Глава 9 РОЗОВОЕ ПРАВИТЕЛЬСТВО НА СЕВЕРЕ

Глава 9

РОЗОВОЕ ПРАВИТЕЛЬСТВО НА СЕВЕРЕ

Интервенция, которая не интервенция

В 1916–1917 годах союзники завезли в порты России около миллиона тонн грузов на сумму до 2 с половиной миллиардов рублей.

Шла война. К январю 1918-го возникла опасность для Мурманска: по просьбе Маннергейма в Финляндию входит немецкая армия. Она вполне реально может захватить эти склады. Троцкий прямо приказывает мурманскому Совету сотрудничать с англичанами в деле охраны складов. Мурманский Совет выполнил приказ военно-морского наркома и Соглашение подписал.

После Брестского мира Троцкий уже вовсе не хотел присутствия англичан… А поздно! 9 марта 1918 года с английского крейсера «Глория» высадился первый десант: 2 тысячи человек.

Немцы потребовали немедленно «убрать» союзников с территории России. Те и не подумали убираться. Мурманский же Совет дал согласие на высадку еще французов и американцев. Было их ничтожно мало — около тысячи человек.

15 марта на совещании глав правительств и министров иностранных дел стран Антанты было решено не признавать сепаратного Брестского мира и вмешаться во внутренние дела России.

Это дало основания большевикам завопить о «вооруженной интервенции» и начать военные действия с англичанами.

Англичанам это дало основания начать формирование Славяно-Британского легиона для продолжения войны с Германией и ее союзником и сателлитом — Советской республикой. Все вступившие в легион заключали контракт «до окончания войны». Легионерам присваивали британские военные звания, им давали вещевое, продовольственное и денежное довольствие по нормам британской армии. А было в Мурманске не менее 4500 офицеров царского времени.

Славяно-Британский легион был создан с одной-единственной целью: не пропустить к военным складам Британии большевиков — союзников немцев.

Как большевики напали на Британию

31 августа 1918 года вооруженные чекисты ворвались в здание британского посольства в Петрограде. Помощник военно-морского атташе, капитан 1-го ранга Фрэнсис Кроми, в одиночку попытался преградить путь налетчикам. Большевики угрожали капитану, что его «убьют как собаку». В ответ британский офицер открыл по налетчикам огонь из револьвера. Двух бандитов Кроми убил, но и сам погиб.[126]

Кто на кого напал?

В тот же день, 31 августа 1918 года, ЧК захватила Роберта Локкарта, бывшего генерального консула Британии в Москве, фактически исполнявшего в то время обязанности британского посланника для контактов с большевистским правительством. Через три дня большевистская пресса сделала потрясающее своей несуразностью заявление, что Локкарт якобы «намеревался захватить совнарком, подкупив советские войска, и взорвать железнодорожные мосты, чтобы уморить голодом Москву и Петроград».

По материалам этой чекистской провокации до сих пор пишутся книги. Вот так: «Дипломатические представители этих держав внутри России создают организацию для государственного переворота и захвата власти».[127]

Фильм «Заговор послов» вышел на экраны в 1966 году. Его посмотрели 17,6 млн человек. До сих пор фирма Ozon сообщает в рекламе: «Фильм основывается на реальных событиях».

Нет, не основывается…

На самом деле ЧК подослала к Локкарту двух провокаторов-латышей, которые «предложили» за деньги свергнуть Советскую власть. Локкарт, хотя и сомневался в их искренности, не прогнал чекистских провокаторов сразу, что и привело к обвинению его в злом умысле против большевиков.

Реакция британского правительства на эти явно враждебные действия большевиков была крайне сдержанной. Видимо, слишком уж не ожидали. Британцы лишь интернировали Максима Литвинова, неофициально исполнявшего в Лондоне дипломатическую роль, аналогичную роли Локкарта в Москве, и направило телеграмму большевистскому правительству, в которой пригрозило репрессиями в отношении Троцкого и Ленина в случае, если жизни британских подданных в России будут в опасности.

После этого, при посредничестве нидерландского посланника в Москве, начались переговоры об обмене Литвинова и 50 его сотрудников на 200 граждан Британии и Франции, захваченных большевиками. В результате британцы отдали всех советских граждан, а большевики в октябре 1918-го отпустили Локкарта и еще 130 иностранцев, в основном женщин, детей и обслуживающий персонал.

Еще более 60, по определению большевиков «буржуазные мужчины призывного возраста», были без предъявления каких-либо обвинений оставлены в заключении в Петропавловской крепости и на Лубянке. Те из них, кто выжил, были выпущены на свободу только спустя год.

Согласно всем международным законам, большевики начали войну с Британией: захватили ее граждан и совершили нападение на ее территории. Ведь территория посольства всегда рассматривается как территория пославшего его государства.

