Глава XXVIII

Глава XXVIII

Наполеон в Москве. Пожар Москвы. Просьба Наполеона о мире. Отзыв об этом прусского майора Карла фон Клаузевица.

В ночь 1 сентября Кутузовым был отдан приказ об отступлении Русской армии через Москву на Рязанскую дорогу.

2 сентября Наполеон подошел к Москве и остановился у Воробьевых гор на Поклонной горе. Он знал об отходе Русских войск. Он ожидал, что к нему явятся представители города, поднесут ему на бархатной подушке ключи города; что колокольным звоном, криками восторга, улицами с домами, украшенными флагами, полным радостного народа, его, победителя, встретит город. Так бывало всегда во всех больших городах Европы, которые он брал в эти годы.

Но. Там была — Европа… Здесь — Россия. Почти что — Азия.

Тих был город. В полуденном туманном мареве точно уснула Москва.

В четвертом часу пополудни авангард Мюрата вошел в город. Москва была пуста. Жители покинули се. Раскрытые ворота, побитые стекла в домах. Во дворах клочья сена, солома, конский навоз, следы торопливой укладки, валяющаяся сломанная домашняя обстановка, разбитые ящики — все то, что не успели или не могли увезти уходившие из Москвы жители, хозяева этих домов. Следы грабежа оставшимися. К этому грабежу скоро присоединились солдаты Наполеоновой армии.

И в ту же ночь — пожары… Кто, по чьему приказанию, жег Москву? Пылали богатые особняки, горели торговые ряды, маленькие домишки бедноты городской. Пожар подходил к самому Кремлю, где остановился Наполеон.

Так будто бы приказал граф Ростопчин, бывший начальником Москвы и увезший из Москвы пожарные обозы… Или горела Москва потому, что расположившиеся по улицам и площадям, ставшие по дворам биваками солдаты не соблюдали предосторожности и раскладывали костры где попало, или потому, что оставшиеся в ней подонки населения поджигали ее. Москва сгорала. Наполеон должен был оставить Кремлевский дворец и переехать в окрестности города.

Таинственная, влекущая «Москова» достигнута. Взята столица Русской Империи… Половина армии полегла на полях Смоленска и Бородина. Еще треть осталась растянутой на длинном пути от Вислы до Москвы. Победы не было. Император Александр не просил о мире. Русская армия, целая и неповрежденная, стояла на Рязанской дороге. Она угрожала тылу Наполеона. Она преграждала пути на богатый юг, который только и мог прокормить армию Наполеона. Уже ощущался в ней недостаток продовольствия. Никто не вез припасов в Москву. Крестьяне дубьем встречали фуражиров, а когда посылали с фуражирами воинские команды — они натыкались на казаков.

Но мир должен был быть. Наполеон взял Вену, и Император Франц просил о мире… Так было всегда… Почему же Император Александр молчит?

Наполеон отправил к Кутузову своего генерал-адъютанта Лористона с письмом Императору Александру. Он просил о мирных переговорах.

Александр отклонил переговоры. Он оставался верен своему слову. Враг до последнего солдата должен оставить Русскую землю, раньше этого не может быть никаких разговоров о мире. Договариваться о мире с врагом, сидящим в горящей Москве, было невозможно.

В войну 1812-го года при Русской армии находился сначала, как обер-квартирмейстер кавалерийского корпуса графа Палена 2-го, потом при корпусе Витгенштейна прусский майор Карл фон Клаузевиц. Считая долгом своим бороться с Наполеоном, поработившим его родину — Пруссию, он поступил в Русскую армию. Это был вдумчивый, высокообразованный офицер, создавший потом огромный военно-философский труд «О войне». Труд этот стал основанием немецкой военной науки «стратегия». Клаузевиц проделал с Русскими войсками все походы 1812, 1813 и 14-го годов. В описании этих войн Клаузевиц пишет: «…Отступление Наполеона было неизбежно, и самый поход оказался неудавшимся с той минуты, когда Император Александр отказался заключить мир. На достижении этого мира были построены все расчеты; в этом отношении Наполеон, конечно, ни минуты не обманывался»…

Москва была взята… Мира не было. Что же дальше?.. Оставалось только… отступление.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.