-то, пусть маргинальном, но все же политическом влиянии. Но к чести Собрания, такие методы политической деятельности для него невозможны.

Зато есть немало весьма экзотических самозванцев, ведущих вполне успешную торговлю (а иногда и раздачу) различных титулов и званий – от «великокняжеского» до дворянского. Первым начал подобную практику Алексей Брумель, брат известного спортсмена, объявивший себя «регентом» Российской империи. За ним последовали – «ассирийская царица» Джуна Давиташвили, «князь Аркадий Бугаев-Понятовский», «граф Лежепеков» (одно имя достойно пера Салтыкова-Щедрина, не говоря уже о титуле – «глава Лиги возрождения традиций Российской монархии, великий магистр 6-ти орденов и 4-х медалей, генерал-аншеф лейб-гвардии, профессор, почетный доктор исторических наук, академик МАИ») и даже императоры – «Павел II» и «Николай III», мифические потомки императорского дома Романовых.

Каждый из них смело раздает титулы и ордена, кому бесплатно ради рекламы, а кому и за деньги. Например, в числе тех, кого осчастливил «регент» Брумель, оказались «князья» Хасбулатов и Руцкой. Первому президенту России щедрой рукой был пожалован титул «великого князя», затем, правда, Брумель передумал и понизил Ельцина до «графа». В числе «клиентов» Джуны оказались бывший председатель Госплана СССР Николай Байбаков и сенатор Людмила Нарусова (соответственно «князь Байбаков» и «княгиня Нарусова»); последняя не без умиления рассказывала СМИ о том, что голубая кровь ее дочери Ксении Собчак чувствуется по ее узкой лодыжке. Видимо, «цари» и «регенты» не сильно мешают друг другу, находя возможность обработать (может, и не по разу) известных политиков и бизнесменов. «Великий магистр Международного орденского капитула» Бугаев-Понятовский пожаловал княжеский титул Лужкову и Михалкову, графский – Аяцкову и Анатолию Карпову и т. п.

Во всей этой вакханалии страшно не то, что подобные проходимцы существуют и процветают, а то, что, казалось бы, серьезные люди, облеченные и политической властью, и крупными капиталами, с детской радостью попадаются на сию нехитрую удочку. Впрочем, к судьбе российского дворянства в настоящее время эти казусы отношения не имеют.

Начался XXI век, очень далекий от Средневековья, в котором появилось на свет российское дворянство. Не только в России, пережившей большевистскую тиранию, но и в большинстве стран мира дворянства как общественной группы не существует. Уходят из жизни последние носители подлинной дворянской культуры, сохранявшейся через все страшные годы советской власти. Какова же судьба российского благородного сословия? Представляется, что ответ на это вопрос зависит от самих дворян: окажутся ли они достойными звания, унаследованного от предков. Какой путь изберут в современной, вновь буржуазной России? Как двигаться вперед – вместе или поодиночке? Время покажет…