1. Оценка противников и союзников. Общий обзор

1. Оценка противников и союзников. Общий обзор

«Генеральный штаб до войны оценивал наших противников неправильно», так теперь часто утверждают и поэтому возлагают на него чрезвычайную ответственность как за возникновение, так и за ведение войны.

Раз навсегда надо запомнить, что в мирное время никогда не удается составить полное и точное представление о противнике и картину будущей войны. Неожиданностей никогда не избежать, если даже по совету Наполеона менять свою тактику каждые 10 лет и стремиться выполнить новейшие требования техники, военной организации и вооружения. Самое тщательное изучение операции и наилучшие военные упражнения все же недостаточны, так как при этом исключается действие неприятельских орудий и нельзя учесть моральных обстоятельств. Успехи техники оказывают все свое действие только в исключительных случаях. Это подтверждается историей всех войн.

В 1806 г. Наполеон никак не ожидал столь быстрого и полного разгрома прусской армии, каковой имел место в действительности. Он готовился к весьма серьезному сражению и принимал даже меры на случай возможного отступления.

В первом же сражении у Булль-Руна в Северной Америке 21 июля 1861 г. союзные войска просто разбежались. Легенда о достоинстве добровольческой народной армии, создавшейся во время французской революции, сразу же была уничтожена. 9 марта 1862 г. мир был поражен происшедшим в первый раз боем между двумя броненосными судами «Мерримак» Южной Америки и «Монитор» Северной Америки.

До похода 1859 г. австрийская армия считалась превосходной. Прусские генералы высоко расценивали ее (фон Фрейтаг. «Основные условия военного успеха». Стр. III). В 1859 г. однако она спасовала перед французским наступлением.

Система атак, давшая победу французской пехоте в Северной Италии в 1859 г. при применении австрийцами ружей, заряжавшихся с дула, оказалась несостоятельной, когда она была применена австрийцами в 1866 году против пруссаков, вооруженных игольчатыми ружьями. Ошеломляющее действие последних сказалось еще раньше в известном бою при Лундби 3 июля 1864 г., но на это обстоятельство не было обращено должного внимания, а потому громадных преимуществ игольчатых ружей, которые появились в 1866 году, противник не подозревал.

Дальнобойные ружья Шасспо в 1870 г. являются уже для нашей пехоты большой неожиданностью, к которой нужно было быстро примениться. Наоборот, с самого начала Франко-Прусской войны выяснились преимущества немецкой артиллерии, заряжаемой с казны, над французской, заряжаемой с дула. Едва ли кто-нибудь в мире мог предвидеть быструю и решительную победу прусского и немецкого оружия в 1866 и 1870—71 г.г. Предсказания большей частью говорили иное, и последующее удивление было велико.

Большой неожиданностью для всех явился поворот в военном положении сторон во время Русско-Турецкой войны 1877 г., наступивший, благодаря храброй защите Плевны Османом-Пашой.

Еще больше сюрпризов принесла с собой Англо-Бурская война. Она еще у всех на памяти. Английская тактика оказалась несостоятельной против бурской милиции. Англии стоило больших усилий победить буров. В первый раз в это время был применен бездымный порох и малокалиберные магазинки в значительном количестве. Все державы занялись пересмотром тактики пехоты. Везде делались доклады, везде говорилось о трудностях наступления на равнине, о возможности или невозможности фронтальной атаки, ближней разведки и т. д.

Мало кто мог предугадать окончательное поражение русских в Русско-Японской войне. Скорее предполагали обратное. Даже самый трезвый критик и лучший знаток русской армии не мог бы предусмотреть той небоеспособности, которая обнаружилась русскими на полях Манчжурии. Это казалось невозможным, принимая во внимание хотя бы только славные традиции этой армии, хотя, конечно, нельзя не учесть того, что японцы, наоборот, проявили непредвиденную боеспособность (фон Фрейтаг. Статьи в журнале «Командование войсками и военное дело» 1919 г. стр. 406).

За 4 года до войны русский военный атташе в Японии полковник Ванновский говорил: «Пройдут, быть может, сотни лет прежде, чем японская армия усвоит себе те моральные основы, на которых зиждется организация всякой европейской армии и прежде, чем она сможет быть поставленной на равную ступень хотя бы с одной из наиболее слабых европейских армий (фон Фрейтаг: „Основные условия военного успеха“ стр. III).

В этой войне выявилось много новых явлений: неожиданное нападение па русский флот в Порт-Артуре японских миноносцев в ночь с 8 на 9 февраля 1904 г., преобладающие бои за укрепленные позиции, длительность сражений, значение пулеметов, техники вообще и т. д.

При этом было выражено мнение, что только такой народ, как японцы, обладающие здоровыми нервами, был способен вынести тяжести окопной войны, длившейся целыми месяцами.

О неожиданностях, выдвинутых мировой войной, говорить не приходится. Достаточно напомнить об условиях позиционной войны, об обесценении крепостей, о чрезвычайных успехах военной техники, о развитии воздушной войны, об употреблении газов, минометов, ручных гранат, легких пулеметов, танков и поразительную дальнобойность орудий.

Вышесказанное иллюстрирует, как трудно предугадать условия и обстоятельства, в которых будет вестись любая будущая война. Заблуждения всегда возможны. Поучительны ошибки французского Генерального Штаба в оценке немецких военных сил перед мировой войной. Де Томассон утверждает, что в оценке вооруженных сил Германии он ошибся на 50%, считая 22 арм. корпуса вместо 34-х. Во Франции было известно, что немецкие резервные корпуса были равноценны активным корпусам и что они с самого начала войны входили в состав действующей армии. Поэтому предполагалось, что немцы будут наступать правым крылом южнее Мааса. В противном случае был бы принят другой операционный план. Сведения об организации резервных корпусов Германский Генеральный Штаб держал действительно в строгой тайне.

Тем не менее наблюдение за иностранными армиями в мирное время является очень важным. Оно дает необходимые сведения для стратегических расчетов но подготовке к войне. Обработка этих сведений делалась в Б.Г.Ш. в строгой тайне. Таким образом, Б.Г.Ш. является ответственным за оценку противника лишь в той мере, в какой это вообще возможно сделать.

О деятельности Б.Г.Ш. в этом направлении речь будет впереди. Материалом ему для изучения иностранных армий служили: пресса, официальные печатные издания, парламентские прения и вообще весь парламентский материал, сметные предположения, доклады комиссий и совещаний, военная литература и донесения военных агентов. Последние могли передавать только личные впечатления, так как тайными источниками они не могли пользоваться и не имели для этого в своем распоряжении средств. Центральным местом, где весь этот материал собирался, рассматривался и оценивался, был Большой Генеральный Штаб. С военными представителями заграницей мы поддерживали тесную связь, осведомляя их постоянно о наших соображениях, и обменивались имеющимися сведениями. Если обер-лейтенант фон Еггелинг («Русская мобилизация и начало войны». Ольденбург. 1919 г. Сталлинг, стр, 7) утверждает обратное, то это было, по-видимому, исключение.