2 О тех, кто покончил счеты с жизнью до суда народов

2

О тех, кто покончил счеты с жизнью до суда народов

Историки утверждают, что после поражения в России Наполеон «искал смерти на поле боя».

1814 год. Битва при Арси-сюр-Об. Наполеон направляется к месту боя, где почти не было солдат, так как все они погибли в тяжелом неравном бою. Адъютанты бросились за императором, чтобы удержать его. Маршал Себастьян закричал им: «Оставьте его, ведь вы видите, он делает это нарочно, он хочет покончить с собой».

...«Но ни картечь, ни ядра его не брали», — комментирует этот эпизод академик Тарле в книге о Наполеоне. Легенда о неуязвимости оказалась мифом. После смерти Наполеона на его теле были обнаружены следы многих ранений, о которых никто не знал. Наполеон скрывал их от армии, боясь посеять панику.

Что же касается фашистских правителей, то никто из них не искал смерти в бою. Они бросали в бой все, что наскребли для обороны Берлина, чтобы продлить свое существование. Ни фюрер, ни его «партайгеноссе» не покончили жизнь по-офицерски — не застрелились. Лишь страх возмездия за чудовищные злодеяния заставил их принять яд или повеситься в Нюрнбергской тюрьме на унитазе. Вот почему в руки правосудия попала не вся главная когорта правителей фашистской Германии. Заочно судили «серого кардинала» Гитлера Мартина Бормана. Позже, в 70-е годы прошлого столетия, было установлено, что он погиб, когда бежал из окруженного Советской Армией Берлина. Об этом говорил на допросах и личный шофер Гитлера Кемпка.

Шеф гестапо Мюллер исчез без следа. Долгие годы ходили слухи, что он оказался после войны в Москве. Но никаких подтверждений эта версия не имеет.

Израильская правозащитная организация Центр Симона Визента-ля в свое время обратилась к конгрессу США с просьбой обязать спецслужбы рассекретить документы, касающиеся Генриха Мюллера.

Мария Селезнева в газете «Новые известия» писала:

«По сути, запрошенные Центром Симона Визенталя документы сейчас могут оказаться единственным свидетельством того, что же на самом деле произошло с одним из руководителей Третьего рейха после падения преступного режима. У исследователей, изучающих историю нацизма, на этот счет существуют разные версии. Некоторые говорят, что Мюллер бежал в Бразилию и там шпионил на СССР. Немецкие специалисты утверждают, что во время «холодной войны» он, наоборот, довольно плотно сотрудничал с американскими спецслужбами. Ни та, ни другая теории не подтверждены документально и в равной степени имеют право на существование. Мюллер был известен своими приспособленческими качествами. Он служил Гитлеру — так же ревностно, как в свое время Веймарской республике».

Гиммлер, Геббельс, Геринг и Мюллер — это, конечно, архизлодеи, «палачи высшей марки», по вине которых были убиты, замордованы миллионы невинных людей, исковерканы миллионы человеческих судеб. Но на процессе не хватало главаря фашистских палачей Гитлера.

Вряд ли он там повторил бы то, что говорил о себе в дни триумфальных побед: «Я самый великий деятель, какого только знала история Германии». Пусть бы выслушал показания свидетелей, которые обвиняли его от имени 50 миллионов, по его вине лишенных жизни. Мертвые не могут обвинять. За них говорили оставшиеся в живых.

В заключительной речи Р. А. Руденко сказал: «...За каждое убийство, за каждую каплю невинной крови несут ответственность подсудимые, ибо между ними и непосредственными исполнителями убийств, истязаний разница только в масштабе преступлений: те — непосредственные палачи, а они — главные палачи, начальники палачей, палачи высшей марки».

Адольф Гитлер

Нам недостаточно просто разбить русскую армию и захватить Ленинград, Москву, Кавказ.

Мы должны стереть с лица земли эту страну и уничтожить ее народ...

А. Гитлер

1889 — 1939 годы

«Он родился на свое собственное и всего мира несчастье», — так определил Томас Манн факт рождения Гитлера.

В католической метрической книге в Браунау об Адольфе Гитлере есть две записи, сделанные католическими священниками: это обычные свидетельства о рождении и — с опозданием — запись о смерти.

«Адольф Гитлер родился 20.04.1889 года в половине седьмого, крещен 22.04. в четверть четвертого Игнатием Пробстом, законнорожденный католик.

Отец: Алоиз Гитлер, таможенный чиновник, мать Клара, дочь Иоганна Пельцла, строителя из Шпиталя в Нижней Австрии».

Адольф Гитлер покончил с собой 30 апреля 1945 года. Только спустя 12 лет, 11 января 1957 года, настоятель и приходской священник Иоганн Людвиг внес запись в метрическую книгу: «Решением суда первой инстанции Берхтесгадена от 23 октября 1956 года обьявлен мертвым».

Подпись.

Так описывает историк Мазер факт рождения Гитлера и запись

о его смерти.

Отец фюрера Алоиз родился в Нижней Австрии в 1837 году как внебрачный сын крестьянской дочери Марии Анны, прозванной Марианной, Шикльгрубер. Спустя пять лет бабушка Гитлера вышла замуж за Йогана Георга, прозванного Хансъергом, Хидлер. Его брат Ио-ган Непомук Хюттлер вырастил Алоиза. В 1877 году, уже после смерти своего брата и невестки, состоятельный крестьянин смог добиться от властей признания 40-летнего Алоиза Шикльгрубера как сына Йогана Георга и своего законного племянника. Приходский священник в Деллерсхайме сделал соответствующую запись в церковную книгу и будущий отец фюрера стал Алоизом Гитлером. Изменение фамилии сыграло не последнюю роль и в карьере фюрера. 3 июля 1933 года рейхсканцелярия телеграфировала: «Рейхсканцлер запретил кому бы то ни было выбирать в качестве имени фамилию «Гитлер».

