ЭКСТРАВЕРТИВНОСТЬ-----------0---------------ИНТРАВЕРТИВНОСТЬ

ЭКСТРАВЕРТИВНОСТЬ-----------0---------------ИНТРАВЕРТИВНОСТЬ

 Читателю, вероятно, удивленному тем, что мы поместили интровертивность справа, хотя она соответствует левополушарному типу (о котором было много сказано выше, в другой главе), кстати, и там левополушарные - тоже справа, объясняем, что люди мы - русские, а потому привыкли и смотреть, и воспринимать другого человека лицом к лицу, глаза в глаза, а не - со спины. Смотримся-то как в зеркало, а не исподтишка. Вот и получается наша извечная русская странность: «сено - солома».

 Исследования показали, что в каждом народе наблюдаются все вышеуказанные типы, только одних из них - (в процентном отношении ко всему населению) больше, а других - меньше (встречаются редко). Так, оказалось что среди северных народов (Норвегия, Финляндия, Швеция) и почему-то в Германии, очень много эпилептоидов (игзоидов) - (на проф. жаргоне их именуют «горячие финские парни»). Что это значит, думаем и объяснять не надо.

 А среди русских - самое большое процентное представительство схизоидов (шизоидов), левополушарных (больше, чем у других народов), что и обеспечило уникальную и своеобразную судьбу России, ее фантастическое количество достижений во всех областях человеческой деятельности (особенно, абстрактно- теоретической), искусстве, национальной культуре и науке. И поэтому описание шкалы направленности (шкалы обращенности во внутрь себя - обращенности во вне; шкалы интровертивности - экстравертивности) мы и начнем с русского национального схизоидного характерологического типа. 

Схизоид.

 Мы начали свое «полюса» шкалы направленности именно с этого – шизоидного типа, который известен также под прозвищем «шизик», - совсем не случайно. Этим хотим отметить, во-первых, что слишком часто дружба как совместное общение и деятельность, бывает не с кем-то, а – против кого-то. И, во-вторых, если отбросить в сторону (а этого делать не надо!), высокую продуктивность (результаты деятельности) индивидов шизоидного типа, то действительно, часто по многим «внешним признакам», проявлениям - речь, мимика, особенности поведения в целом, норма (глубоко обычные люди этого типа), и клиника (патология, больные люди), - на первый взгляд, схожи друг с другом, что и нашло отражение в названии «шизоид».

 Наша типология описывает норму, поэтому, вопреки традиции, и для того, чтобы ясно (уже в самом термине) выразить особенности качеств индивидов, находящихся на этом «полюсе» шкалы - полюсе направленности во внутрь себя (интровертивность), мы будем называть этот тип схизоидом (от схизма - раскол), что отражает «раскол» с внешней реальностью (в отличие от «шизо» - «раскол» внутри личности). Схизоидность - направленность во внутрь себя, и тем самым - некое «отталкивание», «отчуждение» от внешней реальности.

 Итак, если мы берем «полюс» интровертивности , то и самим индивидом (Субъектом), и наблюдателем, направленность носителя этого качества воспринимается как «некое отчуждение от мира людей», «избегание» (активное или пассивное) взаимодействий с ним, этим миром, внешней для индивида реальностью. «Нежелание» общаться с ним непосредственно, что может выражаться как в «уходе от...», и обычно описывается как «замкнутость», «необщительность», «поверхностность и формальность» контактов с людьми, «равнодушие» к другим людям. Этот синонимический ряд можно продолжать.

 Или же наблюдатели отмечают «холодность», «спесивость», «дистанциированность», «нежелание понять и прочувствовать другого человека», и т.п. - вплоть до «чурбана с глазами», «робота» и прочими «лестными» эпитетами, коими щедро награждают многих представителей этого типа взаимоотношений с миром людей. Но в норме это все редко влечет за собой дезадаптацию человека в обществе, а более того – этот способ взаимоотношений, общения с миром обеспечивает и своеобразие, и «самодостаточность» индивида.

 Те, кто не обладает интровертированностью схизоидов, их не любят, но делают исключение для тех из них, кому удалось опосредствовать такое свое «поведение», чем- то оцененным социумом как «значительные, выдающиеся» и т.п. достижения. То есть «продуктами своей направленности во внутрь себя» - научными открытиями, музыкальными произведениями и т.д., что является уделом лишь схизоидов, обладающих высоким уровнем интеллекта. Остальным приходится выживать по-другому.

 Схизоид, в отличие он экстраверта, ориентирован не на реальный объект (любой!) внешнего мира, а на свои личные «субъективные факторы». Как говорил Юнг, у интровертированного между восприятием объекта и его собственным действием вдвигается субъективное мнение, которое мешает действию принять характер, соответствующий объективно данному. Сознание схизоида видит внешние условия, но выбирает в качестве решающей собственную «субъективную детерминанту». У схизоида всегда существует, метафорически говоря, «резервированное «я» - его внутренний мир.

