НИКАКОГО ВОЗМЕЗДИЯ ЗА ОБЕЗОБРАЖЕННЫЕ ТРУПЫ СОВЕТСКИХ СОЛДАТ

НИКАКОГО ВОЗМЕЗДИЯ ЗА ОБЕЗОБРАЖЕННЫЕ ТРУПЫ СОВЕТСКИХ СОЛДАТ

Как ни тяжело было видеть и психологически переносить результаты бесчеловечных поступков радикальных исламистов: истерзанные до неузнаваемости трупы павших в боях советских военнослужащих, наши офицеры всегда старались сдерживать себя: не поддаваться чувству мести, а владеть собой, чтобы в подобных ситуациях принимать взвешенные решения.

Рядовой мятежник – это вчерашний простой дехканин, прошедший специальное обучение и религиозно обработанный в направлении исламского фундаментализма. В ходе боестолкновения он выступает уже в роли противника и получает адекватную реакцию правительственных и советских войск. Появились у нас пленные душманы – мы их передаем афганской стороне, пусть они сами решают судьбу своих соотечественников. Если мятежники укрылись в кишлаке, советские подразделения его блокируют, а зачистку населенного пункта делают афганские военнослужащие.

Трудно себе представить картину, когда наши десантники, находясь в крайне возбужденном состоянии, обуреваемые жаждой мщения, ворвутся в такой кишлак, если им дадут «зеленый свет». В указанном случае о гибели 32-х военнослужащих воздушно-десантных войск и просьбах личного состава о возмездии командование поступило правильно и дальновидно.

Приведенный ниже пример в отношении офицера из Файзабада по поводу издевательств над пленными мятежниками, совершенных им в состоянии аффекта, также является следствием его психологической неподготовленности, что привело к возбуждению уголовного дела.

Апрель 1984 года. Готовилась операция в Панджшере с участием афганских войск. Поскольку в ней должны были быть задействованы отдельные части нескольких наших соединений вместе с оперсоставом, была организована и оперативная группа особого отдела армии. На последнем этапе подготовки выяснилось, что назначенный руководителем заместитель начальника особого отдела армии полковник П. К. Широкоступ оказался в госпитале с тяжелой формой дизентерии, сам же начальник убыл в отпуск. Прибыв по этому поводу в отдел, я застал другого заместителя – подполковника Савченко (из Москвы). Однако он отказался участвовать в данной операции, сославшись на расстройство живота (это обычная, по тем временам, мелочь «посещала», и довольно часто, почти каждого из нас, но работать не мешала). Ясно, что Савченко в этом случае проявил, мягко говоря, психологическую слабость. Учитывая то, что как член оперативной группы министерства обороны я все равно должен был быть на этой операции, но только в группе маршала, я вынужден был взять под опеку и опергруппу особого отдела армии.

Боевая операция началась нанесением бомбо-штурмовых ударов по разведанным позициям мятежников. После зачистки основного ущелья от мин и небольших групп бандитов один наш мотострелковый батальон сокращенного состава в боковом ущелье попал в засаду, в результате чего мы понесли некоторые потери. Среди них был сотрудник особого отдела капитан Шандрыгин. Я немедленно убыл на место происшествия для расследования обстоятельств гибели наших военнослужащих (по просьбе маршала С.Л. Соколова).

Разбирательством было установлено, что с нашей стороны были допущены ошибки, связанные с недостаточной настороженностью командира батальона, отсутствием у него должного опыта ведения боевых действий, особенно в горной местности.

Вначале все шло по плану. Батальон втянулся в боковое ущелье, а окружающие высоты прикрывались боевыми вертолетами. Во второй половине дня ущелье сузилось, и впереди уже просматривался тупик в виде высоких гор. Чтобы не попасть в каменный мешок, вертолеты улетели. Подступающие к ущелью высоты оказались неприкрытыми и, по словам опрошенных солдат, стали вдруг какими-то чужими. Комбату нужно было остановить движение и доложить на командный пункт об изменении обстановки, а потом принять решение. Он этого не сделал, а продолжил движение, словно по городскому парку, правда, опасаясь мин. Батальон вытянулся в узкую колонну. Впереди шли комбат и Шандрыгин. Ущелье еще больше сузилось. И вдруг с обеих сторон раздалась стрельба из стрелкового оружия. Прицельным огнем снайперы сначала вывели из строя радистов, офицеров, а затем вместе с другими принялись обрабатывать остальной личный состав.

