Дипломатия

Дипломатия

Международные отношения Египта этого времени нам довольно хорошо известны благодаря находке в эль-Амарне большого государственного архива египетских фараонов конца XVIII династии. В этом архиве сохранились дипломатические послания царей Вавилона, Ассирии, Митанни, Хеттского государства и Кипра, а также многих сиро-палестинских князей и правителей к египетскому фараону. Письма эль-Амарнского архива являются ценнейшими историческими документами, ярко характеризующими уровень развития дипломатии того времени. Судя по этим письмам Египет поддерживал очень тесные торговые и дипломатические взаимоотношения с целым рядом государств Передней Азии. Переговоры между отдельными государствами велись при помощи специальных послов. Эти переговоры нередко приводили к заключению военно-политических союзов и соглашений, которые облекались большой тайной. Политические союзы, как, например, союз между Египтом и Митанни, часто закреплялись при помощи династических браков. Дипломатические переговоры, которые велись устно через послов или письменно, имели иногда своей целью уладить различные конфликты. Так, вавилонский царь в одном письме просит египетского фараона наказать лиц, виновных в ограблении вавилонского каравана. В другом письме вавилонский царь протестует против установления Египтом непосредственных дипломатических взаимоотношений с Ассирией, которую вавилонский царь считал себе подвластной. Митаннийский царь в одном письме предлагает египетскому фараону произвести обмен пограничными городами. Все эти письма в большинстве случаев написаны вавилонской клинописью на вавилонском языке, который в эту эпоху являлся международным дипломатическим языком. Дипломатические документы позволяют установить факт постепенного падения авторитета Египта в Азии, начиная с царствования Аменхотепа III. Некоторые из сирийских князей в своих письмах ещё выражают верноподданнические чувства по отношению к египетскому фараону, подчёркивая свою преданность Египту. Так, князь города Катны пишет египетскому царю:

«Мой владыка! Здесь я твой слуга. Я следую по пути моего владыки и моего владыки я не покидаю. С тех пор, как мой отец сделался твоим слугой, его страна стала твоей страной, а город Катна — твоим городом; и я принадлежу моему владыке. Мой господин! Когда приходили мои войска и колесницы моего владыки — еда, питьё, скот, овощи, мёд и масло приносились для войска и колесниц моего царя».

Но если маленькие сирийские князья ещё признают авторитет египетского фараона, то более крупные государства Передней Азии постепенно освобождаются от влияния Египта. Поэтому египетским фараонам приходится покупать дружбу сильных азиатских царей при помощи золота. Так, Аменхотеп III посылает ассирийскому царю 20 талантов золота, очевидно, покупая этой ценой его поддержку. Вавилонский царь Кадашман-Бэл в своих письмах, обращенных к Аменхотепу III, всё время просит прислать ему золота. Та же самая настойчивая просьба о присылке золота звучит в целом ряде писем других азиатских царей. Особенно типичны в этом отношении письма митаннийского царя.

В это время в восточной части Малой Азии образуется большое и сильное Хеттское царство. Хеттские цари стремились к расширению границ своего государства за счёт соседних митаннийских областей и областей северной Сирии, находившихся ранее под властью Египта. Усиление Хеттского государства в первую очередь грозило северно-месопотамскому царству Митанни и египетским владениям в Сирии. Перед лицом растущей грозной опасности хеттского нашествия египетский и митаннийский цари объединяются для того, чтобы дать совместный отпор надвигающемуся врагу. Таким образом, назревает возможность заключения египто-митаннийского союза, который закрепляется рядом династических браков. Письма митаннийского царя Тушратты, обращенные к египетскому фараону Аменхотепу III, ярко и образно рисуют отдельные этапы дипломатических переговоров, приведших, в конечном счёте, к установлению довольно тесных взаимоотношений между Египтом и Митанни. Египет, который в царствование Аменхотеба III уже не имел достаточных военных сил для защиты своих отдалённых сирийских владений от нападении хеттов, принуждён был ныне опираться на поддержку Митанни, но митаннийский царь требовал за свою дружбу и помощь золота. В целом ряде писем, обращенных к египетскому фараону, он снова и снова требует присылки золота, ибо, как пишет он: «В стране моего брата золото всё равно, что пыль». Поэтому митаннийский царь, продавая свою дружбу фараону, просит много золота, говоря: «более, чем моему отцу, да даст мне и да пошлёт мне мой брат».