 Такой способ общения с реальностью, обеспечивает всем схизоидам индивидуальное своеобразие, «самодостаточность» и самостоятельность мышления. Было бы гиперболой приписывание этому типу одни достоинства. В зависимости от других личностно характерологических качеств (как ядерных, так и периферических), среди этих людей имеется все многообразие и «ангельских душ», и мерзавцев, и «ни то, ни се».

 Именно этому типу присуща «органическая нестандартность» во всем ее диапазоне, в отличие от оппозиционной ей экстравертивности, носителя «банальности», «тривиальности», «клишированности»). Схизоиду не свойственно выполнение «их и до сих» даже самых рутинных, и, казалось бы, не требующих «полета», дел (обыденных в том числе). Он и туда умудряется привнести «свое субъективное». Заметим, что самостоятельность мышления и высокий уровень интеллекта вещи разные. И у людей с низким уровнем интеллекта может быть самостоятельное мышление, которое часто является объектом шуток и становится анекдотами.

 Именно обилию схизодных типов в России мы и обязаны нашему своеобразному юмору и обилию анекдотов. Каждый схизоид в той или иной мере – чудак и оригинал, воспринимающий социальную реальность (объект) крайне своеобразно. Те, у кого высокий уровень интеллекта и есть образование, перерабатывают свои «чудаческие взгляды» на реальность в научные открытия, те, чей интеллект низок – удивляют своим поведением окружающих, а большинство, обладающее средним уровнем интеллекта просто «уходят в тень» и живут своей жизнью.

 Экстравертивные люди не могут понять сущности интровертированного сознания и всегда легко забывают, что всякое восприятие и познание обусловлено не только объективно, но и субъективно. Мир существует не только сам по себе, но так, как он индивиду является. В сущности, у нас даже нет критерия, который полог бы нам судить о к такоем мире, который не интериоризирован субъектом. Переоценивая способность к объективному познанию мы вытесняем значение субъективного фактора, и даже прямо значение субъекта как такового. Но что такое субъект? Субъект есть человек, субъект – это мы[74].

 Читатель, вероятно, уже соотнес схизоидный тип с описанным выше, левополушарным типом и его особенностями. Те, кто интересуются психологией, много читали о схизоидном (в литературе он обычно называется шизоидным, или глубоким интровертом) типе личности и, вероятно, обратили внимание на то, что нынче обычным является описание этого типа не с позиции понимания его специфики через механизмы, структуры и процессы, обусловливающие своеобразие личности схизоида, но через призму некоторых «черт», которые бросаются в глаза любому наблюдателю. То есть подход сугубо экстравертивный.

 Главная среди них – его пресловутая «необщительность», «нелюдимость» и ее синонимы. Обычно констатацией особенностей поведения и проявления «замкнутости» (ухода во внутрь себя), «бегства от Объекта», от «внешней реальности» и ограничиваются. И схизоидам день ото дня в нашем современном мире приходится все труднее и труднее. Если во времена Канта существовали «вещи в себе», то в наше время люди превратились в «вещи из себя». Экстравертивная «экономическая цивилизация» запада императивно требует «самопроявлений», выворачивания наружу на всеобщее ток-шоу, внутреннего мира человека.

 Нового в этом нет ничего. Экстравертированность – это всегда экспансия, растекание по поверхности - пусть тонкой, но непроницаемой пленкой, которая душит все глубины, под ней находящиеся, убивая жизнь внутреннюю. Так длится не одно десятилетие. И нынче, как и в начале XX века, для общепринятой экстравертированной оценки характерно, что слово «субъективно» звучит почти как порицание, а выражение «чисто субъективно» всегда имеет значение опасного оружия, предназначенного для удара по тому, кто не всецело убежден в безусловном превосходстве объекта.

 Экстравертированные воззрения завоевывают мир, и они уже не ограничиваются экстравертивными типами, а имеют столько же представителей и в среде интровертов, выступающих, таким образом, против себя же самого, предавая, изменяя своему собственного «роду». Интровертированность наследственно обусловлена. Она не только сознание. Она есть индивидуальная самость субъекта – архетип как «способ психического взятия объекта исконным образом», почерпнутый из общего коллективного бессознательного. Содержания коллективного бессознательного представлены в сознании каждого индивида как ярко выраженные склонности и понимания.

