Глава восьмая. Плодитесь и размножайтесь!

Глава восьмая. Плодитесь и размножайтесь!

Путь, проделанный Гуго и его товарищами, можно проследить по свидетельствам о пожертвованиях, которые они получили. Владетельные сеньоры и знать помельче выстраивались в очередь, чтобы принести тамплиерам свои дары. Дело было не только в том, что все они верили в благую миссию ордена: как это случается и в наши дни, помощь, оказанная тамплиерам важными персонами, побуждала их вассалов одаривать рыцарей Храма, дабы их имена звучали в связи с благотворительными деяниями правителей.

После собора в Труа Гуго де Пейн вернулся в Иерусалим, но другие храмовники продолжили путешествие по Европе в надежде получить дополнительную поддержку. На юге агитацией за Орден тамплиеров ретиво занимался рыцарь Гуго Риго. Ранее, в 1128 году, он был в Тулузе, где некто Пьер Бернар и его жена Борелла отдали рыцарям Храма все свое имущество, оговорив одно условие: если их дети пожелают вступить в орден, это будет им дозволено. Несколько последующих лет Риго провел в сборах различных пожертвований для ордена — от земельных угодий и виноградников до «рубахи и штанов», подаренных бедной женщиной, которая также отписала тамплиерам в завещании «свой лучший плащ»[39]. По разным свидетельствам, Гуго Риго в 1130-е годы собирал пожертвования на юге Франции и севере Испании.

Однако, в отличие от других монашеских орденов, тамплиеры не создали стройной системы по сбору пожертвований и их сохранению[40]. Ведь дарили обычно не деньги, а различное имущество. Конечно, неплохо получать в дар поля, дома, вина, лошадей, одежду и даже рабов, но все это богатство невозможно быстро обратить в наличные. Иногда дар представлял собой определенную долю ежегодного урожая или обозначенное количество сыров. Кроме того, многие пожертвования поступали в распоряжение тамплиеров только после смерти дарителя.

Особенности приносимых ордену подарков привели к необходимости обустраивать специальные пункты для приема передаваемого в дар имущества и пересылки его из Европы в Палестину. Такие крупные монастыри, как Клюни или Сито, открывали подчиненные им филиалы — приораты, в которых постоянно находилось лишь несколько монахов. При этом Орден тамплиеров для ведения боевых действий отчаянно нуждался в мужчинах, способных носить оружие, а потому вновь принятых членов всячески побуждали как можно скорее отправляться в Иерусалим. Таким образом, заниматься подаренным имуществом было просто-напросто некому.

Сравнительно слабая организация тамплиеров на первых порах существования ордена видна хотя бы по многообразию титулов, которыми именовался в грамотах Гуго Риго. Иногда его называли «братом общества», иногда указывали только имя, а то и величали «прокуратором»[41] — последнее слово неплохо отражало смысл его работы, но эта должность не нашла отражения в уставе.

Со временем храмовники, по-видимому, смогли открыть местные резиденции на манер тех, которые госпитальеры основали еще раньше — в основном в Испании, Италии и на юге Франции, начав получать пожертвования с Запада сразу же после Первого крестового похода (ок. 1100 года).

Мало-помалу стали возникать и множиться местные отделения ордена, в которых рыцари группировались по языку. В основном это были французские, испанские и английские отделения, реже — итальянские и немецкие. В Скандинавию тамплиеры не проникали, но несколько командорств появилось в Венгрии и Хорватии.

Окситания

В этой книге Окситания определяется как южная часть Франции, протянувшаяся вдоль Пиренеев от Атлантического океана на западе до Марселя на востоке. Большая точность мне здесь не нужна: в двенадцатом и тринадцатом веках тамошние жители привыкли к изменчивым границам. Западная часть Окситании была поделена между различными графствами и владениями прочих титулованных персон, а восточная находилась под не слишком строгой властью Священной Римской империи. Окситанский (или провансальский) язык был ближе к тому, на котором говорили жители Северной Испании, чем к французскому.

Первый документально подтвержденный дар тамплиерам поступил из Марселя. Мы не знаем, каким образом даритель Гийом Марсельский узнал о существовании ордена, но в начале 1120-х годов он передал рыцарям Храма церковь на Лазурном берегу. Однако в 1124 году тамплиеры вернули этот дар — еще одно свидетельство их глубокого убеждения, что мирная жизнь на морском побережье не для них. Не исключено также, что расходы на содержание церкви превышали стоимость самого подарка.

