Преодоление кризиса и безработицы

Преодоление кризиса и безработицы

Нацисты пришли к власти в условиях мирового экономического кризиса, особенно глубоко поразившего Германию. Свою предвыборную тактику НСДАП тогда строила, главным образом, на обещании широких мер борьбы с безработицей и помощи крестьянам. Эти обещания Гитлера были созвучны чаяниям населения Германии, так как к началу 1933 г. в стране только по официальным данным насчитывалось около 6 млн безработных. С включением работоспособных членов семей это составляло около 20 млн людей, или почти треть населения.

Для стабилизации и укрепления авторитета режима были очень важны заметные, а главное — быстрые успехи в этой области. Поэтому в 1933-1935 гг. нацистское правительство особое внимание уделяло преодолению экономического кризиса, оживлению механизма экономической конъюнктуры и созданию рабочих мест. В сознании немцев это время оказалось связанным с удивительно быстрой ликвидацией экономических и материальных невзгод последних кризисных лет Веймарской республики.

В июле 1933 г. был создан Генеральный совет германского хозяйства. В него вошли представители крупного капитала (отец Густав (1870-1950) и сын Альфрид (1907-1967) Крупп фон Болен и Халъбах, Фриц Тиссен, Альберт Феглер (1877-1915), Карл Бош (1874-1940) и др.), военной бюрократии, нацистской партии. Совместно с министерством экономики он ввел в действие «закон об органическом построении экономики» от 27 февраля 1934 г. Этот закон усиливал централизованное управление и контроль со стороны министерства экономики за народным хозяйством. Для облегчения управления были созданы 7 имперских отраслевых групп: промышленность, банки, торговля, ремесло, страхование, энергетика и туризм. Они подразделялись на 44 экономические группы, делившиеся на почти тысячу специальных подгрупп. Отраслевое управление дополнялось территориальным.

Финансовая и экономическая политика первых лет нацистского режима была тесно связана с именем крупного банкира Ялмара Шахта. Он возглавил Рейхсбанк и был назначен Гитлером министром экономики. Благодаря его «новому плану» (система принудительного распространения ценных государственных бумаг, реприватизация, государственный контроль над внешней торговлей и др.), Шахту удалось запустить и обеспечить финансированием строительство скоростных дорог (автобанов), аэродромов и других сооружений. В короткий срок на «общественных работах», где использовалась большая масса ручного труда, удалось занять свыше 1,5 млн рабочих. Этим было положено начало ликвидации безработицы и созданию нацистской системы государственно-монополистического регулирования и планирования.

В течение четырех лет была создана сеть автодорог, заправочных станций, культурных и спортивных сооружений. Возобновилось производство на остановившихся во время кризиса заводах и фабриках, отступила безработица. В 1937 г. в стране оставалось лишь 900 тыс. безработных, и стал ощущаться недостаток рабочих рук, особенно в военной индустрии. Пропаганда твердила о наступлении экономического процветания и росте покупательной способности населения.

В действительности, в ходе экономического оживления шло восстановление состояния, предшествовавшего глубокому экономическому кризису 1929-1933 гг. Заработная плата росла медленно и только в отраслях, связанных с военной промышленностью. Покупательная способность была в действительности низкой, и дорогих товаров производилось очень мало в сравнении с Веймарским периодом. Режим «копил» (а точнее, инвестировал) средства на войну, и доля заработной платы в национальном доходе с 1934/35 гг. стала неуклонно снижаться.

Только с 1936 г., когда была широко развернута программа вооружений, начала подниматься реальная почасовая оплата, которая к 1938 г. достигла уровня 1929 г. Недельная же заработная плата достигла уровня 1929 г. лишь в 1941-1942 гг. Медленный рост заработной платы был связан с различными «добровольными» отчислениями из зарплаты на «нужды» ДАФ, «зимнюю помощь», а во время войны — на «железные накопления».

Из рабочей среды были вытеснены женщины, так как им надлежало выполнять, по нацистской мерке, свою «изначальную» функцию — быть домохозяйкой и матерью. Это стало возможным в связи с введением ссуды для новобрачных, которая, в случае рождения каждого следующего ребенка, частично списывалась. Кроме того, проводилась кампания против «двойной зарплаты» семьи и сознательно принижалось значение женского труда. Способствовало рассасыванию безработицы и введение с 1935 г. всеобщей воинской повинности, а также трудовой повинности.

Действительно улучшилось положение дел в сельском хозяйстве. С февраля 1933 г. и до начала 1936 г. на его нужды было потрачено 3,5 млрд рейхсмарок. Благоприятное воздействие оказало уменьшение долгов крестьянских хозяйств с 1 млрд марок в 1931-1932 гг. до 650 млн в 1934-1935 гг. (главным образом за счет списания). Наблюдался подъем сельскохозяйственного производства (в 1939 г. — на 120% по сравнению с 1928 г.) и крестьянских доходов. Усилилось самообеспечение страны продовольствием. Доходы крестьян от продажи своей продукции выросли с 6,5 млрд марок в 1933 г. до 10,5 млрд в 1938 г. Тем не менее они составили только 60 % от уровня предкризисных годов Веймарской республики.

Сохранялись многочисленные недостатки в обеспечении населения продуктами питания: салом, мясом, растительным и сливочным маслами, бобовыми культурами. Но большая часть иностранной валюты шла на закупку не этих видов продовольствия, а сырья для производства вооружений.

Популярность экономических мероприятий нацистов обеспечивалась не только реальным преодолением кризиса, но и массово-психологическим воздействием на население. Руководители Третьего рейха «освящали» своим символическим участием закладку зданий, начало строительства автотрасс. Затем все это тиражировалось прессой, пропагандистскими фото- и кинофильмами. Средства массовой информации постоянно демонстрировали «национальную солидарность» и «успешный прорыв» Германии на пути к созданию «народного сообщества».

Эмоциональный подъем, вызванный нацистской пропагандой, был одним из важных стимулов к экономическому росту. Люди ощущали, что после череды лет депрессии и сомнений наступило, наконец, время стабилизации и улучшения жизни. Экономические успехи и пропагандистский шум вокруг них затеняли неприглядную сторону режима: разрастание террористического аппарата, разрушение правового строя, подготовку новой войны за передел мира.