 Экстравертированные индивиды залипают на объект – внешнюю реальность. интровертированные ставят свою субъективную точку зрения выше любой объективной ситуации. Увы, субъективная «точка зрения сознания» у взрослых людей в значительной мере обусловлена тем социумом, в котором он живет, его воздействием на человека. Поэтому далеко не каждый схизоид – «революционер». Слишком многие «переученные экстравертами» схизоиды нынче «соответственно со стилем времени, ищут истину вне своего сознания, а не за своим сознанием [75]. 

 В нынешнее время многих схизоидов уже в детстве пытаются перевоспитать «озабоченные родители», но, как правило, безуспешно. Самым модным «диагнозом» стал аутизм – нездоровый уход в себя. Симптомы этого модного заболевания видят у всех детей, которые любят одиночество, уединение, имеют свои взгляды и увлечения. От этого, якобы, нужно лечить. И лечат – психотропными препаратами и психотерапией, внушая, что нужно «общаться, общаться, общаться», но – политкорректным образом, будучи толерантным к извращенцам «сексменьшинствам» и т.п. Дескать, в противном случае, ребенок станет ксенофобом.

 И почему-то никого не смущает тот парадоксальный факт, что схизоиды, нарочито «отторгающие мир», почему то не пребывают в разладе с жизнь. Это случается со схизоидами крайне редко: лишь если у схизоида очень низкий интеллект; или социум сам (в лице представителей власти) нарекает некоего схизоида «дезадаптантом», выписывая ему ярлык (в большинстве случаев) за «деятельность, направленную против....». Многоточия читатель может заполнить известными ему фактами из жизни «чудаков - шизиков».

 Подавляющему большинству схизоидов их интровертивность жить не мешает. Проблемы зависят от того, с какими другими качествами характера она индивиду «досталась». Если с высоким или даже средним интеллектом, они не только заканчивают школу, но и институт (чаще - технический), затем работают. Большинство схизоидов – на удивление – экстравертам, умудряются строить личные отношения, иметь нормальную семью, друзей и прочая, прочая, прочая.

 Схизоид с детства развивает и формирует свойственную ему систему опосредствований, направленность которых - «прочь от мира людей», «во внутрь себя» - в мир своих переживаний», но делает это не нарочито, а, скорее, незаметно для окружающих. «Заменяет» непосредственное взаимодействование (с миром людей) общением с природой или «опосредствованным» - абстракциями разного уровня сложности («абстрактными конструктами»), которые позволяют организовать мир, то есть упорядочить стимулы, воздействия, влияния и т.п., ищущие от внешней реальности.

 Взаимодействие (общение) с социумом, миром людей (как ближайшим окружением, например, семьей, друзьями, коллегами, так и с «дальним кругом» - коллеги по профессии, например), высокоинтеллектуальный схизоид осуществляет преимущественно через «продукты» культурной (материальной или духовной) деятельности своей общности, ставшие для схизоида интериоризированными, благодаря любой информации их «кодирующей».

 Это «поле смыслов и значений» - «целое» - представляет собой своеобразную знаковую систему: «упорядоченное», «организованное», органичное его сущности образование, включающее индивидуальный способ постижения информации и деятельности с ней. Под сложностью понимается связность элементов, частей, отношений друг с другом этой системы. Ее ностью понимается связность элементов, частей, отношений друг с другом этой системы. Ее цельность подобна семиотическому тексту[76]. Усвоенное (интериоризированное) человеком со схизоидностью (как качеством личности шкалы направленности) и представляет собой тот самый «внутренний мир», на который интроверт «замкнут», предпочитая его миру реальности, «миру непосредственного», «ежемоментно меняющегося», обрушивающегося на индивида всем своим неуправляемым «многообразием калейдоскопа».

 Интроверт – схизоид-интеллектуал - пребывает в «горнем мире» своего идеального. Он для него - значительно более совершенен, чем непосредственно данная (однообразная, при всей своей изменчивости, внешняя реальность). То, что создано предыдущими поколениями людей, живших до него («традиционное») усваивается схизоидом легко. Является «оплотом стабильности», но часто «используется», «применяется» в жизни крайне своеобразно. А реальный, современный, внешний мир, «погрязший в обыденности» (схизоид не настолько «отчужден» от жизни, чтобы в ней не ориентироваться; он же - не узник или робинзон) пребывает «сам по себе».

 Схизоиды с низким и средним уровнем интеллекта также норовят удрать из реального мира в свой собственный. Кто-то прямолинейно уходит от людей в глухомань, подальше от городского безумия, кто-то ограничивается ограничением контактов с миром, а кто-то ведет двойную жизнь. Ведь «горний мир» может быть и сопкой, и кучей строительного и бытового мусора на свалке, и подвал, и теплотрасса. Многие бомжи удалились от мира добровольно.

