Очаг

Очаг

Скрипнет дверь. С работы долгой

В поздний час отец придет;

На его лице довольном

Чуть поблескивает пот.

Не легко пестом латунным

Мять подошву день-деньской!

Но с субботой наступает

Мирный праздничный покой.

Малыша берет на руки:

– Голубок любимый мой!

Яблоко дает, лаская,

И орехи с пастилой.

Взворошив щипцами уголь,

Сядет греться у огня.

Гости люльку окружают,

Малыша к себе маня.

И дудуки заполняют

Скромный комнатный уют:

– Только есть и пить не дело,

Пусть дудуки запоют.

Из пришедших старший – Гиа

В синих клубах табака…

Как кирпичника Сандала

Песнь протяжна и сладка!

* * *

Седовласый дед Гиорги

От живых давно ушел:

У помещика, у князя

Крепостного труд тяжел.

«Крепостным Амилахвари

Хлеб не ссыпать в закрома,

Голубой чохи не справить,

Чтобы шла по ней тесьма.

Не дадут ни поля мне,

Ни мякины на гумне!»

Убежав от бар жестоких,

В Гори дед приют обрел,

Был один ему подмогой

Лишь безрогий старый вол.

Пусть несладко жил Гиорги,

Он не стал душою злей

И смотрел, как гладит ветер

Колос зреющих полей.

С нивы сжатой не подымет

И зерна, хулы боясь:

Надо ж птахам прокормиться,

Ведь немало их у нас!

* * *

И жена, его опора

В жизни трудной и простой,

Лишь один лечак сносила,

Обездолена нуждой.

Сна и отдыха не зная,

На часок смыкала взор.

Полки вытирала чисто,

Подметала тесный двор.

Не метнет к закату пыли,

Ввечеру убрав крыльцо:

Солнце попрекнет, пожалуй, —

«Мне метнули сор в лицо!»

За мальца она молилась,

Перед образом упав;

Петушка ему растила,

Ножку лентой повязав.

* * *

На подносе деревянном

Фрукты щедро подают.

Летним ливнем освеженный

Виноград – как изумруд.

Гиа молвит: – Сон мне снился,

Не забыть его вовек,

Что земля заговорила,

Как разумный человек:

«Гиа, вечно мнущий глину,

Ты воспрянь и смелым будь!

Хватит день и ночь работать,

Время спину разогнуть!

Я тружусь, ращу колосья,

В руку толщиной – лозу,

Наряжаю виноградник

То в шелка, то в бирюзу.

Ствол, грозою опаленный,

Оживляю я водой;

Смелых воинов вскормила

Я пшеницей золотой.

В ранах грудь моя от плуга,

А быки копытом бьют…

Дай мне отдыха немного,

Города рабочих ждут.

Я, как мать, о вас забочусь,

Вас кормлю из года в год.

Дай мне воли и покоя,

Отправляйся на завод!»

– Как мне быть? – вздыхает Гиа,

Жалко торню погасить,

Бросить Картли, дол и горы,

Птиц поющих разлюбить…

Помолчал. Потом добавил:

– Если нашим предкам верить,

То до Лило Джугашвили

Проживали в древней Гери.

От долин далеко жили

Храбрецы с горы орлиной,

Где Лиахва, извиваясь,

Гривой бьется о стремнины.

– Я скажу, – отец промолвил, —

Мы ростки какого дуба…

И присел за стол рабочий,

Из обрубков сбитый грубо.