18 Мистический массажист

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

18

Мистический массажист

«Геринг, проклятая ищейка, убивает всех животных. Представьте себе. Вот какой-нибудь несчастный олень мирно пощипывает травку, и тут приходит охотник с ружьём, чтобы убить бедное животное, — доставит ли это вам радость?..» Достойные чувства, и кто бы, вы думали, их выражал? Эти слова были сказаны (и даже не на публике) Генрихом Гиммлером — человеком, одним росчерком пера способным обречь на смерть тысячи людей.

Были ли у личности Гиммлера две стороны? Однажды он, по наущению жены, приказал своему заместителю Рейнгарду Гейдриху просить о разводе. Чуть позже, когда во время одного публичного мероприятия Гиммлер танцевал с фрау Гейдрих, смелость покинула его, и он отменил свой приказ, заверив Гейдриха, что всё будет в порядке. Его имя, более чем имя любого другого нацистского лидера, связывается с безжалостным уничтожением шести миллионов евреев во время Второй мировой войны. Как хорошо известно из истории, это массовое убийство не было результатом какой-либо военной операции. Из семян антисемитизма, брошенных в магических ложах и давших ростки в Оккультном рейхе, вырос чудовищный цветок, который питали концентрационные лагеря Бельзен, Освенцим и многие другие. Это была политика геноцида, эвфемистически названная «окончательным решением еврейского вопроса». И если бы не конечная победа союзников, то нет сомнений, что эта политика была бы доведена до своего логического завершения: европейское еврейство было бы уничтожено.

Некоторые историки без особых на то оснований утверждают, что идея «окончательного решения» изначально принадлежала Гиммлеру. Но сейчас это кажется маловероятным. 11 ноября 1941 г. он получил соответствующие указания от Гитлера и возвратился в свою резиденцию глубоко удручённый тем, какой оборот принимают события. Почти ровно год спустя он предельно откровенно выразил свои взгляды: «Я никогда не желал уничтожить евреев. У меня были совершенно другие планы. Это всё на совести Геббельса…. Вплоть до весны 1940 г. евреи ещё могли уехать из Германии без всяких проблем. Потом взял верх Геббельс». «Другие планы» Гиммлера, по его собственным словам, заключались в том, чтобы изгнать всех германских евреев, позволив им забрать с собой свою собственность. Геббельс же видел единственный способ решить «еврейскую проблему» в полном уничтожении евреев. Так, по крайней мере, утверждал Гиммлер.

Осталось ли где-то в самой глубине души этого холодного роботоподобного «инопланетянина» хоть что-то от того юноши, который написал: «Я всегда буду любить Бога»? Рискованное предположение. Ведь ни в коем случае нельзя забывать, что речь идёт о человеке, который санкционировал позорные медицинские эксперименты в Дахау, обеспечил профессора Хирта всеми необходимыми ему «еврейско-большевистскими» черепами и заведовал газовыми камерами с убийственной, в буквальном смысле, эффективностью. Каковы бы не были гиммлеровские оговорки и от кого бы первоначально не исходила идея «окончательного решения еврейского вопроса», Гиммлер взялся за её осуществление с холодной решимостью. Его приверженность нордической расовой мифологии позволяла ему относить евреев не просто к гражданам второго сорта, но к разряду недочеловеков. Мёртвые тела, вывозимые из концлагерей, чтобы быть похороненными в общих могилах, принадлежали не людям, но вещам. Они представляли собой тупиковую ветвь эволюции, подобно неуклюжим, рыжеволосым чудовищам Лемурии. Евреи были паразитами. По своей расовой сущности они несли в себе потенциал разрушения не просто цивилизации, но и самого истинного человечества. В то время как многие антисемиты ненавидят и боятся евреев по экономическим причинам, у Гиммлера злобное отвращение к евреям коренилось куда глубже — в биологии.

