Духовный полковник. Офицер Доможиров (1770—1830-е)

Духовный полковник. Офицер Доможиров (1770—1830-е)

«Все в Москву катится», — с гордостью бахвалятся жители Первопрестольной и с завистью отмечают приезжие. На московских улицах, одетых кое-где в дикий камень, продыху нет от бесчисленных колясок, бричек, карет, тарантасов, дормезов, одноколок, фаэтонов, пролеток, кабриолетов, колымажек, телег.

Вот тянется длинный обоз груженых саней, на которых оторванные от крестьянской работы мужики везут оброк своему сытому благодетелю. Громыхает золоченая карета с графским гербом, кони в перьях, на запятках букет — два здоровенных лакея во фраках, на козлах красномордый тучный кучер, которого для поддержания внушительных размеров живота каждый вечер до краев потчуют портером. Тащится косматая толстоногая кобыла, запряженная в пошевни — большие лубочные сани для товару, — набитые на этот раз говорливой купеческой семьей. Мчится заложенная по-русски тройка, бородатый лихач в новом кучерском армяке и голубой шапке набекрень ловко охаживает длинным кнутом двух пристяжных и коренную в дуге с колокольцем. Волочится усталая крестьянская кляча, старая и худая, как и ее хозяин — битый-перебитый гордыми седоками Ванька-извозчик в синем драном армяке, с номерной медной бляхой на спине.

Но вдруг с близлежащей колоколенки раздался неурочный звон…

— Никак сам владыко решился не побрезговать нашим храмом? — с затаенной радостью спрашивали друг у друга местные прихожане.

— Доможиров скачет! — закричал самый зоркий, указывая вдоль улицы. — Скоро митрополит будет!

Вот уже и все заметили, как к храму стремительно приближались легкие дрожки, на которых, стоя на полусогнутых ногах с намотанными на левую руку вожжами и длинным хлыстом в правой, мчался навстречь ветру приземистый напудренный офицер долгопамятных павловских времен. Его военный сюртук с красными отворотами, треуголка с загнутыми полями и трепещущая приставная косица казались москвичам 1820-х годов столь же священными, как священнические ризы, а миссия Доможирова столь же важной, как у царского фельдъегерского возка.

Люди прихорашивались, принимали смиренный вид и с трепетом шли в свой приходской храм слушать почетную архиерейскую службу.

Доможиров осаживал разгоряченную лошадь возле самой церковной паперти и смело бросался в толпу прихожан, расталкивая народ с помощью кулаков и грозных возгласов: «Посторонись, хамово отродье! Дорогу владыке!»

Только-только он успевал расчистить проход и навести видимость благолепия, как рядом с его спартанскими дрожками останавливалась веберовская, в четыре тысячи рублей серебром карета на высоких рессорах, с мягкими шинами, с нарядным форейтором, восседавшим на одном из шести орловских рысаков. Из услужливо распахнутой дверцы сначала показывался теплый, мягкий сапожок, голенище которого покрывала черная шелковая ряса, а затем и весь митрополит, с золотым крестом на груди и в клобуке. Он размеренным кротким шагом вступал в храм, где ему предстояло в течение долгого часа, а то и двух оказывать молитвенную помощь заблудшим овцам стада Христова.

Все это время Доможиров зажигал потухшие от сквозняков свечи, поправлял лампады, расставлял молящуюся паству в веданном одному ему порядке и следил, чтобы никто из прихожан не отвлекался на мирские разговоры. Он даже разводил по нужным местам священников, которые путались, где им стоять в известные минуты архиерейского богослужения. А уж если на крестный ход собирались, то духовенство, особенно новички сами обращались к Доможирову за указаниями, где встать и что делать. Сам же добровольный блюститель благочестия в крестном ходе шел впереди, раздвигая по сторонам столпившийся народ.

Перед последним «аллилуйя» последний раз хозяйским взглядом окинув смиренный храм, он без сожаления покидал его и, молодецки вскочив на дрожки, мчался уже проторенным путем назад, к усадьбе митрополита, предваряя появление кареты, должной доставить его высокопреосвященство от обедни к обеду.

Переговорив с архиерейским кучером о маршрутах дальнейших поездок, которые желательно предвосхитить лихой скачкой, Доможиров, если на сегодня его добровольная служба была закончена, удалялся к себе в тихую квартиру, которую обычно снимал на окраине города, и, водрузив на нос огромные очки, читал что-нибудь из Ветхого Завета.

