Штаб террористов

Штаб террористов

Дом в Лештуковом переулке под номером 13 (сейчас – переулок Джамбула, дом 15) прославился как штаб террористов. Именно здесь 15 августа 1879 года четырехкомнатную квартиру № 22 на пятом этаже дворового флигеля сняли отставной учитель Чернышов и жена дворянина Лихарева. На самом деле это были Александр Квятковский и Вера Фигнер, члены Исполнительного комитета (ИК) «Народной воли». Квартира была превращена в штаб, и именно здесь планировались три покушения на Александра II – под Александровском (нынешнее Запорожье), под Москвой и в Зимнем дворце.

Акт цареубийства, по мнению Фигнер, должен был отозваться в самых глухих углах крестьянской России и заставить мужика задаться вопросом: «Кто убил царя, и за что его убили?» Если крестьяне решат, что царя убили социалисты ради народных интересов, то «Народная воля» приобретет такой авторитет в народе, «какой не доставили бы десятки лет пропаганды словом». Но не отвергала Фигнер и других возможностей: если в деревне посчитают, что царя убили баре, желающие вернуть крепостное право, то тогда очень вероятен взрыв всеобщего крестьянского бунта, и «Народной воле» представилась бы возможность стать во главе его.

Решение о покушение на императора во время путешествия того в Крым было принято 26 августа 1879 года во время липецкого съезда «Народной воли». Динамитная мастерская народовольцев располагалась в Басковом переулке, где хозяйничали Исаев и Якимова (Баска).

Ожидалось, что царь поедет в Одессу, и все приготовления проводились там. Но, однако, он изменил свои планы, и было решено заминировать рельсы между Курском и Белгородом, в городе Александровске. Но в момент прохождения царского поезда мина не взорвалась. Скорее всего, Желябов неправильно соединил провода.

В этом неприметном дворовом флигеле Фигнер и Квятковский готовились к убийству царя

Взрыв был перенесен под Москву. Рядом с железной дорогой, под видом супругов Сухоруковых, приобрели дом Лев Гертман и Софья Перовская. Из дома они проложили подземный туннель под железнодорожную насыпь. В царской свите ехали два поезда, и, считая, что царь едет во втором, Перовская пропустила первый эшелон. Второй был взорван. Но пострадали лишь сопровождающие императора лица – сам царь ехал в первом. Этот взрыв напугал правительство, и начались аресты.

* * *

Между тем еще один народоволец, Степан Халтурин, устроился на работу в Зимний дворец. Уроженец Орловской области, он мечтал отправиться в Америку, где хотел основать коммуну. Но случайные попутчики украли у него в Москве паспорт. Он погнался за ними в Петербург, но те уже успели пересечь границу. Халтурин оказался в столице Российской империи без денег и документов. Он случайно повстречал своего преподавателя из земского училища, Котельникова, перебравшегося в Петербург, и тот помог ему устроиться столяром в железнодорожные мастерские и дал рекомендации в политические кружки. Через некоторое время Степан случайно устроился плотником на борт императорской яхты «Ливадия». Его старательность понравилась, и в сентябре 1879 года его наняли для столярных работ в Зимнем, поселив в полуподвале.

Халтурин пронес в полуподвальное помещение, где жил, более 30 кг динамита. Непосредственно над его комнатой располагалось караульное помещение. Но еще выше, на втором этаже, была столовая, в которой обедал Александр II. 5 февраля 1880 года Халтурин привел бомбу в действие: поджег фитиль, который должен был догореть в традиционное для обеда время, и ушел из Зимнего.

Государь ожидал к обеду принца Гессенского, но его поезд опоздал на полчаса, и взрыв застал императора у дверей столовой.

От взрывной волны обрушилось перекрытие между подвалом и первым этажом, но перекрытие второго этажа выдержало. В результате погибли 11 военнослужащих нижних чинов лейб-гвардии Финляндского полка, находившиеся в караульном помещении. Ранены были 56 человек. Погибшие были похоронены 7 февраля в братской могиле на Смоленском кладбище. Император лично присутствовал на похоронах, несмотря на опасность нового покушения. Памятник погибшим финляндцам сохранился до наших дней, хотя и сильно пострадал от большевистского вандализма.

* * *

После покушения, пусть и неудачного, Халтурин, за «особые заслуги», был введен в Исполнительный комитет «Народной воли».

18 марта 1882 года в Одессе, вместе с Н. А. Желваковым, он участвовал в убийстве прокурора В. С. Стрельникова и был задержан прохожими. Халтурин и Желваков не назвали своих настоящих фамилий, были преданы военно-полевому суду и повешены 22 марта 1882 года неопознанными.

Квятковский был казнен в ноябре 1880 года. Его сын, Александр Александрович, родившийся в 1878 году, стал видным большевиком. С 1918 года служил комиссаром Центрального военно-технического управления РСФСР. В 1921 году, во время партийных чисток, был исключен из партии. Но затем получил назначение в Англию, где с 1925 года возглавлял крупную компанию «Arcos Ltd», созданную СССР для внешней торговли. В 1925 году Квятковский был отозван в Москву, где его арестовали по подозрению в присвоении денежных средств. Его дальнейшая судьба неизвестна.

Вера Фигнер дожила до революции. В 1927 году в числе группы «старых революционеров» она обращалась к советскому правительству с требованием прекратить политические репрессии, но не была услышана. Умерла она 15 июня 1942 года в Москве и похоронена на Новодевичьем кладбище.

Со времен «Народной воли» в этом дворе, кажется, мало что изменилось