Прощай, оружие!

Прощай, оружие!

Предостережение об антисоветской деятельности было для КГБ, вероятно, некоторым рубежом, после которого оперативные мероприятия переходили на другой уровень. Я почувствовал это сразу.

Пока я сидел под арестом, на работе провели общее собрание. Заведующий подстанцией, парторг и пара их прихлебателей единодушно осудили мое антисоветское поведение. Но отношение ко мне остальных врачей, фельдшеров, медсестер и шоферов не изменилось. Большую часть коллектива составляла молодежь, к тупой советской пропаганде уже не восприимчивая. Мы по-прежнему время от времени собирались большой компанией и шли куда-нибудь в парк Горького, пили после работы на скамейках Яузского бульвара кофейный ликер с «Байкалом» или устраивали вечеринки на чьей-нибудь квартире, а утром с головной болью шли на работу. Жизнь текла своим чередом и вне политики тоже.

Вскоре я получил повестку из военкомата. Не надо было ходить к гадалке, чтобы понять, что меня во чтобы то ни стало решили забрать в армию. С вооруженными силами у меня отношения не заладились с самого начала. Они страстно хотели принять меня в свои ряды, а я от этого так же страстно уклонялся. Они убеждали меня, что это мой священный долг и почетная обязанность, а я приносил им справки о болезни. Так тянулось довольно долго. Зная медицину и некоторые особенности человеческого организма, я умел создавать кратковременное патологическое состояние, которое стопроцентно фиксировалось при инструментальном обследовании. Осматривавшие меня врачи призывных военных комиссий только разводили руками и ставили диагноз, освобождающий от службы в армии. Так бы я благополучно и протянул до окончания призывного возраста, если бы в дело не вмешался КГБ.

В те годы, как, впрочем, и сейчас, от армии можно было избавиться двумя основными способами – откупиться или симулировать болезнь. Про первое не могло быть и речи, оставалось второе. Я знал многих ребят, получивших белый билет по придуманному заболеванию. Некоторым помогал советами.

С любопытной ситуацией я столкнулся однажды на «скорой помощи». Получив вызов «человек без сознания, на улице», я приехал на Солянку, где около дома, прислонившись спиной к стене, сидел молодой человек, а возле него хлопотали две девушки. Со слов этих девушек, у их приятеля внезапно случился припадок, он упал, бился в судорогах, ударился головой об асфальт. Мне рассказывали картину эпилептического припадка. Я осмотрел парня. У него действительно был фингал на затылке, но никаких признаков недавнего эпилептического припадка не было – ясное сознание, узкие зрачки, хорошие рефлексы, никаких следов прикуса языка – ничего, что объективно подтверждало бы эпилепсию. Я спросил у молодого человека, был ли он в армии, и краем глаза заметил, как многозначительно переглянулись его подруги. Мне все стало ясно: парень симулировал. Ему повезло, что он попал на меня. Всю дорогу до больницы я сидел в салоне машины и, закрыв окно в кабину водителя, читал «эпилептику» и двум его подругам лекцию о симптоматике, течении, возможных причинах и последствиях эпилепсии. Мы ни о чем не договаривались, но по их благодарным глазам я видел, что они всё поняли. Я сдал его в больницу с диагнозом «эпилепсия», что на девяносто процентов гарантировало ему подтверждение диагноза в стационаре, где его вряд ли стали бы держать больше двух-трех дней.

До очередной медицинской комиссии мне было еще далеко, значит, вызов в военкомат связан с внеочередной комиссией. Военкомат направит меня в «свою» больницу, где меня признают здоровым и годным к службе, что бы ни говорили сами врачи и показания их приборов. Следовало их опередить.

Я лег в электростальскую городскую больницу для обследования, но не по направлению военкомата, а по собственной инициативе. Мне протежировала посвященная во все мои обстоятельства папина знакомая – врач, которая знала его уже лет двадцать пять, а меня – так просто с пеленок. Потянулись томительные больничные дни. Я притворялся больным, вводил в заблуждение врачей, мне делали инъекции, и все это было непривычно и весьма противно. Но деваться было уже некуда, приходилось терпеть.

Мои дела между тем поворачивались не лучшим образом. К счастью, в отделении работала хорошенькая рыжая медсестра Галка, с которой в ее ночные смены мы запирались в санитарной комнате, пили сухое вино и нежно проводили время до утренней раздачи лекарств. Она рассказала, что военкомат оказывает давление на больницу, с тем чтобы меня перевели в другой стационар, который им укажут. Я срочно выписался и через день, благодаря знакомым врачам, лег в больницу в другом подмосковном городе, так что ни КГБ, ни военные ничего об этом не узнали. Через две недели я вышел оттуда с подтверждением диагноза.

Все было напрасно. Явившись по очередной повестке в электростальский горвоенкомат, которым командовал подполковник с замечательной фамилией Долбня, я принес заключение врачей, но от него отмахнулись и велели через два дня явиться снова для направления на новое обследование. Все мои ухищрения, лавирование и попытки переиграть армейскую систему ни к чему не привели. Стало понятно, что меня признают годным и осенью заберут в армию.

Я решил больше не хитрить. Симулировать было не только противно, но и бесполезно. На одной из ближайших пресс-конференций для иностранных журналистов я объявил, что категорически отказываюсь служить в Советской армии, даже если за это против меня будет возбуждено уголовное дело. Я стал отказником.

И они отстали! Мне перестали приходить повестки, военкомат про меня словно забыл. Так я попрощался с армией, даже толком с ней и не познакомившись.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Прощай, друг!.

