• От феодальной раздробленности…

• От феодальной раздробленности…

Приблизительно к тысячному году от эпохи Каролингов осталось лишь далекое и полузабытое воспоминание. Централизованная власть хотя и принадлежала королю, являвшемуся одним из многих сеньоров, но не была основана на законной традиции преемственности поколений. В 987 г. Гуго Капет, силой захватив престол, положил начало молодой династии Капетингов.

В те времена могущество феодала подтверждалось наличием у него укрепленного замка: шателен, владелец замка, правил на территории, границы которой определялись боеспособностью его войска, отражавшего нападки соседей, ему подобных феодалов или церковных землевладельцев.

Наряду с общей тенденцией становления и усиления политической власти произошла первая перегруппировка княжеств: крупные феодалы (принцы) завладевали сеньориями (вотчинами), покупая их или воспользовавшись некоторыми феодальными привилегиями, в частности, получив в форме переуступки в собственность фьеф, изначально принадлежащий вассалу, который, уступая его сеньору, получал в обмен помощь и защиту. В Маконнэ первые факты переуступки фьефов датировались XI столетием, а восстановление законных прав собственности сюзеренов на феодальные крепости произошло веком позже.

Как и все крупные феодалы, короли Франции старались захватить в качестве фьефов независимые замки (называемые аллодами). Филипп I (1060–1108 гг.) признался накануне смерти своему сыну, будущему Людовику VI (1108–1137 гг.), что поместье сиров Монлери, которое ему не удалось присоединить к своим владениям, «состарило его раньше времени». Королевский домен той эпохи был небольших размеров и служил основным источником существования короля и его двора, хотя следует отметить, что его доход пополнялся также за счет взимания различных налогов, податей и пошлин.

Людовик VI

Процесс выделения короля из среды подчиненных ему сеньоров шел постепенно. Он ввергал в вассально-ленную зависимость все большее число феодалов и, пользуясь предоставленным ему правом, контролировал подвластные ему фьефы-княжества. Король находился на вершине феодальной пирамиды, и, как сказал Сугерий в своей книге «Жизнь Людовика Толстого», власть короля основана на том, что он единственный не должен был никому приносить оммаж,[5] как, например, герцоги Аквитании, Бургундии и Нормандии, присягнувшие на верность королю Людовику VI (1108–1137 гг.).

Герард Камбрийский (в 1024 г.), а затем Адальберон Ланский (в 1024–1027 гг.), описав современное им общество, поделили его на три составляющих разряда: молящихся, сражающихся и трудящихся. Король воплощал и гарантировал гармонию этого социального здания. Его власть постепенно приобретала священный характер, чему способствовали ритуал помазания на царство, а также совершение королем некоторых чудес, например исцеление золотушных. Апогеем сакрализации королевской власти была канонизация в 1297 г. одного из членов династии Капетингов Людовика IX.

Оммаж Симона de Монфора

Несмотря на противодействие, оказываемое им папской властью, о чем свидетельствует длительный конфликт между папой Бонифацием VIII и королем Филиппом Красивым, Капетинги придавали большое значение не только расширению королевского домена, но и становлению и укреплению своей власти на всей территории Франции. Кроме того, короли этой династии разработали и внедрили самые эффективные для того времени системы государственного администрирования и правосудия (введение должностей бальи и сенешалей), все чаще выбирая на самые ответственные должности королевства людей простого звания, не входивших в число привилегированных лиц из близкого окружения короля и не принадлежащих к самым влиятельным семьям.

В этот период пресеклась династия Капетингов. После смерти в 1328 г. Карла IV Филипп Валуа сын Карла Валуа и брат Филиппа Красивого во время беременности королевы был назначен регентом еще не родившегося младенца. После рождения девочки, не имевшей права на занятие престола, Филипп Валуа, несмотря на притязания на власть Эдуарда III Английского, был провозглашен королем пэрами и баронами Франции.