«Хрустальная ночь»

«Хрустальная ночь»

Этого выстрела только и ждали. Он был нужен нацистам как воздух, как толчок к решительным действиям, как оправдание. И он прозвучал в Париже и страшным эхом отозвался в Берлине. 7 ноября 1938 года семнадцатилетний поляк еврейского происхождения Гершель Гриншпан после получения письма от родителей, в котором те слезно жаловались на притеснения и унижения евреев в Германии, на выдворение из дома — всю его семью выселили из Ганновера в Польшу, был возмущен до глубины души и не мог понять, что произошло, почему такая несправедливая кара обрушилась на близких ему людей, почему они должны подвергаться гонениям. Многого этот юноша просто не мог знать. Предыстория же дела такова: по новым нацистским законам неарийцы, то есть евреи, не имевшие права занимать государственные должности в Германии, не имевшие права учиться в германских учебных заведениях, не имевшие в паспорте отметку «J» и прочая и прочая, выдворялись за ее пределы. Надо отметить, что ситуация с проживанием евреев в Германии ухудшалась с 1933 года и с каждым годом все новые и новые нацистские предписания и положения свидетельствовали о том, что близится час и евреям не останется места на немецкой земле — их либо депортируют, либо уничтожат. До 1933 года в Берлине проживали примерно 160 тысяч евреев, после 1933 года десятки тысяч уехали, но много их еще оставалось, одни не успели, других просто не выпустили, третьи на что-то надеялись…

После прихода Гитлера к власти расовая ненависть к славянам, читай — к большевикам, к цыганам, к неграм, возводилась в ранг государственной политики, но в особой категории оказались евреи, по словам Геббельса, «величайшее несчастье немецкой нации». Постепенно антисемитизм становился одним из главных направлений государственной политики. Гитлер и его команда задумали сначала освободить от евреев Германию, затем Европу и потом весь мир. И вот завершающий этап «очищения немецкой нации» начался. 28 октября 1938 года по всей Германии (включая Австрию) были схвачены 15 тысяч евреев — выходцев из Польши. Они чужие — выдворить! Немецкие власти с ними не церемонились и не поленились доставить тысячи мужчин, женщин, детей на польско-германскую границу, рядом с городками Збоншин и Чойнице. Немцы решили немедленно выслать их из своей страны. Но польские власти отказались принять новых переселенцев, своих проблем хватало. Несколько месяцев депортированные оставались на ничейной земле. Они ютились под открытым небом, начались болезни. В дело вмешалась еврейская община Польши «Джойнт», которой удалось уговорить польское правительство принять изгнанников. Среди депортированных были и родители Гершеля Гриншпана, жившего в Париже. Юноша был так потрясен их страданиями, что задумал отомстить, пусть даже ценой собственной жизни. Он раздобыл револьвер и отправился с ним в немецкое посольство с намерением убить посла. Он вошел в посольство Германии, посла не обнаружил и выстрелил в первого встречного немецкого дипломата. Человек упал, раздались крики, подбежала охрана, Гершеля схватили. Раненым оказался не посол, а всего лишь третий секретарь посольства, видный нацист Эрнст фон Рат, который скончался от ран через два дня, 9 ноября. В день покушения, 7 ноября 1938 года из Парижа в Берлин, Мюнхен и другие города Германии ушли телеграммы-молнии, в которых сообщалось о теракте в немецком посольстве во Франции — еврей поднял руку на арийца и убил его. Гитлер в этот момент вместе с Геббельсом участвовал в собрании нацистов-ветеранов. Геббельс выступал с речью перед ними. Принесли срочную телеграмму. Гитлер прочел ее и разразился яростной и гневной тирадой. Он дал указания и ушел с собрания. Геббельс его понял и продолжил свое выступление. Он сообщил своим собратьям о чудовищном злодеянии, совершенном в Париже польским евреем, и предупредил, что этот теракт вызовет такую волну народного гнева, что от немецкого еврейства в Германии мало что останется, отмщение будет страшным.

Более страшное отмщение трудно себе представить. В — ночь с 9 на 10 ноября 1938 года по всей Германии прошли еврейские погромы. Самые мощные были организованы в столице Третьего рейха. Центром их подготовки явилось гестапо на улице Принц-Альбрехтштрассе, где, получив инструкции, по указанным районам расходились отряды СА и СС, а также одетые в гражданское лица, которые должны были олицетворять возмущенное население Берлина. Все они отправлялись к давно уже намеченным адресам — к магазинам, лавкам, хозяева которых были евреи, к синагогам. Вакханалия началась с темнотой, молодчики били витрины, разрушали мебель и внутреннее убранство, поджигали конторы. Под ногами хрустело разбитое стекло. Звон стекла продолжался всю ночь. Начались акты мародерства.

