Документы[7]

Документы[7]

Решение Земского собора о воссоединении Украины с Россией

^{1 октября 1653 г.}

В прошлом во 161-м году[8] мая 25 по указу Великого Государя-Царя и Великого князя Алексея Михайловича всея Руси Самодержца говорено на соборах о литовском и о черкаском делах.

А в нынешнем во 162-м году октября в 1 день Великий Государь-Царь и Великий князь Алексей Михайлович всея Руси Самодержец указал о том же литовском и о черкаском делах учинити собор,[9] а на соборе быти Великому Государю Святейшему Никону, Патриарху Московскому и всея Руси, и митрополитом, и архиепископом, и епископом, и черным властем, и боярам, и окольничим, и думным людям, и стольникам, и стряпчим, и дворянам московским, и дьякам, и дворянам, и детям боярским (выборным) из городов,[10] и гостям, и торговым и всяких чинов людям. И указал Государь им объявити Литовского Короля и панов рад прежние и нынешние неправды, что с их стороны делаются к нарушенью вечного докончанья, а от Короля и от панов рад исправленья в том не бывало. И чтоб те их неправды его государевым Московского государства всяких чинов людям были ведомы. Также и запорожского гетмана Богдана Хмельницкого присылки объявити, что они бьют челом под государеву высокую руку в подданство. И что ныне король и паны рады при государевых великих послах по договору исправленья не учинили и отпустили их без дела.

И Государь-Царь и Великий князь Алексей Михайлович всея Руси Самодержец, пришед от праздника Покрова Пресвятые Богородицы за кресты и быв в соборной церкви, для собору был в Грановитой палате. А на соборе были: Великий Государь, Святейший Никон, Патриарх Московский и всея Руси, митрополит Крутицкий Селивестр, митрополит Сербский Михайло, архимандриты и игумены со всем освященным собором, бояре, окольничие, думные люди, стольники и стряпчие, и дворяне московские, и жильцы, и дворяне из городов, и дети боярские, гости и гостиные и суконные сотни и черных сотен, и дворцовых слобод, торговые и иных всяких чинов люди и стрельцы. И по государеву цареву и Великого князя Алексея Михайловича всея Руси указу о неправдах Яна Казимера, Короля Польского, и панов рад и о челобитье государю в подданство Богдана Хмельницкого и всего войска Запорожского чтено всем вслух:

В докончальных грамотах блаженные памяти Великого Государя-Царя и Великого князя Михаила Федоровича всея Руси Самодержца и Владислава Короля Польского и Великого князя Литовского написано: быти им обоим Великим Государем меж себя и их государским детем и наследником в братской дружбе, и в любви, и в соединении. А Великого Государя нашего Царя и Великого князя Михаила Федоровича всея Руси Самодержца и его государевых детей и наследников Владиславу королю, и вперед будучим Королем Польским и Великим князем Литовским, и паном раде, и всей Речи Посполитой во всяких письмах описывати и именовати по его государскому достоинству и по вечному докончанью Великим Государем-Царем и Великим князем всея Руси Самодержцем, с полными его государскими титлы, по его государскому достоинству. И как он, Великий Государь, сам себя описует по докончальной грамоте отныне и до века изперед неподвижно безо всякоголримененья. А Владиславу Королю Польскому и Великому князю Литовскому и вперед будучим Королем Польским и великим князем Литовским писатися по прежним обычаем с полными ж их титлы по докончальной грамоте. А к Московскому государству Владиславу Королю Польскому и Великому князю Литовскому, и его братьям, и детям, и внучатом причитанья ни в чем не иметь и Царем и Великим князем все Руси, и титлами Московского государства не писатися и не именоватись. И то вечное докончанье с обе стороны сперва великие послы, а после того и сами обои Великие Государи своими государскими душами, крестным целованьем закрепили и грамотами и печатьми утвердили, что меж ими, обоими Великими Государи, тому вечному утвержденью быти навеки непременну.

