Заключение

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Заключение

Есть ли будущее у тактического ядерного оружия. После августа 1991 г. правительство США объявило о снятии с боевого дежурства тактических ядерных ракет в Европе.

Судя по всему, в сентябре — декабре 1991 г. американцы и Ельцин (Горбачев уже не играл никакой роли) втайне от народа и Верховного Совета заключили какое-то секретное соглашение по тактическим ядерным боеприпасам. В результате его наши армия, флот, ВВС и ПВО остались без тактических ядерных зарядов, что многократно уменьшило их боевую мощь. При этом до сих пор в строжайшей тайне держится информация о том, какая часть тактических ЯБЧ была уничтожена, а какая — складирована.

В настоящее время проамериканское лобби в Российской Федерации стремится доказать народу, что тактическое ядерное оружие отжило свой век. Так, депутат Государственной думы А.Г. Арбатов утверждает: «Самый фундаментальный постулат, с которого как с исходной точки начинается любой стратегический анализ, состоит в том, что глобальная термоядерная война стала бы всеобщей катастрофой, концом цивилизации на Земле, в ней не может быть победителей и побежденных — во всяком случае до тех пор, пока арсеналы держав в совокупности превышают несколько сотен боезарядов (сейчас — около 20 тысяч). Ограниченная ядерная война между СССР/Россией и НАТО неизбежно перерастет в глобальную. Это было ясно и раньше, это остается реальностью и теперь — но еще более парадоксальной, поскольку закончилась «холодная война» и исчезли внешнеполитические ставки, которые могли бы оправдать даже малейший риск такой катастрофы.

Главная к единственная функция СЯС в плане обеспечения безопасности России имеет политический характер — сдерживание. Миссия сдерживания сейчас имеет двоякую природу. Во-первых, это сдерживание ядерного удара по России. В политическом отношении такая агрессия немыслима, но ядерного оружия у других держав имеется более чем достаточно и в ближайшие 10–15 лет его запасы будут измеряться тысячами боеголовок даже при успешном продолжении его сокращения. Поэтому первоочередная задача национальной безопасности состоит в том, чтобы обеспечить и впредь немыслимость ядерной агрессии, не полагаясь при этом только на мирные заверения других стран (как и они не положились бы на обещания Москвы). Тем более что политические отношения государств могут измениться к худшему за несколько месяцев, а для корректировки стратегического баланса нужны многие годы. Дело дипломатии налаживать хорошие отношения вовне, а миссия обороны — не мешать дипломатии, но и не создавать лишнего искушения у партнеров вернуться к политике силы, которая может вылиться в конфликт»[77].

Смысл этого высказывания прост: локальная ядерная война невозможна, так как она «неизбежно перерастет в глобальную». Отсюда вывод — Россия не нуждается в тактическом ядерном оружии, и его следует немедленно уничтожить.

Таким образом, вместо разрядки и всеобщего мира, который обещали нам на заре перестройки, Россия вступила в эпоху нестабильности. Армия, ВВС и ВМФ практически потеряли свою боеспособность. Так, к примеру, если к 1988 г. наш флот почти не уступал по боевой мощи американскому, то сейчас Черноморский флот существенно слабее турецкого, а Тихоокеанский — японского.

Россия и так отдала земли, принадлежавшие ей 200 и даже 500 лет. Но и сейчас соседние государства по всему периметру границ имеют территориальные претензии к Российской Федерации — от миролюбивой Финляндии, положившей глаз на Карелию, до японского правительства, которое требует четыре острова, а ряд японских политических партий — всю Курильскую гряду с Сахалином в придачу.

Возникает вопрос, что будет делать командование Тихоокеанского флота, если японцы повторят Фолклендский вариант, то есть высадят десант на Курильские острова? Устроят большой митинг во Владивостоке, где «гневно осудят японскую военщину»?!

Между тем доставка даже одной батареи тактических ракет «Точка» со специальными боевыми частями на самый южный Курильский остров может поставить точку в многолетней пропагандистской шумихе, развязанной японскими реваншистами по поводу так называемых «северных территорий».

Четыре тысячи лет письменной истории человечества безотказно действовала формула Клаузевица: «Война есть продолжение политики иными средствами». Действие ее кончилось 29 августа 1949 г., в день взрыва первой советской ядерной бомбы. «Ружье на стене» предотвратило нападение на СССР вплоть до 1992 г. Затем наступили иные времена. Теперь ослабленной России страшно не только нападение сверхдержавы, но и любого противника. Поставить же его на место может только тактическое ядерное оружие. Причем до применения дело не дойдет. Важно осознание всеми правительствами неотвратимости его применения в случае любой угрозы территориальной целостности России.