4. Был ли неурожай и был ли голод?

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

4. Был ли неурожай и был ли голод?

А был ли голод? Ведь голода вообще-то не должно было быть. По данным большинства исследователей и как показали архивные материалы, в 1932 г. засухи не было. Как показала биологическая оценка урожая, проведенная на полях частников, колхозов и совхозов, урожай должен был составить 69 млн. т. Урожай с 1932 г. рассчитывался, согласно распоряжению Колхозцентра от февраля этого года, с помощью биологического метода («метровки») — делалась случайная выборка участков поля и обмолот в этих участках поля. Затем производился пересчет будущего урожая на все поля.

Также применялся так называемый «сплошной перечет» — после окончания обмолота определялся «амбарный» урожай, который делился на площадь. В данном случае — бралась не выборка, а, скажем так, полная перепись. Но, для отдельных сортов применялась именно метровка [49, с. 75].

Разница в том, что метровка всегда давала завышенные оценки по сравнению с «амбарным» урожаем (поскольку не учитывались потери при сборе и меньше были потери при обмолоте) — разница была порядка 10–20 % [4]. Как пишет хорошо знающий экономику СССР П. Грегори [48], по данным же биологического метода, собрали 69 млн. т. Долгое время цифра собранного урожая в 69 млн. т была официальной. Именно этой цифрой оперировал Сталин и другие советские руководители.

Все изменилось тогда, когда огромную работу в архивах провел американский исследователь М. Таугер. Изучая отчеты о собранном урожае, отправленные крестьянами-единоличниками, колхозами и совхозами, в статистические органы, Таугер пришел к парадоксальному выводу. Он подсчитал, что, по официальным данным, в СССР было собрано всего 50,1 млн. т зерна — это существенно меньше, чем давала погрешность «метровки». Здесь же потерялось около 19 млн. т. зерна. Вопрос — куда делись почти 20 млн. т. зерна? Такое обычно случается при засухе. В своей книге я уже разбирал вопрос — была ли засуха. Как и Таугер, я пришел к выводу — засухи не было [37]. Об этом же свидетельствуют архивные материалы.

Тогда Таугер предположил, что раз не было засухи, то урожай был испорчен вредителями зерновых культур таким как ржавчина, головня, спорынья, насекомые, грызуны и пр. Таугер сделал вывод (которому я в то время безоговорочно поверил): на Украине был неурожай, вызванный сочетанием необычных условий, вследствие неурожая возник голод, приведший к смерти 1,385 млн. человек.

Сначала я согласился с Таугером, но потом понял, что он в корне неправ: неурожая как такового на Украине не было. Действительно, по подсчетам Таугера, в 1933 г. собрали 50 млн. т. и при таком урожае будто бы развился голод. Если мы разделим это зерно на все население СССР, то на одного человека в год придется 300 кг зерна, то есть чуть менее 850 г зерна в день. Это более чем достаточно для выживания.

Странно — 35 млн. т зерна, собиравшиеся в годы Великой Отечественной войны, голода не вызвали [36], а 50 млн. т собранного в закрома зерна вдруг дали голод. Тогда спасала картошка. Почему же тогда украинские крестьяне не сажали картофель в 1932 г.?

В своей книге «Голодомор на Руси» я приводил данные о том, как питались в городах. Там тоже съедали немногим более 800 г зерна в день. То есть явно город советскую деревню не объедал.

В деревне же ситуация должна быть намного лучше если же принять во внимание рыбу, ежей, сурков, крыс, тушканчиков, собак, зелень, свежую картошку и т. д… вся эта живность и зелень может быть съедена. Можно есть дубовую кору и всяческие коренья — неприятно на вкус, конечно, но выжить на этом возможно — ведь голод на Руси случался не в первый раз и люди, которые знают, что в таких случаях делать несомненно были — они есть и сейчас, но об этом почему-то все забывают.

Очевидец голода М. Долот [31] чётко описывает ситуацию, когда после голода появилась пища в огородах: «К концу мая 1933 года голод пошёл на убыль». Он свидетельствует, что власти сумели «обеспечить трудоспособных членов колхоза необходимым продовольствием, чтобы они могли работать».

Из Центра за счёт страдавших от голода краёв и областей СССР за период с 19 марта 1932 г. по 4 июля 1933 г. [Данные Особых папок Политбюро ВКП (б)] на Украину было поставлено более одного миллиона тонн зерна и продовольствия. Но смертность на Украине была намного выше. Кроме того в 1933 г. (я уже писал об этом в своей книге [37]) СССР резко снизил продажу зерна за рубеж.

Более того, численность только крупного рогатого скота на Украине лишь по колхозному и крестьянскому секторам на 1 июля 1933 г. составила 3 миллиона 780 тысяч голов. Это говорит о том, что не происходило катастрофического забоя скота, когда отчаявшиеся от голода люди съедают буквально всё.

И. Чигирину [46] удалось установить, что на Украине в 1933 году было добыто значительное количество рыбы, выращенной в прудовых хозяйствах, а также выловленной в Чёрном море и в многочисленных водоёмах. Эта богатая белком пища также была неплохим подспорьем для пропитания.

Итак, на Украине не только не было такой нехватки продовольствия, которая бы могла привести к голоду, но даже если бы недостаток продовольствия и был, смерть этих миллиона с лишним человек пришлась на период, когда недостатка питания уже не было.

Но, раз не было неурожая, то не должно было бы быть и голода. Почему же все заявляют о голоде? Почему тогда при приведённых фактах в 1933 г. на Украине от чего-то добавочно погибло 1 миллион 385 тысяч человек? Почему имеются такие странные расхождения между подсчетами урожая, выполненными Таугером и Советским Правительством?