Преобразования в индуизме

Преобразования в индуизме

Отсутствие в индуизме четкой централизованной организации, сосуществование в нем множества течений и сект, минимальное число непреложных догматов, опора на брахманские религиозные традиции – все это, с одной стороны, привлекло к нему миллионы верующих. С другой стороны, такая пестрота религиозных организаций, отсутствие единства и признание незыблемости кастовой системы представляли опасность и мешали настоящему объединению страны. Слабостями традиционной религии индусов воспользовались иноземные захватчики. Так, начавшаяся еще в VII в. н. э. мусульманская экспансия продолжалась фактически до XVI в., когда большая часть Индии вошла в состав империи Великих Моголов.

Сюжеты из «Махабхараты»

Мифический сюжет, венчающий здание

В Индии завоеватели столкнулись с очень религиозным народом, традиционно исповедующим индуизм, который являлся не только религией, но и, как уже упоминалось в предыдущих главах, сильнейшим культурным и социальным фактором. Согласно законам ислама, индуисты относились к категории идолопоклонников, которых следовало истребить либо превратить в рабов, если они не желали отказаться от своей веры. Однако индуистов в стране было намного больше, чем мусульманских завоевателей, и такая практика оказалась в Индии совершенно неосуществимой. Принцип ислама – воевать за веру Аллаха с помощью меча – фактически не мог быть применен здесь.

Мусульманские правители со временем все больше подпадали под местное влияние и пускали глубокие корни на индийской земле. Они считались индийцами, и многие индуистские князья признавали их своими сюзеренами, тем более что некоторые султаны женились на индуистках. Смешанные браки, правда, заключались преимущественно в низших слоях населения, между солдатами армии завоевателей и местными женщинами. Это, кстати, способствовало распространению ислама, ибо дети обычно принимали веру отцов, пусть не всегда в ее первоначальном виде. Вместе с тем воспитанием ребенка занималась прежде всего мать, и она приносила в семью религиозные представления своей веры. Важное значение имело также и окружение, ведь не только соседи, но часто и близкие родственники продолжали оставаться индуистами. Не удивительно, что индуистские привычки и традиции проложили себе дорогу в правоверные исламские круги.

Девушка с зеркалом. Белур

На индуизме господство чужеземцев отражалось двояко. С одной стороны, происходило постепенное и почти неосознанное сближение двух образов жизни. Мусульманам, окруженным индуистским населением, не оставалось ничего иного, как искать пути сосуществования, потому что жить в состоянии постоянной ненависти было невозможно.

Сближение происходило прежде всего в деревне, где люди вообще гораздо больше соприкасаются друг с другом, нежели в городе. В этих условиях постоянное общение индуистов и мусульман становилось правилом, касты здесь не являлись сильной преградой, и индуисты смотрели на иноверцев просто как на членов другой касты.

С другой стороны, ислам оказывал воздействие на индуистскую общину совершенно противоположным образом, и это касалось в первую очередь именно правоверных индуистов из высших каст.

Последние совершенно отгородились от внешних влияний и пытались усилиться путем упрочения кастовой системы. Они нисколько не сомневались в своем превосходстве в области идей и мышления, считая ислам довольно примитивной формой подхода к философским и метафизическим проблемам, причем указывали, что и в индуизме имеются элементы чистого монотеизма, лежащего в основе мусульманской теологии.

Индийская аристократия, как светская, так и духовная, не допускала, чтобы кто-либо извне вмешивался в дела их древней общественной системы и в их традиционный образ жизни. Все это способствовало тому, что индуизм смог и в дальнейшем остаться главной религией Индии.

Кабир-ткач

При всем этом нужно сказать, что мусульмане, прежде всего Моголы, бывшие намного культурнее своих среднеазиатских предшественников, принесли в Индию много нового – дали толчок развитию архитектуры, музыки, живописи и литературы. В итоге сформировалась культура, которая не была ни чисто индуистской, ни чисто мусульманской, а представляла собой своеобразный синтез их обеих. Влияние ислама оставило след и на самом индуизме. Столкновение идей вело к появлению реформаторов, сознательно стремившихся к слиянию двух религий и нередко осуждавших кастовую систему. Деятельность их не ограничивалась рамками основанных ими сект.