Северный фронт

С апреля-мая 1918 года, сразу же после создания «Красной Армии жида Троцкого», ее контингента начали перебрасывать под Олонец и Шенкурск. Возникло два участка Северного фронта посреди непролазной тайги: «железнодорожный», вдоль трассы Вологда-Архангельск, и «водный», или Двинский, по Двине.

На Двинском фронте 2 тысячи англичан успешно противостояли 20 тысячам красноармейцев. Цель англичан была проста: не допустить большевиков до разграбления военных складов.

Большевики смертельно перепугались — решили, что англичане сразу же пойдут на Петроград. Их цель была захватить склады и разгромить «интервентов», не пустить их в сердце страны.

Впрочем, гораздо более опасными по-прежнему оставались финны в союзе с немцами: они пытались овладеть побережьем Белого моря. Англичане воевали и с немцами.

3 июня 1918 года Верховный Военный Совет стран Антанты принял решение — ввести дополнительные контингента войск! Главнокомандующий союзных войск — английский генерал-майор Ф. Пуль.

2 августа 1918 года в Архангельске высаживаются новые десанты: британские войска, а в их составе — канадцы и австралийцы. Еще там было около 800 датчан-добровольцев. Датчане тоже воевали против немцев и их союзников.

К зиме 1918 года общее число союзных войск на Севере достигло 23 500 человек.

Северное правительство

Мурманский краевой Совет не выполнил требования Троцкого: не выступил против «интервентов». То есть мурманский Совет перестал подчиняться большевикам в Москве и стал проводить собственную политику. Фактически отделился От остальной Советской республики. Троцкий объявил главу Совета A.M. Алексеева и весь Совет вне закона. Совет плевать на это хотел.

А в Архангельске получилось еще круче… 1 августа гидросамолеты английского флота обстреляли береговые батареи красных у острова Мудьюг. Стало ясно: британский флот на подходе! Союзники идут!

В ночь на 2 августа, еще до высадки британцев, восстала белая офицерская организация капитана 2-го ранга Г.Е. Чаплина. Комиссары во главе с М.С. Кедровым умчались на поезде в Вологду, а гарнизон частью примкнул к восставшим, частью разбежался.

Когда британцы высадились в порту, город был уже в руках белых. На рейд вышла вполне презентабельная колонна офицеров под национальным триколором: встречать дорогих союзников. Союзники обалдели, но заявили: пусть русские сами решают свои дела. Они будут сотрудничать со всяким правительством, лишь бы оно воевало с немцами и их союзниками.

3 августа возникло Верховное управление Северной области: эсеры воспользовались ситуацией и лихо подхватили «бесхозную» власть. Основную роль в Верховном управлении Северной области (ВУСО) играли члены Учредительного собрания. ВУСО подняло бело-сине-красный флаг. «Во имя спасения Родины и завоеваний революции» ВУСО упразднило Советы, восстановило гражданские свободы и деятельность судов, полагаясь в экономике на земство, кооперативы, городские управы и финансовую помощь союзников.

Офицеры Чаплина были крайне недовольны социалистической ориентацией этого правительства. Они попытались совершить новый военный переворот, но на этот раз неудачно: население их не поддержало.

После переворота народный социалист Николай Васильевич Чайковский образовал правительство с участием кадетов и октябристов. Оказалось, такое коалиционное правительство хорошо отражает позицию населения. На выборах в городскую Думу Архангельска в октябре 1918 года социалисты получили 53 % голосов, а правоцентристский блок — 43 %.

Николай Васильевич Чайковский — один из первых русских народников, живая легенда. Он был, по всем отзывам, очень милый человек, демократичный и приятный. Он поил чаем своих посетителей, вел с ними долгие беседы и даже не гнушался общаться с крестьянами, хоть и интеллигент. Очень, очень симпатичный человек!

Наверное, самая его привлекательная черта — он ничем на самом деле не управлял. 9 октября 1918 года организовано Временное правительство Северной области. Во главе стоял милый Чайковский, но к тому времени большинство членов правительства составляли уже кадеты. Удивительная закономерность, но факт: чем правее партия, тем более дельные в ней состоят люди. Возможно, это очень «реакционный» вывод, но факт остается фактом.

По приглашению русского посла во Франции в январе 1919 года симпатичный старичок Чайковский отбыл в Париж для участия в мирной конференции стран Антанты. Отбывая, 13 января 1919 года он назначил генерал-губернатором и главнокомандующим Северной Добровольческой армии генерал-лейтенанта Евгения Карловича Миллера.

Е.К. Миллер был не такой симпатичный, как Чайковский. Он поил чаем далеко не всех, кто к нему приходил. Но именно он организовал Национальное ополчение Северной области, создал 1-й и 8-й Северные стрелковые полки из добровольцев-крестьян, а состав Добровольческой армии довел до 15 тысяч штыков и сабель.