Тем не менее, в октябре 1944 г., в невероятной истории Третьего рейха произошло одно из самых невероятных событий. Этот архивраг еврейского народа, беспощадный истребитель евреев, это воплощение ненависти ко всему еврейскому, согласился встретиться с доктором Жан-Мари Мюси, председателем швейцарского Альтбунда, чтобы обсудить будущее евреев, находившихся в руках нацистов. Что ещё более невероятно (хотя, возможно, тут даже слово «чудо» окажется слишком слабым) — во время этой встречи Гиммлер согласился освободить всех евреев, находившихся в германской неволе и разрешить им выехать в Швейцарию. Это не было пустым обещанием. Сразу по возвращении из Вены, где состоялась встреча, он издал приказ, полностью запрещавший дальнейшее уничтожение евреев в концентрационных лагерях. К тому же в приказе предписывалось предоставить больным и слабым евреям определённый уход. Два месяца спустя рейхсфюрер СС пошёл ещё дальше. Он согласился перевести всех скандинавских заключённых концлагерей в специальный лагерь под Гамбургом, где о них бы заботился шведский Красный Крест, и постепенно выпустить их в Швецию. Чтобы подготовить всё необходимое для перевозки людей, был приглашён вице-президент шведского Красного Креста.

Тут мы вправе задаться вопросом, что же случилось с баварским чудовищем? Почему Гиммлер оказался готов согласиться и даже способствовать тому, что прямо противоречило всем его убеждениям? Легко предположить, что на фоне явного проигрыша Германии, он просто пытался немного подстраховаться на случай победы союзных держав. Но такое объяснение не выдерживает никакой критики, поскольку для Гиммлера неизбежность поражения Германии была вовсе не очевидна. Гитлер говорил ему, что 20 января 1945 г. войска Рейха снова завладеют Европой. Это было последней, отчаянной попыткой Гитлера восстановить былые провидческие способности, к тому времени безнадёжно утраченные, несмотря на все усилия любимого гитлеровского знахаря, который обильно потчевал своего господина снадобьями собственного изобретения. Но Гиммлер верил в это предсказание.

Тогда что же заставило его действовать так, как описано выше?

Ответ покажется столь же фантастичным, как и всё наше повествование. Дело в том, что сатанинское влияние, которое оказывал на Гиммлера Гитлер, оказалось, по крайней мере, частично нейтрализовано влиянием светлого оккультиста.

Феликс Керстен родился в 1898 г. в Финляндии, хотя позже, проведя много лет в Нидерландах, стал считать себя голландцем. Когда он повзрослел, то превратился в полного, удачливого и довольно самоуверенного бонвивана. Но за этой сугубо мирской видимостью скрывались способности и подготовка самого необычного рода.

Он интересовался медициной и ещё юношей изучал в Финляндии искусство массажа. В континентальной Европе это искусство ценится намного выше, чем, например, в Великобритании, и мастерство в нём (подтвержденное соответствующими официальными свидетельствами) даёт на континенте статус, который ненамного уступает статусу врача. Керстен, вдобавок к мышечному массажу, изучил другую форму мануальной терапии, которая заключается в воздействии непосредственно на нервные центры. Эта техника основана на теории, что многие виды физической боли происходят от нервного напряжения (скорее в физическом, чем в психологическом смысле). Правильное воздействие на нервные окончания снимает напряжение и таким образом устраняет боль.

Керстен был искусен. Он получил свою специальность в Финляндии, но со временем перебрался в Берлин, где начал успешную практику. Он имел вкус к добродетельной жизни, не говоря уже о его исключительном умении найти подход к больному, но у него не было ни малейшего интереса к эзотерике. Затем, как бы совершенно случайно, он повстречал восточного оккультиста по имени Ко.

Керстен поразился, узнав, что Ко был ещё и массажистом — поразился, потому что телосложение д-ра Ко менее всего подходило для этого: он был худ, хрупок и тщедушен. Тем не менее, этот маленький азиат был не просто массажистом, но массажистом высочайшего класса. Он попросил Керстена показать его собственный талант. Керстен исполнил просьбу. Когда сеанс закончился, Ко, с чисто китайской парадоксальностью, сказал: «Всё было хорошо, но ты ничего, вообще ничего не знаешь».