И со стороны Владислава Короля Польского и Великого князя Литовского при нем, Владиславе короле, вечное докончанье нарушено: блаженные памяти Великого Государя-Царя и Великого князя Михаила Федоровича всея Руси Самодержца и сына его государева, Великого Государя нашего Царя и Великого князя Алексея Михайловича всея Руси Самодержца, в королевских во многих грамотах и порубежных городов воевод, и каштелянов, и старост, и капитанов, и державцев в государевы порубежные городы к воеводам в листах их именованья и титлы писаны не по вечному докончанью, со многим премененьем. А иные злодеи во многих листах писали с великим бесчестьем и с укоризною, а королевское именованье писали царским именованьем и многих государств государем и обладателем. И о тех королевских многих неправдах посыланы от них, государей, в Польшу и в Литву ко Владиславу Королю Польскому и Великому князю Литовскому их государевы великие послы и посланники. А велено им, будучи у Короля на посольстве и с паны рады в ответах, о государеве чести говорити, и подлинные прописные листы казати, и списки с них дати, и на тех людей казни и наказанья просити.

И во 148-м году писал ко Государю Владислав Король в грамотах своих: которые люди, за его королевским заказом, учнут государево именованье и титло писать не по их государскому утвержденью, и те будут казнены, а которые писали неостерегательно, и тех с сейма однолично велит казнить, а вперед того отнюдь не будет.

А в ответном письме панов рад, каково дали во 153-м году государевым великим послом боярину князю Алексею Михайловичу Льврйу со товарищи, написано, что Королю, покаместа право не ставало, потаместа каранья чинить было не мочно. А ныне за те проступки, после право поставленого, король на сейм пойвати велел, и казнь по проступке их против брава их подлинно учинена будет. И по тем королевским грамотам, и по ответным письмам, и по договорам панов рад при Владиславе Короле исправленья никакова не бывало.

А при нынешнем Яне Казимире короле Польском учило быть и пуще прежнего: блаженные памяти про Великого Государя-Царя и Великого князя Михаила Федоровича всея Руси Самодержца и про деда его государева, блаженные памяти про Великого Государя Святейшаго Патриарха Филарета Никитича Московского и всея Руси, также и про Великого Государя-Царя и Великого князя Алексея Михайловича всея Русси Самодержца в книгах их напечатаны злые бесчестья, и укоризны, и хулы. Чего не токмо Великим Государем христианским, помазанником Божиим, и простому человеку слышати, и терпети невозможно, и помыслити страшно. Также и Московского государства про бояр и про всяких чинов людей напечатаны в тех книгах многие бесчестья и злые укоризны, чего ни в которых государствах не токмо за вечным докончаньем, и в развратье того не бывает. А Владислав Король написан обранным Великим князем Московским мимо вечного докончанья.

И в прошлом во 158-м году по государеву цареву и великого князя Алексея Михайловича всея Руси указу посыланы в Польшу и в Литву к Яну Казимиру королю его государевы великие и полномочные послы — боярин и оружейничей и наместник Нижнего Новагорода Григорий Гаврилович Пушкин со товарищи.[11] А велено им о тех королевских и панов рад многих неправдах говорити накрепко и за государскую честь по посольским договором на виноватых просити казни смертные.

И по королевскому указу паны рада тем государевым великим послам дали договор за руками своими и за печатьми, что тех всех про государево именованье и титла обвиненных людей, которые в росписи от них, великих послов, им, паном раде, написаны в Варшаве на сейме, по правом корунным и литовским и против сеймового уложенья конституции 1637[12] году судити. И по проступке их осудя, и смертью, кто будет достоен, казнити при государевых послах или при посланниках. А в конституций 1637 года написано: а на таковых, которые б дерзали писать, или титлы умаляти, или отменяти, пенам пердуэллионис закладаем, а по-русски то слово — смертная неотпущательная казнь и отлучение имения.

