Расширение деятельности "Лебенсборна"

Расширение деятельности "Лебенсборна"

Едва дом "Хохланд" успел принять первых посетительниц, как в эксплуатацию стали вводиться другие родильные дома. В июне 1937 года открылся дом "Харц" в Клостерхайде. Несколько месяцев спустя в сентябре 1937 года в окрестностях Берлина был сдан в эксплуатацию дом "Курмарк". Однако вскоре после этою последовали крутые перемены. Самостоятельная организация "Лебенсборн" была ликвидирована. Судя по всему, на тот момент "Источник жизни" не справлялся с задачами, поставленными перед ним. В его центральном управлении нередко возникали споры и конфликты. 10 февраля 1938 года у "Лебенсборна" появился новый Устав. Эти перемены во многом были вызваны тем, что Гиммлер мог оказывать лишь опосредованное влияние на управление организацией. К тому же он не был доволен склоками и противоречиями, царившими в руководстве "Источника". Чтобы провести реорганизацию, Гиммлер заранее предпринял несколько предварительных шагов. 8 мая 1937 года он поручал шефу Административного управления СС группенфюреру СС Освальду Полю взять на себя финансовый контроль над деятельностью "Лебенсборна". Сделано это было под тем предлогом, что в противном случае контрольные функции были бы переданы имперскому казначею Шварцу. Гиммлер "участливо" решил не нагружать имперского казначея дополнительными заботами. На самом деле Гиммлер всеми силами пытался сохранить полную независимость от партийных структур, а потому не намеревался никого посвящать в финансовые дела "Источника жизни". Тем временем в Главном управлении по вопросам расы и поселений расценили данный шаг рейхсфюрера как попытку сократить влияние РуСХА на "Лебенсборн". Чтобы как-то компенсировать этот ход, Гиммлер заверил руководство РуСХА, что только его родовое управление обладает правом давать "мировоззренческие установки и соответствующие директивы "Источнику жизни". Но это было недолгим утешением. 7 сентября 1937 года персональный штаб рейхсфюрера СС уведомил руководство РуСХА о том, что в соответствии с предложением доктора Эбнера группенфюрер СС Освальд Поль по согласованию с Гиммлером принял решение перенести официальное месторасположение "Лебенсборна" из Берлина в Мюнхен. Руководство РуСХА пыталось парировать, что родовому управлению будет неудобно управлять "Лебенсборном" на таком удалении Но Гиммлер был непреклонен. В марте 1938 года он принял окончательное решение — "Лебенсборн" должен был перебраться в Мюнхен.