Одним из первых известных реформаторов, который пытался добиться более глубокого синтеза мусульманского и индуистского учения, был простой ткач Кабир (примерно 1398-1492 гг.).

Он открыто нападал на ислам, равно как и на индуизм, и не смирился даже перед правителем. Рассказывают, будто султан Сикандар Лоди во время триумфального въезда в Бенарес приказал связать Кабиру руки и ноги и бросить его в Ганг, но тот чудесным образом спасся и затем был выселен из города. Однако проповедник вновь вернулся туда, нашел среди приверженцев обеих религий немало своих сторонников, и вскоре его учение распространилось по всей стране.

Учение Кабира имело много сторонников при жизни и последователей после смерти. Кабир заложил двенадцать ветвей так называемого Пути (Пантх), а его приверженцы создали секту, названную Кабир-Пантхи, существующую и сейчас. Сам же Кабир по-прежнему занимался ткачеством и оставался скромным человеком. Религиозные понятия упанишад он пояснял доступными примерами, взятыми из повседневной жизни, дабы его хорошо понимали простые люди. Не удивительно, что среди его учеников было много членов низших каст.

Проповедуя чистый теизм, он указывал на значение глубокой чувственной, эмоциональной преданности единому богу независимо от того, как он называется, говорил о необходимости любви к высшему существу, сближающей все религии и все касты, отвергал те аспекты индуизма и ислама, которые противоречили этому.

Бог Гануман, побеждающий демона

В обеих религиях он выделял общие для них черты, постоянно подчеркивал то, что их объединяет, считая различия между ними чем-то второстепенным, усматривал много аналогий в философских идеях, догматах и ритуалах этих вероучений. Особое внимание он придавал искренности, подлинности религиозных переживаний, отвергая внешнюю, формальную сторону религии.

Кабир был первым, кто открыто проповедовал необходимость слияния индуизма с исламом. Его предшественники, религиозные проповедники Южной и Западной Индии, хотя и приняли отдельные элементы мусульманства, не выступали, однако, с призывом слить религии.

Учение Кабира нашло отклик повсюду в Индии, и, когда через сто лет могольский правитель Акбар (1556-1605 гг.) попытался создать новую искусственную религию – «божественную веру», очень многое он заимствовал именно у Кабира. Правда, в отличие от последнего, Акбар не стремился проповедовать любовь к богу, ибо сам претендовал на божеские почести в качестве верховного властителя. «Божественная вера» объединяла отдельные черты индуизма, джайнизма, учения Заратустры, ислама и отчасти христианства. В основе нового культа лежало поклонение солнцу, огню и свету светильника, что было взято из зороастризма.

Акбар

Через 50 лет после смерти Кабира началось движение за объединение ислама с индуизмом, но на сей раз на северо-западе страны, в плодородных долинах Пенджаба. Мусульманские армии, а с ними и исламская культура проникли сюда в незапамятные времена. К XV в. Пенджаб находился под исламским влиянием гораздо дольше, нежели какая-либо иная часть Индии.

В 1469 г. в маленькой деревушке Талаванди на берегу реки Рави в Гуджранвальском районе родился человек, учение которого позднее оказало глубокое воздействие на всю историю Северной Индии. Согласно легенде, он появился на свет в семье сборщика налогов и получил имя Нанак.

В тридцать лет он покинул дом и семью и стал бродячим аскетом. По преданию, он со своим помощником-мусульманином Марданой посетил все важнейшие места паломничества в Индии, на Цейлоне, в Персии и Аравии, вдоль и поперек исходил родной Пенджаб, где якобы беседовал с мусульманскими святыми.

Нанак тоже видел свою цель в объединении мусульман и индуистов. Хотя в его учении индуистских элементов намного больше, чем у Кабира, влияние ислама на него было очень сильным. Подобно суфиям, он учил, что человеческую душу на пути к богу должен вести духовный учитель, гуру. Путь этот состоит из четырех стадий (покровительство, знание, обязанность, правда), как и мистический путь суфиев (закон, знание, прощение, божественность).