И по государеву указу, а по королевской присылке, посыланы к Королю на сейм с прописными листами посланники Офонасий Прончищев да дьяк Алмаз Иванов.[13] И будучи они у Короля и у панов рад, в ответах о государеве чести говорили, и на виноватых по договору и по конституции казни просили; и стояли о том крепко. И Король и паны рада на той сейме при государевых посланниках не токмо что по договору исправленья не учинили, и многих винных людей к суду не поставили, и правды ни в чем не показали.

И после того присылал ко Государю Ян Казимир Король посланников своих — Альбрехта Пецлавского да Хриштопа Униховского, а с ними присылал с сейму на тех подданных своих, за государеву честь обвиненых, людей с декретом. И в том декрете к прямому исправленью ничего не написано. И многие винные люди от вин своих учинены свободными не по делу, а на которых обычных немногих людей и вина положена, и про тех в том же декрете написано: где они, живы ли или померли, про то им и самим не ведомо. И по государеву указу тот декрет у них, посланников, за такими явными неправдами не принят. А сказано им и в ответном письме написано, что для совершенья тех дел пошлет Государь к Яну Казимиру Королю своих государевых великих послов.

А в прошлом во 161-м году посланы к нему, Яну Казимиру Королю, государевы великие и полномочные послы, боярин и наместник Великопермский князь Борис Александрович Репнин-Оболенский со товарищи, чтоб Ян Казимир Король, памятуя вечное докончанье, и посольские договоры, и сеймовые свои уложенья, конституцию, велел в тех вышеименованных делах исправленье учинить пристойное. И те государевы великие послы, будучи в ответе, о государеве чести о исправленье на обвиненных людей по договору паном раде говорили и стояли о том всякими мерами. И Ян Казимир Король в том деле никакова исправленья не учинил. А паны рада в ответах то и дело, что они, великие послы, говорили о чести блаженной памяти Великого Государя-Царя и Великого князя Михаила Федоровича всея Руси Самодержца и сына его государева, Великого Государя-Царя и Великого князя Алексея Михайловича всея Руси Самодержца, называли малым делом.

И те государевы великие послы им, паном раде, о том выговаривали, что они, паны рада, то начальное и главное дело, государскую честь, ставят ни во что и называют малым делом, не бояся Бога и не памятуя вечного докончанья. И тем Великих Государей наших, блаженные памяти Великого Государя-Царя и Великого князя Михаила Федоровича всея Руси Самодержца и сына его, Великого Государя нашего Царя и Великого князя Алексея Михайловича всея Руси Самодержца, обесчестили.

И паны рада говорили и указывали на прежний свой неправедный суд и декрет, что они о том деле, о их государской чести, мимо прежнего суда и декрету инако судити и переделыватъ не будут. И отказали в том впрямь. А которые листы писаны после того их суда и декрету, и про те листы паны рада сказали, что они тех людей, от кого листы писаны, судити учнут так же, как и за прежние прописки. И к тем словам смеялись, а справедливости в том деле никакие не учинили и поставили такое великое дело ни во что.

Да он же, Ян Казимир Король, забыв вечное докончанье, умышляя над Московским государством злые неприятельские замыслы, ссылался с общим христианским неприятелем с Крымским ханом почасту и всякими вымыслы умышлял, чтоб сообща Московское государство воевать И разорить. Да он же, Ян Казимир Король, через свои государства пропустил к Свейской королеве Христине общего христианского неприятеля крымского хана посла для ссоры и войны. А прежде сего того, чтоб Крымским послом через Польшу и Литву в Свею ходить, николи не бывало.