На самом деле, переезд из Берлина в Мюнхен был только началом организационных изменений, которые должны были закончиться полным разделением РуСХА и "Лебенсборна". Почти сразу же после того, как Поль был поставлен Гиммлером надзирать за финансовыми делами в "Источнике жизни", тот со всей открытостью сообщал руководству Главного управления по вопросам расы и поселений, что считает необходимым изменить организационный статус "Лебенсборна". Он даже подчеркивал: "Я буду стремиться к полному изъятию "Лебенсборна" из сферы деятельности РуСХА". 1 января 1938 года было принято решение разделить РуСХА и "Лебенсборн", передав "Источник" в ведение персонального штаба рейхсфюрера СС. По сути, этот ход делал "Лебенсборн" полностью независимой организацией, которая подчинялась лишь Гиммлеру. Нечто подобное мы могли бы наблюдать в то же самое время и в организации "Наследие предков" ("Аненербе"). Для РуСХА и его шефа, обергруппенфюрера СС Вальтера Дарре, утрата контроля над "Лебенсборном" и "Аненербе" была сильным ударом. Часть причин разрыва отношений между Гиммлером и Дарре мы уже описывали в предыдущих главах. Что касается "Лебенсборна", то в данном случае, судя по всему, не обошлось без доктора Эбнера. Именно ему, как медицинскому руководителю подчинялись все родильные дома. Однако, пока "Лебенсборн" располагался в Берлине, он мог, по сути, контролировать обстановку лишь в Штайнхёринге в доме "Хохланд". Было вполне логично" что доктор Эбнер пытался устранить это пагубный "дуализм" между берлинским руководством "Лебенсборна" и первым образцовым родильным домом в Баварии. Так что выбор Мюнхена был далеко не случаен. В данном случае свою, роль сыграло и знакомство с Гиммлером, и то, что Освальд Поль энергично поддержал с чисто финансовой стороны идею перенесении "Лебенсборна"> Как мы помним, соединение персонального штаба рейхсфюрера СС и "Источника жизни" было лишь одним из немногих симптомов упадка РуСХА. В итоге Главное управление по вопросам расы и поселений стало заниматься земельным вопросом, 1 обучением и расовой проверкой кандидатов на вступление в СС. Разрыв отношений между Гиммлером и Дарре стал прекрасным поводом для того, чтобы в корне поменять Устав "Источника жизни", т. к. требовалось переработать Устав в связи с переездом из Берлина в Мюнхен. Гиммлер воспользовался этим поводом, чтобы кардинально изменить структуру руководства "Источником". Занимавшие с 1936 года свои должности председатель, его заместитель и директор были выходцами из недр РуСХА. Было решено перераспределить полномочия. Деятельность "Лебенсборна" должны были контролировать представители различных управлений СС. От РуСХА был представлен оберфюрер СС Эбрехт, от Административного управления — группенфюрер СС Поль. Третьим в этом списке был штандартенфюрер СС Дермитцель из санитарного управления СС. Ранее он ведал вопросами гигиены в "Лебенсборне". Позже произошла еще одна перестановка: от РуСХА место в совете занимали менявшиеся шефы управления, а место шефа санитарного управления занял имперский врач бригаденфюрер СС Гравиц.

Реорганизация правления "Лебенсборна" показала, что "Источник" ориентировался в первую очередь на цели, поставленные перед ним руководством СС. Возвышение "Источника жизни" стало очевидным хотя бы потому, что во главе его встал лично Гиммлер как председатель общего правления организации. В дела же "старого" "Источника" не вмешивались ни рейхсфюрер СС, ни Дарре. В той ситуации Дарре предлагал фигуры служащих "Источника", а Гиммлер утверждал их. Примечательно, что "Лебенсборн" возглавлял даже не шеф РуСХА, а лишь начальник родового управления. Появление во главе "Источника" рейхсфюрера СС значительно повышало статус организации, что должно было помочь ей в дальнейшей деятельности. Причем управление организацией для Гиммлера не было пустой формальностью. В данной ситуации он отнюдь не был "свадебным генералом". Он собирал воедино три ветви управления "Источником жизни": мировоззренческую, административную и медицинскую. В большинстве случаев Гиммлер довольствовался отчетами по соответствующему направлению. Однако это не исключало того, что все принципиальные решения принимал лично он сам Пфлаум, который как коммерческий директор организации должен был юридически представлять ее интересы, остался на своем месте. Но теперь его функция сводилась к тому, что он должен был взаимодействовать с прочими государственными и партийными структурами. Разумеется, он уже не мог вмешиваться в дела "Источника", да и сама его должность стала называться "административный член правления". Учитывая заслуги доктора Эбнера во время создания отдельных родильных домов, ему было поручено и впредь заниматься этим вопросом. Но так как его интересы лежали больше в сфере медицины, нежели в сфере бюрократии, то он выступал в роли члена правления, только когда речь шла о родильных домах, их персонале, посетительницах, оборудовании и т. д. Естественно, позиции Пфлаума были сильно подорваны. Он был вынужден делить свое руководство с членами правления. От него вряд ли ускользнуло, что именно с принятием в "Лебенсборн" доктора Эбнера началась административная перекройка, которая в итоге закончилась ущемлением его интересов. В будущем дело дошло до нелицеприятных трений между этими двумя людьми, и в итоге Пфлаум был вынужден оставить свой пост в "Источнике жизни".

