Из воспоминаний Вольфа Мессинга

Из воспоминаний Вольфа Мессинга

Кроме телепатов, преувеличивавших свои возможности, есть люди, которые их тщательно скрывают.

История дипломатических отношений знает немало таких примеров. «С этими проницательными дипломатами, — считает Мессинг, — трудно было вести переговоры: они как-то угадывали самые тайные мысли своих противников, самые их хитроумные планы. Предположим — в порядке рабочей гипотезы, — что некоторые из них пользовались не только донесениями своих явных и тайных агентов, не только обладали способностями анализа и сопоставления, но и умением читать мысли противника. Как вы думаете, стали бы они афишировать свое умение? И таких случаев, если прикинуть, очень много. Да, это свойство — умение читать чужие мысли — было бы полезно во многих делах, но только чтобы этого никто не знал, чтобы эта способность была тайной. И я убежден: огромному большинству телепатов на Западе из-за опасения конкуренции невыгодно открывать даже самым близким людям свои тайные способности. Конечно, это еще не способствовало изучению сложной области психической деятельности человека».

И наконец, Вольф Мессинг называет еще одну группу телепатов — тех, кто вообще не сознает наличия у себя этих редких свойств.

Вольф Григорьевич любил вспоминать рассказ об одном старшине сверхсрочной службы, работавшем на пограничной заставе. Требовательный командир и добрый товарищ, он был неотвратимой грозой контрабандистов. Куда бы ни запрятали преступники документы, золото, валюту, запретные наркотики, он находил их с первого взгляда. Подойдет к человеку, подозреваемому в контрабанде, посмотрит в глаза:

— Смотрите левый сапог. Отвинтите каблук.

Или…

— Двойное дно у чемоданчика; наружу или внутрь открывается, ах, наружу. Отлично! Дайте мне отвертку.

Когда у этого старшины спрашивали, как это он догадывается о самых хитроумных тайниках контрабандистов, он отвечал:

— Сам не знаю. Но с первого взгляда чувствую, когда дело нечисто. И сразу догадываюсь, где контрабанда спрятана.

«Этот старшина, безусловно, телепат. Но вполне возможно, он и не подозревал об этом. И вполне возможно, попав на сеанс моих „Психологических опытов", честно и искренне аплодировал бы мне и удивлялся вместе с другими, не подозревая, что и сам обладает подобными способностями».

…Я не всех людей одинаково хорошо „слышу" телепатически, — пусть простят мне этот глагол „слышать", абсолютно не передающий сущности явления. Суть в том, что чужое желание я ощущаю как бы собственным желанием. Ощущение появляется во мне ощущением же. Если мой индуктор представит, что он хочет пить, и я стану ощущать жажду. Если он представит себе, что гладит пушистую кошку, и я почувствую у себя в руках нечто теплое и пушистое. Чужая мысль родится в моей голове словно собственная, и мне много стоило труда научиться отделять свои мысли от мыслей индуктора. Вот в чем разница слова „слышать" в обычном и в телепатическом понимании, как я его применяю здесь.

Итак, мысли и чувства не всех людей я одинаково хорошо „слышу". Одни „звучат" в мозгу моем громче, другие приглушенно, третьи — совсем шепотом, из которого долетают только отдельные слова. Но индукторов во время выступления не выбираешь. И если попадает индуктор с тихим „голосом" (все это термины в моем телепатическом понимании), а рядом „громко " думает другой человек, это может очень помешать в работе. Видевшие меня во время сеансов не раз замечали, что я бросаю реплики таким людям. Вот что записал научный журналист В. Сафонов (цитирую из его записей, с которыми автор меня любезно познакомил): «…Это произошло осенью прошлого года в Москве, в Доме медработников, где Мессинг показывал свои способности собравшимся там врачам… Я оказался в составе жюри, и это позволило мне быть в курсе всех событий, происходивших на сцене и в публике. Предпоследним опытом Мессинга была мысленная диктовка задания без контакта за руку с индуктором. Для большей убедительности Мессинг был удален из зала под эскортом двух членов жюри. Надо было надежно запрятать какой-либо предмет, а Мессинг должен был найти его. После споров и нескольких „перезахоронок" предмет (авторучка) был спрятан на обшивке стенной панели. Вводят Мессинга. В притихшем зале Мессинг быстро находит девушку, спрятавшую авторучку. Выводит ее на сцену, ставит перед собой, пристально смотрит на нее, просит:

— Думайте! Дайте мысленный образ…

„А что если попробовать сбить Мессинга — приходит мне в голову озорная мысль. И тут же начинаю внушать ему следующее: „Не слушайте девушку, ручка не там, где она думает, а на капители колонны, что слева от стены.

При этом я только бегло взглянул на профиль Мессинга (расстояние не более трех метров) и снова повторяю внушение: „Ручка на капители колонны…"

Воображение живо рисует толстый слой пыли, на котором лежит черная эбонитовая самописка с золоченым пером. Вдруг происходит то, чего я, откровенно говоря, не ждал. Мессинг посмотрел в мою сторону и с нескрываемым раздражением сказал (цитирую точно, записано сразу же):

— Не надо много приказаний… Туда очень высоко… Нужна большая лестница.

Я, разумеется, смутился и пробормотал что-то вроде извинения. После этого Мессинг забыл о моем присутствии и вновь сосредоточил свое внимание на девушке. Ручка была извлечена оттуда, куда ее поместили по желанию присутствующих

Я специально процитировал эти записи для того, чтобы читатель, не бывавший на моих сеансах, представил себе, как иногда отражается подобный разноголосый хор чужих мыслей на моей работе. Право же, это не легче, чем в толпе одновременно говорящих во весь голос людей выделить один голос и слушать только его. А он-то зачастую и бывает особенно „тихим

При доброжелательном отношении зрителей работается легко. Так же, наверное, и у виртуоза пианиста легче летают по клавишам пальцы, когда он чувствует немой восторг зала. И наверное, у него свинцом бы налились руки, если бы он чувствовал враждебное ожидание: вот сейчас собьется… вот сейчас собьется… Но так же, как музыкант может собрать силы и не сбиться, так и я могу довести до конца опыт с самым скептичным индуктором.

Весь сеанс я должен быть абсолютно уверен в себе. Так и канатоходец ни на мгновение не смеет подумать о том, что он может упасть».

Данный текст является ознакомительным фрагментом.