После того как Гуго де Пейн добился признания ордена папским престолом, дары тамплиерам в Окситании хлынули потоком. В значительной степени орден обязан этим энергичной рекламной деятельности двух своих членов — Гуго Риго и Раймунда Бернара. После собора в Труа они провели несколько лет в поездках, собирая пожертвования. Гуго действовал к северу от Пиренеев, а Раймунд сосредоточил свои усилия на Испании и Португалии.

Создается впечатление, что за период с 1130 по 1136 год Гуго Риго объездил весь юг Франции. Сам и с помощью других братьев ордена он принимал подношения, скупал земли и открывал новые командорства, продемонстрировав блестящие организаторские способности.

В 1132 году Гуго Риго присутствовал на церемонии, во время которой самое могущественное в Окситании семейство де Тренкавель отправило на службу тамплиерам некоего Понса Гасконского с его домочадцами. Понс имел дом и иное имущество близ Каркасона, на которое Тренкавели обещали не покушаться.

Члены этого семейства энергично поддерживали орден на раннем этапе его существования, а их влияние в Окситании побуждало и других делать пожертвования храмовникам. В 1133 году семьи Бернара де Кане и Аймерика де Барбера подарили ордену замок Дузен, которому суждено было стать главным командорством ордена в Окситании. Более того, Аймерик и его брат Вильгельм Ксаверий сами решили примкнуть к тамплиерам. Правда, они не захотели немедленно приступить к несению службы, а наметили определенную дату в будущем, оговорив, что если по какой-то причине не смогут влиться в ряды рыцарей, то выплатят ордену сто су.

Эти семьи продолжали дарить тамплиерам земельные наделы еще на протяжении двадцати лет, а возможно, и дольше.

Упоминания о Гуго де Риго в документах прекращаются с 1136 года — возможно, по причине его смерти. Его преемником стал Арнольд де Бедочьо. Он приехал из Каталонии и не испытывал проблем с окситанским языком. Постоянной резиденцией Арнольда был Дузен, но пожертвования он собирал по всей Окситании. От Гуго Бурбутона он принял в дар Ришеренд, который со временем стал вторым крупным командорством в Окситании.

Как и в других районах, большинство тамплиеров, живших в этих командорствах, происходило из близлежащих мест. Молодых мужчин обычно вскоре отправляли на Восток, а пожилые и немощные оставались, чтобы снабжать боеспособных членов ордена провиантом.

Хорватия и Венгрия

В Хорватии первые командорства ордена стали появляться через несколько лет после Второго крестового похода (1148–1150)[42] (тогда же там обосновались и первые госпитальеры). Причины этого до конца остаются неясными, однако вполне возможно, что магистр тамплиеров во Франции Эверар де Барр[43], который сопровождал армию Людовика VII, принял такое решение, чтобы защищать паломников, идущих на Святую землю через Хорватию.

К 1169 году папа даровал ордену старый монастырь бенедиктинцев во Вране. Однако этот дар сопровождало одно условие: храмовники должны были давать приют всем папским легатам и их свите, иногда весьма многочисленной. Загребский епископ Продан также оделил тамплиеров участками земли со строениями в городе и вокруг него, причем без указанных выше обременительных условий, поскольку у него уже было где приклонить голову[44].

В 1173 году королем Хорватии и Венгрии стал Бела III. В отличие от прежних королей, он не стал связывать себя прочным союзом с Византийской империей, а обратил свои взгляды на запад. Бела выступил решительным сторонником Третьего крестового похода (1189–1192) и поклялся сам принять в нем участие (чего, впрочем, не сделал). В 1185 году он отправил к французскому королю Филиппу II своих посланников, прося руки Маргариты, сестры Филиппа. Бела «почитал за честь породниться с древним королевским родом и был много наслышан об уме и набожности принцессы»[45]. Маргарита была вдовой Генриха Плантагенета, «Молодого короля»[46], смерть которого привела на английский трон Ричарда Львиное Сердце. Филипп и Маргарита приняли предложение, и вместе с посланниками Белы III она отправилась в Венгрию.

