Глава 5. Самоопределение тверских карел

«Выйдя же в день тот из дома, Иисус сел у моря. И собралось к Нему множество народа, так что Он вошёл в лодку и сел; а весь народ стоял на берегу. И поучал их много притчами, говоря: вот, вышел сеятель сеять; и когда он сеял, иное упало при дороге, и налетели птицы и поклевали то; иное упало на места каменистые, где немного было земли, и скоро взошло, потому что земля была неглубока. Когда же взошло солнце, увяло, и, как не имело корня, засохло; иное упало в терние, и выросло терние и заглушило его; иное упало на добрую землю и принесло плод: одно во сто крат, а другое в шестьдесят, иное же в тридцать».

Евангелие от Матфея, глава 13

Исторический опыт государственного строительства тверских карел ограничен Карельским национальным округом. Ни до него, ни тем более после карельский народ Тверщины не обладал даже подобием национального государства. Но Карельский национальный округ отнюдь не равнозначен Тверской Карелии. Как я уже отмечал ранее, в состав округа вошли только западные и южные карельские районы Калининской области, за его границами остались густонаселённые северные и восточные районы расселения тверских карел, включая такие города, как Бежецк, Красный Холм и Весьегонск. После же ликвидации Карельского национального округа в феврале 1939 года началось полное забвение тверских карел со стороны государства, которое длится до сих пор.

Но сам народ никуда не делся, он продолжает существовать. Карельский народ Тверщины на протяжении веков сложился как этническая общность на территории Бежецкого Верха и является, вместе с русскими, коренным народом Тверской области. В конституции Российской Федерации много внимания уделяется личным правам и свободам граждан, имеются упоминания о правах национальных меньшинств, но, к сожалению, практически ничего не сказано о коллективных правах коренных народов, которые основаны на международных нормативных актах. Так, 13 сентября 2007 года Генеральной Ассамблеей ООН была принята Декларация о правах коренных народов, в соответствии с которой коренные народы имеют право на достойную жизнь, на сохранение и развитие собственной культуры и собственных государственных учреждений, а также право на развитие народа в том направлении, которое сам народ считает наиболее соответствующим его потребностям и стремлениям. В документе подтверждается право коренных народов на самоопределение и, как следствие этого права, говорится о свободе каждого народа самостоятельно решать вопрос о форме своего государственного существования и осуществлять своё экономическое и культурное развитие.

Это неотъемлемые права всех коренных народов, в том числе тверских карел. Задачей государства является содействие созданию условий для сохранения и развития национальной культуры и языка коренных народов. Вместе с тем, мы видим, что современное российское государство сегодня фактически самоустранилось от решения этой задачи по отношению к карельскому народу. Поэтому не будет преувеличением сказать, что спасение утопающих становится делом рук самих утопающих. Мы, тверские карелы, должны сами выработать наиболее оптимальную форму своего государственного устройства и предложить её для реализации Российской Федерации.

В Тверской области с декабря 1996 года существует национально-культурная автономия тверских карел. Её активисты на протяжении вот уже двух десятков лет проводят большую работу по сохранению карельского языка, являются хранителями народных традиций и очага национальной жизни, но одних их усилий совершенно недостаточно. Сохранение самобытности карельского народа, развитие родного языка и создание системы национального образования под силу только государству, а не отдельным общественным организациям.

Тверским карелам для реализации права на достойную жизнь, для сохранения и развития собственного языка, культуры и системы образования необходимо своё национальное государство. Только создав собственное национальное государство, карелы Тверщины сохранят себя как народ и получат шанс на историческое развитие.

В настоящее время, национальное государство тверских карел может быть осуществлено в двух формах: в виде отдельной республики в составе Российской Федерации[46], или же в виде национально-территориальной автономии в составе Тверской области, при условии преобразования Тверской области в республику в составе Российской Федерации. Постараемся объективно взвесить достоинства и недостатки обеих этих форм национального самоопределения.

Превращение Тверской Карелии в республику в составе Российской Федерации открывает карельскому народу Тверщины путь к построению собственного государства, и даёт реальную возможность установить свой государственный язык на всей территории республики. Кроме того, имея собственную республику, тверским карелам будет намного легче осуществлять своё экономическое и культурное развитие, ведь в этом случае Тверская Карелия станет полноправным субъектом Российской Федерации и сможет напрямую участвовать в многочисленных федеральных и региональных программах, а также более эффективно отстаивать интересы тверских карел перед правительством, как это делают другие республики, например, Чечня, Татарстан или Якутия. Столицей такой Тверской карельской республики вполне мог бы стать Бежецк, как географический центр региона и наиболее крупный город Тверской Карелии, или же Толмачи — культурно-историческое и сакральное сердце Тверской Карелии.

Территория и население Тверской Карелии вполне позволяют ей получить статус республики и стать полноправным субъектом Федерации. Площадь Тверской Карелии составляет около 20 тысяч км?, что примерно соответствует площади другой финноязычной республики — Марий Эл и Ивановской области, и больше, чем, например, территория Адыгеи, Ингушетии, Кабардино-Балкарии, Карачаево-Черкессии, Северной Осетии, Чечни, Чувашии и Калининградской области. Население Тверской Карелии составляет около 155 тысяч человек, что примерно соответствует населению Еврейской автономной области и превышает по количеству населения такие субъекты, как Ненецкий и Чукотский автономные округа.