Да с его же королевские стороны учили быть в порубежных местех задоры большие: приходя в государеву сторону, их польские и литовские люди государевых порубежных городов Дворян и детей боярских поместья и вотчины разоряют, и людей их и крестьян грабят и мучат разными муками, и за рубеж вывозят сильно, и всякие злости им чинят. А урядники их по письму государевых порубежных воевод расправы в том не чинят. И по тем по всем мера многие неправды учинились к нарушенью вечного докончанья с королевские стороны.

А с государевой стороны вечное докончанье во всяких мерах и по ся места сдержано крепко и нерушимо.

Да в прошлых годах присылал ко Государю-Царю и Великому князю Алексею Михайловичу всея Руси запорожский гетман Богдан Хмельницкий и все войско Запорожское посланников своих многажда, что паны рада и вся Речь Посполитая на православную христианскую веру греческого закона и на святые Божии восточные церкви востали и гонение учинили большое. И их, запорожских черкас, от истинной православной христианской веры, в которой они издавна живут, учали отлучать и неволить к своей римской вере. И церкви Божии запечатали, а в иных учинили унию, и всякие над ними гонения, и поругания, и злости нехристианские чинили, чего они и над еретиками и над жидами не чинят. И они, черкасы, не хотя благочестивые христианские веры отбыти и святых Божиих церквей в разорении видети и видя себя в таком злом гоненье, поневоле призвав к себе в помочь Крымского хана с ордою, учали за православную христианскую веру и за святые Божии церкви против их стояти. А у Царского Величества милости просят, чтоб он, Великий христианский Государь, жалея благочестивые православные христианские веры и святых Божиих церквей и их, православных христиан, невинные крови пролития, умилосердился над ними, велел их приняти под свою царского величества высокую руку. И учинил им на гонителей христианские веры и Святых Божиих Церквей, на поляков, помочь и послал войска свои.

А в прошлом во 161-м г. присылал ко Государю-Царю и Великому князю Алексею Михайловичу всея Руси Запорожской гетман Богдан Хмельницкий посланников своих дважды, что с королевские стороны по договором, на чем с ними, запорожскими черкасы, мирились, не исполнено, и церкви Божии, которые в договоре написаны были отдать из унии, не отдали, а которые немногие и отданы были, и те оборочены опять под унию. И хотя православную христианскую веру искоренить и святые Божии церкви до конца разорить, войска на них корунные и литовские собрали, и многие городы, и места, и в тех городах и местах святые Божии Церкви осквернили, и обругали, и разорили. И православных христиан духовного и мирского чину многих невинно замучили злыми различными муками, и всякое злое поругание чинили, о чем и слышати жалостно.

И они у Царского Величества запорожские черкасы милости просят со многим слезным челобитьем, чтоб он, Великий Государь, православные христианские веры искоренить в святых Божиих церквей разорить гонителем их и клятвопреступником не дал и над ними умилосердился, велел гетмана Богдана Хмельницкого и все войско Запорожское принять под свою государеву высокую руку. А будет Государь их не пожалует, под свою государеву высокую руку принята не изволит, и Великий бы Государь Его Царское Величество для православные христианские веры и святых Божиих церквей в них вступился, велел их помирити через своих государевых великих послов, чтоб им тот мир был надежен. А собою они с поляками мирится отнюдь не хотят, потому что поляки в правде своей не стоят.

И по государеву указу, а по челобитью гетмана Богдана Хмельницкого и всего войска Запорожского его государевым великим послом, боярину и наместнику великопермскому князю Борису Александровичу Репнину-Оболенскому со товарищи, о том миру и о посредстве королю и паном раде говорити велено. И по государеву указу его государевы великие послы, боярин князь Борис Александрович со товарищи, в ответах паном раде говорили, чтоб король и паны рада то междоусобье успокоили и с черкасами помирились. И православную христианскую веру греческого закону не гнали, и церквей Божиих не отнимали, и неволи им ни в чем не чинили, а учинили б мир по Зборовскому договору,[14] а которые церкви оборочены под унию, и те б церкви отдали им назад. И будет король и паны рада то учинят, что с запорожскими черкасами помирятся, и в вере им вперед неволи чинить не учнут, и церкви Божии отдадут им по-прежнему, и Великий Государь Его Царское Величество для православные христианские веры и святых Божиих церквей брату своему королевскому величеству такую поступку учинит: тем людям, которые в его государском именованье в прописке объявились, те их вины велит им отдать.