С тех пор началось их невероятное сотрудничество. Доктор Ко верил в астрологию. Тридцать лет назад у него в гороскопе было предсказано, что он встретит Керстена, которому суждено будет стать его учеником и продолжить тайную традицию целительства, которую Ко практиковал всю жизнь. Вначале осторожный Керстен отбрасывал всякую мысль о том, чтобы стать учеником странного коротышки, но со временем смягчился. То, чему он научился у Ко, и в самом деле было очень необычным методом массажа.

Ко, хотя и был китайцем, обучался искусству целительства в Тибете. Как нацисты думали, что посвящены в тёмный тибетский оккультизм, так Ко считал себя носителем светлых магических традиций этой таинственной страны. Первое, чему он стал учить Керстена, было не работой руками, а медитацией. В течение многих тяжёлых недель и месяцев Керстен постепенно освоил сложные практики работы с психикой, которые постепенно позволили ему переносить центр сознания из его обычного явного местоположения за переносицей к кончикам пальцев. Теперь, касаясь пациента руками, он чувствовал, что через кончики пальцев весь как бы проникает в тело больного. Сознание Керстена беспрепятственно путешествовало через каждую клетку пациента. Он открыл, что в этом состоянии, аналоги которого можно найти в йоге и других оккультных системах, может выявлять заболевания, просто возлагая руки и, так сказать, проникая внутрь. Он явно мог также, наподобие духовных целителей, передавать больному часть своей энергии.

Хотя фотографии Кирлиан доказывают, что такая передача энергии вполне реальна и зрима, мы склонны относиться к подобным заявлениям с изрядной долей скепсиса. Тем не менее, в случае Керстена эта система работала. Из просто хорошего массажиста он, под руководством д-ра Ко, превратился в несравненного массажиста. Он приобрёл почти сверхъестественную способность снимать боль.

Керстен и Ко проработали вместе несколько лет, и, как нетрудно догадаться, у них не было недостатка в пациентах. Но однажды маленький китаец объявил, что собирается уезжать. Керстен был потрясён, но Ко упорно стоял на своём. Гороскоп предвещал ему скорую смерть, и он хотел умереть на своей азиатской родине.

Даже оставшись один, Керстен продолжал пользоваться небывалой популярностью. Слава о нём распространялась всё дальше и дальше. Он стал личным врачом голландской королевской семьи. Затем, в 1938 г., он получил зловещее приглашение. Его звал к себе жуткий глава ненавистного СС Генрих Гиммлер. После мучительных раздумий Керстен принял приглашение.

Гиммлер с ранних лет страдал спазмами желудка. К тому времени, как он встал во главе СС, они сделались мучительными и хроническими. Положение позволяло ему пользоваться услугами лучших врачей Германии, но всё их медикаментозное лечение в лучшем случае приносило лишь частичное и очень непродолжительное облегчение. Позже Керстен вспоминал, как волновался, когда проходил мимо одетых в чёрную униформу охранников в штаб-квартиру рейхсфюрера. Но он сумел очень хорошо скрыть своё состояние. От природы он обладал весьма аристократическими наружностью и манерами, и теперь это оказалось как никогда кстати.

Гиммлер принял его довольно дружелюбно. Мы уже видели, в частной жизни рейхсфюрер мало походил на то чудовище, каким он был во всём остальном. Но он мучился. Что-то вызвало у него очередной приступ спазмов желудка. Керстен попросил его раздеться и лечь на диван. Когда тот выполнил просьбу, Керстен положил на него руки и начал странную психическую процедуру, которой научил его Ко. Вскоре Керстену стали ясны два момента: что Гиммлер страдал от страшного расстройства нервной системы, и что ему можно было помочь. Целитель взялся за работу, и в считанные минуты боль прошла. Если бы мы не так хорошо знали, кто такой Гиммлер, его благодарность могла бы показаться нам трогательной: «Я обращался ко многим немецким профессорам, но никто из них не смог мне помочь. Помогите мне, пожалуйста. Помогите мне, пожалуйста, профессор». Керстен, опять после тяжёлых раздумий, согласился. С тех пор он стал личным врачом Гиммлера и постепенно сделался его духовником и человеком, имеющим на него наибольшее влияние.