Домохозяину попервой нравился такой спокойный, солидный постоялец, рано утром уходящий куда-то на службу, а вечера проводящий трезво и скромно. Но вот минул месяц, за ним второй, третий, а на усердные напоминания о квартплате солидный постоялец отвечал сначала обыкновенным, а потом уж и презрительным молчанием. Домохозяин, как и все обыватели недворянского звания, понимал, что офицерский мундир требует почтенного отношения к находящейся в нем особе, поэтому, удрученный, что не может расправиться с неплательщиком по-свойски, шел жаловаться в полицию.

— Доможиров? — сочувствовали ему в части. — Да он испокон веков, сколько квартир ни сменил, нигде не платит. Шутка ли — еще при покойном императоре Павле полковником в отставку вышел! А теперь на духовное дело потянуло — у его высокопреосвященства вроде как общественную службу справляет, без платы, по собственному почину упреждает повсюду в городе светлейшее появление. Его и зовут-то кто — духовным полковником, кто — духовным полицмейстером. Да и нам с Доможировым спокойнее. Кабы у всех начальников по такому провозвестнику было, мы бы ни страху, ни забот не знали, полеживай себе да ухо востро держи, чтобы врасплох не застали. Так что забирай свою жалобу и убирайся подобру-поздорову, пока не всыпали горяченьких, как потрясателю основ. Кажись, Бога благодарить должон, что приютил у себя столь почтенную особу, а ты… Нет, до чего же за последнее время народ исподличал!

Поняв, что за птица его квартирант, домохозяин совал квартальному красненькую десятирублевую ассигнацию и в низком поклоне слезно молил:

— Ваше благородие, вы уж не побрезгуйте, возьмите от чистого сердца, да и придумайте что-нибудь, ведь paзорюсь с вашим полковником!

— Взять-то я возьму, — соглашался квартальный, — только что я могу придумать?.. Ну да ладно. Ты выкладывай еще одну красненькую, для пристава, и завтра жди — мы сами его перевезем. Есть тут на примете один больно гордый купчишка — видать, в бояре метит, вот мы ему и подбросим благородного квартиранта… Пусть-ка к нам побегает!.. Только ты Доможирову подарочек по чину его поднеси и прощальный обед обеспечь, а то упрется и тогда уж ни в жизнь не съедет.

Обрадованный домохозяин раскошеливался на вторую ассигнацию и поспешал за покупками, чтобы с достоинством выпроводить квартиранта, со злорадством думая о гордом купчишке, которому настает пора расплачиваться за добровольное служение московскому благочестию духовного полковника Доможирова.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Русский офицер прощается с парижанкой.

Из книги Повседневная жизнь дворянства пушкинской поры. Этикет автора Лаврентьева Елена Владимировна

Русский офицер прощается с парижанкой. Раскрашенная гравюра Л.-ф. Дюбукура по рисунку К. Верне. 1816


МОЙ ДРУГ, ОФИЦЕР РАЗВЕДКИ

Из книги Служба внешней разведки автора Млечин Леонид Михайлович

МОЙ ДРУГ, ОФИЦЕР РАЗВЕДКИ Я узнал о его смерти полтора года спустя.Он был мне лучшим другом. Второго такого уж не будет. Теперь я точно это знаю. Я гордился его дружбой. Пока она не растаяла как дым.Мы не ссорились. Не говорили обидных слов, ни в чем друг друга не обвиняли.


Мой друг, офицер разведки

Из книги История внешней разведки. Карьеры и судьбы автора Млечин Леонид Михайлович

Мой друг, офицер разведки Я узнал о его смерти полтора года спустя.Он был мне лучшим другом. Второго такого уже не будет. Теперь я точно это знаю. Я гордился его дружбой. Пока она не растаяла как дым.Мы не ссорились. Не говорили обидных слов, ни в чем друг друга не обвиняли.


Оборотистый букинист. Разносчик книг Иван Андреевич Чихирин (1770-е—1830-е)

Из книги Московские обыватели автора Вострышев Михаил Иванович

Оборотистый букинист. Разносчик книг Иван Андреевич Чихирин (1770-е—1830-е) Возле двухэтажного особняка, за мрачноватость окрещенного москвичами домом Малюты Скуратова, на Берсеневке, в сторожке, в тридцатых годах девятнадцатого века жил со своею старухой Иван Андреевич


Вычихал каменный дом. Шут Иван Савельевич Сальников (1770-е — после 1830-х)

Из книги Московские обыватели автора Вострышев Михаил Иванович

Вычихал каменный дом. Шут Иван Савельевич Сальников (1770-е — после 1830-х) На Руси, как и во всем мире, любили потехи. Но если простой народ в редкие дни отдохновения от трудов резвился на качелях, водил хороводы и распевал разухабистые песни, то благородные, для многих из


Курица — не птица. Генерал — не офицер?

