ВТОРОЕ ИНТЕРВЬЮ БАШАРА

ВТОРОЕ ИНТЕРВЬЮ БАШАРА

В отличие от спокойного интервью, данного Wall Street Journal в 2011 г., первое после начала мятежа интервью Асада одному из западных изданий было похоже на предсказание Армагеддона⁴⁶. «Сирия является сейчас центром региона, — сказал он репортеру газеты Sunday Telegraph. — По ней проходит линия разлома, и если вы играете с землей, то доиграетесь до землетрясения… Вам нужен еще один Афганистан, может быть, десятки Афганистанов? Любая проблема в Сирии воспламенит весь регион». И снова огонь в качестве метафоры. И разумеется, в этом апокалиптическом прогнозе ни слова не говорилось о том, кто может стать поджигателем. Хотя теперь это не так уж важно, потому что предсказанное сбылось.

С самого начала НАТО и Вашингтон исключили любое активное вооруженное вмешательство в ситуацию в Сирии — в частности, установление зоны, закрытой для полетов, или объявление отдельных участков территории «зонами безопасности» — и проявили к врагам режима в равной степени настороженное и безразличное отношение, что, конечно, было на руку Асаду. Когда Хиллари Клинтон вышла из правительства, она подвергла резкой критике президента Обаму за отказ от сотрудничества с националистически настроенными повстанцами или, что было бы предпочтительнее, с повстанцами — сторонниками светского государства: по ее мнению, эта политическая ошибка привела к подъему ИГИЛ. Но в феврале 2012 г., все еще находясь на посту госсекретаря, она в интервью CBS сказала: «Мы знаем, что такое „Аль-Каида“, — аз-Завахири поддерживает оппозицию в Сирии. А мы поддерживаем „Аль-Каиду“ в Сирии? ХАМАС тоже сейчас поддерживает оппозицию. Мы что — поддерживаем в Сирии ХАМАС?»⁴⁷ Несколько лет Белый дом делал вид, будто «не знает», что представляет собой сирийская оппозиция и из кого она состоит, а когда, наконец, тайна «раскрылась», изобразил, что вовсе не поражен этим открытием. «Думать, что мы можем поставлять легкое или, возможно, более серьезное вооружение оппозиции, состоящей из бывших врачей, фермеров, фармацевтов и т. п., и что они смогут воевать с не просто хорошо вооруженным государством, а с государством, поддерживаемым Россией, Ираном и закаленной в боях „Хезболлой“, — это невозможно», — заявил Обама газете The New York Times не далее как в августе 2014 г., уже после того как ЦРУ начало-таки вооружать и обучать незначительное количество повстанцев.

Однако высказывание президента вызывает вопросы по двум пунктам. Во-первых, он дал неверную характеристику повстанцам. Центр документирования насилия — сирийский оппозиционный источник — проверил личности убитых в войне повстанцев и выяснил, что доля врачей среди них составляет не более 1 %, а учителей и фермеров — и того меньше⁴⁸. Большинство погибших — это солдаты, доля которых составляет 62 %. Как напомнил президенту Фредерик Хоф, ранее занимавший пост специального советника Обамы по проблемам переходного периода в Сирии, в этой стране армия призывная, а это значит, что большинство мужчин зрелого возраста имеют военную подготовку⁴⁹. На основании наших репортажей из турецкой Антакьи мы можем подтвердить, что всего один лагерь беженцев там вмещает тысячи военнослужащих низших и средних чинов, прежде служивших в сирийской армии.

А во-вторых, уверенность в том, что сирийские повстанцы не смогут одолеть потрепанную и истощенную сирийскую армию, пусть даже поддерживаемую иранскими наемниками и вооруженную российской боевой техникой, кажется странной на фоне того, что политика Обамы предполагала обучение повстанцев для того, чтобы они сражались с боевиками ИГИЛ — наследниками тех, кто за 10 лет до этого разгромил самую мощную на земле армию в Ираке. И поскольку главной целью повстанцев была борьба с режимом, а не с ИГИЛ, поддержка Америкой тех, кто должен воевать с ИГИЛ, — в основном Добровольных сирийских УВСН — неизбежно вызвала негодование и недовольство. «Американцы лгут, чтобы добывать информацию (о джихадистах), — заявил один из мятежников репортеру журнала Newsweek в феврале 2013 г. — Если вы сейчас спросите любого повстанца в Сирии, он тут же скажет, что Америка — наш враг». Конечно, это утверждение было преувеличением, но оно стало гораздо ближе к правде после того, как в августе 2013 г. Асад применил против повстанцев и мирных жителей Дамаска зарин. Соединенные Штаты не стали переходить установленную Обамой «красную черту» и не ввели в Сирию войска. Многие тогда стали воспринимать обещания США как совершенно пустые. Когда вскоре после этого Обама подписал с Владимиром Путиным соглашение об уничтожении запасов сирийского химического оружия, десятки поддерживаемых Западом повстанцев либо покинули поле боя, взбунтовавшись, либо пригласили ИГИЛ совершить рейд по сирийским складам, наполненным тем, что было получено от США в виде помощи и прямых поставок.