АПАЧИ – НОСИТЕЛИ ПОСТ-ЛОШАДНОЙ И ДО-ОГНЕСТРЕЛЬНОЙ МОДЕЛИ

АПАЧИ – НОСИТЕЛИ ПОСТ-ЛОШАДНОЙ И ДО-ОГНЕСТРЕЛЬНОЙ МОДЕЛИ

Первое сообщение об индейских всадниках в кожаной броне относится к восстанию племён Пуэбло в 1680 году. Однако упоминание о применении доспехов Апачами в Техасе в 1691 году и племенами Кэддо на востоке Техаса в 1690 году позволяют предположить, что распространение кожаной брони началось ранее 1680-го года. Возможно, оно было связано с экспансией Апачей, начавшейся около 1650-года. Альтернативная гипотеза (наименее вероятная) заключается в том, что полное вооружение конного воина, экипированного луком, копьём с металлическим наконечником и кожаными доспехами, сперва пришло к индейцам Пуэбло примерно в 1680 году через захваченное испанское оснащение, затем попало к Апачам Новой Мексики, к их союзникам и к их врагам, от которых оно передалось к Апачам в Техасе, от них – к Кэддоязычным народам восточного Техаса и Оклахомы. Невероятной такая версия является потому, что всё это должно было успеть случиться всего за одно десятилетие. Для таких огромных расстояний это слишком короткий отрезок времени, принимая во внимание многочисленность и разнообразие культур, включившихся в единую цепь: Испанская, Апачская, Пуэбло, Кэддо.

Несмотря на то, что Апачи постоянно занимались набегами в районы Новой Мексики, рост их активности выпал на начало 1630-х годов и дошёл до своего максимума к 1660 году. Далее до 1690 года активность военных набегов Апачей оставалась на одном уровне. Согласно исследованиям Хэйнса, индейцы Новой Мексики стали пользоваться лошадьми примерно в 1630 году. Есть твёрдые свидетельства того, что регулярны набеги Апачей имели основной целью увеличение поголовья своих табунов. Из этого можно сделать вывод, что их потребность в лошадях возрастала по мере усиления экспансии.

Вот что мы читаем в книге Отца Хуана де Прада (1638):

“Эти энкомендерос (лица, получившие право на пользование землёй с проживающими на ней индейцами) обязаны на лошадях и с оружием в руках выступать в защиту местного населения и священнослужителей, обосновавшихся в пограничных посёлках и живущих в постоянном страхе перед Апачами. Эти Апачи – очень воинственный народ, обитающий на ранчериях в окружении посёлков (pueblos), на которые они (Апачи) совершают постоянные набеги.”

От капитана Уртадо мы услышали в 1661 году:

“В этих полсёлках-пуэблос Апачи убили несколько индейцев-христиан, других же увезли с собой, чтобы жестоко замучить. Они угнали и табуны лошадей и мулов.”

Наконец, следующее сообщение Хуана Берналя от 1669 года даёт представление о положении дел сразу после 1660 года:

“Вся страна находится в состоянии войны с проникшими повсюду индейцами из племени Апачей, которые убивают всех индейцев-христиан, как только встречают их. Не существует безопасных дорог. Всякий путешественник рискует своей жизнью. Апачи мужественны и храбры, они бросаются в объятия опасности, как это делают люди, не знающие ни о существовании Бога, ни Ада.”

Чтобы теоретически дать Апачам возможность развить их экспансию на юго-восток и северо-восток, следует предположить, что она началась по крайней мере в 1650-1660 годах, так как в начале 80-х годов индейцы юго-западного и западного Техаса уже просили помощи у испанцев, чтобы устоять против Апачей. Так, например, в “Путевых записках Хуана Домингеса де Мендосы” (1684) мы читаем:

“Маэстро походов Хуан Домингес де Мендоса, командир военного соединения, направлялся открывать восточные территории и королевство Техас по просьбе Дона Хуана Сабита (индейца из племени Хумана). Этот индеец с другими вождями своей нации подал петицию Сеньору Капитану Дону Доминго Хиронса Петрису де Крусате, губернатору и капитану-генералу провинций Новой Мексики с просьбой защитить их духовно и физически… 17 числа указанного месяца они прибыли сюда, где мы основали ранчерию, помимо других поселений, специально для племени Сума, люди которого очень бедны и живут за счёт мескаля. Все эти ранчерии, подчёркивая, что они готовы принять христианство, просили у меня помощи от их общего врага – племени Апачей. Многие из них уже покидают свои посёлки, так как Апачи не позволяют им жить на тех землях.”

Точно так в 1688 году Дон Педро Ромерос Посада говорил, что племена с реки Нуйсес были изгнаны оттуда Апачами. Что касается восточного Техаса, то “Идальго рассказал нам, что в августе 1692 года солдаты отправились в Техас с экспедицией специально против Апачей, двигаясь в западном направлении до тех пор, пока не добрались до земли противника.” Племена в среднем течении реки Колорадо, что в Техасе, образовали своего рода союз для сопротивления Апачам, и это случилось до основания испанцами города Сан Антонио. Когда Тонти в 1690 году обнаружил, что Кэддо в Кадодокис используют кожаные доспехи для лошадей и наездников, он посчитал это доказательством того, что они имели контакты с испанскими конкистадорами. Но такой вывод был ошибочным, так как первый испанский пост был построен им самим в тот год. Наиболее разумным объяснением было бы сказать, что такое обмундирование было следствием продолжительных враждебных столкновений с Апачами.