Пандора

Пандора

Человечеству приходится расплачиваться не только за собственные ошибки и преступления, но и за оказанные ему благодеяния, которые приближают его к богам. Так может быть осмыслен миф о Пандоре [37].

Узнав о передаче людям божественного огня, Зевс не ограничился страшным наказанием Прометея, но продумал план мести и людям, поднятым титаном из мрака.

Гефест, узнав, что его требует Зевс, бросив молот и наковальню, полетел на Олимп. Его поразила куча земли, возвышавшаяся у трона, и он вспомнил, что гнев отца был вызван забавами несчастного Прометея над этим грязным и непрочным материалом.

– Вот, – сказал Зевс, показывая на глину. – Возьми и вылепи прекрасную деву, чтобы она ни в чем не уступала богиням.

Гефест поскреб пятерней затылок.

– Тебе что-нибудь неясно? – нахмурил брови Зевс.

– Видишь ли, отец, у меня от молота огрубели пальцы, а это тонкая работа, и еще…

– Что еще? – перебил Зевс.

– Ты говоришь – не хуже богинь? Но они не похожи друг на друга. С кого лепить? Ведь если с моей супруги, Гера и Афина обидятся.

– Это верно! – кивнул Зевс. – Чтобы избежать ссоры, возьми у Афродиты губы, у Афины – руки, а у Геры… Впрочем, у Геры ничего не бери.

Через день Гефест явился со своей работой. Богини и боги откуда-то узнали, что Гефест лепит прекраснейшую из дев, и уже ожидали его появления. Обступив статую, они внимательно рассматривали ее.

– Какие у нее чудесные губы! – произнесла Афродита. – Эта глиняная девушка создана для любви.

– А я думаю, – возразила Афина, – что самое лучшее у нее – руки. Прекрасная будет работница.

– Ты права, Афина! – сказала Гера. – Именно руки! Зачем ей красивые губы? И так на свете слишком много дев, умеющих завлекать мужей.

– Почему она молчит? – спросил Гермес. – Служанка должна говорить, хотя бы немного.

– Это верно! – прогудел Гефест. – Но о голосе мне не было сказано, а сам я не решаю.

– Ничего страшного! – отозвался Гермес. – Я поделюсь своим голосом. Меня ведь слышно издалека.

– Зачем красивой деве грубый голос глашатая? Ей нужен голос музы! – вмешался Аполлон. – Я об этом позабочусь.

Дождавшись, когда каждый из богов вручил глиняной девушке свой дар, Зевс пододвинул к себе плоское блюдо, на котором скрючившись, как раки, лежали какие-то существа, и сказал, обращаясь к богам и богиням:

– Каждый из вас одарил эту девушку всем, чем счел нужным. Теперь моя пора.

Всовывая в мягкую глину груди первого рачка, он сказал:

– Это хитрость!

Вставляя остальные, он приговаривал:

– Это коварство! Это завистливость! Это заносчивость! Это предательство!

– Зачем же такому чудовищу красивая внешность? – возмутилась Афродита.

– Тем вернее она привлечет смертных! – сказал Зевс после короткого раздумья. – Ведь их взгляд поверхностен. Красота для них – как яркий свет для мотыльков. Они летят на нее и гибнут.

Сказав это, он обнял глиняную девушку, приложил к ее губам свои божественные уста и выдохнул воздух из могучей груди.

Глиняная дева открыла глаза и, улыбнувшись, прошлась между богинями, вызывая их зависть юной красотой.

– Иди ко мне, Пандора! – сказал Зевс.

Догадавшись, что зовут ее, дева обернулась.

– А что это значит – Пандора? – спросила она. Голос у нее был удивительной красоты и мелодичности.

– Одаренная всеми! – отозвался Зевс. – Каждый из нас вложил в тебя свой дар. Но я приготовил для тебя еще это.

Зевс поднял сосуд, закрытый крышкой, и когда та прижала его к груди, пояснил:

– Это твое приданое.

– А что такое приданое? – спросила Пандора.

– Отец и мать на земле, – проговорил Зевс, – готовя девушку к семейной жизни, собирают дары для того, кто станет ее супругом. Поскольку я задумал тебя, приданое даю я.

Пандора открывает роковой сосуд (работа Флаксмена)

– А кто мой будущий муж? – с любопытством поинтересовалась Пандора. – Он такой же бог, как ты?

Зевс яростно повел плечами.

– Он сын могучего титана. Его зовут Эпиметей. Найди его и вручи этот сосуд неприкосновенным.

Пандора так и сделала. Она нашла Эпиметея. Он был так восхищен ее красотой, что согласился бы взять в жены и без даров. Сосуд, который ему вручила Пандора, стал для Эпиметея неожиданностью.

– Откуда он у тебя? – встревоженно спросил титан.

– Его передал мне Зевс.

Лицо Эпиметея испуганно вытянулось. Он вспомнил, что Прометей умолял его не принимать от Зевса никаких даров.

Взяв сосуд, он отнес его в кладовую, решив, что посоветуется с Прометеем, как быть. Но любовь не оставила для этого времени. Пандора же все время помнила о своем приданом. Улучив момент, когда супруг уснул, она проникла в кладовую и открыла сосуд. Оттуда роем вылетели несчастья и беды, которые Зевс загодя приготовил для человечества. На дне осталась одна надежда.