 Со всеми мелкими общества делами, заботами, проблемами, современность обычно воспринимается схизоидами как «нагромождение суетности и бестолковости». В сравнении с его внутренним миром, наблюдаемая им непосредственная реальность «тускла», «скучна», «неорганизованна» и захламлена «непонятными» идиотскими противоречиями. И посему схизоид предпочитает ей свой собственный, часто «ирреальный», мир. Наблюдательные люди, характеризуя схизоида, обычно так и говорят: «не от мира сего!»

 Обычно, схизоидного ребенка можно выделить среди сверстников с самого раннего детства. В «грудничках» он почти не требует внимания к себе, и уже в полтора года спокойно остается один, он и играет, по преимуществу, один. И часто не с обычными игрушками, а с предметами, «вещами быта». Взрослея, схизоид не теряет пристрастия к одиночеству (играет один, гуляет один). Не рвется в песочницу, к детям. Детские психологи любят говорить, что самая быстрая психодиагностика маленьких детей - понаблюдать за тем, как они играют. Поскольку мы не будем описывать детство каждого характерологического типа подробно, скажем об этой «методике» сейчас.

 Итак, схизоидный ребенок играет сам, и как можно дальше от песочницы. (Он уже не просто остается один, а любит одиночество и всегда находит себе занятие.) Психостеник в детстве играет возле детей в песочнице, истероидный ребенок играет вместо детей в песочнице (его и виднее - он активно отбирает игрушки, и слышнее, поскольку аккомпаниментом изъятию «имущества», служит либо вопль обиженных, либо вопль истероидного ребенка, когда он получает отпор. Игзоид играет вместе с детьми, если они его принимают.

 Схизоидный ребенок обычно любит природу (если ему повезло с ней сталкиваться) и часами может наблюдать за облаками, растениями, животными, насекомыми. На природе он выглядит более органичным и естественным, чем вреди сверстников. Научившись говорить, он доводит взрослых своими «почему?» Просим обратить внимание: именно «почему?», а не «что это?». Часто его вопросы ставят в тупик: «Кто сильнее - слон или самолет?» и т.п.

 Схизоид взрослея, играет по-прежнему своеобразно: не в машинки, а строит дом, например, предпочитая это делать не из кубиков, а из настоящих кирпичей (если есть возможность), а если ее нет - из «подсобных средств» : бумаги, спичечных коробков и т.п. Как ни странно, но уровень достатка семьи мало сказывается на любимых игрушках схизоидного ребенка. Часто обеспеченные родители таких детей не могут понять, почему их малыш не желает играть с дорогостоящими «развивающими игрушками», возится, по их словам «со всякой дрянью и мусором» и подозревают у ребенка «отклонения». Кстати, далеко не все схизоидные дети любят компьютер и компьютерные игры, что так же служит поводом обращения родителей к психологам: как же так! Купил, а ему - «до фонаря», не заставишь!»

 У схизоидного ребенка, если позволяют семейные обстоятельства и материальный уровень родителей, рано появляются увлечения: коллекционирование, изучение какой-нибудь области знаний, моделирование (предпочитает не сборку моделей из купленного в магазине «полуфабриката» с рисунком и схемой, а конструктор, дающий возможность самостоятельно что-то «изобрести», но не «лего».) Если есть возможность, с радостью и активно работает настоящими инструментами для взрослых. ТВ, тем не менее, схизоидный ребенок смотрит. И только со сверстниками его общение ограничено - потребность в общении (как принято говорить) - снижена.

 Однако если перестать акцентировать внимание на пресловутом «общении» (как времяпрепровождении), общении ради общения, то следует заметить, что у схизоидного ребенка его не меньше, чем у других характерологических типов: общение для чего-то (совместная деятельность) у ребенка обычно есть, ее он не чурается. Схизоидные дети из семей неблагополучных или малообеспеченных, тем не менее находят те же себе увлечения, но подешевле: рыбалка (для деревенских детей), сбор «лесных даров» и т.д., но – в одиночестве. 

 Мы считаем, что это направленность во внутрь себя, наблюдаемая с раннего детства до периода юношества, есть не что иное как оформление способа общения, взаимодействия с внешней реальностью. Если рассмотреть ее с этой позиции, станет, на наш взгляд, очевидно, что интроверт схизоид с рождения предпочитает взаимодействовать с внешней реальностью опосредствовано, и с рождения до юношества или отрочества, - сие глубоко индивидуально.

 Человек «растит» (или то, какой он уродился, во всей совокупности личностно характерологических качеств, «растит» его?) свою, уникальную индивидуальность через только ему свойственную, личностно единственную, его опосредованность «себя к миру», в отличие от столь же интенсивно проявляющейся у экстравертов, направленности на непосредственное, прямое взаимодействие в внешней реальностью (во всех ее проявлениях).

