Статья четвертая ПРОЕКТ ВОЕННОГО ОРДЕНА ИНКВИЗИЦИИ

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Статья четвертая

ПРОЕКТ ВОЕННОГО ОРДЕНА ИНКВИЗИЦИИ

I. Чтобы не пройти молчанием ни одного существенного факта, доказывающего благосклонность, оказываемую Филиппом II инквизиции, я передам здесь ребяческий проект горячих голов, который был благоразумно отвергнут Филиппом II, но который никогда не появился бы на свет, если бы не была известна его чрезмерная привязанность к трибуналу.

II. Несколько фанатиков думали сделать ему удовольствие, основав новый военный орден, под именем ордена св. Марии белой шпаги (Santa Maria de la espada blanca). При Альфонсе Мудром существовал орден св. Марии, а в эпоху, о которой я говорю, был другой, известный под именем Сант-Яго шпаги (Santiago de la espada). Новые основатели прибавили эпитет белой, потому что своим отличительным знаком они считали серебряную шпагу, а шпага ордена св. Иакова была красной, цвета крови. Целью этого учреждения была защита католической религии, королевства Испании, его границ и крепостей против всякого нападения, борьба с проникновением в Испанию евреев, мавров и еретиков и исполнение всех мероприятий главного инквизитора. Для членства в новой корпорации надлежало подвергнуться особому испытанию и получить удостоверение со стороны неопровержимых свидетелей, что будущий сочлен не происходит ни от евреев, ни от мавров, ни от еретиков, ни от испанцев, осужденных и наказанных инквизицией; хотя нигде формально не говорилось о необходимости принадлежать к дворянству, однако фактически принимались преимущественно лица, являвшиеся дворянами.

III. По статутам нового ордена в каждой провинции должен был быть приор, уполномоченный управлять делами под властью главного инквизитора. Одной из его прерогатив было получение публичных или тайных доказательств чистоты крови аспирантов. Члены общества были независимы от юрисдикции епископа и гражданских должностных лиц и признавали своим главой единственно главного инквизитора. Они приносили ему отказ от своего имущества и могли пользоваться только тем, что их главе угодно было им оставить для пропитания и содержания. Брачное состояние не являлось препятствием для поступления в орден белой шпаги; вдовы вступивших в орден получали пищевую пенсию, стоимость которой определялась инквизитором по запасам общины. Бедность также не препятствовала принятию в члены, потому что главный инквизитор оплачивал из тех же запасов издержки, причиненные испытаниями, предшествующими поступлению в орден. Все члены должны были выступать в поход или сражаться для защиты пограничных городов, и все они не должны были признавать другого главы, кроме главного инквизитора.

IV. Этот проект был принят провинциями Кастилия, Леон, Астурия, Арагон, Наварра, Галисия, Алава, Гипускоа и Бискайя, Валенсия и Каталония. Статуты нового ордена получили апробацию главного инквизитора и верховного совета. Уполномоченные этих провинций адресовали королю нижайшее ходатайство для получения от него утверждения. Так же поступили представители митрополичьих церквей Толедо, Севильи, Сант-Яго, Гранады, Тарагоны, Сарагосы, Валенсии и сорока восьми дворянских фамилий, происшедших от древних родов, известных тем, что они никогда не смешивали своей крови с новохристианами. Они представили ли королю, что орден белой шпаги представляет Испании большие выгоды; он дает армии значительное увеличение сил и ничего не будет стоить госудственной казне; его служба позволяет надеяться на преобразование и улучшение нравов благодаря результатам, которые получатся от правильной постановки вопросов чести и должного распорядка; наконец, установление этого орденского отличия придаст новый блеск дворянству королевства.

V. Филипп поручил своему государственному совету разобрать план этого учреждения, который послужил предметом обсуждения в нескольких чрезвычайных собраниях, созванных королем. Главный инквизитор собрал несколько членов инквизиций королевства и духовенства в королевской церкви Св. Филиппа в Мадриде. Мнения разделились, как это обыкновенно бывает по всем вопросам, разбор которых доверяется большому числу лиц. Я познакомлю читателя с манерой, в которой один испанский дворянин изложил королю свое мнение, и соображения, сопровождавшие его, потому что они заслуживают того, чтобы их знали.

VI. Дон Педро Венегас из Кордовы представил королю, что новый орден не нужен инквизиции, потому что она обходилась без посторонней помощи в обстоятельствах более трудных; орден не будет также выгоден для улучшения нравов, потому что епископы и другие власти делали в этом отношении столько добра, сколько можно ожидать от человеческой природы; незачем требовать большей помощи в деле защиты государства и его крепостей, которые не страдали от отсутствия войск даже в те времена, когда враги Испании занимали часть полуострова. Если даже предположить необходимость такой меры, то следует припомнить, что существуют другие корпорации, как, например, старинные военные ордена св. Иоанна, св. Иакова, Калатрава, Алькантара и Монтеса,[1077] рыцари которых по сущности и духу своих учреждений обязаны повиноваться своим гроссмейстерам; званием последних обладает король в силу апостолических булл; новое учреждение может когда-нибудь нанести ущерб власти государя, если главный инквизитор сделает плохое употребление из войск, находящихся в его распоряжении; подобные примеры уже были даны гроссмейстерами вышеупомянутых орденов. Это учреждение установило бы в королевстве две страшные партии прежних и новых христиан, и отличие, дарованное первым, родило бы вечную вражду, вызвало бы убийства и гражданские войны и часто угрожало бы монархии близким разрушением. Этого несчастия надо тем более бояться, что часть испанского дворянства либо происходит от рас, которых не хотят допустить в орден, либо смешала свою кровь с этими расами путем заключения с ними брачных союзов; это исключение будет несправедливо и может иметь весьма пагубные последствия для общественного спокойствия и сделать королевство самой несчастной страной в мире. Начиная с некоторого времени люди строили подобные планы в пользу или кафедральных церквей, или монашеских учреждений, но сомнительно, могут ли рассматриваться подобные учреждения как позволенные и полезные, или на них следует смотреть как на нецелесообразные и гибельные; что эти планы имели искусных сторонников, искренне привязанных к католической религии, но что это увеличение различий вызвало неприятные разногласия, следовательно, можно уже видеть неудобства этого проекта и ни малейшей от них выгоды, которую они будто обещают. Делая независимыми глав и членов предполагаемого института от коронных властей, можно принести значительный вред монархии, потому что опыт доказал неудобство дозволять пользование этим правом лицам, имеющим отношение к инквизиции, и неоднократно побуждал ставить ее в тесные границы. При увеличении до бесконечности, согласно новому плану, числа привилегированных королевские советы, апелляционные суды и королевские палаты и суды не будут внушать ни страха, ни уважения ни в ком, кроме фамилий с презираемым происхождением. Наконец, могущество инквизиции слишком велико, чтобы было полезным его увеличивать, и здравая политика рекомендует, напротив, ограничить ее юрисдикцию делами, касающимися предметов веры, и противодействовать тому, чтобы она вмешивалась в чисто гражданские вопросы.

VII. Филипп II серьезно подумал о том, что делали гроссмейстеры военных орденов. Ревнивый к сохранению своей власти, он не был нисколько расположен давать армию в распоряжение главных инквизиторов, которые могли бы последовать примеру гроссмейстеров. Он приказал собрать все доклады, относящиеся в этому делу, приостановить начатое разбирательство и уведомить заинтересованных лиц, будто признано, что нет необходимости в создании нового ордена.[1078]