Немецкий профессор Кох Хиллебрехт в книге «Ношо Гитлер: психограмма диктатора» пишет: «С точки зрения расовой чистоты происхождение Адольфа Гитлера было безупречно. Все его предки были крестьянами из поросшей лесами низинной части Австрии. Мать Гитлера Клара Пельцль не колеблясь вступила в связь со своим дядей. Даже после брака она не переставала называть своего мужа «дядя Алоиз».

По примеру своего отца и деда Адольф Гитлер с удовольствием принимал в своей холостяцкой квартире красивую племянницу Гели Раубаль.

Противники фанатичного антисемита Гитлера очень хотели найти обоснование, что отец Адольфа происходил от еврея. Но так как доказательств не было, придумывались разного рода легенды.

Сам Гитлер в «Майн кампф» высказывался коротко и не совсем ясно о своих родителях и их предках. И это давало повод его противникам приписывать Гитлеру еврейское происхождение.

Так, в статье «Дейли миррор» от 14 октября 1933 года был помещен снимок надгробного камня, на котором на еврейском языке было написано имя «Адольф Гитлер». Журналисты «сделали» погребенного там дедушкой фюрера. То, что еврей из Бухареста родился в 1832 году и умер в 1892 году и был только на пять лет старше отца Гитлера, не смутило сочинителей этой истории.

Необходимо отметить, что близкие родственники не интересовали Гитлера. Лишь немногие из них имели доступ к Гитлеру: сестра Паула, сводная сестра Ангела и ее дети — Лео и Гели. Гитлер был даже готов обменять Лео, лейтенанта-сапера, на сына Сталина, Якова, попавшего в плен в 1941 г., но Сталин не согласился. Одно время в СССР ходил слух, что немцы хотели обменять Якова Сталина на немецкого генерала, и якобы Сталин ответил, что не меняет старшего лейтенанта на генерала.

Дочь Сталина Светлана написала в 1967 году: «Зимой 1943-44 гг., то есть после победы под Сталинградом, отец сказал мне: «Немцы предложили обменять Яшу на одного из их военных... Нужно ли мне ввязываться в торг с ними? Нет. Война есть война». Под «одним из их военных» имелся в виду Лео Раубаль, чего Светлана не знала.

В 1907 г. Гитлер проваливается на вступительных экзаменах в Венскую Академию художеств. Вторая попытка поступить в Академию художеств снова оказалась неудачной.

В феврале 1909 г., через два месяца после смерти любимой матери, Гитлер перебрался в Вену. Спустя многие годы он назвал годы пребывания здесь «самым печальным периодом» всей жизни.

Если кратко подвести итоги отрезка времени от 1907-го до 1914 года, надо сказать, что он был для будущего фюрера плачевным. В 25 лет у него не оказалось ни семьи, ни любимой женщины, ни друзей, ни постоянной работы. Адольф Гитлер вращался в среде полуголодных, а иногда и уголовных элементов.

Мировую войну будущий фюрер встретил с восторгом. Шовинистический угар в среде немецких обывателей в 1914 г. был на подъеме.

В «Майн кампф» Гитлер написал по этому поводу: «Мне эти часы (часы объявления войны) показались как бы избавлением от злых впечатлений юности. Я и сейчас не стыжусь сказать, что преисполненный бурного воодушевления, упал на колени и от всего сердца возблагодарил судьбу...»

Среди миллионов бойцов западного фронта находился и рядовой А. Гитлер, получивший позднее звание ефрейтора. В декабре 1914 г. его наградили Железным крестом II степени, а в августе 1918 г. — Железным крестом I степени. Окончание войны застало Гитлера в лазарете, где его лечили после ожога глаз боевыми отравляющими газами.

В конце марта 1920 г. Гитлер уволился из армии. Внешность этого человека не сулила ему успешной карьеры. Разговаривая или улыбаясь, он обнажал два ряда гнилых зубов. Вряд ли кто-нибудь из тех, кто знал Гитлера в молодости, мог себе представить, что настанет время, когда эта невзрачная личность будет распоряжаться жизнями миллионов людей.

Народ, измученный войной, жил в страшной бедноте. Германия в 20-х годах переживала голод и гиперинфляцию. В июле 1923 г.

1 доллар стоил... 4 миллиарда марок. Зарплату немцам выдавали два раза в день. В обед был часовой перерыв, чтобы люди успели потратить заработок, так как к вечеру цены могли вырасти в два раза. Со дна побежденной и разоренной Германии поднялись деклассированные элементы, обладавшие огромным потенциалом озлобленности, жестокости, пренебрежения к человеческим судьбам. Появились десятки, сотни реваншистских союзов, банд, шаек, жестоких, кровожадных и очень живучих. Известно, что все крупные функционеры нацистской партии, СА , СС прошли школу в этих союзах.

Мюнхенский путч 1923 г., так называемый «пивной путч», нацисты называли «генеральной репетицией» революции 1933 года. Путч провалился.

Вот как описывает историк Хайбер смехотворный процесс над Гитлером.

«Он стучал кулаком по столу, угрожал немцам грядущим судом, обвинял действующего президента в измене родине, разносил в пух и прах своих противников и уверял, что «вечная богиня правосудия оправдает его».

Судья генерал Лоссов строго накричал на распоясавшегося хулигана. Всего один раз. Но по свидетельствам очевидцев, нацистский фюрер сразу замолк, съежился. Гитлер заявил в зале суда, что не стремился занять какой-либо государственный пост, умолчав при этом, что в ночь с 8 на 9 ноября провозгласил себя «канцлером рейха». Приговор суда был мягким: пятерых обвиняемых приговорили менее чем к 15 месяцам лишения свободы, четырех (среди них и Гитлера) — к пяти годам тюрьмы. Однако уже в декабре 1924 года Гитлера вместе с другими обвиняемыми выпустили на свободу.