И Ян Казимир король и паны рада и то дело поставили ни во что ж, и в миру с черкасы отказали и штя дравославную христианскую веру искоренити и церкви Божйй разорити, пошли на них войною при них же, великих послах.

Да как у Короля и у панов рад в прошлом во 161-м году сейм был в Бресте Литовском, и у них на сейме приговорено впрямь, что их православных христиан греческого закону, которые живут в Коруне Польской и в Великом княжестве Литовском, побить и церкви Божии розорить, чтоб вера греческого закона искоренилась.

И государевы великие послы, видя их многое упорство, говорили им с большим вычетом в палате и к коретам идучи во все люди вслух, что Великий Государь Его Царское Величество для православные христианские веры и святых Божиих церквей, хотя их междоусобье успокоить, тем людям, которые за их государскую честь достойны были смерти, вины их хотел им отдать. И коли он, Ян Козимир король, и они, паны рада, то поставили ни во что и ни в чем исправленья не учинили, и Великий Государь Его Царское Величество такова их злого бесчестья и многово по вечному докончанью неисправленья болыыи того терпети им не будет. И послов своих и посланников о том к ним вперед посылать не учнет, а велит о тех их неправдах и о нарушенье вечного докончанья писать во все окрестные государства к Великим Государем христианским и бусурманским. А за православную христианскую веру, и за святые Божии церкви, и за свою государскую достойную честь стояти будет, сколько Милосердый Бог помощи подаст.

И паны рада ни на какую меру не сошли ж, и сходства не показали, и исправленья ни в чем не учинили, и во всем отказали, и тех государевых великих послов отпустили без дела. А как Ян Казимир король избран на королевство и на коронованье присягал, и в присяге его написано меж иных дел, что ему меж разнствующими в вере христианской остерегати, и защищати, и никакими мерами для веры самому не теснити, и никого на то не попущати. А будет он той своей присяги не сдержит, и он подданных своих от всякой верности и послушания чинит свободными и разрешения о той клятве своей ни у кого просититге будет и не примет.

А ныне писал ко Государю-Царю и Великому князю Алексею Михайловичю всея Руси Запорожской гетман Богдан Хмельницкий и все войско Запорожское с посланцем своим с Лаврином Капустою, что Король с войсками своими на Украину идет. И они, не хотя монастырей и церквей Божиих и христиан в мучительство выдать, бьют челом, чтоб Государь его пожаловал, войска свои вскоре послать к ним велел. А будет он, Великий Государь, и ныне над ними, православными христианы, не сжалится, как они у него, Государя, с плачем милости просят, а иноверцы те их нечто разорят и под себя подобьют, то они волю их чинити по нужде будут. А запорожской посланец Лаврин Капуста говорил: приказывал да с ним гетман Богдан Хмельницкий, а велел Государю бити челом, чтоб Государь велел прислать в Киев и в иные города своих государевых воевод, а с ними ратных людей, хотя с 3000 человек, и то для тех же государевых воевод, а у гетмана де людей много. Да к нему ж де хотел быть Крымский хан с ордою, а иные татаровя уж и пришли и стоят под Белою Церковью. Да к гетману ж де присылал турской салтан в обоз в Борки посланца своего, зовучи его к себе в подданство. И гетман де ему в том отказал, а надеется на государеву милость. А будет Государь его и не пожалует, принять не велит, и он в том начнет свидетельствовать перед Богом, что он о том у него, Государя, милости просил много, а он, Государь, его не пожаловал, а с королем де у них миру отнюдь не будет, а учнут против его стоять.

