«Средоточие» — центр

«Средоточие» — центр

Слово средоточие, как можно полагать, создано Кантемиром или представлено у него самыми первыми примерами. В значении «центр» к тому времени фигурировало несколько наименований — в том числе заимствование центр (или кентр), слова и сочетания среда, средина, средняя точка и др. В современной писателю учебно-научной литературе заимствование центр было обычным. Например, встречаем его в «Арифметике» Л. Магницкого (1703), по которой учился еще Ломоносов: «Колико будет с единого угла через центр к противному полю». У Кантемира в одинаковых условиях могут употребляться центр и другие слова: «Солнце находится в центре всего мира» и «Солнце находится в средине всего Мира» («Разговоры»); см. еще один сходный контекст в «Книге мирозрения» Гюйгенса: «В первейшей фигуре есть средняя точка солнце».

Не удовлетворяясь имеющимися наименованиями, Кантемир в «Разговорах» выдвигает новый термин — средоточие. Писатель употребляет его в тексте «Разговоров», а в примечании соотносит с другими распространенными тогда словами: «Она [земля] обтекает великий круг около солнца. Смотрю убо на средоточие того круга и вижу там солнце». Вот примечание к этому отрывку: «Средоточие. Средняя точка, центр». В «Разговорах» новое слово встречается неоднократно; замену центр на средоточие можно заметить при редактировании сатир Кантемира: «Земля [по некоторым учениям] вместо центра всего система имеется» (сатира I, первая ред.) — вместо средоточия (вторая ред.).

Введение и популяризация нового слова не означали для Кантемира отбрасывания других употребительных наименований. Писатель продолжает применять их. Но наряду с заимствованием он считает нужным представить возможную его замену или эквивалент. Сложное слово средоточие образовано на основе словосочетания средняя точка, слов среда, точка и других по типу издавна существующих в книжнославянской письменности слов средоземлие, средоградие, средовечие и др. Правда, уже в «Словаре церковнославянского и русского языка» 1847 г. такие слова отмечаются как устарелые («старинные»), но средоточие сохраняется благодаря особым закрепившимся в нем смысловым оттенкам.

До конца XVIII в. средоточие встречается сравнительно редко, напротив, слово центр — на всем протяжении столетия. Оно выступает в разных случаях — при определении пространственного положения предмета (как в примерах выше) и в расширительно-переносном смысле. Так, центр употребляется при обозначении физических сил: «Центр тяжести [тела], центр сил («Содержание ученых рассуждений», 1748–1754), при указании на сосредоточенность деятельности: «Город Тир... был центр (средина) всякой коммерции» («Савариев лексикон», 1747). Слово представлено в отвлеченных контекстах, например, в статьях Сумарокова: «Здравым рассуждением приближаемся мы к центру познания».

Употребление слова средоточие в XVIII в. в основных чертах совпадает со словом центр. Например, оно выступает в трактате Радищева «О человеке, о его смертности и бессмертии», насыщенном славянизмами: «В душе яко в средоточии зажигательного зеркала»; в «Письмах русского путешественника» Карамзина: «Пристань, средоточие всемирной торговли». Но основными для данного слова становятся именно отвлеченно-переносные контексты, круг которых в конце XVIII — первой трети XIX в. шире, чем у центр: средоточие чувственности, средоточие истины, средоточие нравственного мира, средоточие учености. В позднем переводе «Разговоров» (1802) слово средоточие иногда заменяет прежние наименования: Отсылает ее [землю] далече от средней точки сего мира (Кантемир) — от средоточия Вселенной (1802).

В русской литературной лексике XIX–XX вв. оба слова — центр и средоточие — используются как синонимы. Установившееся еще ранее контекстуально-стилистическое разграничение этих слов в целом сохраняется и далее. Слово центр сейчас более «универсально» и выступает в разных контекстах — пространственных, расширительных и переносных (центр города, центр производства, центр внимания). Средоточие при указании пространственных отношений в современном языке не употребляется.