Бела III умер в 1192 году. Корона перешла к Эмериху, его сыну от предыдущего брака[47]. Вновь овдовевшая и бездетная Маргарита продала свою часть наследства, «присоединилась к крестоносцам и во главе отряда славных рыцарей вместе с германцами пришла в Тир»[48]. Вскоре после этого Маргарита умерла, по всей видимости, не в сражении. Хотя в летописях не упоминается, что среди рыцарей, пришедших с нею на Святую землю, были тамплиеры, их присутствие в отряде Маргариты более чем вероятно.

Примером величайшего доверия, оказанного Ордену рыцарей Храма, явилось решение, принятое в 1217 году королем Андреем II: отправляясь в крестовый поход, он не взял с собой тамплиеров, а вверил их попечению свое королевство. Магистр Венгрии и Хорватии Понтий де Крус управлял обеими странами из командорства во Вране.

Любопытно отметить, что, хотя в Хорватии было немало своих тамплиеров и госпитальеров, начальственные должности в местных отделениях этих орденов занимали, как правило, французы и итальянцы. При этом хорватские храмовники несли службу и в других странах — недаром на церемонии приема в члены ордена новичка предупреждали, что рыцари Храма обязаны идти туда, куда их пошлют.

Британские острова

Английский король Генрих I, как уже говорилось, одаривал тамплиеров «золотом и серебром», а первые земельные наделы в Англии пожаловал ордену его племянник Стефан, сменивший Генриха на престоле. Стефан был сыном Стефана-Генриха, графа Шампаньского, погибшего во время своего второго похода в Палестину[49]. Матильда, супруга Стефана, приходилась племянницей героям Первого крестового похода Готфриду Бульонскому и Балдвину I. Уже по этой причине король и королева были готовы сделать все возможное, чтобы оказать самую горячую поддержку защитникам Святой земли. Первое пожертвование Матильды датируется 1135 годом. Она посвятила этот дар своему отцу Эсташу Бульонскому, который после смерти своего брата Балдвина едва не стал королем Иерусалима. Стефан же, одобрив подношения ордену своих вассалов, затем и сам пожаловал тамплиерам земли и имущество.

Хотя тамплиеры появились в Англии в 1135 году, если не ранее, первая запись о магистре ордена в этой стране Гуго Аржентене датируется 1140 годом.

В 1185 году тамплиеры составили перечень своих владений в Англии. Документ сохранился до наших дней, и он свидетельствует, что в этом отношении Орден рыцарей Храма мало отличался от других монашеских орденов. В имущество тамплиеров входят земельные наделы и отары овец, десятины от церковных владений и плата за аренду земли и домов. Тамплиеры были частью христианского сообщества в той же мере, что монахи и монахини традиционных духовных орденов. В Бристоле, например, гильдия ткачей даже имела свою часовню в церкви тамплиеров.

Тамплиеры сохранили большую часть своих владений на востоке Ирландии после покорения этой страны английским королем Генрихом II. Здесь Генрих впервые одарил орден землей в 1185 году. Англо-норманнские поселенцы в Ирландии последовали его примеру, и к 1308 году «ирландские земли составляли треть наиболее ценных владений тамплиеров и приносили доход, превышающий 400 фунтов в год»[50].

Магистром тамплиеров в Ирландии был один из высших чиновников ирландского казначейства. Хотя местное население и связывало присутствие храмовников с нашествием англичан, магистр время от времени играл роль посредника между ирландцами и англичанами.

Тамплиеры не только собирали десятину и арендную плату за принадлежавшие им в Ирландии земли, но и разводили там лошадей для рыцарей Храма.

Во времена первых командорств тамплиеров Шотландия была независимой страной, хотя брачные узы тесно связывали ее королевскую семью с английской короной. Король Давид I (1124–1153) пожаловал ордену десятину от доходов церкви в Ренфрюшире. Скорее всего, этим его щедрость не ограничилась, но дарственные грамоты не сохранились. Похоже, что в те годы в Шотландии не было магистра и все управление имуществом тамплиеров осуществлялось из Англии.