Да в вестях объявилось, что люди их черкаские с польскими людьми в подъездах дважды сходились и бились, и им де посчастилосъ и много языков поляков поимали. А литовской де гетман Радивил говорил: будет они с войском Запорожским ничего не учинят, и они тотчас с ними помирятся и пойдут на государеву землю войною.

И выслушав, бояре приговорили: за честь блаженные памяти великого Государя-Царя и Великого князя Михаила Федоровича всея Руси и за честь сына его государева, Великого Государя-Царя и Великого князя Алексея Михайловича всея Руси, стояти и против Польского короля война весть. А терпети больше того нельзя, потому что многие годы[15] в королевских грамотах и в порубежных листах писали их государские имянованья и титлы мимо вечного докончанья и посольского договору, со многою пропискою.

А по посольским договором, и по ответным письмам, и по своей сеймовой конституции во многие годы исправленья не учинили, и видя королевские подданные такое неисправленье и злым людям за вины их неуимство от того не престали, и с порубежных городов капитаны их и наместники в государевы порубежные городы к воеводам во всех годах государево именованье и титло писали с пропискою. И при государевых послах, при боярине князь Борисе Александровиче Репнине со товарищи, исправленья не учинили и называли то дело — государскую честь — малым делом, и смеяся, и поставили ни во что, и отпустили государевых послов без дела, и тем они вечное докончанье нарушили.

А о гетмане о Богдане Хмельницком и о всем войске Запорожском бояре и думные люди приговорили, чтоб Великий Государь-Царь и Великий князь Алексей Михайлович всея Руси изволил того гетмана Богдана Хмельницкого и все войско Запорожское с городами их и с землями принять под свою государскую высокую руку для православной христианской веры и святых Божиих церквей, потому что паны рада и вся Речь Посполитая на православную христианскую веру и на святые Божии церкви востали и хотят их искоренить, и для того, что они, гетман Богдан Хмельницкой и все войско Запорожское, присылали к Великому Государю-Царю и Великому князю Алексею Михайловичи) всея Руси бити челом многажда, чтоб он, Великий Государь, православной христианской веры искоренить и святых Божиих церквей разорить гонителем их и клятвопреступником не дал и над ними умилосердился, велел их принята под свою государскую высокую руку. А будет Государь их не пожалует, под свою государскую высокую руку приняти не изволит, и Великий бы Государь для православной христианской веры и святых Божиих церквей в них вступился, велел их помирити через своих великих послов, чтоб им тот мир был надежен.

И по государеву указу, а по их челобитью государевы великие послы в ответах паном раде говорили, чтоб Король и паны рада междоусобье успокоили, и с черкасы помирились, и православную христианскую веру не гонили, и церквей Божиих не отнимали, и неволи им ни в чем не чинили, а учинили б мир по Зборовскому договору.

А Великий Государь Его Царское Величество для православной христианской веры Яну Казимиру Королю такую поступку учинит: тем людям, которые в его государском именованье в прописках объявились, те их вины велит им отдать. И Ян Казимир Король и паны рада и то дело поставили ни во что и в миру с черкасы отказали. Да и потому доведется их принять в присяге Яна Казимира Короля написано, что ему в вере христианской остерегати и зашищати, и никакими мерами для веры самому не теснити, и никого на то не попущати. А будет он той своей присяги не сдержит, и он подданных своих от всякия верности и послушанья чинит свободными.

И он, Ян Казимир, той своей присяги не сдержал, и на православную христианскую веру греческого закона восстал, и церкви Божии многие разорил, а в иных унию учинил. И чтоб их не отпустить в подданство турскому салтану или крымскому хану, потому что они стали ныне присягою королевскою вольные люди.

И по тому по всему приговорили: гетмана Богдана Хмельницкого и все войско Запорожское с городами и с землями принять.