Однако превращение Тверской Карелии в самостоятельную республику в составе Российской Федерации фактически выводит город Тверь и другие отдельные районы расселения карел на Тверщине[47] из проекта карельского возрождения, ограничивая территорию национального государства и распространения государственного финского языка только Бежецким Верхом. Хотя, например, в той же Твери не менее трети от общей численности населения города являются потомками тверских карел, забывших родной язык и культуру, но сохранивших память о своём карельском происхождении.

Другой формой национального государства тверских карел может стать национально-территориальная автономия в составе Тверской области, при условии преобразования Тверской области в республику в составе Российской Федерации. В этом случае, Тверская Карелия, как единое национально-территориальное образование, входила бы в состав преобразованной в республику Тверской области, но финский язык являлся государственным не только на территории Тверской Карелии, но также на территории города Твери и других отдельных районов расселения тверских карел[48].

Наиболее оптимальной формой такого государственного устройства для Тверской Карелии и Тверской области, на мой взгляд, является административно-языковое деление Королевства Бельгии. В настоящее время Бельгия является федерацией, состоящей из трёх региональных сообществ: нидерландскоязычной Фландрии, франкоязычной Валлонии и смешанного столичного Брюссельского региона. Фландрия и Валлония обладают самыми широкими полномочиями по организации экономической и культурной жизни на своей территории, в том числе правом на собственную систему образования, выбор государственного языка, поддержку культуры и теле— и радиовещание на родном языке. На территории Брюсселя оба языка — и нидерландский и французский, имеют равный статус государственных, но правительство столичного Брюссельского региона наделено только аналогичными с региональными сообществами экономическими полномочиями. Все полномочия, связанные с организацией культурной, языковой и образовательной деятельности, осуществляют правительства Фландрии и Валлонии в соответствии с языковыми предпочтениями граждан[49]. Преобразованная в республику Тверская область могла бы быть организована похожим образом и состоять из трёх самостоятельных региональных сообществ: карельского, русского и города Твери. Карельское и русское региональные сообщества, помимо полномочий по организации культурно-языковой и образовательной деятельности на своей территории, осуществляли бы аналогичные полномочия и в городе Твери, в соответствии с языковыми предпочтениями граждан. Естественно, что русский и финский языки должны стать в равной мере государственными языками на территории города Твери и, возможно, в отдельных местностях расселения тверских карел за пределами Карельского национально-территориального образования, например, в Зубцовском районе.

Карельская национально-территориальная автономия в составе Тверской области, преобразованной в Тверскую республику, позволит распространить карело-финское языковое, культурное и образовательное влияние не только на территорию собственно Тверской Карелии, но также на город Тверь и другие исторические районы расселения тверских карел на Тверщине. Вместе с тем, определённую сложность данного проекта составляет отсутствие в Российской Федерации опыта организации подобных сложносоставных субъектов и распределения внутри них властных полномочий и компетенций. Хотя при наличии воли любой опыт, в конце концов, приобретается.

Создание карельского национального государства в виде отдельной республики в составе Российской Федерации или национально-территориальной автономии в составе Тверской области, при условии преобразования Тверской области в республику в составе Российской Федерации, является вторым условием карельского Возрождения.

С правовой точки зрения возможен и вариант преобразования Тверской области в край, а Тверской Карелии в «Тверской Карельский округ» — административно-территориальное образования с особым статусом в составе Тверского края. По аналогии с Коми-Пермяцким округом в составе Пермского края, Корякским округом в составе Камчатского края, Агинским Бурятским округом в составе Забайкальского края и Усть-Ордынским Бурятским округом в составе Иркутской области, которые на территории собственных округов сохранили государственный статус языкам коренных народов. Но в этом случае, вне карело-финского языкового, культурного и образовательного влияния окажутся город Тверь и другие районы компактного проживания карел на Тверщине. При ограничении карельского влияния в Тверской области границами Тверской Карелии, без возможности дальнейшей языковой, культурной и образовательной интеграции с Тверью и другими районами компактного проживания карел на Тверщине, наиболее предпочтительней, конечно же, выглядит создание отдельной республики в составе Российской Федерации. Появление в указанных условиях округа в составе Тверской области или края должно рассматриваться тверскими карелами как первый шаг к преобразованию Тверского региона в республику по бельгийскому образцу, состоящую из трёх регионов и двух языковых сообществ. При невозможности реализации подобного «бельгийского» сценария, следует стремиться к созданию собственной республики — полноправного субъекта Федерации.

Выше я подробно описал две формы, которые может принять в современных российских условиях карельское национальное государство. Теперь хотелось бы коротко остановиться на возможном содержании будущего национального государства тверских карел, выбора для него наиболее оптимального пути государственного существования, экономического и культурного развития.