Из книги Как мы спасали челюскинцев автора Молоков Василий

Прощай, друг!. За нашим перелетом следил весь мир, особенно следили соседние капиталистические страны. То, что мы вывезли, спасали своих братьев, товарищей, капиталистов конечно не очень интересовало. Но вот ведь рабочие будут читать и думать: в Советской стране хорошо, там


Глава 6 ЗДРАВСТВУЙ И ПРОЩАЙ

Из книги Хотел ли Гитлер войны: к истокам спора о Сионе автора Рид Дуглас

Глава 6 ЗДРАВСТВУЙ И ПРОЩАЙ С того самого момента, как Отто Штрассер присоединился к поклонникам Гитлера, и до того дня, как он распрощался с Адольфом, назвав его в лицо пустозвоном, мошенником и жуликом, после чего он продолжил в одиночестве свою борьбу за немецкий


ДОСЬЕ АГЕНТА ПРОЩАЙ

Из книги Битвы, выигранные в постели автора Автор неизвестен

ДОСЬЕ АГЕНТА ПРОЩАЙ …Место для убийства было вроде бы подходящее: обезлюдевший зимой подмосковный дачный посёлок. Здесь он и решил избавиться от неё. Возможно, любовница знала лишнее. Не повезло и случайно появившемуся мужчине — свидетеля тоже пришлось убрать. Посчитав,


Прощай, оружие!

Из книги Диссиденты автора Подрабинек Александр Пинхосович

Прощай, оружие! Предостережение об антисоветской деятельности было для КГБ, вероятно, некоторым рубежом, после которого оперативные мероприятия переходили на другой уровень. Я почувствовал это сразу.Пока я сидел под арестом, на работе провели общее собрание. Заведующий


Прощай, Германия, прощай!

Из книги ЗГВ: горькая дорога домой автора Болтунов Михаил Ефимович

Прощай, Германия, прощай! Первые три года вывода российских войск из Германии о самой церемонии прощания редко кто вспоминал. До того ли было? Немцы не верили, что ЗГВ сумеет уложиться в объявленные сроки. Мы же рвали из последних сил, дабы не ударить лицом в грязь.Впервые о


Прощай, Галлия

Из книги Аттила автора Дешодт Эрик

Прощай, Галлия Аттила, его гунны и остготы начали потихоньку отступать. Это движение, поначалу почти незаметное, стало явным, потому что их противники поступали точно так же: франки, бургунды, уцелевшие вестготы тоже делали шаг вперед и два шага назад. Ничейная полоса,


Прощай, Россия!

Из книги Дочь автора Толстая Александра Львовна

Прощай, Россия! Я подала заявление в Главсоцвос, прося освободить меня от обязанностей заведующей опытно-показательной станцией и музеем-усадьбой. Отставку мою не приняли. Я пошла к заместителю наркома просвещения Моисею Соломоновичу Эпштейну. Я ему откровенно сказала,


Двадцатый год, прощай, Россия![63]

Из книги По следам исчезнувшей России автора Музафаров Александр Азизович

Двадцатый год, прощай, Россия![63] В начале 1920 года Вооруженные силы Юга России во главе с генералом Деникиным — самая сильная и боеспособная часть белых армий, сражавшаяся с большевизмом, потерпела поражение. Не будем подробно распространяться о его причинах — на эту тему


Прощай, Готти

Из книги Клан Гамбино. Новое поколение мафии автора Винокур Борис

Прощай, Готти В день оглашения вердикта в нью-йоркском отделении ФБР состоялась пресс-конференция, в которой приняли участие прокуроры, судьи, адвокаты и масса корреспондентов газет, радио и телевидения. Она транслировалась по всем телевизионным каналам страны.


Глава 2 Прощай, оружие?

Из книги Пинхас Рутенберг. От террориста к сионисту. Том II: В Палестине (1919–1942) автора Хазан Владимир


Прощай , Борис !

Из книги Жизнь - капля в море [Воспоминания космонавта] автора Елисеев Алексей Станиславович

Прощай , Борис ! – Алеша, Алеша! Борис умер!Это моя жена Лариса кричит из столовой - там включен телевизор. Вбегаю к ней и застываю на месте. Вижу во весь экран улыбающееся лицо Бориса и слышу равнодушный голос диктора: «Как нам стало известно, сегодня на пятьдесят седьмом


Прощай, Германия!

Из книги Русский Берлин автора Попов Александр Николаевич

Прощай, Германия! Вывод российских войск из Германии завершился 31 августа 1994 г. Для участия в торжественных мероприятиях в Берлин днем раньше прибыл Б. Ельцин. Ночью с ним случилась бессонница, которую он пытался преодолеть с помощью силовиков П. Грачева, А. Коржакова и М.


Прощай, Саперное!

Из книги Удары судьбы. Воспоминания солдата и маршала автора Язов Дмитрий Тимофеевич

Прощай, Саперное! В наш гарнизон Саперное охотники наведывались частенько, но известие, что к нам приезжает сам Василий Иванович Чуйков, требовало проверки. Главнокомандующий Сухопутными войсками любил охоту, но в наших краях никогда не рыбачил и глухарей не


Прощай, Афганистан!

Из книги Удары судьбы. Воспоминания солдата и маршала автора Язов Дмитрий Тимофеевич

Прощай, Афганистан! Принципиальное решение Горбачева о выводе наших войск из Афганистана определилось еще в 1985 году. Но до подписания в апреле 1988 года Женевских соглашений по Афганистану прошло три года.Решая проблему о выводе советских войск из Афганистана,