А стольники, и стряпчие, и дворяне московские, и дьяки, и жильцы, и дворяне ж и дети боярские из городов, и головы стрелецкие, и гости, и гостиные и суконные сотни, и черных сотен и дворцовых слобод тяглые люди, и стрельцы о государской чести и о приеме гетмана Богдана Хмельницкого и всего войска Запорожского допрашиваны ж по чином порознь.

И они говорили то ж, что за честь блаженной памяти Великого Государя-Царя и Великого князя Михаила Федоровича всея Руси и за честь сына его государева, Великого Государя-Царя и Великого князя Алексея Михайловича всея Руси, стояти и против Литовского Короля войну вести. А они, служилые люди, за их государскую честь начнут с Литовским Королем битися, не щадя голов своих, и ради помереть за их государскую честь. А торговые всяких чинов люди вспоможеньем и за их государскую честь головами ж своими ради помереть.

А гетмана Богдана Хмельницкого для православные христианские веры и святых Божиих церквей пожаловал бы Великий Государь-Царь и Великий князь Алексей Михайлович всея Руси по их челобитью, велел их приняти под свою государскую высокую руку.

^{ЦГАДА, ф. 79, Сношения России с Польшей, 1653, № 8, лл. 1–44 (подлинник).}

Лист Богдана Хмельницкого, посланный из Переяслава Царю Алексею Михайловичу, с благодарностью за воссоединение Украины с Россией

^{8 января 1654 г.}

Список с листа белорусского письма, каков писал ко Государю-Царю и Великому князю Алексею Михайловичи) всея Руси Богдан Хмельницкий, гетман с войском Запорожским, с головою московских стрельцов с Артемоном Матвеевым в нынешнем во 162-м году января в 17 день.

Божиею милостию Великому Государю-Царю и Великому князю Алексею Михайловичу всея Великия и Малые Руси самодержцу (п.т. — полный титул. — Ред.) и иных многих государств Государю и обладателю Вашему Царскому Величеству Богдан Хмельницкий, гетман войска Запорожского, и все войско Запорожское низко до лица земли челом бьет.

Богу Милостивому и Вашему Царскому Величеству велико благодарим, получивше ныне, что от веку жадали есом, Промыслом Божиим и милостию неисчетною Вашего Царского Величества. Что Ваше Царское Величество пожаловати под крепкую и высокую руку свою государскую нас, верных слуг своих, приняти изволил, мы, Богдан Хмельницкий, гетман войска Запорожского, и все войско Запорожское за милость неизреченную Вашему Царскому Величеству паки и паки до лица земли низко челом бьем.

А по словеси евангельскому веру Вашему Царскому Величеству учинили есмо. И то дело совершили есмя перед ближним боярином Вашего Царского Величества и наместником тверским Васильем Васильевичем Бутурлиным, окольничим и наместником муромским Иваном Васильевичем Олферьевым да думным дьяком Ларионом Дмитреевичем Лопухиным. И просим: изволь, Ваше Царское Величество, нас, верных слуг и подданных своих, имети и от всех неприятелей боронити. А что есмя с ближним боярином Вашего Царского Величества и с товарищи его розговаривали о всяких делах, они про то про все пространнее Вашему Царскому Величеству скажут. Потом, дабы Ваше Царское Величество на великих престолах великого царства Российского долголетне царствовал и нас милостию и великими щедротами своими государскими прямых и верных слуг и подданных своих жаловати и миловати изволил, просим, паки и паки просим, и себе самих в милость премногую Вашего Царского Величества усердно вручаем.

Дан с Переяслава, дня 8-го января лета Божиего 1654-го. Вашему Царскому Величеству верные подданные и нанижайшие слуги Богдан Хмельницкий, гетман с войском Вашего Царского Величества Запорожским.

^{ЦГАДА, ф. 124. Малороссийские дела, on. 1,1654, № 1, лл. 35–38 (список XVII в.)}