Да, лично Гитлер никого не убил.

Гитлер еще не стал в 1923 году военным преступником, не организовал геноцид против евреев, поляков, цыган, «мирового славянства», не начал мировую войну. Но он был наемным убийцей на службе реакции. Он посягнул на законное правительство, на конституцию.

История учит, что грош цена демократии, которая не способна себя защищать.

В тюрьме Гитлер написал (продиктовал) библию нацизма «Майн кампф» («Моя борьба»).

До сих пор ведутся споры, сам ли Гитлер писал «Майн кампф» или ему помогали. На мой взгляд, не в этом суть. Важно то, что идеи, которые изложены в этой книге, Гитлер претворял в жизнь до последнего вздоха, пока не отравился. А то, что, по утверждению историка Мазера, пришлось сделать 2500 стилистических поправок, не помешало Гитлеру и его подельникам уничтожить многие миллионы невинных людей.

По меткому выражению американца Ширера, «Майн кампф» — «как эту книгу не листай, логически не выстроишь». Она представляет собой лабиринт — все свалено в одну кучу, не проберешься к сути. Высказывания о культуре, истории, воспитании, театре, кино, живописи, литературе, истории, любви и браке, проституции и даже сифилисе (СПИДа тогда еще не было) перемежаются с проклятиями в адрес врагов нации и врагов Гитлера, рассуждениями о еврействе. Один из биографов Гитлера утверждал, что антисемитизм Гитлера был далек от реальности. «Он никогда не рассказывает о каком-либо конкретном случае, не называет конкретные имена и не обвиняет конкретных евреев». Однажды Гитлер пришел в бешенство, когда ему попался пустой лотерейный билет. Он считал, что это козни евреев.

Картина мира Гитлера напоминала лоскутное одеяло. В его мыслях и действиях все было построено на голом насилии. Коммунисты и социал-демократы Германии предупреждали немецкий народ, что национал-социализм является проявлением «всего скотского в человечестве». Даже Эрих фон Людендорф в письме своему другу рейхспрезиденту Гиндебургу писал: «Я торжественно предрекаю вам, что этот безумный человек столкнет наш рейх в пропасть и доставит непостижимые бедствия нашему народу. Если Вы сделаете это, то потомки будут плевать на Вашу могилу». Правда, законченный антисемит Людендорф предостерегал рейхспрезидента от Гитлера прежде всего потому, что считал фюрера марионеткой евреев.

С момента прихода к власти, за шесть с половиной лет, Гитлер протащил закон о полномочиях (24.03.1933 г.), подготовил для евреев рейха первую фазу кромешного ада на земле, устранил профсоюзы (2.05.1933 г.), принудил к «самороспуску» политические партии (июнь-июль 1933 г.), провозгласил закон «О новом переустройстве рейха» (30.01.1934 г.), сделал себя фюрером и рейхсканцлером (2.08.1934 г.), заставил вермахт присягать «Адольфу Гитлеру, фюреру немецкого народа и рейха», получил 90 процентов голосов на всенародном опросе 13 января 1935 года, объявил 11 марта 1935 г. всеобщую воинскую повинность, установил 7 марта 1936 г. суверенитет над Рейнской областью (1938 г.), оккупировал в марте 1939 г. Богемию и Моравию, образовал протекторат рейха.

1939-1941 годы

Л. Черная в книге «Коричневые диктаторы» пишет: «В исторической литературе до сих пор обсуждается вопрос, кто первый сказал «А» — Гитлер или Сталин?». Важно другое: только два диктатора могли буквально за несколько дней повернуть руль своей иностранной политики на 180 градусов».

Предлагая Верховному Совету СССР ратифицировать советско-германский договор о ненападении, Молотов как председатель Совнаркома и народный комиссар иностранных дел напомнил, что еще на XVIII партийном съезде (то есть 10 — 21 марта 1939 г.) т. Сталин разъяснил «нашу внешнюю политику».

«Говоря о наших задачах в области внешней политики, тов. Сталин, — сказал Молотов,— так определял тогда наши отношения с другими странами.

1. Проводить и впредь политику мира и укрепления деловых связей со всеми странами.

2. Соблюдать осторожность и не давать втянуть в конфликт нашу страну провокаторам войны, привыкшим загребать жар чужими руками.

Безусловно, Молотов был прав: «В Германии в общем правильно поняли... заявления тов. Сталина», для них они послужили сигналом к началу контактов с Советским Союзом по всем линиям.

Вторым сигналом была отставка наркома иностранных дел Максима Литвинова в мае 1939 г. Он был снят и заменен Молотовым совершенно внезапно, без всяких видимых причин. На посту наркома старый коммунист Литвинов пробыл целых 9 лет — с 1930 по 1939 г.

Литвинов был еврей. Сталин не хотел оскорблять «лучшие чувства» своих будущих партнеров. Молотов к тому же был вторым человеком в государстве, что сделало впоследствии его подпись под договорами с Германией особо весомой.

20 августа Гитлера осенила мысль. Он написал личное письмо.

«Господину Сталину. Москва.

Я уверен, что в самое ближайшее время прояснится суть дополнительного протокола, на котором настаивало ваше правительство, когда лицо, ответственное за подписание договора с немецкой стороны, лично прибудет в Москву для переговоров... Тем не менее я повторяю свое предложение о том, чтобы вы приняли моего министра иностранных дел 22 или в крайнем случае 23 августа. Он будет наделен всеми полномочиями составлять и подписывать как договор, так и протокол. Надеюсь на Ваш скорый ответ.

Адольф Гитлер».

Сталин не задержался с ответом.

