Из Охотского — в Баренцево…

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Из Охотского — в Баренцево…

В конце 70-х годов американская военно-морская разведка сделала предположение об изменении советской концепции применения морских стратегических ядерных сил, что было связано с поступлением на вооружение ВМФ СССР новых подводных лодок типа «Дельта» с дальностью стрельбы ракетами около 8000 километров. Имея такую дальность стрельбы, подводные лодки типа «Дельта» могли выпускать баллистические ракеты из Баренцева и других арктических морей, находясь под прикрытием своих сил, практически вне досягаемости большинства американских систем противолодочной войны. Это обстоятельство весьма обеспокоило американское военно-политическое руководство. Срочно требовались разведывательные данные, подтверждающие изменения во взглядах советского военного командования на применение стратегических ядерных сил морского базирования, а также сведения о характере и тактике действий советских подводных лодок в новых, нетрадиционных для русских и американцев районах.

Ведущие эксперты военно-морской разведки США считали, что наиболее полная и достоверная информация по этим стратегически важным вопросам может быть получена преимущественно за счет прослушивания советских кабельных линий связи в Баренцевом море, на побережье которого находились основные пункты базирования подводных ракетоносцев типа «Дельта».

Была еще одна тщательно скрываемая причина необходимости проведения подобной разведывательной операции. В последнее время американское командование стали беспокоить участившиеся случаи слежения советских подводных лодок за американскими, появления сил разведки русских в районах проведения учений НАТО еще до прибытия туда ВМС союзников. Отмечались также случаи появления советских разведывательных кораблей в запланированных районах проведения учений, хотя в последний момент они были отменены. Весьма настораживал американскую сторону и резко изменившийся акцент в строительстве советских подводных лодок с количественных характеристик на качественные. В частности, советская сторона «внезапно» осознала критическую роль шумности подводных лодок в дуэльных ситуациях под водой и приступила к строительству принципиально новых многоцелевых лодок типа «Виктор III» (проект 671ртм), по шумности не уступающим американским. Все это вызывало подозрение и обеспокоенность у американцев: нет ли утечки информации на стратегическом уровне. Не раскрыли ли русские так тщательно оберегаемые секреты кодирования информации, передаваемой по линиям связи? А может, в «святая святых» органов управления американских вооруженных сил успешно действуют тщательно законспирированные советские агенты? Ответы на эти вопросы можно было в определенной степени получить, прослушивая те линии связи русских, доступ к которым, как они считали, противостоящей стороне был недоступен.

Указанные обстоятельства и предопределили необходимость проведения сверхсекретного совещания, которое происходило в «ситуационной» комнате Белого дома под председательством президента США Картера весной 1978 года. На нем кроме руководства американской военно-морской разведки во главе с ее начальником контр-адмиралом Инмэном, докладывавшим суть проблемы, присутствовали также вице-президент Мондейл, руководитель президентской администрации Джордан, государственный секретарь Вэнс, директор ЦРУ Тернер, министр обороны Браун. Картер с большой заинтересованностью выслушал сообщения специалистов-разведчиков и одобрил их планы по проведению разведывательной операции в Баренцевом море, связанной с прослушиванием подводной кабельной линии связи.

Так был дан старт очередному этапу операции «Вьюнок» в совершенно ином регионе, там, где риск в ее проведении был несоизмеримо более высок. Учитывая интенсивную деятельность в этом районе советских противолодочных сил, предполагавшуюся необходимость захода не только в 12-мильную зону советских территориальных вод, но и в международнопризнанные 3-мильные воды, подводные лодки «Хэлибат» и «Сивулф» не смогли бы успешно справиться с решением поставленной задачи в силу своего возраста и высокой шумности. Требовалось привлечение подводной лодки одного из последних проектов с высокими тактико-техническими характеристиками, оснащенной самой современной разведывательной аппаратурой. Выбор американского командования пал на атомную подводную лодку «Пёрч». Это была одна из новейших в ту пору подводных лодок типа «Стерджен», девять из которых специально были построены для решения разведывательных задач. Кстати сказать, в их числе, например, были подводные лодки «Арчерфиш», «У. Бейтс» и «Бэтфиш», которые неоднократно получали различные награды и призы за успешное решение задач разведки у советского морского побережья. Подводная лодка «Пёрч» в дополнение к уже имеющемуся на ней разведывательному оборудованию была оснащена для своей новой миссии специальной аппаратурой по установке и обслуживанию модернизированных подслушивающих устройств.

Однако свой первый разведывательный поход «Пёрч» совершила не в Баренцево, а в Охотское море. Это было необходимо для того, чтобы экипаж лодки получил необходимую практику решения рискованных и ответственных задач, а также для проверки надежности и эффективности разведывательной техники. Подводная лодка успешно справилась с заданием, получив требующийся опыт перед следующим, неизмеримо более рискованным мероприятием.