В религии Нанака интересовал ее практический и чисто этический аспект. Он придавал большое значение воспитанию добродетели и искоренению моральной нечистоплотности и греха. Свое учение он подкреплял примерами из жизни простых людей. Он отвергал всякое почитание идолов, но приверженцы его учения стали, сколь это ни парадоксально, поклоняться ему и его священной книге.

Нанак

Религиозное движение, начало которому положил Нанак, укрепляли и расширяли его последователи, называвшие себя сикхами, учениками. В его основе лежит идея гуру – духовного учителя. Сикхи признают десять гуру, которые даровали человечеству совершенный и творческий мир (ишбад) Бога, который был истинным гуру. Последователи Нанака оказывают божественные почести священной книге «Гуру Грантах» («Книга учителей»), содержащей религиозные гимны, созданные самим Нанаком и поэтами более раннего и более позднего периодов.

На улицах Амристара

Гимны были средством, с помощью которого сердца верующих могли достичь Бога, а сам он войти в их сердца. Центром сикхов являлся пенджабский город Амритсар (букв, «озеро нектара»), где посреди бассейна на искусственном островке возвышается прекрасный Золотой Храм. Земли вокруг озера подарил четвертому гуру правитель Акбар, поддерживавший любые реформаторские движения, которые способствовали укреплению единства Индии.

Поначалу сикхизм выражал оппозиционные антифеодальные настроения зажиточных торговых слоев города. Гуру подчеркивали равенство людей перед богом, отвергали сословные и кастовые привилегии и строго порицали корыстолюбие мусульманского духовенства и индуистских жрецов. Вместе с тем они проповедовали непротивление злу и полное послушание властителям.

Движение сикхов имело много общего с учением мистиков на севере Индии, которое также стремилось достичь соединения с богом через преданность и любовь. Деятельность сикхской общины, считавшей одной из своих задач сближение индуистов и мусульман, в течение длительного времени находилась под покровительством могольских императоров. Вскоре, однако, гуру стали притязать не только на духовное руководство своей паствой, но и на светскую власть.

Большинство из первых десяти гуру становились предводителями сикхов уже в зрелом возрасте. Каждый из них избирался своим предшественником с учетом его заслуг и глубины духовного проникновения. Каждый из ранних гуру внес в организацию общины что-то свое, что приобрело значение позднее, когда наметился открытый конфликт между сикхами и мусульманами. Например, третий гуру Амар Дас (1479-1574 гг.) ввел практику лангара – совместного принятия пищи, приготовленной на общей кухне. Расходы на трапезу делились поровну между всеми прихожанами какого-либо конкретного храма. Целью этого было преодоление кастовых предрассудков. Такой обычай способствовал сплочению сикхской общины и облегчал существование членам низших каст.

Кришна и Арджуна

Правление пятого сикхского гуру, Арджана (1563-1606 гг.), знаменует поворотный момент в истории сикхов. Именно он выстроил знаменитый Золотой Храм (Хари Мандир) в Амритсаре, который стал религиозным и этническим центром сикхизма. Храм стал символом самосознания сикхов и выражением их надежд и верований. В конце правления Арджана политическая борьба между сикхами и мусульманами обострилась. Империя Великих Моголов начала борьбу с пенджабской сектой. В 1606 г. гуру Арджан погиб в мусульманской тюрьме. Что там произошло в точности – неизвестно, но сикхи считают смерть своего вождя мученической.

Ганеша, или Ганапати в индуизме бог мудрости и благополучия

В ответ сикхи поднялись на борьбу с мусульманами, приобретя в этой борьбе, продолжавшейся более столетия, фанатизм и исключительность, до тех пор бывшие совершенно чуждыми индийским сектам. Со второй половины XVII в. к сикхам начали присоединяться разорившиеся ремесленники и крестьяне. Переключение акцента сикхской религии с мирного распространения веры на утверждение права эту веру защищать привело к быстрому росту численности и мощи общины.