«Канцлеру Германского Рейха г-ну А. Гитлеру

Я благодарю вас за письмо и надеюсь, что советско-германский пакт о ненападении ознаменует благоприятный поворот в политических отношениях наших стран... Советское правительство поручило мне довести до вашего сведения, что оно согласно перенести визит г-на Риббентропа в Москву на 23 августа.

И. Сталин».

23 августа четырехмоторный «Кондор», личный самолет фюрера, с Риббентропом и 37 членами немецкой делегации на борту приземлился на центральном аэродроме Москвы.

Риббентроп, ожидавший пышного приема, был удивлен. Его встретили лишь заместитель наркома В. П. Потемкин и шеф протокола Барков.

После завтрака в посольстве Риббентроп отправился на переговоры в Кремль. Переговоры начались в кремлевском кабинете Молотова ровно в 15 часов 30 минут.

Риббентроп не сомневался, что в начале переговоров он будет иметь дело с Молотовым и лишь на заключительной стадии к ним присоединится Сталин. «Поэтому он так изумился, — вспоминал Хильгер, — когда, войдя в кабинет, увидел Сталина, стоявшего рядом с Молотовым. Это был ход, рассчитанный на то, чтобы вывести Риббентропа из равновесия; это был намек на то, что договор будет заключен либо сейчас, либо никогда».

Риббентроп подготовил высокопарную речь о том, что «дух братства, который связывал русский и немецкий народы.» Но Молотов его оборвал: «Между нами не может быть братства. Если хотите, поговорим о деле».

Переговоры длились три часа. За основу договора о ненападении был положен проект, предложенный ранее советской стороной. Обе стороны обязались воздерживаться от всякого насилия, агрессивного действия и нападения в отношении друг друга как отдельно, так и совместно с другими державами (ст. 1). В случае если одна из договаривающихся сторон окажется объектом военных действий (в советском проекте было «насилия или нападения») со стороны третьей державы, другая сторона не будет поддерживать ни в какой форме эту державу (ст. 2). В случае возникновения споров или конфликтов между договаривающимися державами они будут разрешаться исключительно мирным путем (ст. 5). По инициативе немецкой стороны было добавлено, что ни одна сторона не будет участвовать в какой-либо группировке держав, которая прямо или косвенно направлена против другой стороны (ст. 4). Немецкая сторона настояла, чтобы договор вступал в силу с момента его подписания. Церемонию подписания договора отложили на вечер и тут же приступили к обсуждению протокола к договору. Это был плод личной дипломатии Гитлера. Текст документа гласил:

«В случае подписания Пакта о ненападении между Германской империей и Союзом Советских Социалистических Республик уполномоченные обеих сторон, подписавшие документ, в строго конфиденциальном порядке обсудили вопрос о разграничении сфер интересов обеих сторон в Восточной Европе. Этот обмен мнениями привел к следующему результату:

1. В случае территориально-политического переустройства областей, входящих в состав прибалтийских государств (Финляндия, Эстония, Латвия, Литва), северная граница Латвии одновременно является границей сфер интересов Германии и СССР. При этом обеими странами признаются интересы Литвы в Виленской области.

2. В случае территориально-политического переустройства областей, входящих в состав польского государства, граница сфер интересов Германии и СССР будет проходить примерно по линии рек Нарев, Висла и Сан.

3. Вопрос о том, явится ли в интересах обеих сторон желательным сохранение независимого польского государства и каковы будут границы этого государства, может быть окончательно выяснен только в ходе дальнейшего политического развития.

В любом случае оба правительства будут решать этот вопрос на путях дружественного обоюдного согласия».

Хотя стрелки часов давно перевалили за полночь, когда Молотов и Риббентроп ставили свои подписи под документами — советско-германским договором о ненападении и секретным протоколом к нему, они были датированы 23 августа 1939 г.

После этого был организован длившийся почти до утра дипломатический прием, сопровождавшийся беседой Сталина с Риббентропом. Остальные участники переговоров, в том числе Молотов и Шу-ленбург, в ней участия не принимали.

Были поданы бокалы с шампанским.

Первый тост был, естественно, за Сталиным.

«Я знаю, — сказал он, подняв свой бокал, — как сильно немецкий народ любит своего вождя, поэтому я хотел бы выпить за его здоровье».

Последним аккордом этой встречи стали слова Сталина, сказанные Риббентропу при прощании: «Советское правительство очень серьезно относится к новому договору. Я могу дать мое честное слово, что Советский Союз не обманет своего партнера».

После телефонного звонка Риббентропа из Москвы утром 24 августа Гитлером овладела патологическая мания величия. Он стучал кулаками по стене и вопил: «Теперь весь мир в моем кармане! Теперь вся Европа принадлежит мне!». Гитлер считал, что ему удалось нейтрализовать СССР до того момента, когда, по гитлеровским планам, немецко-фашистской агрессии подвергнется сам Советский Союз.

Правительствам западных стран стал известен текст советско-германского секретного протокола. Утром 24 августа, то есть в то время, когда Риббентроп еще не покинул Москву, референт Шулен-бурга Херварт, являвшийся давним осведомителем американского посольства в Москве под кличкой «Джонни», встретился с сотрудником посольства США Боленом (будущим — в 1953-1957 гг. — послом США в СССР) и подробно проинформировал его о содержании секретного протокола. Уже в 12 часов дня американский посол в Москве Л. Штейнгардт направил телеграмму об этом государственному секретарю К. Хэллу, а вечером сообщил о содержании секретного протокола британскому послу в Москве У. Сидсу.

Заключая договор, СССР стремился выиграть время для подготовки к отражению немецко-фашистской агрессии, которую Сталин считал неизбежной. Договор ставил своей целью отвести от СССР угрозу надвигавшейся войны. «В конечном счете, — констатировал Второй съезд народных депутатов СССР, — эта цель не была достигнута, а просчеты, связанные с наличием обязательств Германии перед СССР, усугубили последствия вероломной нацистской агрессии».