Постоянный рост количества родильных домов <Лебенсборна" вел к неуклонному расширению бюрократического аппарата в организации. Это стало наиболее заметно в первой половине 1938 года. В тот момент Пфлаум возглавлял общий централ "Источника жизни". Несмотря на появление трех новых домов, централ занимался лишь финансоюй деятельностью. Он смог сохранить свою структуру на два последующих года. Централ делился на два главных отдела: А и R Наряду с ними еще существовали строительный отдел и управление по опеке. Но посмотрим на деятельность главных отделов. Первый главный отдел — отдел А (allgemein — общий) — состоял из семи секторов и подотделов. Все они отвечали за различные вопросы обслуживания матерей в домах и вне их. В частности, в их задачи входила домашняя фотосъемка, которая помогала проводить расовый отбор будущих рожениц "Лебенсборна". В рамках этого проводилось также расовое освидетельствование, проверка наследственного здоровья, "брачная кооперация", трудоустройство матерей-одиночек. В задачи подотдела поддержки многодетных семей входил поиск идеальных с нацистской точки зрения семейств. Другой подотдел занимался ведением мировоззренческих и специальных материнских учебных курсов. Кроме этого, существовал правовой сектор, который относился ко всем домам "Лебенсборна". Данный сектор выполнял функции и ЗАГСа, и паспортного стола. Это не было преувеличением, так как многие матери хотели сохранить свое пребывание в "Лебенсборне" в тайне. Главный отдел F (финансовый) к 1939 году изрядно разросся. Подобно главному отделу А, он состоял из семи секторов и подотделов: кассового, расчета заработной платы, бухгалтерии, земельного сектора, взимания взносов и т. д. Но "Лебенсборн" рос не только вглубь, но и вширь. Его дома по-степенно появлялись по всей Германии. В мае 1938 года в Северной Германии в торжественной обстановке было открыто еще два дома "Источника жизни". В Бад-Польцине городской совет преподнес в качестве подарка Гитлеру бывший курортный дом. В итоге это здание было передано в ведение рейхсфюрера СС, а тот, в свою очередь, отписал его "Источнику". Так возник дом "Померания", рассчитанный на 60 мест для матерей и 75 мест для детей. Кроме этого, в 1937 году за 60 тысяч рейхсмарок был куплен бывший охотничий замок Лахузен, который располагался в окрестностях Бремена. Из него был сделан дом "Фрисландия", рассчитанный на 34 матери и 45 детей. Не мог "Лебенсборн" обойти стороной и аншлюс Австрии, который произошел в 1938 году. Как только Австрия была присоединена к рейху, Эбнер и Пфлаум тут же обратились к Гиммлеру с просьбой "разрешить гестапо приобретать дома, автомобили и предметы обстановки". В итоге в 70 километрах от Вены был конфискован санаторий Перниц. Затем последовали детский дом в Нойленгбахе близ Сант-Пёльтена, замок Обервайс у Гмундена. Примечательным в данных актах "пожертвования" со стороны гестапо было то обстоятельство, что в прошлом все три здания были еврейской собственностью. Но "Лебенсборну" удалось обжить отнюдь не все строения. Детский дом в Нойленгбахе "Лебенсборн" сдавал в аренду вермахту. На восстановление просто-напросто не хватало денег. Большой интерес проявлялся к замку Обервайс, но он в силу ряда обстоятельств никак не мог быть родильным домом. Поэтому в сентябре 1943 года здесь было решено устроить специальный детский дом "Лебенсборна", который назывался "Альпенланд", Чтобы иметь в "Восточной марке" хотя бы один родильный дом, руководство "Источника жизни" решило бросить все имеющиеся средства на оснащение санатория Перниц. После его реконструкции, которая закончилась в октябре 1938 года, в нем могли разместиться 49 женщин и 83 ребенка. В данном случае речь шла не только об отличном строении, но и о 33,7 гектарах земли и 17 гектарах леса. Итак, на момент наступления 1939 года "Источнику жизни" удалось открыть шесть родильных домов, в целом рассчитанных на 263 места для женщин и 487 мест для детей.