 Еще раз обратим внимание читателя на наследственную обусловленность как интроверсии, так и экстраверсии. (И, соответственно, - любого характерологического типа). В доброе старое время, ученые от медиков (чьей специализацией являлась центральная нервная система) до психофизиологов, нейропсихологов, и геополитиков, этнопсихологов, активно изучали различные человеческие типы. Изучают и сейчас, но ... молча и тихо, сохраняя в тайне результаты своих исследований. 

 Почему? А права человека? А равноправие всех? Кто-то из великих сказал, что «не существует такой патологии, которую из «великих замыслов», не сделали бы нормой». Для обычного человека запада, катушка, - «что равноправие, что равенство - один хрен! Все - одинаковые, и это - политкорректно!» Разница - лишь в количестве денег, у кого их больше - тот и живет лучше. Все!

 Кто спорит? – «одинаковые» удобней, это знает каждый скотник. Как писал некогда знаменитый, а теперь, в «эру виртуахи», забытый Оруэл в антиутопии «Скотный двор»: «Все животные равны, но некоторые - равнее». Как всегда - «равнее» те, кто богаче, а кто богаче, тот и управляет. А катушков на власть хватит! Рыночный рай (базар) требует одинаковости, отштампованности и стандартности, чтобы каждый катушек был «по образу и подобию», порождающего его общества. Это позволяет легко управлять катушками и легко прогнозировать «уровни продаж» любых товаров, им, якобы, потребных.

 Как черт ладана, запад боится и ненавидит индивидуальность, уникальность человека. Обособление, собственные взгляды на мир и мiр, и, как следствие этого - наличие нравственных Абсолютов, Духовность и ...самостоятельность!? Никогда больше! Ведь «эти», не катушки, но - люди, опять будут принадлежать культуре, а не индустрии «витального порыва», влечений, животных инстинктов, наслаждения, сексуальных удовольствий - биологии!

 Только бизнес, обслуживающий пороки, приносит настоящую прибыль, все другое «производство» - только баловство, бирюльки для наивных. Человек. Индивидуальность. Вот оно, самое страшное для запада. Он отчужден, православный, от маммоны. Он не ходит в секс-шопы, и не употребляет наркотики и масс-кумиров. Даже хуже - он не создает себе кумиров.

 И живет он в национальной культуре, а не в «глобальном человейнике», и сотворен он по образу и подобию Божию, и поэтому является не рабом своих влечений и желаний, а их хозяином: может сознанием и духом своим, управлять ими, опосредовать свое к ним отношение. И сам решать, какие из них, как, когда и каким способом он будет их осуществлять, какие - ограничивать, а какие - отбросит, сочтя унизительными для себя, недостойными человека, грешными. Он же не катушек - часть Народа, и без него Народ - неполный.

 Ну как с таким жить и манипулировать? Уникально самостоятельным? А потом он и детей таких же нарожает, и воспитает! То ли дело - катушки! Они - не народ, а толпа. А толпа что может родить? - правильно! Панику! А паника (если отвлечься от «ахов-охов») - дело очень выгодное: позволяет обеспечивать рабочими местами и полицейских, и медиков, и страховые компании.

 Да и всех производителей: от создателей дубинок, которыми панику прекращают, до производителей одежды (и для следующей толпы, и для похорон как катушков, принявших участие в толпе, так и их родственников, и прочая, прочая, прочая. Рыночная экономика для своего функционирования использует все! А посему сражается «экономическая экстравертивная цивилизация» запада за одинаковость, то есть - за «равноправие», то есть - за «права человека»! И, как это принято на западе, тут же из нужды сделали добродетель!

 Читателю, за нашим многословием, подзабывшему, - а о чем это мы? - напоминаем: о наследственно обусловленных особенностях характерологических типов, и попытках ученых выяснить с чем же, какими качествами головного мозга связаны экстраверсивность и интровертивность. Гипотез существует достаточно много и до того момента, когда «общечеловеки» стали рулить, внедряя политкорректность, и писали об этом немало.

 С асимметрией полушарий головного мозга (лево- правополушарная доминантность коры) мы вас знакомили выше, в другой главе. Согласно еще одной, заслуживающей внимания теории, экстра - интровертивность, обусловлены врожденными особенностями превалирования либо кортикального возбуждения над кортикальным торможением - интроверт, либо наоборот - экстраверт. 

 Но вернемся к направленности во внутрь себя у интроверта. Выше мы, рассмотрев генезис интровертивности у схизоида в онтогенезе, пришли к заключению, что схизоид с детства развивает и формирует свойственную ему систему опосредствований, направленность во внуть себя - это его способ взаимодействование с внешним миром (Природой и с социумом), через представления, теории, идеи - абстракции (многие их именуют «абстрактные конструкты»), которые позволяют организовать «структурировать». Что такое «структурировать» - толком не знает никто.