Значительно более сложным для современной оценки является секретный протокол к советско-германскому договору о ненападении.

Второй съезд народных депутатов СССР, осудив факт подписания «секретного дополнительного протокола» от 23 августа 1939 г., провел четкую разницу между правомерным, обоснованным советско-гер-мансккм договором о ненападении и морально негодным, неприемлемым, несовместимым с социализмом секретным протоколом.

Сталин, как свидетельствует в своих воспоминаниях Н. Хрущев, «...правильно оценивал значение этого договора и понимал, что Гитлер хочет нас обмануть, перехитрить. Он считал, что мы его перехитрили, подписав договор. ...Естественно, что мы — члены Политбюро, были за это, хотя чувство было смешанное. Ведь мы вроде отдали Польшу на растерзание гитлеровской Германии и сами приняли в этом участие. Сталин это понимал. Он говорил: «Тут, знаете, идет игра, кто кого перехитрит, кто кого обманет» (сб. «Накануне. 1931-1939» М. 1991 г.).

С началом 1 сентября 1939 года второй мировой войны советско-германские отношения определялись развитием военных действий на фронтах воюющих государств.

«Успех в Польше, — признал на процессе главных военных преступлений в Нюрнберге генерал Ф. Гальдер, — стал возможен лишь в результате полного оголения западной границы. Если бы французы использовали скованность вермахта в Польше, они были бы в состоянии форсировать Рейн без сопротивления с нашей стороны и угрожать Рурской области, что явилось бы решающим фактором для дальнейшего хода войны».

17 сентября 1939 года Красная Армия перешла определенную Рижским мирным договором (от 18 марта 1920 г.) советско-польскую границу. Возникла ситуация, предусмотренная в секретном протоколе к подписанному 23 августа советско-германскому пакту о ненападении. В связи с вхождением Литвы в состав Советского Союза встал вопрос о судьбе Литовской территории, которая по секретному протоколу от 28 сентября 1939 года вошла в сферу государственных интересов Германии.

В начале июля Германия напомнила Москве о своем праве занять эту территорию.

13 июля Молотов заявил Шуленбургу, что Москва настоятельно просит германское правительство, учитывая чрезвычайно дружеские отношения между Германией и СССР, оставить эту часть территории за Литвой. Риббентроп ответил, что Германия хочет узнать, что советское правительство предлагает взамен.

12 августа Молотов сообщил Шуленбургу, что советское правительство готово в течение двух лет уплатить за отказ Германии от части литовской территории 3,86 миллиона долларов. Шуленбург с нескрываемым удовлетворением отмечал, что предложенная Москвой сумма составляет половину той, которую США уплатили России за продажу Аляски. Тем не менее, 11 октября Берлин заявил, что предложенная сумма компенсации для него неприемлема, и добился подписания 10 января 1941 г. секретного советско-германского протокола, по которому СССР должен был выплатить Германии 7,5 млн. долларов. Причем часть этой суммы СССР должен был выплатить поставками цветных металлов в течение трех месяцев с момента подписания протокола. Остальная часть суммы просто списывалась с германского долга в золоте, платежи по которому Германия по имевшимся соглашениям должна была произвести к

11 февраля 1941 г.

Эту линию Берлин проводил и дальше. С одной стороны, всячески тормозились предусмотренные соглашениями поставки немецких товаров в СССР. С другой стороны, предъявлялись требования выплаты Германии 315 млн. марок в качестве компенсации немцам, переселившимся в 1939-1940 г.г. из Прибалтики в рейх.

Сталин, возможно, питал иллюзии относительно того, как долго может продержаться нацистско-советский пакт, но только не относительно конечного намерения Гитлера напасть на Советский Союз.

И главной его целью было во что бы то ни стало оттянуть войну с Германией.

Война с Финляндией показала, что Советский Союз не готов к войне с Германией. Германский генеральный штаб внимательно изучил действия Красной Армии в войне с финнами и завершил свой доклад таким выводом: «советская «масса» не может противостоять армии и искусному командованию».

О том, что Советский Союз вынужден был идти на уступки Германии во имя укрепления обороноспособности страны, можно сделать вывод из доклада начальника генерального штаба Красной Армии народному комиссару обороны СССР от 20 июня 1940 года.

Из доклада начальника генерального штаба Красной Армии народному комиссару обороны СССР 20 июня 1940 г. маршалу Советского Союза тов. Тимошенко

...Резкий рост численности командного состава при недостаточной емкости существующих военно-учебных заведений и недостатке командного состава потребовал ускоренных выпусков командиров из училищ и переподготовки из младших командиров — младших лейтенантов, что не могло не отразиться на качестве командных кадров...

Материальное обеспечение.

1) По артиллерии — за исключением тяжелой артиллерии и малокалиберной зенитной — мобилизационное развертывание обеспечивается материальной частью. Однако в этом числе имеются устарелые образцы, требующие замены более современными...

2) По выстрелам — потребность армии обеспечивается недостаточно, причем выполнение плана заказов в текущем году имеет срывы...

...5) Авиация — имеется ряд существенных недочетов в производстве, во внедрении новых типов самолетов и в (их) вооружении.

6) Бронетанковое вооружение — требует перевооружения на более современные образцы, улучшения качества брони.

7) По автотракторному парку — недостаточная обеспеченность тракторами артиллерии и по спецмашинам.

8) По имуществу связи — обеспеченность недостаточна...

...Оперативная подготовка.

