Стратегия антипобеды

Стратегия антипобеды

Об освещении войны, об интерпретации причин, роли и значения Победы говорит доктор исторических наук, депутат Государственной думы Наталия Нарочницкая.

– Прошедший телесезон в том, что касается военной темы, выглядит ужасно. Мне казалось, что естественным образом возникла тема 60-летия Победы, с помощью которой можно восстановить утраченное единство нации, восстановить необходимое, должное единство между властью и обществом на основе совместного исторического переживания. Свести в единый смысловой центр все, что объединяет старого и молодого, бедного и богатого, образованного и простого. Расставить должным образом точки над «i», исторические акценты. Наконец, на каком-то более высоком уровне понимания прийти к осмыслению нашего прошлого в ХХ веке, без чего, конечно, невозможно и будущее. К сожалению, я убедилась в том, что в сравнении с ситуацией десятилетней давности мало что изменилось.

Как будто бы пройден некий цикл, и мы вернулись в атмосферу начала 90-х годов. Я бы сказала, что эта спираль постоянно существовала. Каждая юбилейная дата и связанное с ней торжество (не только 9 Мая, но и воспоминание других событий, битв, той же Сталинградской битвы) сопряжены со стремлением развенчать подвиг, постоянно возобновляемыми попытками «показать», что «не победа была, а поражение», что воевали «подневольные, гонимые заградотрядами». В самом начале антиисторической вакханалии, когда в исступлении разбрасывались отеческие гробы и краеугольные камни нашей истории, было ощущение, что все же мародерами интуитивно отвергалось попирание памяти войны. Вспоминаю 50-летие Победы – несмотря на поругание многого, эта тема была каким-то образом ограждена. Даже под руководством Ельцина в то время мы все-таки отметили юбилей достойно.

– У новейшей телеатаки на Победу есть причины…

– Именно на основе анализа этой темы можно судить о мировоззрении тех, кто делает погоду на телевидении. Сегодня фактически невозможно сказать доброго слова о войне, чтобы параллельно нас не заставили напомнить о том, каким плохим было государство.

Для меня совершенно очевидно, что смысл масштабного глумления – не просто какая-то свойственная части российской интеллигенции тяга к копанию в грязном белье. Нет, это глумление включено в очень четкую, целенаправленную стратегию, суть которой – окончательное развенчание СССР как главного борца с фашизмом. Отождествить государственный строй Советского Союза с гитлеровским нацизмом, привести нас задним числом к некоему виртуальному новому Нюрнбергскому процессу. А также обесценить подпись Советского Союза не только под документами Ялтинско-Потсдамской системы, но и под всеми документами, лежащими в фундаменте международно-правовой и территориальной системы второй половины ХХ века. После чего с нами можно будет делать все, что угодно. Объявить все, на что мы по праву претендуем и еще пока имеем, результатом «преступного пакта Молотова – Риббентропа и других «преступлений тоталитарных хищников», одним из коих и объявят нашу с вами страну.

Нам сейчас действительно кажется, что от наследия Победы уже мало что осталось. Однако все предыдущие изменения происходили вне пересмотра итогов Второй мировой войны, и они не влекли за собой оспаривания остальных итогов как юридического следствия. Происходящее же сейчас служит как раз подведению всей критики и пропаганды наших недругов под конкретный пересмотр итогов Второй мировой, которые объявляются результатом схватки за мир и его дележа двумя «тоталитарными кровавыми хищниками». Я все время привожу знаменательные слова Буша, произнесенные им на праздновании официального приглашения Литвы в НАТО: «Границы, начертанные диктаторами, исчезают, больше не будет ни Мюнхена, ни Ялты». То есть Ялтинскую систему ставят на одну доску с Мюнхенским сговором.

Речь идет о том, чтобы окончательно демонизировать «сталинский СССР» и объявить страну-победительницу преступной. И тогда будут обесценены все наши подписи под международно-правовыми уложениями, под Уставом ООН, под всеми договорами в сфере разоружения, в том числе и ядерного. Что в перспективе повлечет возможность начать разговор о нынешних границах России, возможность ее исключения из Совета Безопасности ООН с лишением права вето, а также возможность включения в него новых стран без ее согласия.

Противодействие этой стратегии является не просто данью оскорбленной гордости, но непременным условием сохранения России как значимого и самостоятельного субъекта международных отношений и должно стать задачей любого ответственного правительства.

Свою книгу «За что и с кем мы воевали» я специально посвятила разоблачению кампании клеветы на Победу.

В ней, как я надеюсь, коротко, с использованием документов разоблачены все антипобедные мифы, в том числе отождествление коммунизма как доктрины с гитлеровским фашизмом. Так же и миф о пакте Молотова – Риббентропа.

Смысл Второй мировой войны вовсе не в борьбе за американскую демократию, как нам сейчас внушают. Если в этом была цель, то, естественно, через подобную призму можно при желании узреть, что воевали два недемократических государства и сначала было повержено одно из них, а потом, при помощи холодной войны, всех прочих стратегий, – и другой «тоталитарный монстр», а чуть позже – и более мелкие «монстрики» вроде Югославии и Ирака. И теперь Запад может безбоязненно доставлять свою цивилизацию и демократию скорейшим образом, прямо с бомбардировщиков.

Меня поражает, насколько разрушенным оказалось за последние 15 лет наше историческое сознание. Люди порой просто не чувствуют всю коварность ведущегося информационного воздействия!

Невозможно привести какую-либо аналогию с тем постоянным самобичеванием, ворошением собственной истории, что происходит у нас. Это небывалое. Я часто об этом задумываюсь. Да, мы рассуждаем об упадке европейской культуры, о западных бездуховности, дехристианизации сознания, философии «где хорошо, там и Отечество». Но все равно я не знаю на том же Западе примера, когда бы общество позволило глумиться над собственной армией и историей. В России же традиция пренебрежения и презрения к собственной истории со стороны большой части интеллигенции сильна. Такого извращения сознания больше нет нигде. Необходимо не допустить эту тенденцию хотя бы в учебники, не допустить в школу, в университет.

Затаптывается опорный пункт нашего национального самосознания, который мог бы всех объединить, сплотить, дать свет, дать возможность простить друг другу.

«Лит. газета», 2005