На ослабление египетского влияния в Сирии указывает факт систематического продвижения хеттов к югу и захвата ими целого ряда областей и городов, которые некогда принадлежали Египту. Так, хетты нападают на город Катну и подвергают его разграблению. Акиззи, князь Катны, тщетно просит помощи у египетского фараона. Он пишет ему: «О, мой владыка! Так же, как Дамаск в стране Убе простирает свои руки к твоим ногам, так и Катна простирает свои руки к твоим ногам». Но все эти мольбы не приводят ни к каким результатам. Египетский фараон уже не имеет в своём распоряжении достаточного количества военных сил для того, чтобы задержать продвижение хеттов и восстановить свою власть в Сирии.

Ослабление египетского влияния в Сирии способствует продвижению племён хабири в Палестине и в южной Сирии. Эти кочевые семитские племена захватывают в свои руки области Палестины, ранее принадлежавшие Египту. Риб-Адди, князь Библа, пишет в своём письме египетскому фараону: «С тех пор, как твой отец вернулся из Сидона, страны оказались во власти хабири».

Упадок военного могущества Египта, ясно обнаружившийся в царствование Аменхотепа III, стал ещё более заметен при его сыне и преемнике Аменхотепе IV (1424–1388 гг. до н. э.). В это время египетское правительство, очевидно, уже не располагает крупными военными силами и поэтому лишено возможности защищать свои владения в Сирии. В связи с этим в Сирии образуется союз сирийских князей, отчасти поддерживаемый хеттами. Стоящий во главе союза сирийский князь Азиру ведёт упорную борьбу за освобождение Сирии от остатков египетского влияния. Многие города Сирии и Финикии, оставшиеся верными Египту, с трудом защищаются от наступающих хеттов и войск Азиру. Некоторые из этих городов пишут отчаянные письма египетскому фараону, прося его прислать военную помощь. Так, старейшины Тунипа шлют в Египет такое письмо:

«Царю Египта, моему владыке, жители Тунипа, твоего слуги… Кто мог ранее разграбить Тунип, не будучи разграблен Манахбирией (Тутмосом III)? Боги… царя Египта, моего владыки, обитают в Тунипе. Пусть наш владыка спросит своих старцев (так ли это)? И, однако, теперь мы не принадлежим более нашему владыке, царю Египта… Если его воины и его колесницы явятся слишком поздно, Азиру поступит с нами как с городом Ния. Если же нам приходится горевать, то и царю Египта придётся горевать над тем, что сделал Азиру, ибо он обратит свою руку против нашего владыки. И тогда Азиру вступит в Симиру, Азиру сделает с нами, что ему угодно на земле нашего владыки-царя; и это придётся оплакивать нашему владыке. Бот Тунип, город твой, плачет, и слёзы его текут; и нет нам помощи. 20 лет посылаем мы (письма) нашему владыке, царю, царю Египта, но не получили (в ответ) ни слова, ни единого».

В этом письме содержится грозное предостережение египетскому фараону. Старейшины Тунипа указывают на то, что опасность грозит в данном случае не только верным Египту сирийским городам, но и самому Египту. С такими же мольбами о помощи обращаются к египетскому царю князья Библа и Тира. Но все эти просьбы тщетны. Письмо одного египетского чиновника из Палестины чрезвычайно красноречиво указывает на упадок египетского могущества в Сирии и на необходимость срочной присылки египетских войск, для того чтобы восстановить престиж Египта в Передней Азии.

«Пусть царь, — пишет этот чиновник, — позаботится о своей земле… пусть он пошлёт войска… ибо, если никакого войска не явится в этом году, все владения моего владыки царя погибнут». Последняя фраза в этом письме кратко и сильно выражает основную мысль, положенную автором в основу всего письма: «Вся земля моего владыки-царя близится к гибели».

Ослабление военного могущества Египта объясняется длительными войнами, истощившими живые силы страны. Свободные массы населения, на плечи которых ложились все тяготы военного времени, уже больше не могли нести напрасных жертв.