Состояние подготовки высшего начальства в настоящее время характеризуется большой пестротой, требует принятия особых мер по усовершенствованию высшего начсостава, имеющего хорошие боевые качества, но не имеющего достаточного военного образования...1

Начальник генерального штаба Красной Армии маршал Советского Союза Шапошников ВРИД. Военный коомиссар генштаба Красной Армии Гусев

Выступая перед руководством фашистского рейха Гитлер заявил, что неудачи Красной Армии в войне с Финляндией — «это результат внутренних процессов». Речь шла о сталинских процессах. «Конечно, Сталин сделает из неудач необходимые выводы и примет меры для укрепления «русского вермахта», но для этого потребуется время. А его у Сталина не будет». Руководство фашистского рейха сроки агрессии против СССР максимально сжало.

18 декабря 1940 года Гитлер подписал самую важную из всех его директив № 21 об операции «Барбаросса».

«Германские вооруженные силы должны быть готовы раздавить Советскую Россию за одну быструю кампанию даже до завершения войны против Англии.

Приготовления, требующие большего времени, следует начать сейчас, если этого еще не сделано, и должны быть завершены к 15 мая 1941 года».

Вместе с подписанием директивы № 21 Гитлер подписал себе смертный приговор.

22 июня 1941 года войска фашистской Германии вероломно вторглись на территорию Советского Союза. «Тысячелетнему рейху» осталось жить 1418 дней. Самых кровавых дней в его кровавой истории.

Это было нарушением ряда договоров. Фашистская Германия нарушила, грубо порвала в 1939-1941 годах 69 международных договоров...

С самого начала политической деятельности Гитлера отличала лживость и наглость. Как писал историк Буллок: «Гитлер — неприкрытая мерзость».

Близкий друг Гитлера Раушинг однажды заметил: «Всем его словам — грош цена, и его обещания предназначены только для того, чтобы использовать других. В нем нет ничего естественного, даже его любовь к детям и животным — только поза». Он никогда не выполнял как публично данных обещаний, так и подписанных договоров.

Перед самым нападением Германии на Польшу шведский предприниматель Биргер Далерус предпринял одну из последних попыток предотвратить развязывание войны и 26 августа 1939 года встретился с Гитлером в присутствии Геринга. Гитлер начал беседу с вопроса, почему англичане угрожают объявлением войны. Получив ответ, что они не доверяют ему, Гитлер воскликнул: «Идиоты, разве я хоть раз кого-то обманывал?»

В ходе войны с Советским Союзом в узком кругу генералитета Гитлер часто говорил, что в военной пропаганде ложь необходима. «Кто знает, как далеко это может зайти. Представляете, какой психологический эффект будет иметь мое высказывание о том, что мы готовы дать независимость Украине? Причем я скажу это с серьезным видом, но затем ничего не сделаю».*

Американские войска захватили архивы германского верховного командования и среди них — совершенно секретный меморандум от

2 мая 1941 года о результатах обсуждения плана «Барбаросса». Заместитель главного обвинителя от США С. Олдерман огласил в заседании трибунала два первых абзаца этого документа:

«1. Война может продолжаться только в том случае, если на третий год войны все вооруженные силы будут снабжаться продовольствием из России.

2. Несомненно, что если мы вывезем из этой страны все то, что для нас необходимо, многие миллионы людей России будут обречены на голодную смерть».

В этом документе, предназначенном сугубо для внутреннего использования, мотивы нападения на СССР изложены четко и откровенно. О «коммунистической опасности» и речи нет. Надежда на скорую победу над Англией угасла. Продовольственный кризис нарастает, и разрешить его за счет уже оккупированных европейских стран не удается. И вот — ставка на легкую добычу за счет народов СССР.

Сохранилась подробная запись Бормана о совещании 16 июля 1941 года, которое провел Гитлер и было названо «секретным государственным делом». Эта запись цитировалась на процессе.

Гитлер заявил на этом совещании:

«... Важно, что наши цели мы не будем провозглашать всему миру.

Мотивы нашего шага (нападения на СССР. — Прим. авт.) для всего мира должны быть объяснены исходя из тактических соображений.

... Крым необходимо освободить от коренного населения и заселить немцами.

... В принципе дело идет, стало быть, о том, чтобы этот гигантский пирог правильно разделить, чтобы мы, во-первых, им овладели, во-вторых, правили и, в-третьих, использовали в своих целях.

... Все наследники фюрера должны знать, что безопасность рейха будет упрочена лишь тогда, когда западнее Урала не будет существовать никакой другой военной силы; защиту этого пространства от всех возможных опасностей берет на себя Германия.

... Фюрер подчеркивает, что балтийские государства должны войти в состав рейха.

... Точно так же Крым со значительной тыловой областью (область севернее Крыма) войдет в состав рейха.

... Фюрер подчеркивает далее, что и колония на Волге должна стать частью рейха, а также область вокруг Баку должна стать немецкой военной колонией.

Большой Карельский полуостров Гитлер также намеревался присоединить к Германии. «И со всей осторожностью подготовить вхождение Финляндии в рейх на правах автономии». «На территорию вокруг Ленинграда претендуют финны; фюрер хочет стереть с лица земли Ленинград. А потом передать его финнам».

Страшный документ! И не только своей жестокостью, а больше всего какой-то тупой уверенностью в полной безнаказанности, в праве повелевать чужими народами, «делить» чужие страны, стирать с лица земли красивейшие города мира.

3 октября 1941 года Гитлер публично заявил: «С 22 июня идет борьба, имеющая решающее значение для судеб мира. Масштабы и глубину этого события полностью осознают лишь потомки. Это было мое самое трудное решение. Наши солдаты одержали победу над сильным вооруженным противником. Германский народ может гордиться. Он имеет лучших политических руководителей, лучших военных командиров. Лучших инженеров, экономистов, организато-

ров, лучших рабочих и крестьян. Поэтому наш главный противник сломлен и никогда уже не сможет подняться».

Рано ефрейтор Гитлер хоронил Красную Армию. Лучшие воины, командиры, рабочие и крестьяне были не в Германии, а в Советском Союзе. В битве под Москвой был развеян миф о «непобедимости фашистской армии».