Наиболее опытные успели быстро занять огневые позиции за крупными валунами, небольшими скалистыми выступами и открыли ответный огонь. Шандрыгин оказался раненым в шею, а комбат – в плечо. Пытаясь достать носовой платок, чтобы прикрыть обильно кровоточащую рану, Шандрыгин услышал голос комбата: «Потерпи, не шевелись!» Но Шандрыгин все же потянулся за этим платком и тут же был убит разрывной пулей. Она попала ему в спину, пробив рюкзак и пачку папирос. После него был убит комбат. Это данные сержанта, лежавшего рядом. Рюкзак Шандрыгина и пробитая пачка папирос хранились в музее особого отдела.

Виноват в произошедшем и вышестоящий командир с командного пункта. Потеря связи с батальоном должна была насторожить его, и он должен был принять соответствующие меры. Вертолеты посланы не были, и только утром, когда подошли первые солдаты с места засады, туда были направлены БТР с личным составом.

Мятежники поступили правильно, полагая, что мыслящий русский командир немедленно направит сюда боевые вертолеты, поэтому дали команду голосом – отходить. Это слышали и наши солдаты.

Непосредственно в основном ущелье, где находился и кишлак Руха, мы с заместителем командующего 40-й Армией убедились, что бомбовые удары дальней авиации, предусмотренные планом этой операции, были осуществлены по пустому месту. Основные силы А. Шаха были заранее отведены из ущелья, а население кишлака заблаговременно эвакуировано.

В беседе с маршалом мною был сделан акцент на то, что утечка сведений о данной боевой операции произошла еще на стадии ее планирования. У А. Шаха было достаточно времени, чтобы вывести все население большого кишлака вместе с их имуществом и скотом, а затем и свои формирования. Учитывая тот факт, что в плане проведения боевой операции расписано все, в том числе и по времени, организованная бандитами засада в боковом ущелье была далеко не случайной.

По результатам разбирательства маршалом были осуществлены соответствующие оргвыводы в отношении ряда офицеров, в том числе и генералов.

Вернувшись в свою группу, я поручил заместителю начальника особого отдела дивизии, а это была его первая боевая операция, посетить госпиталь, найти тело нашего контрразведчика, проконтролировать его обработку, чтобы первым спецрейсом отправить в Союз. Когда он вернулся, я обратил внимание на его не совсем адекватное поведение, заметно было, что он не владеет собой. После доклада он попросил два-три дня отдохнуть, чтобы прийти в себя, поскольку в госпитале он насмотрелся на «много ужасного». Боевые действия еще не закончились, и, естественно, устали все. Пришлось его встряхнуть, заставить пойти облиться холодной водой и доложить через двадцать минут. Это на него подействовало, он справился с собой, но подпорченный авторитет остался до конца его службы в ДРА.

В июне того же года мне снова пришлось побывать в Панджшере, но уже в составе большой группы: маршал, Наджибулла, Крючков и другие лица. Совещание проходило в пустом глинобитном доме без какого-либо искусственного освещения. Речь шла о необходимости дислокации там батальона афганской армии, о возвращении населения в свои дома и обустройстве самого кишлака. В тот же день мы улетели в Кабул. Ни одного местного жителя я так и не видел.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Никакого покорения не было

Из книги Покорение Сибири: Мифы и реальность автора Верхотуров Дмитрий Николаевич

Никакого покорения не было Одно из характерных свойств мифологического сознания состоит в том, что оно вычленяет из большой совокупности фактов и событий одно, два или несколько фактов, и превращает их во всеобъемлющие истины. Так получилось и в нашем случае. Единичный


19.10. Никакого поста для мошенника

Из книги Стратагемы. О китайском искусстве жить и выживать. ТТ. 1, 2 автора фон Зенгер Харро

19.10. Никакого поста для мошенника «У Хоу Цзина [503–552] голос шакала и глаза осы. Это проходимец с сердцем волка и вкрадчивостью лисы. Что же касается его верности долгу, то даже к своему отцу он не питает никаких чувств. Он предает своих и перебегает к врагам. Он изменил нашей


Смерть, трупы и пляска смерти

Из книги Рождение Европы автора Ле Гофф Жак

Смерть, трупы и пляска смерти Чума дала пищу новым чувствам и новому типу религиозности. До того люди боялись смерти в основном потому, что после смерти человек мог попасть в ад; теперь сильнее этого стал страх уже перед «первой фазой», то есть перед самой смертью. Страшная


Миф № 30. Надо было взять Берлин в плотное, непроницаемое кольцо блокады, и гитлеровцы сами бы сдались на милость победителя, и тогда не было бы таких жертв среди советских солдат и офицеров

Из книги На пути к победе автора Мартиросян Арсен Беникович

Миф № 30. Надо было взять Берлин в плотное, непроницаемое кольцо блокады, и гитлеровцы сами бы сдались на милость победителя, и тогда не было бы таких жертв среди советских солдат и


«Никакого отступления!»