 Но факт остается фактом - при всем многообразии стимулов - сигналов, поступающих из вне, из внешнего мира, схизоидом почему-то безошибочно выбирается именно тот стимул или несколько стимулов, которые будучи «обработаны» в первую очередь, позволяют упорядочить стимулы, воздействия, влияния и т.п., ищущие от внешней реальности. Тот самый «субъективный фактор», описанный выше.

 Взаимодействование (взаимообщение) с социумом (миром людей) - как ближайшим окружением, семьей, например, друзьями, коллегами, так и «дальним кругом», схизоид осуществляет посредством (через) «продукты» культурной деятельности рода человеческого, ставшие ему, схизоиду, известными и усвоенные им (язык, науки, работа). То есть главенствует любая информация их «кодирующая» в субъективном факторе.

 Эти «субъективные коды» также включаются в субъективное - индивидное «целое» или, как ее еще называют, «систему» - индивидуального способа постижения информации и деятельности с ней. В зависимости от других качеств характера человека, этот способ приобретает свои особенности. Следует иметь в виду, что под сложностью понимается не сложность в бытовом понимании а, скорее - уровень абстракции. Эта индивидуальная система есть важная подсистема внутреннего мира, на который интроверт и замкнут.

 Много схизоидов (рано или поздно), даже будучи воспитаны в атеизме, приходят к Богу: ничем, кроме Промысла Божьего нельзя объяснить то совершенство мира (от Природы до идеального), которое дано схизоиду как чудо. Вера схизоида не ритуал, не красота богослужений (многие схизоиды и в церковь-то не ходят), но его индивидуальное общение с Богом, внутренний диалог, исповедь в помыслах и грехах. 

 На наш взгляд, базовый механизм, особенности направленности во внутрь себя интроверта схизоида, мы описали. У интровертов всех уровней по шкалам интеллекта, эмоций этот механизм един. Разница лишь в содержании внутреннего мира, особенностей эмоциональной сферы. Но это больше относится к отдельному человеку, а не к типу схизоида.

 Среда, в которой воспитывается схизоид, также влияет но то, что станет содержанием внутреннего мира индивида. Среди схизоидов крайне велико (больше, чем среди других типов) представительство индивидов с высоким интеллектом, и именно им раньше удавалось хорошо, социально успешно адаптироваться, поскольку все они, практически, уходили в науку, что и позволяло им с пользой для общества, и для себя, реализовывать себя.

 Хуже всех адаптировались интроверты с низким уровнем интеллекта. Схизоиды со средним уровнем интеллекта адаптировались в социуме успешно, за счет формирования «двойной жизни»: помимо функциональной (профессиональной) жизни, они создавали «оазисы души», как скрытый от взглядов окружающих еще один мир, в котором схизоиды и реализовывали свою внутреннюю жизнь.

 Нынешнее время неблагоприятно для схизоидов: социум к ним неблагосклонен. Организованная «функционерами все равно чего...» (лишь бы была возможность обменивать «холуйство на деньги»), разруха, благосклонна только к «адаптантам» - экстравертам. Ниже, разбирая экстраверсивный «отрезок» введенной нами шкалы направленности (и его характерологические типы), мы поговорим об этом подробнее.

 В стабильных условиях развития общества, при «застое», схизоид крайне «удобен» обществу - его не видно и не слышно. Но во время перемен - «незаметность» схизоида остается, да вот незадача – никто (кроме него самого) не знает, что там он себе надумает, какие выводы он сделает и какие формы, стратегии и тактики поведения, выберет. Юнг полагал (работая со схизоидами-европейцами), что схизоиды под давлением экстравертивной цивилизации, уподобятся «робинзонам», уйдут от мира. Представителей русских схизоидов он не знал. 

 За те десятилетия, что прошли с его времен, запад действительно «загнал» своих интровертов в угол, заставил их рядиться в маски экстраверта, но не высовываться. Русские люди – другие. У них свои архетипы и свой национальный характер. Мы же лишь организовали себе «экстраверсивные фасады». Это самое простое для представителей народа, который столько воевал и с молоком матери впитывает тактику партизанской войны. Русском схизоиду не нужна политическая организация и руководящие органы, он - одиночка. И схизоиды рождаются и рождаются в России.