Новое несоветское правительство и Северная Добровольческая армия стали еще большей неприятностью для большевиков, чем англичане.

Северный фронт и «интервенты»

Военные действия на Севере были единственными, где заметную роль играли «интервенты Антанты». Вели они себя крайне пассивно; главная цель все же оставалась прежней — уберечь склады. Фронт от Олонца до Шенкурска и Печоры с сентября 1918 года по сентябрь 1919 года заметно не сдвинулся, а потери «интервентов» за все время составили 327 человек убитыми.

Но тут разделились позиции командования и рядовых участников «интервенции». Британские солдаты и офицеры шли воевать с немцами и их союзниками-большевиками. И только. Но, попадая на Северный фронт, они видели, что несут народу большевики. Позиция многих из них менялась.

Прокурор Северной Добровольческой армии генерал Добровольский как-то пытался объяснить ополченцу-охотнику, что уничтожать большевиков силками и капканами — недостойное цивилизованного человека варварство. И выяснилось, что карательный отряд некого Мандельбаума поголовно уничтожил родную деревню охотника. Его семью пытали кипятком и в конце концов истребили всех поголовно, включая детей и подростков.[128] Британские подданные, в том числе австралийцы, слышали этот разговор. Отбивая у красных деревни, они видели изуродованные трупы истребленных коммунистами людей и делали выводы.

Австралийские коммандос вообще близко сошлись с ополченцами. Набирали их из охотников. Они имели много общего с северными крестьянами по своей психологии и поведению.

Датчане-добровольцы шли воевать потому, что датской принцессой была мать Николая II. Они не считали Россию чужой страной, эти датские монархисты. Датчане близко к сердцу принимали страдания русского народа. Добровольцы происходили из крестьян или городских рабочих, владельцев небольших предприятий. Из тех, кого в России традиционно называют мещанством. Свободные русские северяне очень походили на них.

Такие «интервенты» становились убежденными врагами большевизма и начинали воевать уже по-другому. Генерал-лейтенант Миллер наградил Георгиевскими крестами 22 британца, 7 американцев, 5 австралийцев и 5 датчан. Многим выдавались и медали.

Британский капитан Дайер награжден посмертно: погиб, прикрывая отход как своих, так и русских охотников. Мир праху его.

Но правительства стран Антанты преследуют только свои, сугубо эгоистические цели. После капитуляции Германии им уже ничего не нужно в «этой стране»». Генерала Ф. Пуля, первого командующего, правительство отстранило… за «прорусскую позицию». Очень уж «доставал» генерал начальство, требовал ввести побольше войск и начать реально помогать России, а не только трепаться об этом. С октября 1918 года функции главнокомандующего исполнял генерал У. Аронсайд (в ноябре 1918 года официально утвержденный в звании главнокомандующего).

В августе 1919 года правительство Великобритании заявляет о выводе своих войск. 27 сентября «интервенты» покидают Архангельск, а вскоре и Мурманск. Солдатам Славяно-Британского легиона предложено или оставаться и воевать самим, либо их отвезут к Деникину. Примерно 2 тысячи человек спустя месяц сошли с британских кораблей в Новороссийске.

Военные склады? Уплывая из Архангельска, британцы сожгли на рейде несколько барж с продовольствием, оружием и снаряжением — чтоб никому не досталось.

Власть уплывает к военным.

Судьба Верховного Управления Северной области очень типична: демократы приходят к власти и проигрывают, потому что не способны управлять. Власть постепенно, как бы сама собой, перетекает к военным.

В январе 1919 года Чайковский бросает область и доверившихся ему людей, а сам уезжает в Париж «заниматься политикой». Он сам передает власть Миллеру, который вовсе не считает неправильным для себя заниматься рутинной работой.

Миллер управляет Северной областью так успешно, что и после вывода английских войск продолжает воевать, не сокращая линии фронта. В марте 1919 года он предпринимает 1-ю Сибирскую экспедицию для установления связи с армией Колчака. Передовые разъезды экспедиции в районе Печоры вошли в контакт с разъездами Сибирской армии адмирала А.В. Колчака.

Население поддерживает Миллера. Работают производства, идет торговля хлебом и мясом, эффективна армия. Активно действовали крестьянские отряды партизан — тарасовские, пинежские, шенкурские и печорские, — защищали свои села от набегов красных.

В июне 1919 года Верховный правитель России адмирал Колчак назначил Миллера главнокомандующим войск Северной области.

29 августа 1919 года Колчак назначает Миллера Главным начальником Северного края с передачей ему и гражданского управления.

Схожее развитие от революционной демократии к военной диктатуре позже произойдет и в Сибири, и на Юге. Один в один.