То, как он использовал это влияние, живейшим образом отразилось на истории. В 1947 г. профессора Н. В. Постумуса, в то время директора Института военной истории, назначили главой комиссии, образованной голландским правительством для изучения деятельности Керстена. После трёх лет интенсивной работы комиссия обнародовала свои выводы: служение Керстена человечеству и делу мира было столь выдающимся, что ничего подобного нельзя найти во всей истории!

Точное число людей, спасённых этим оккультным целителем, возможно, так никогда и не удастся установить. Но огромное большинство из них составляли евреи. Когда Гиммлер впервые сказал ему о решении Гитлера истребить весь этот народ, Керстен ужаснулся и с тех пор делал всё, что было в его силах, чтобы остановить машину убийства. Прекрасный пример его подхода мы находим в его первой (удавшейся) попытке спасти еврейские жизни. Что довольно любопытно, эта история связана с его родной Финляндией.

В июле 1942 г. Гиммлер прилетел в Финляндию, чтобы потребовать депортировать финских евреев для «окончательного решения». С Гиммлером, конечно же, был и Керстен, потому что к тому времени первый настолько не мог обойтись без магических прикосновений своего массажиста, что с трудом выносил его отсутствие. В Финляндии Керстен немедленно вошёл в контакт с финским министром иностранных дел и предложил ему план, как саботировать исполнение требований нацистов. Финны согласились. Гиммлеру заявили, что еврейский вопрос настолько важен, что решение по нему может принять только парламент — а он не соберётся до ноября. Гиммлер, убеждённый Керстеном, согласился ждать. К середине декабря рейхсфюрер снова поднял этот вопрос. Керстен заверил его, что военная ситуация в Финляндии настолько сложна, что созыв парламента, тем более с такой противоречивой темой в повестке дня, может представлять угрозу.

Гиммлер снова согласился с керстеновскими доводами, и хотя он, в конце концов, полностью осознал, что всё это было всего лишь попыткой ввести его в заблуждение, он не упоминал об этом случае, за исключением короткого раздражённого замечания, сделанного девять месяцев спустя.

Евреи Финляндии были лишь первыми в ряду тех, кто обязан своей жизнью Керстену. В 1944 г., во время обеда, он неожиданно поднял еврейский вопрос и, по словам одного из очевидцев, «не отставал, пока Гиммлер не согласился сделать фундаментальное изменение во всём, что касалось евреев, в пользу последних». Именно Керстен организовал встречу Гиммлера с д-ром Мюси, а также подал рейхсфюреру план освобождения заключённых концлагерей и их последующей переправки в Швецию.

С середины 1942 г. он настойчиво убеждал Гиммлера попытаться заключить сепаратный мир с западными державами, даже если это потребует смещения Гитлера. Но на этот раз мистический массажист потерпел неудачу. Ибо, хотя он снова и снова ставил рейхсфюрера перед решающим выбором, у того всякий раз сомнения брали верх. В окружении всех сатанинских атрибутов Оккультного рейха даже выдающиеся способности светлого оккультиста были не в силах противостоять пагубному воздействию тёмного посвященного Гитлера, одного взгляда тусклых серых глаз которого было достаточно, чтобы лишить Гиммлера мужества.

Но время доказало действенность керстеновской разновидности магии, точно так же, как со временем тёмный эзотеризм Гитлера привёл к тому, что всё фантастическое здание оккультного рейха обрушилось у фюрера за спиной.