«Желаю успеха. На параде в Москве увидимся», — заявил Гитлер 9 июня 1941 года после доклада командующих о готовности к агрессии против Советского Союза.

Немцы в конце концов вошли в Москву. Но только в качестве военнопленных. Они были доставлены в столицу 22 железнодорожными эшелонами.

Необычное сообщение прозвучало по московскому радио утром 15 июля 1944 года: «17 июля через г. Москву будет проконвоирована направляемая в лагеря для военнопленных колонна рядового и офицерского состава в количестве 57 тыс. человек. Граждане обязаны соблюдать порядок и не допускать каких-либо выходок по отношению к военнопленным».

Всего было 26 колонн. В каждой по 800 человек, по 20 человек в шеренге. Между колоннами интервал 25 метров. 18 генералов и 1200 офицеров следовали в отдельной колонне; генералам были оставлены форма, знаки отличия и ордена.

Движение началось в 9 часов утра и продолжалось 2 часа 25 минут. Тысячи москвичей вышли на объявленный маршрут. Гитлер намеревался снести, срыть, затопить Москву. И вот теперь москвичи смотрят на этих жалких, оборванных пленных...

Улицы города после прохождения колонн были очищены и промыты специальными поливальными машинами. К 19 часам все колонны были погружены в вагоны и отправлены в лагеря. Генералов отвезли в автомашинах.

***

1941-1944 годы

После японской атаки на Перл-Харбор Гитлер был уверен в падении морского могущества США. 11 декабря 1941 года, выступая в рейхстаге, Гитлер разразился бранью в адрес президента Рузвельта: «Этот человек спровоцировал мировую войну... Поддерживаемый миллионерами и евреями, он несет ответственность за страдания всего мира. Он называет меня гангстером. Это типично для Америки. Впрочем, Рузвельт не в своем уме и потому не может оскорбить меня.

... Германия находится с сегодняшнего дня в состоянии войны с Соединенными Штатами».

Гитлер надеялся, что 1942 год будет решающим в войне с Советским Союзом.

1 июня 1942 года в штабе группы армий «Юг» в Полтаве состоялось расширенное совещание высшего военного руководства вермахта.

Обсуждался план действий на южном направлении. Гитлер уточнил цели наступления, намеченные в директиве от 5 апреля 1942 года. Он вел большую игру, по поводу чего и сам заметил: «Если мы не возьмем Майкоп и Грозный, то я должен буду покончить с этой войной».

На юге России, западнее Дона, намечалась крупная операция с целью окружения и уничтожения основных сил Красной Армии. При успехе этой операции открылся бы доступ к Волге и Кавказу с его нефтяными источниками и, по замыслу Гитлера, «был бы нанесен смертельный удар по Советскому Союзу».

Однако советские войска выстояли, нанесли фашистским войскам в обороне ощутимые потери и 19 ноября 1942 года перешли в наступление, разгромив 6-ю немецкую армию фельдмаршала Паулю-са. Сталинград стал предвестником неизбежного краха гитлеровской Германии.

Великодержавная программа Гитлера была рассчитана на «блицкриг», на победу в самые короткие сроки. Единственным способом ведения войны были быстрые, неожиданные удары, в которых страх и превосходящие силы решали исход войны.

Война против Польши длилась четыре недели, против Норвегии

— восемь, Голландия была покорена за пять дней, Бельгия — за семнадцать, Франция — за шесть недель, Югославия — за одиннадцать дней, Греция — за три недели.

Вспоминая о поражении под Курском и Орлом, генерал Гудери-ан писал: «В результате провала операции «Цитадель» танковые войска понесли большие потери в людях и технике и надолго потеряли свою боеспособность. Русские, разумеется, не преминули воспользоваться своей победой. С этих пор на Восточном фронте для нас не было ни минуты покоя».

20 июля 1944 г.

Когда военная фортуна перестала улыбаться Гитлеру, нашлась горстка офицеров, которые были преданы идее освободить Германию от господства нацистов. Среди них — старший офицер оперативного отдела штаба группы армии «Центр» фон Трескоф. Он собрал вокруг себя единомышленников с целью, высказанной однажды своему адъютанту: «Долг чести требует от нас не щадить себя ради скорейшего падения Гитлера и национал-социализма, чтобы спасти Германию и Европу от варварства». Заговорщики предприняли попытку убить Гитлера 13 мая 1943 года. Им удалось подложить бомбу замедленного действия в самолет, в котором должен был лететь Гитлер, но бомба не взорвалась. Фон Шлабрендорф не растерялся и сразу же вылетел в штаб-квартиру фюрера, изъял бомбу до того, как ее успели обнаружить: она была спрятана в свертке с двумя бутылками коньяка в виде передачи другу. В поезде по пути в Берлин он разобрал ее на части. Еще много раз планировались покушения на Гитлера, но по разным причинам они срывались. К заговору примкнул решительный, смелый офицер граф фон Штауффенберг. На восточном фронте его сомнения переросли в уверенность о необходимости устранить Гитлера от власти.

Еще в Тунисской кампании он получил тяжелые увечья: лишился левого глаза, правой руки и двух пальцев на левой руке. Выписавшись из госпиталя, он принялся за новую подготовку переворота.

Все вроде складывалось удачно. Штауффенберга назначают начальником штаба резервной армии.

Уже дважды подготавливаемые им покушения на Гитлера не удавались. 20 июля он вылетел в штаб в Восточной Пруссии с решимостью, что третья попытка будет окончательной.

