ГЛАВА 5. КОНТУР УПРАВЛЕНИЯ

ГЛАВА 5. КОНТУР УПРАВЛЕНИЯ

Идеальный внешний регулятор

 Надо сказать, писать эту главу было тоже не весьма приятно. Но без нее картина русской истории ХХ века будет все-таки неполной. Это – история о том, как нас употребляли между большими войнами и революциями. Русские служили не только в роли пушечного мяса и «дойной коровы» Запада, но еще и как глобальный регулятор, инструмент управления, который хозяева мира использовали в своих интересах.

Почему Россия удостоилась этой сомнительной чести? Несмотря на свой периферийный характер и подчиненное положение в мировой системе хозяйства, Россия с конца позапрошлого века начинает двигаться к самодостаточности. До конца ХХ столетия наш объем экспорта и импорта к внутреннему валовому продукту был намного меньше, чем у любого другого развитого большого государства.

После 1917 года Россия, будучи самодостаточной, находилась как бы вне мирового хозяйства, выступала по отношению к нему как что-то внешнее – и политически, и экономически, и культурно-идеологически. Так же, как до последних лет вне «глобального мира» находился и Китай, который открылся только в 1980-е годы.

Мы находимся в той зоне планеты, где для поддержания жизнедеятельности нужны гораздо большие затраты ресурсов и энергии, чем в любом другом населенном регионе Земли. Резко континентальный климат с долгой студеной зимой и коротким засушливым летом, огромные массивы земель, скованные вечной мерзлотой, громадные сухопутные расстояния, которые приходится преодолевать не на дешевом морском транспорте, а на дорогом наземном – вот вечные проблемы русской экономики. Поэтому прибавочного продукта и ресурсов для развития в России всегда получали меньше, чем в других цивилизациях. Мы в последние века не славились агрессивностью. У нас на агрессию ресурсов всегда не хватало и слишком много сил уходило на борьбу с природой. Мы много воевали, и много нас осталось лежать, как в песне, у безымянного поселка, на безымянной высоте. Но, как правило, не мы лезли на рожон первыми. Нам больше приходилось защищаться.

Ресурсы, конечно, можно было бы у кого-нибудь отнять, воспользовавшись методами «добывателей трофеев». Да вот незадача: на Севере мы уперлись в Ледовитый океан, где у моржей и белых медведей много не возьмешь. На Востоке – вышли к Тихому океану. А в Европе нам мало что светило, поскольку здесь русским противостояла объективно более сильная в экономическом и более устойчивая в политическом плане цивилизация. Кроме того, Европа всегда была той цивилизацией, в которую правящая верхушка России с маниакальным упорством стремилась интегрироваться. А разве можно грабить эту культурную, милую сердцу расейских бар, господ и поздних товарищей коммунистов «страну изобилия и счастья»? Россия слишком долго хотела не использовать Запад, а стать его полезным союзником и другом.

Вот поэтому добыть ресурсы извне мы не могли, и соответственно, были неагрессивной цивилизацией, жестко замкнутой на самое себя.

Поэтому у вождей Западной цивилизации появился вполне логичный замысел: давайте используем Россию не только как дойную скотину и «пушечное мясо», но и в роли механизма для управления всем остальным миром.

Ведь если Россия замкнута в себе и самодостаточна, если она вынесена из глобального хозяйства, то можно заняться рефлексивным управлением. То есть, коли подталкивать русских к чему-то и понимать, как они станут на эти тычки реагировать, то можно Россией управлять. Так, что она станет действовать в интересах «толкателя». А значит, Россия сможет, сама того не ведая, корректировать развитие всего остального человечества.

Западники открыли еще один важный закон: для управления мировым хозяйством нужно постоянно вводить или выводить из нее внешний фактор. Ну, как особые стержни в ядерный реактор. В этот вид чужой игры мы весь ХХ век играли на трех полях – экономики, политики и идеологии.