При десятом гуру, Говинде Сингхе (1675-1708 гг.), сикхи возглавили крестьянские восстания в Пенджабе. Говинд Сингх провел ряд демократических реформ в общине, называвшейся теперь Гуру Пантх. Гуру отказался от деспотической власти и провозгласил, что высшим авторитетом является воля организации сикхов (хальса – «искренняя», «откровенная»), а также ввел обряд посвящения в члены нового братства.

Все мужчины, вступавшие в него, к своему имени прибавляли имя Сингх («лев») и брали обязательство соблюдать правило пяти «К» – носить в знак принадлежности к секте длинные волосы и бороду (кеш), короткие брюки (качх), гребень в пучке волос (кангха), короткий кривой меч (кирпан) и оружие в форме железного браслета (кара).

К именам женщин, становившихся членами сикхского братства, прибавлялось имя Каур («принцесса»). Такая смена имен должна была уничтожить следы прежнего кастового неравенства, а также уменьшить неравноправие женщин по отношению к мужчинам.

Говинд Сингх призывал к борьбе за «подлинную империю», в которой сикхи были бы хозяевами земли. Возглавив восстание сикхов против Моголов, он смог соединить боевой дух своих последователей с глубоким сознанием правоты дела защиты религиозных традиций. Говинд Сингх создал из сикхской общины прочную политическую и военную организацию и стал основателем национального единства сикхов. Однако, несмотря на героизм и самоотверженность, двадцатилетняя борьба сикхов окончилась поражением, а Говинд Сингх в 1708 г. был убит. Но поражение и смерть предводителя стали началом нового расцвета религии сикхов, так как благодаря Говинду Сингху произошел коренной перелом в самосознании общины.

Со времен Говинда Сингха в центре всех сикхских церемоний и ритуалов находится «Ади Грантх» («Священная книга»), источник божественной истины. Сикхи бьют перед ней поклоны точно так же, как индусы перед своими статуями. Когда в сикхский храм, гурдвару, что значит «дверь гуру», приносят новорожденного, имя ему выбирают из прочитанного наугад отрывка из «Ади Грантха». Вокруг книги проходит и брачная церемония.

Гуру, читающий священную книгу «Ади Грантх»

Несмотря на столь сильный общинный аспект, религия сикхов в основе своей строго индивидуальна. Об этом свидетельствуют основные положения Гуру Грантха. При этом следует помнить, что взгляды на божественное и мирское не могут быть втиснуты в строгие рамки догматов веры. Основные положения сикхизма возникли скорее как следствие попыток выразить человеческое восприятие бога в процессе религиозной жизни и поисков, чем как результат теологических изысканий.

Гробница имама Замина, Дели

Во многих смыслах это очень практичная религия, которая предпочитает ученых святым или, по крайней мере, желает ученым достичь святости. При этом религия сикхов не отрицает существования истины в других верах, ее основной заботой является поддержание в рядах своих приверженцев истинного стремления к верности Богу.

Индуистско-мусульманское сближение выражалось не только в возникновении различных религиозно-философских учений, но и в создании культов общих для обеих религий святых. По всей Северной и Средней Индии разбросаны гробницы мусульманских святых – шейхов, или пиров (пир – «старец»), к которым приходили и мусульмане, надеявшиеся с их помощью выпросить у Аллаха милости, и индуисты, которые в духе традиций своей религии верили в таинственную силу и всемогущество святых, заслуживших отказом от мира, праведностью и аскетизмом всеобщее уважение.

На протяжении последних двух веков все более сильное влияние на индуизм стало оказывать христианство. В течение длительного периода времени многие образованные индусы были склонны приобщаться к религии иностранных завоевателей, отказываясь от религиозных обрядов и традиций своих предков. В то же время среди индийской элиты были и такие, кто под влиянием европейской культуры и христианства стремились модернизировать индуизм, приспособить его к новым историческим условиям.

Их ряд открывает основатель Брахмо Самадж («Общество почитателей Брахмы») Раммохан Рай (1772-1833 гг.). Его называли «отцом современной Индии». Рай родился в семье брахмана и получил блестящее образование, изучив индусские и буддийские тексты и овладев несколькими иностранными языками. Кроме того, он был талантливым математиком.