Наиболее важным командорством ордена в Шотландии был Балантродоч, расположенный к югу от Эдинбурга. Община была небогатой, большую часть ее дохода давали овцы и водяная мельница, которой владели тамплиеры. В найденном неполном перечне настоятелей командорства значились только норманнские имена.

Ивлин Лорд замечает: «О шотландских тамплиерах нам известно меньше, чем о рыцарях этого ордена где-либо еще на Британских островах… Возможно, именно поэтому деяния ордена здесь окружены легендами, которые затемняют истину и окутывают жизнь тамплиеров тайной»[51].

Мы еще вернемся к этим легендам и этой тайне.

Испания и Португалия

На раннем этапе существования тамплиеров множество весьма крупных пожертвований поступило в их адрес с Пиренейского полуострова. В этом нет ничего удивительного. Правители Арагона, Наварры, Кастилии и земли, которая вскоре станет называться Португалией, отвоевывали эти территории у мусульман на протяжении более четырехсот лет. Яростное стремление крестоносного воинства овладеть Святой землей сопровождалось желанием побороться за более близкие к дому земли. Один из первых иберийских даров тамплиерам поступил от португальской королевы Терезы, дочери Альфонсо Кастильского. Она преподнесла им замок Заур с прилегающими к нему землями. Возможно, Тереза хотела, чтобы орден снабжал ее воинами для борьбы с маврами.

В 1122 году, когда о тамплиерах мало кто знал, Альфонсо I, король Арагона, основал военное братство в Белчите. Порядки там отличались от принятых у тамплиеров и в других военных орденах, и подчинялось это братство не епископу, а королю. Членство в этой организации могло быть временным и не обязывало братьев, взыскующих только духовной близости, еще и сражаться.

«Братство в Белчите, без сомнения, является военно-духовной организацией, которая объединяла монахов, решивших защищать христианский мир от врагов-мусульман. Любой человек, пожелавший принять участие в этом достойном деле лично или помочь богоугодному делу в иной форме — паломничеством, подаянием, передачей в дар лошадей и оружия, пожертвованиями семьям плененных воинов, — получал отпущение грехов. Кроме того, члены братства могли оставлять за собой те земли, которые они захватили у мусульман»[52].

Трудно предположить, что, создавая свой орден, Альфонсо уже слышал о тамплиерах. Его действия указывают на то, что идея крестоносцев посвятить жизнь сражению во имя Господа приводила к возникновению военных монашеских орденов не только в Иерусалиме. Тамплиеры стали столь популярны и послужили примером многим другим потому, что необходимость в таких братствах давно и остро ощущалась.

В отличие от других частей Европы, где дары тамплиерам предназначались для создания запасов, необходимых, чтобы создать сносные условия для жизни в Палестине, в Испании и Португалии им часто жертвовали укрепленные замки, расположенные, как правило, на границе с мусульманскими территориями, а иногда и на самих этих территориях. Местные правители надеялись, что храмовники ста нут сражаться с сарацинами на месте, а не в далекой Палестине.

В 1130 году граф Барселонский даровал ордену замок Граньена, «на моей границе с сарацинами». Со всей очевидностью, граф хотел, чтобы тамплиеры защищали замок и, следовательно, участвовали в реконкисте. Все это происходило за много лет до того, как тамплиеры были призваны защищать пограничные замки латинских королевств.

Орден не выказывал особого желания вести войну на два фронта. Однако рыцарей постепенно втягивали в нее — так, Альфонсо Арагонский завещал свое королевство госпитальерам, Храму Гроба Господня и тамплиерам, разделив его между ними. Все эти три наследника в конечном счете отказались от управления Арагоном, удовольствовавшись щедрыми пожертвованиями.

Последними такое решение приняли тамплиеры. По соглашению с новым правителем Раймундом Беренгаром, графом Барселонским и «властителем Арагона», они получили несколько замков в Испании; кроме того, ордену перечислялась десятая часть доходов короны от налогов и судебных сборов и ежегодно выплачивалась тысяча солидов. Граф Раймунд обещал передать ордену пятую часть всех отвоеванных у мавров земель, если тамплиеры примут участие в боевых действиях. Он призывал их строить новые замки и обещал не заключать договоров с маврами без одобрения ордена.

С этого времени Орден рыцарей Храма был прочно связан с испанской реконкистой.