Глава 4 Заяузье

Глава 4

Заяузье

A теперь осмотрим те места, которые современному москвичу кажутся почти центром, а во времена Эраста Петровича были глухими окраинами. Для начала перейдем Малый Устьинский мост. В начале этого путеводителя мы говорили о том, что в конце XVI в. Москву охватило очередное кольцо укреплений. Напомню, что в 1591 г., сразу после отражения очередного нападения монголов, началась постройка четвертого кольца московских укреплений. Его называли Деревянным городом — этимология названия выводится из понятия «город» как «линия стен», и указывает на материал, из которого эти стены были построены. Другое имя укрепления, защищавшего предместья, — Скородом: напуганные недавней осадой москвичи построили его в рекордно короткий срок (около года). В 1611 г., в Смутное время, деревянные стены Скородома (средняя высота около 5 м, общая протяженность до 15 км) сгорели, была утрачена и часть каменных проездных башен-фортов. В начале XVII в. — в царствование Михаила Романова — на руинах Скородома было насыпано земляное заграждение, усиленное рвом. Южный въезд в эту официальную границу Москвы был оборудован бастионом, а некоторые башни заново сложены из камня. «Каменных ворот было только двое — Калужские и Серпуховские, построенные в конце царствования Михаила Федоровича. Остальные надвратные башни были бревенчатыми», — пишет Акунин («Алтын Толобас»). Это верно: каменная Сухарева башня, которая в старину официально называлась Сретенскими воротами Земляного города, была построена только в царствование Петра I, и во времена правления его отца, к которым относится письмо Корнелиуса, о ней речь идти не могла.

За пределами Земляного города, как стали называть обновленные укрепления, Москва продолжала расти: возникло значительное количество «черных», то есть ремесленных и торговых, слобод. Они росли, сливались друг с другом, и к XVIII в., когда был построен Камер-Коллежский вал, город уже далеко перешагнул границы Скородома.

Понятие «Земляной город» стало для москвичей неактуальным уже в начале XIX в. еще и потому, что большая часть его районов сильно пострадала во время наполеоновского пожара. Ведь при восстановлении города на месте валов было проложено Садовое кольцо. А в более старых источниках так назвали как улицы внутри стен Скородома, так и «вылезшие» за его пределы «черные слободы». «Не было никакой Черной Слободы, автор письма просто имел в виду одну из черных слобод, которых вокруг Скородома в ту пору насчитывалось по меньшей мере десятка полтора. Мы сегодня точно не знаем, сколько именно их было, потому что не все переписные книги того периода сохранились. Черная слобода — это поселение, в котором жили тягловые людишки, податное сословие: ремесленники, пахари, мелкие торговцы», — обсуждают завещание фон Дорна герои «Алтын Толобас».

Память о Деревянном-Земляном городе хранит название улицы и площади Земляной вал. Помните все то же таинственное письмо предка Корнелиуса, которое приводит Николаса Фандорина в Первопрестольную?

«От Скородома… от Каменных ворот иди 230 саженей… по Черной Слободе в ту сторону, как от Скалы Тео, предка нашего, к Княжьему Двору» («Алтын Толобас»).

Кстати, от Земляного вала в сторону Покровского бульвара отходит тот самый Яково-Апостольский переулок, название которого мы встречаем в «Азазеле»: «Эраст Петрович с дрожью в пальцах взял узкий конверт, на котором косым, стремительным почерком было написано «Его сиятельству графу Ипполиту Зурову, Яково-Апостольский переулок, собственный дом». Судя по штемпелю, письмо было отправлено 16 мая — в тот день, когда исчезла Бежецкая».

От места, на котором мы с вами сейчас стоим (напоминаю, что маршрут нашей экскурсии остановился на Солянке), до этих улиц рукой подать, но вряд ли целесообразно тратить время на осмотр мест, упомянутых Акуниным лишь вскользь. Лучше спустимся на Устьинскую набережную Яузы и, перейдя Астаховский мост, окажемся на другом ее берегу — здесь раскинулся древний и самобытный район города, который называют Таганкой.