И тотчас, как по сигналу, запылали синагоги в Берлине, всего их было в то время около 80, и среди них самые известные и красивые на улице Фазаненштрассе и центральная, находившаяся на улице Ораниенбургерштрассе, 29, называемая в то время Большая, а сегодня — Новая Берлинская, в том самом квартале, который издавна считался еврейским. Там были традиционно с давних времен расположены разного рода лавочки, банки, учреждения. Там и звенели разбитые стекла. Из помещений на улицу выбрасывали мебель, документы, поджигали оставшиеся аксессуары, уносили все самое ценное.

Конечно, особое внимание нацистов привлекла к себе Большая синагога. Построенная в 1866 году в мавританском стиле, синагога считалась самым красивым еврейским сакральным зданием не только в Германии, но и во всей Европе. Во время отправления религиозных обрядов в ней могли поместиться до 3200 человек. Очень многие берлинцы, в том числе и не евреи, рассматривали ее не просто как место для совершения религиозных обрядов, но и как музыкальный, культурный центр. В 1930 году в этой синагоге выступал знаменитый ученый, основатель теории относительности Альберт Эйнштейн. Он участвовал в одном благотворительном концерте, играл на скрипке. В синагоге был установлен не типичный для иудейской религии орган. Да и само богослужение проводилось не на иврите или идише, а на немецком языке, вполне европейская культура. У представителей СС и СА давно чесались руки, давно они ждали команду, чтобы снести еврейскую синагогу с немецкой земли. Но с ее поджогом у молодчиков СА и СС ничего не вышло. На защиту культового храма бросился квартальный полицейский Вильгельм Кройцфельд, который, очевидно, не был как следует проинструктирован. Он, увидев незнакомых людей, которые пытаются поджечь здание, со служебным пистолетом бросился к ним, затем достал документ, в котором говорилось, что Большая синагога является уникальным памятником истории, архитектуры и культуры Берлина. Не желая раздувать скандал, представители СА и СС сочли за благо удалиться. Этот же Кройцфельд, верный своему охранному долгу, вызвал пожарную команду, которая и загасила пламя. Синагога почти не пострадала. Но это все равно не спасло ее от дальнейших нападок и разрушения.

Кстати, судьба самого Гершеля была предопределена. Никакого показательного процесса над ним фашисты устраивать не стали. Их вполне удовлетворила волна народного гнева, которая яростным погромом прокатилась по всей Германии. Гершеля же после пристрастного допроса отправили в один из концентрационных лагерей, откуда он уже не вышел.

Хрустальная ночь

Все германский еврейский погром, или так называемая имперская хрустальная ночь, принес свои плоды. В общей сложности по всей территории Третьего рейха были разрушены и сожжены 267 синагог и 815 магазинов и предприятий, 20 тысяч евреев были арестованы и брошены в концлагеря, 36 человек были убиты. Фашисты праздновали победу, однако когда подсчитали нанесенный ущерб, который составил 25 миллионов рейхсмарок, то стали думать, как восстановить денежный баланс, чем затыкать образовавшиеся дыры. Естественно, синагога уже не могла выполнять своих, предназначенных ей функций, нацисты стали использовать пространное помещение как склад. В 1943 году она сильно пострадала от авианалета, от синагоги остались только руины, и долгие годы, уже при правительстве ГДР, синагога не восстанавливалась. Более того, в 1958 году, несмотря на протесты общественности, решились все-таки убрать остатки здания и взорвали главный зал синагоги. Такой разрушенной она оставалась до 1988 года, когда уже другое правительство ГДР, во главе с другим лидером Социалистической Единой Партии Германии Эрихом Хонеккером решило восстановить синагогу. Но процесс этот затянулся на многие годы. И только 7 мая 1995 года, через пятьдесят лет после разгрома фашистского рейха, когда с карты исчезла и сама Германская Демократическая Республика, после появления единого немецкого государства — Федеративная Республика Германия, состоялось второе рождение Новой берлинской синагоги, все по тому же адресу: Ораниенбургерштрассе, 29.