 Кто знает, куда заведут многих из них, особенно высокоинтеллектуальных, но не имеющих возможности реализоваться в обществе рассиянского дикого капитализма, нынешние общественные раздраи? «Соблазн терроризма» как индивидуальная попытка отдельного лица «поучить зарвавшихся» буржуинов, стал слишком велик даже у западных интровертов. - Достаточно вспомнить Уне Бомбера, которого все спецслужбы США, не могли поймать 17 лет. И, если бы не информация, полученная от родственника, искали бы до сих пор.

 Весь экстравертированный мир западной «экономической цивилизации», сладко похрюкивая от прибылей, полученных на этом поприще не жалея сил сражается с «монстром терроризьмы» и его «предтечей – экстремизьмой». Прекрасные пугала для западного тупого обывателя и повод для начала любых грабительских войн.

 И обобранная Россия, сверкая голыми пятками, норовит не отстать от «цивилизованных». Только вот «бойцы антитеррора», погремывая оружием и котелками на бегу, пролетают мимо сотен тысяч беспризорных детей и миллионов полуголодных остальных. Предполагается, наверное, что те из них, кто выживут, стройными рядами включатся в шеренги «ударников капиталистического движения». Их, дескать, «воспитает экономическая среда», они станут ее сторонниками и адептами. Экстраверсированные власти не способны понять интровертированных, которых из этих детей – сотни тысяч.

 Они лишены образования, воспитания, любви и заботы. Им их «заменяет» презрение, брезгливость и страх «добропорядочных граждан». Они чувствуют себя угнетенными, и по мере взросления, эти чувства нарастают. Они уже мстят обществу, столь сурово с ними обошедшемуся. Но это – только начало. Будущее не сулит ни им, ни тем, кто проходит мимо, ничего хорошего. 

 

Психастеник.

 Если начать двигаться влево в сторону условного 0 от полюса шкалы направленности, обращенности во внутрь себя, - схизоида, по введенной нами шкале интровертированности - экстравертированности, то по мере уменьшения интенсивности отчуждения от внешней реальности (хотя оно, отчуждение, и будет сохраняться), формы проявления отношения к внешней реальности изменяется настолько, что это дает нам право выделить следующий характерологический тип личности.

 Его принято называть психастеником, или психастеническим характерологическим типом личности. Хотя и здесь с очевидностью наблюдается направленность во внутрь себя, но она, эта направленность (интровертивность) не столь самодовлеюща, не безусловно подчиняет себе все проявления индивида во вне, как это свойственно схизоидному типу. Поведенческие проявления у психастеника опосредствуются не столько его внутренними «мысленными содержаниями», идеями, духовной жизнью и т.п., а скорее - интровертированность этого характерологического типа - психастеника - способ адаптации к внешней реальности. Наследственная обусловленность особенностей этого характерологического типа не вызывает сомнений, и связана со слабостью типа центральной нервной системы (ц. н.с.) или ее неуравновешенностью. 

 Читатель помнит: схизоиду имманентно (непрерывно, постоянно) присуща «отвернутость» от внешней реальности, что может явиться причиной (и так часто происходит с представителями этого типа взаимодействия с миром) достаточно напряженных отношений с социумом (миром людей), выражающаяся в конфликтах (их часто пытаются сделать такими «как все»: «общительными»), необъективной оценке схизоидов другими людьми. Или же проявляться в добровольно - «принудительном самотождестве», «самости отшельничества» схизоидов (именно поэтому схизоид и является полюсом интровертивности):

1) отстраненности от людей - даже если вынужден быть среди них, но всегда - «сам по себе», не вместе с ними» - символическое разрешение обращенности во внутрь себя схизоида;

2) реальное «расставание» с миром людей - жизнь «на выселках», в одиночестве и глухомани, или выбор профессии, позволяющей большую часть жизни проводить вдали от людей.

 Психастеник - другой, нежели схизоид. Это и отражено в названии характерологического типа. Ключевым в сложносоставленном термине - астения (от гр. - (psyche -душа) + astheneia - «бессилие», слабость - состояние, проявляющееся повышенной утомляемостью и истощаемостью, ослаблением способности к продолжительному умственному напряжению,и, как следствие этого - «сниженная» работоспособность).

 Психастеник - характерологический тип личности со сниженной психической «устойчивостью» перед миром - «ослабленный», «утомляемый» (иногда психастеника называют «истощаемым», что наследственно обусловленно). Поэтому и направленность этого типа во внутрь себя - способ адаптации к внешней реальности. Психастеник направлен во внутрь себя (в отличие от схизоида) не потому, что таким - интровертированным рожден, а по причине целесообразности: сниженная психическая «устойчивость» перед миром, побуждает психастеника «отгораживаться» от внешней реальности с целью оптимизации взаимодействия с нею. Мир слишком «избыточен» для слабого, утомляемого и истощаемого психастеника, и если психастеник ему, миру, опрометчиво «откроется», мир - «раздавит».