Здесь нам примером может послужить исторический опыт автономии Великого княжества Финляндского в составе Российской империи в период с 1809 по 1917 годы. Финляндский опыт является в своём роде уникальным. За более чем столетнее нахождение в империи, Финляндия всегда оставалась островком общественно-политической стабильности, экономического развития и преданности короне, при этом успешно проделав путь от отсталой шведской окраины до развитого национального государства.

После победы в русско-шведской войне 1808–1809 годов, итогом которой стало присоединение Финляндии к Российской империи, Александр I в феврале 1809 года распорядился созвать первое собрание (сейм) представителей народов Финляндии в городке Борго и уже 16 марта лично открыл его, подписав накануне манифест о государственном устройстве Великого княжества Финляндского.

Манифест Александра I о государственном устройстве Финляндии, март 1809 года.

Император Александр предложил сейму четыре вопроса: о войске, налогах, монете и о правительственных учреждениях. Заключения Боргоского сейма легли в основание организации управления Финляндии.

В составе Российской империи Великое княжество Финляндское получило собственную военную организацию. С 1829 по 1905 годы в Хельсинки размещался лейб-гвардии Финский стрелковый батальон. После военной реформы 1878 года Финляндия юридически получила свою собственную национальную армию, численностью в 5 600 человек, которая просуществовала до 1901 года. Первый призыв в национальную армию состоялся в 1881 году. Армия дислоцировалась на территории великого княжества, имела свою особую военную форму и знаки различия и состояла только из финляндских подданных. Её главнокомандующим являлся император, непосредственное же руководство финляндскими войсками осуществлял генерал-губернатор.

Налоговая и финансовая системы Великого княжества Финляндского существовали независимо от аналогичных систем Российской империи. Ещё император Александр I установил, что налоги, собранные в Финляндии, будут использоваться только на нужды самого великого княжества. Денежной единицей сначала был принят русский рубль, но уже в 1860 году, по инициативе Йохана Снелльмана, император Александр II своим указом наделил Банк Финляндии правом выпускать собственную валюту — финляндскую марку[50]. Появление собственного эмиссионного центра позволило великому княжеству активно участвовать на международном рынке заимствований, в том числе в интересах имперского правительства.

Финляндская серебряная монета, 2 марки.

Главой Великого княжества Финляндского являлся российский император, носивший титул Великого князя Финляндского. Функции имперского наместника выполнял назначаемый императором генерал-губернатор, который по совместительству являлся председателем Императорского Финляндского сената — финского правительства. Великое княжество обладало собственной правовой, судебной и правоохранительной системами, собственными органами государственного и местного управления, а также особым административно-территориальным устройством. Связь с общеимперским управлением обеспечивалась министром правительства Российской империи — статс-секретарём по делам Финляндии. Финляндский сейм состоял из представителей четырёх сословий (дворянства, духовенства, горожан и крестьян). В его полномочия входило всё внутреннее законодательство. Без согласия сейма император не мог вводить или отменять законы и налоги для Великого княжества Финляндского. Все должности государственной службы могли занимать только финляндские подданные или уроженцы Финляндии.

Именно наличие собственных налоговой, финансовой, правовой, судебной, правоохранительной и образовательной систем, собственных органов государственного управления и местного самоуправления, особого административно-территориального устройства, приспособленного под нужды самой Финляндии, а также наличие отдельного от общеимперского института гражданства — всё это обеспечило столетнюю общественно-политическую стабильность и экономическое процветание Великого княжества Финляндского в составе Российской империи.

Такой особый путь Финляндии стал возможен только благодаря целенаправленной политике в данном направлении со стороны всех русских монархов, от Александра I до Николая II. Выведя Финляндию из-под прямой общеимперской юрисдикции, российские императоры сознательно превратили великое княжество в своеобразную территорию инновационного развития, где могли быть опробованы и реализованы любые политические, социальные, экономические и финансовые преобразования, без оглядки на общеимперские законы, правила и установления.

В современной Российской Федерации такой территорией инновационного развития может стать вновь созданное карельское национальное государство, в виде отдельной республики в составе Российской Федерации или национально-территориальной автономии в составе Тверской области, при условии преобразования Тверской области в республику в составе Российской Федерации. Но для этого карельскому национальному государству также необходимо будет получить свои собственные налоговую, финансовую, правовую, судебную, правоохранительную и образовательную системы, собственные органы государственного управления и местного самоуправления, административно-территориальное устройство, и отдельное гражданство, которое позволяло бы поступать на государственную и муниципальную службу, в правоохранительные и судебные органы, только уроженцам и гражданам карельского национального государства или Тверской республики, что возможно при выведении Тверской Карелии или Тверской республики из-под действия федеральных законов и создании отдельной юрисдикции.

Как и Великое княжество Финляндское в своё время было расположено вблизи столицы — Санкт-Петербурга, что позволяло императорскому правительству в непосредственной близости наблюдать за опытом уникального развития целого региона и направлять в аппарат генерал-губернатора Финляндии одних из самых успешных управленцев Российской империи, так и современная Тверская Карелия расположена вблизи столицы — Москвы, что даёт ей реальную возможность повторить положительный опыт автономии Финляндии в новых исторических условиях.