Из книги Танковые сражения. Боевое применение танков во Второй мировой войне. 1939-1945 [litres] автора Меллентин Фридрих Вильгельм фон

«Никакого отступления!» 27 декабря 1943 года в ставке Гитлера состоялось очень важное совещание[209]. Предметом обсуждения на нем было предложение Манштейна о частичном отходе войск из большой излучины Днепра и об эвакуации из Никополя. Принятие этого предложения


Выстрелы и трупы, или из Норвегии с ненавистелюбовью

Из книги Вперед, к победе автора Фурсов Андрей Ильич

Выстрелы и трупы, или из Норвегии с ненавистелюбовью Здесь мы подходим к третьему важнейшему событию 2011 г. — норвежскому расстрелу, осуществлённому Брейвиком (и как минимум ещё тремя лщдьми, оставшимися «за кадром»). Было выдвинуто несколько версий этих событий и их


Сталинградские письма советских и немецких солдат: компаративный анализ ментальностей

Из книги Противники России в войнах ХХ века. Эволюция «образа врага» в сознании армии и общества автора Сенявская Елена Спартаковна

Сталинградские письма советских и немецких солдат: компаративный анализ ментальностей Особый ракурс проблемы «образ врага» раскрывается при изучении солдатских писем. По ним можно проследить состояние и динамику морального духа, всего комплекса


О кислоте, в которой растворяют трупы

Из книги Повседневная жизнь итальянской мафии автора Кальви Фабрицио

О кислоте, в которой растворяют трупы Не будучи в курсе всех секретов своего грозного шефа, Винченцо Синагра знал, что Филиппо Маркезе имел обыкновение тела некоторых своих жертв бросать в гигантский бидон, содержавший десятки литров кислоты светло-коричневого цвета.


24. «И трупы громоздились друг на друга»

Из книги Полтава. Рассказ о гибели одной армии автора Энглунд Петер

24. «И трупы громоздились друг на друга» Битва закончилась. Русская армия одержала сокрушительную победу, однако, судя по всему, упустила шанс окончательно уничтожить своего потрепанного противника. Остатки шведских войск были собраны у Пушкаревки, и никто не помешал их


Почтенные трупы

Из книги Cosa Nostra, история сицилийской мафии [(с картинками)] автора Дикки Джон


Глава 14. Как оживают трупы

Из книги «Евросоюз» Гитлера автора Васильченко Андрей Вячеславович

Глава 14. Как оживают трупы Когда подобные факты становятся достоянием общественности, то журналисты обычно начинают опрашивать коллег и соседей, те же в свою очередь охают и испуганно лопочут: «Кто бы мог подумать, а ведь он нам казался таким приличным человеком».


МЕНТАЛИТЕТ СОВЕТСКИХ СОЛДАТ ПО ВОСПОМИНАНИЯМ СОВРЕМЕННИКОВ

Из книги Осада Будапешта. Сто дней Второй мировой войны автора Кристиан Унгвари

МЕНТАЛИТЕТ СОВЕТСКИХ СОЛДАТ ПО ВОСПОМИНАНИЯМ СОВРЕМЕННИКОВ Ждали ли вы прихода русских? Да, как будто они являются членами нашей семьи. Например, Рафи как сумасшедший помчался встречать их. Он со слезами обнял первого же встреченного русского. А русский сказал ему: «А


Никакого Тауроггена[142] . 1920 год

Из книги Между страхом и восхищением: «Российский комплекс» в сознании немцев, 1900-1945 автора Кенен Герд

Никакого Тауроггена[142]. 1920 год Может создаться впечатление, будто некая сила исторической фантазии стояла за тем фактом, что первые непосредственные контакты офицеров обеих армий состоялись во время наступления Красной армии на Варшаву 12 августа на границе с Восточной