Раммохан Рай, основатель «Общества почитателей Брахмы»

Рай был ревностным борцом против идолопоклонства. Он твердо придерживался принципа монотеизма, считая, что он был изложен в Ведах гораздо раньше, чем в Библии и Коране. Хотя он не питал враждебных чувств к христианству и с уважением относился к личности Христа, но отрицал все, что называл «догматической скорлупой», признавая только то, что считал «гуманитарным посланием». В результате его деятельности возобновилось широкое изучение Вед и упанишад и была заложена база для распространения индуизма среди индийской интеллигенции.

Другим известным реформатором индуизма в XIX в. стал Шри Рамакришна Парамаханса (1836-1886 гг.), простой и глубоко религиозный человек. Его учение было непосредственно связано с учением Кабира и других индийских святых, сосредоточивавших свои устремления на реализации основных внутренних принципов веры. Рамакришна считал, что во всех религиях есть универсальная правда, и обнаруживал присутствие Бога в различных воплощениях – Божественной Матери, Ситы, Рамы, Кришны, Аллаха, Иисуса Христа.

Кроме индуизма Рамакришна хорошо знал христианство и ислам, в своей проповеди объединял многие аспекты индуистской религии и философии и провозглашал, что между индуизмом и исламом не существует серьезного различия, если не принимать во внимание внешние, формальные проявления обеих религий. Сам он, будучи индуистом и пылким почитателем богини Кали, совершал некоторые мусульманские ритуалы и молитвы и якобы добивался мистического видения Аллаха. Проповедь Рамакришны, его глубокая вера и безупречная честность вдохнули новую жизнь в индуизм. Многие представители индийской элиты под влиянием Рамакришны вернулись к почитанию своих индуистских корней.

Одним из них стал Наренда Наш Датта (1863-1902 гг.), более известный под именем Вивекананда. Он собирался посвятить себя изучению юриспруденции в Англии, когда был обращен Рамакришной.

После двенадцати лет аскетического воздержания Вивекананда стал известен как религиозный учитель (свами), апостол, распространявший по миру учение Рамакришны. Заслугой Вивекананды можно считать активизацию общественной деятельности и религиозного образования. Под влиянием проповедника многие молодые индийцы посвятили себя деятельности на благо своей родины.

Шри Рамакришна Парамаханса

На Всемирном конгрессе религий в 1893 г. в Чикаго Вивекананда преподнес миру величие традиций индуизма. Тем не менее он был убежден в том, что единственной надеждой для Индии является объединение двух великих религиозных систем, ислама и индуизма. «Перед моим мысленным взором возникает совершенная Индия, славная и непобедимая, встающая из хаоса и разброда, с духом веданты и основой ислама», – писал он в 1898 г. Вивекананда был готов смириться с кастовым делением общества, считая его частью природного порядка, но отрицал понятие привилегий, ведущих свое происхождение из кастовых различий. Вместо этого он выступал за равные для всех возможности.

Рабиндранат Тагор

Современником Вивекананды был знаменитый поэт, лауреат Нобелевской премии Рабиндранат Тагор (1861-1941 гг.). Он решительно выступал против кастовой системы, заявляя, что она не имеет ничего общего с религией и что индуизм не перестанет быть индуизмом, если исчезнут кастовые перегородки. По мнению Тагора, «тирания каст смогла свести высокую метафизику упанишад и этику «Бхагавадгиты» к пустым словам.

Хотя Индия всегда подчеркивала единство мира, живого и неживого, она породила социальную систему, которая вот уже в течение многих столетий непроницаемой стеной отделяет одну группу населения от другой. Эта система отдала страну на милость завоевателей, которые ее ограбили и ослабили, и, что самое страшное, Индия стала родиной неприкасаемости и неприступности, которые выжгли на ее челе каинову печать».