Из книги СверхНОВАЯ правда Виктора Суворова автора Хмельницкий Дмитрий Сергеевич

Курица — не птица. Генерал — не офицер? В августе 2006 г. Шестопалом было получено предписание Главного управления кадров допустить меня к делам нескольких офицеров, включая двух генералов. И если необходимость ознакамливать меня с делами среднего начальствующего


Раненый офицер

Из книги Повседневная жизнь русского офицера эпохи 1812 года автора Ивченко Лидия Леонидовна


Честолюбивый офицер блестящих способностей…

Из книги Великий Линкольн. «Вылечить раны нации» автора Тененбаум Борис

Честолюбивый офицер блестящих способностей… IВ той дикой неразберихе, которая началась весной 1861 года, дала трещину не только система правосудия. Президент не признал права Верховного суда на отмену его решений, но признал право Кентукки на «нейтралитет». Вообще говоря,


Глава 2 Молодой офицер

Из книги Канарис. Руководитель военной разведки вермахта. 1935-1945 гг. [litres] автора Абжаген Карл Хайнц

Глава 2 Молодой офицер Обучение в морском корпусе требовало от будущих морских офицеров значительных физических и умственных усилий. За короткий общевойсковой подготовкой на суше следовало девятимесячное заграничное плавание на учебном судне сначала по северным


1830-е годы (1830–1837). Болдинские осени 1830 и 1833 годов

Из книги История русской литературы XIX века. Часть 1. 1795-1830 годы автора Скибин Сергей Михайлович

1830-е годы (1830–1837). Болдинские осени 1830 и 1833 годов Несколько событий в жизни Пушкина оказали влияние на его жизнь и творчество 1830-х годов. Среди них: сватовство к Н.Н. Гончаровой и брак с ней, польское восстание, на которое откликнулся поэт несколькими произведениями,


Молодой офицер

Из книги Ганнибал. Военная биография величайшего врага Рима автора Габриэль Ричард А.

Молодой офицер Ганнибалу было двадцать лет, когда его отец погиб в сражении с племенем оретанов. Гамилькар осадил город, точное местоположение которого неизвестно, но вероятно, находившийся на некотором расстоянии от побережья. Удерживая осаду, Гамилькар ожидал


Глава III СЕМЁНОВСКИЙ ОФИЦЕР

Из книги Тайные корреспонденты "Полярной звезды" автора Эйдельман Натан Яковлевич

Глава III СЕМЁНОВСКИЙ ОФИЦЕР Каменная плита, лежавшая на стране, сдвинулась, и русская мысль явным образом расправляет крылья. День, в который она окрепнет до того, что сделает ненужным и излишним печатание за границей, будет одним из счастливейших в нашей


Глава III СЕМЁНОВСКИЙ ОФИЦЕР

Из книги Тайные корреспонденты "Полярной звезды" автора Эйдельман Натан Яковлевич

Глава III СЕМЁНОВСКИЙ ОФИЦЕР 1. О Н. А. Мельгунове см. вступительную статью Н. Захарьина к публикации писем Н. А. Мельгунова А. И. Герцену. ЛН, 62, стр.


Надзирающий офицер

Из книги Повседневная жизнь на острове Святой Елены при Наполеоне автора Мартино Жильбер

Надзирающий офицер Лоу присутствует, можно сказать, день и ночь в Лонгвуде благодаря надзирающему офицеру, который, живя под одним кровом с французами, проводит все свое время, наблюдая, слушая и докладывая, если только ему не приходится седлать лошадь, чтобы сопровождать


Рассказывает офицер связи

Из книги Тайные каналы: По следам нацистской мафии автора Поморин Юрген

Рассказывает офицер связи По дороге в отель, где мы намеревались поужинать, к нам присоединился господин Мартини. Выступая на совещании, он в решительном тоне, четко формулируя свои мысли, потребовал выхода «Тайной помощи» на арену гласности. Суть его выступления: период


Франция в период реставрации Бурбонов (1814–1830) и июльская революция 1830 г. Июльская монархия (1830–1848) (гл. 4–5)

Из книги История Франции в трех томах. Т. 2 автора Сказкин Сергей Данилович

Франция в период реставрации Бурбонов (1814–1830) и июльская революция 1830 г. Июльская монархия (1830–1848) (гл. 4–5) Классики марксизма-ленинизма Энгельс Ф. Закат и близость падения Гизо. — Позиция французской буржуазии. — Марке К. и Энгельс Ф. Соч., т. 4.Энгельс Ф¦ Правительство и