Фон Штауффенберга ждали с докладом о создании новых войсковых формирований. В портфель с документами он положил бомбу с часовым механизмом, который должен был сработать через десять минут после включения. Совещание уже началось, когда фон Штауффенберг присоединился к группе офицеров, окруживших большой тяжелый дубовый стол с разложенными на нем картами. Фюрер стоял у середины стола, то и дело наклоняясь, чтобы взглянуть на карты. Фон Штауффенберг поставил портфель под стол, включив взрывное устройство перед тем, как войти в комнату, затем тихо вышел, извинившись за необходимость позвонить в Берлин. Он отсутствовал одну-две минуты, когда сильный взрыв потряс комнату и разнес стены и крышу. На людей в комнате обрушились загоревшиеся обломки.

Все, кто стоял на том конце стола, где фон Штауффенберг поставил портфель,были либо убиты, либо тяжело ранены. Гитлера спасла верхняя крышка стола, на которую он опирался в момент взрыва.

В половине первого ночи с 20-го на 21-ое июля все германские радиостанции передали дрожащий, но все еще узнаваемый голос фюрера, говорившего из Восточной Пруссии.

«Я убежден, что с раскрытием крошечной клики предателей и саботажников наконец-то после долгого времени в тылу создана атмосфера, в которой нуждается сражающийся фронт...

На этот раз мы рассчитаемся с ними привычным для национал-социалистов способом».

Гитлер редко угрожал впустую. Первое заседание «народного суда» под председательством судьи Фрейзлера (фюрер называл его: «Мой Вышинский») состоялось 7 августа и закончилось немедленным осуждением фельдмаршала фон Вицлебена, генералов Гепнера, фон Хазе и Штиффа вместе с четырьмя другими офицерами. Их казнили с неимоверной жестокостью 8 августа, медленно затягивая на шее прикрепленную к мясному крюку петлю из струны для рояля. Говорили, что казни и суд были сняты на кинопленку от начала до конца, чтобы Гитлер мог увидеть их в тот же вечер у себя в канцелярии рейха.

Сорок девять генералов и три фельдмаршала лишили себя жизни, опасаясь пыток во время следствия.2

Гитлер всех подозревал в измене и новой попытке покушения. Когда он проводил совещание командующих, от всех присутствующих требовали сдать личное оружие и портфели. За каждым креслом присутствующих в зале стоял вооруженный охранник СС и следил за каждым движением.3

***

Агония и смерть Гитлера

Грабительская военно-экономическая система Германии, основанная на эксплуатации порабощенных стран, оказалась на краю пропасти.

15 марта 1945 года министр вооружения Шпеер представил Гитлеру памятную записку, где сообщал, что за последние недели снабжение промышленности сократилось почти в 10 раз. В ближайшие 4-8 недель следует считаться с окончательным крушением экономики Германии.

Главные фашистские преступники, изгнанные с захваченных земель, перебрались в Берлин. Их возвращение не носило триумфального характера.

Берлин лежал в развалинах. Немцы копошились в мусорных баках, развалинах, на свалках. В связи с частыми налетами на Берлин Гитлер со своей свитой из имперской канцелярии переселился в бомбоубежище, которое начали сооружать на всякий случай в 1943 году. К весне 1945 года было готово только одно крыло, предназначавшееся для Гитлера.

Советские воины пришли в логово фашистского зверя.

На Нюрнбергском процессе мир узнал, какие мысли обуревали Гитлера, когда он почувствовал крах своей империи. На процессе было процитировано его высказывание: «Если война будет проиграна, то и сам народ должен погибнуть. Такая судьба неотвратима. Народ показал... что он слаб. Кроме того, те, кто остался в живых — люди малоценные, хорошие погибли». Это высказывание сравнительно хорошо известно. Но менее известно, что Гитлер давно так решил.

8 ноября 1942 года, выступая перед участниками фашистского путча, Гитлер хвастался: «Кайзер сложил оружие без четверти двенадцать, я принципиально всегда прекращаю то, за что берусь, лишь в пять минут первого».

Л

Геринг, бывший друг, получает «взбучку» за неспособность Люфтваффе противостоять авиации союзников.

Немецкий народ смог убедиться, во что ему обходится сохранение «после двенадцати» преступного фашистского рейха. Как зарвавшийся игрок, он бросает на смерть новые тысячи немцев, лишь бы отсрочить свою собственную гибель.

Гитлер поклялся, что такого краха, как 11 ноября 1918 года, он не допустит. И сдержал слово — такого краха он не допустил. Он допустил более страшный крах Германии.

Гитлер отдает преступный приказ: чтобы не допустить проникновения советских частей в район имперской канцелярии по тоннелям метро, открыть шлюзы на Шпрее и затопить станцию, расположенную южнее бомбоубежища. Тысячи раненых, женщин, стариков, детей, укрывшихся в метро, погибли мученической смертью.

После полуночи 29 апреля в подземелье имперской канцелярии разыгрывается сцена, которая приводит в замешательство даже тех из окружения Гитлера, кто привык к его причудам.

Гитлер объявляет о своем бракосочетании с Евой Браун. Вся процедура заканчивается в несколько минут. После этого Геббельс и его жена, Борман и две секретарши Гитлера удалились вместе с «новобрачными» на «свадебный пир».

На рассвете 29 апреля в бункере узнают, что советские войска по Вильгельмштрассе рвутся к имперской канцелярии. Все находящиеся в бункере понимают, что это конец.

В подземелье творится нечто невообразимое. «В бомбоубежище,

— пишет Больдт, — воцарилась атмосфера настоящего «конца света». Каждый старался заглушить свое отчаянье алкоголем. Были извлечены на свет лучшие вина, ликеры и деликатесы. Раненым, лежащим в подвалах и помещениях метро, нечем было утолить ни голод, ни жажду, хотя некоторые находились в нескольких метрах от нас, на подземных станциях Потсдамской площади, зато здесь вино лилось рекой».

Кровавый фашистский рейх рушился среди той же мерзости и зловония, которые сопровождали его появление на свет и все двенадцатилетнее существование.