Выдающееся место в истории Индии, в том числе и ее религиозной мысли, принадлежит Мохаидасу Карамчанду Ганди (1868-1948 гг.), решительно отвергавшему всякое разделение и сектантство и подчеркивавшему, что единство индийцев независимо от вероисповедания – необходимое условие прогресса страны. Он отвергал кастовую систему, считая ее язвой на теле индуизма. Особенное внимание Ганди привлекали внекастовые группы неприкасаемых, для которых он требовал не только прекращения их статуса отверженных, но и признания их привилегированными детьми божьими (хариджанами). Его индуистские взгляды отличались широтой охвата.

С другой стороны, учение Ганди неразрывно было связано с тремя основными концепциями индуизма: дхармы (закона), карма-йоги (дисциплины действия) и мокши (духовного освобождения).

По убеждению Ганди, религия должна была отступить на задний план перед задачей обеспечения счастливой жизни народу. Он часто убеждал своих слушателей в том, что индийскую культуру нельзя назвать ни чисто индуистской, ни чисто мусульманской. Он заявил в 1928 г.: «Долгое изучение и богатый опыт позволили мне прийти к следующим выводам: 1) все религии правильны, 2) все религии в чем-то ошибочны, 3) все религии я уважаю почти так же, как индуизм, который является моей религией. Я уважаю чужую веру, как свою собственную».

Ганди, заслуживший у соотечественников прозвище Махатма – «великая душа», не просто поддерживал и защищал эти идеи, он опирался на них в своей политической деятельности, будучи лидером Индийского национального конгресса, партии, объединявшей и индуистов, и мусульман. Вся его жизнь была посвящена делу достижения независимости Индии. Джавахарлал Неру, сподвижник Ганди, первый глава правительства независимой Республики Индия, называл его человеком «целеустремленного и неудержимого действия».

Индуизм всегда отличался толерантностью и способностью включать в свою религиозную систему многочисленные разнородные культы. Тесно связанный с историей и традициями Индии, индуизм не смог выйти за ее пределы и стать мировой религией, как это удалось буддизму. Тем не менее он оказывал и продолжает оказывать заметное влияние на культуру и духовную жизнь других народов. Многие жители Европы, Азии и Америки являются поклонниками различных течений индуистской философии, к примеру, йоги.

Серьезной проблемой индуизма в наши дни стало искоренение кастового строя. Но до того как полностью изжить кастовую систему, нужно побороть укоренившееся представление о том, что кастовость сама по себе является неотъемлемой частью индуизма в религиозном смысле. Это, безусловно, предполагает значительное повышение образования всех слоев населения Индии, неграмотного в своем большинстве. Кроме того, борьбу с кастовостью необходимо вести на самой широкой, всеиндийской основе. Действия отдельных лиц и групп, как показал опыт сикхов или реформаторов из общества «Брахмо Самадж», не могут обеспечить успеха. Кастовая система фактически создала из них лишь новые касты: отказалась заключать браки с членами названных организаций и, таким образом, обрекла их на эндогамность, характерную для остальных каст. Люди, которые рискнули бы, несмотря на последствия, отказаться от принадлежности к касте или быть навечно исключенными из нее, должны были бы составить достаточно многочисленное общество, чтобы иметь возможность жить без касты, женить и выдавать замуж детей и не бояться проклятия, всеобщего осуждения. И, естественно, это общество должно было бы создать институты, призванные обеспечить те, пусть минимальные, выгоды, которые каста обычно предоставляет своим членам и на которые любят ссылаться ее апологеты: чувство солидарности, взаимная защита интересов, взаимопомощь в случае трудностей и нужды и определенный социальный престиж.

Кутаб Минар башня, украшенная выгравированными изречениями из Корана. Дели

Мы надеемся, что из этой великой битвы Индия вновь выйдет победительницей. Она непременно должна победить, если хочет добиться по-настоящему радикального решения социальных проблем и открыть себе дорогу к подлинному прогрессу. Это будет, конечно, самая крупная революция в ее истории – революция, которая потрясет не только тысячелетнюю структуру индийского общества, но и само основание явления, носящего название «индуизм».

Данный текст является ознакомительным фрагментом.