 Вот и приходится психастенику, чтобы быть адаптированным к реальности - жестко «дозировать» влияние среды. А коль психастеники интровертированы «вынуждено», адаптационно интровертированы, они, в своем большинстве, прекрасно «вписываются» в социум и избавлены от его «бури и натиска». Но качество этой адаптации зависит и от других качеств его характера, и от условий, в которых данный человек рождается и воспитывается. 

 У психастеника уровень активационных потенций (слабость ц.н.с., или как чаще принято - в.н.д. - высшей нервной деятельности) изменяется от среднего до минимального уровней, и именно это и обусловливает специфику его направленности во внутрь себя: она служит целям экономии усилий во всем, интровертивность и формируется в процессе психического онтогенеза (индивидуального развития) индивида При этом у психастеника показатели по двум другим шкалам (интеллекта и эмоций) могут быть разные: и низкие , и средние , и высокие, что и создает многообразие вариантов характерологического типа личности психастеников.

 Психастенику свойственна интровертивность, носящая охранный, адаптивный, (но не спонтанный, «самополучающийся» как у схизоида) способ взаимоотношения с внешним миром, - эдакая «воспитанная», «ухоженная», «взращенная», «селективная» интровертивность психастеника. Многие психодиагносты и называют психастеника «Маленьким принцем» или «Мимозой».Его отличие от схизоида в и том, что интровертированность психастеника не тотальна, а парциальна.

 Психастеник – «вынужденный интроверт», он им становится вследствие общей слабости нервной системы. Психастеник, также, как и схизоид, отличается левополушарным доминированием, однако экспериментально доказано, что у него (в отличие от схизоида), выражена слабость подкорковой деятельности, что влечет за собой часто замедленность простой реакции (своеобразная корковая нейродинамика).

 На шкале экстра - интроверсии, характерологический тип психастеника расположен на отрезке интровертивности и примыкает к схизоиду, с одной стороны, а с другой - (через точку условного 0) к экстраверсивному типу игзоид. Конечно же, наша шкала предусматривает снижение интровертивности от полюсного типа (схизоид) к точке условного 0 (через характерологический тип психастеник). По мере приближения к точке условного 0 (отдалению от полюса интровертивности), меняются и внешние проявления особенностей каждого типа вместе с внутренними механизмами их обеспечения .

 Там, где на шкале направленности характерологические типы «смыкаются», без применения сложного инструментария (методик выявления определенных качеств личности), и большого опыта практической работы, дифференцировать один характерологический тип от другого, достаточно сложно. Именно поэтому описывая как полюсной ли тип, так и любой из «промежуточных» (находящихся между полюсными типами) мы ограничиваемся описанием «типического» в каждом типе.

 Повторим еще раз - психастеник есть тип интровертированный, но со свойственной лишь психастеникам своеобразной оторванностью от реальной действительности, застенчивостью, замкнутостью и «отстранением» от внешнего мира. Напоминаем: в отчуждении от реальности схизоида ясно проявляется «органичная необщительность»: извечное «я сам», «самопогруженность в себя», но схизоид часто даже не подозревает что он - нелюдим. Себя-то он считает «просто очень занятым делом человеком», и свято убежден, что и другие люди - такие же (по степени потребности в общении, контакте).

 На психастенике же словно висит незримая табличка «Private». В свойственном ему отстранении, нескрываемо просматривается сознательный барьер, «возведенный» между ним, психастеником, и внешним миром - это может быть и крепостной вал, и изысканная ограда, и изгородь, и забор. Те барьеры, «крепостные валы», которые психастеник с детства (сначала волей-неволей, а затем - вполне осознанно) созидает, нужны ему чтобы отгородиться от социума в целях «экономии усилий».

 Вернее, - от «дальнего круга» людей его, социум, составляющих. Но внутри этой «крепости» психастеник открыт общению. И, более того, предоставляет людям, которым открыта «крепость» психастеника - близким людям (родным, друзьям, друзьям друзей), полную свободу выбора форм общения. Он всегда предпочитает роль «ведомого» в контакте, отдавая всю инициативу партнеру по общению. Психастеник также прекрасно знает, что творится за «стенами его крепости», но «отстраняется» от происходящего во внешнем мире сознательно - «держит нейтралитет» по отношению к социуму и погружен в «частную жизнь».

 Сходство со схизоидами, которые находятся на шкале направленности не на «краю» полюса (максимально удаленном от точки условного 0), а достаточно близко примыкающему к «отрезку» шкалы интровертивности, отведенному нами психастеникам, (там мы расположили сенситивных схизоидов, описанных выше), проявляется у психастеников особенно ярко. Оба характерологических типа роднит ранимость, неуверенность в себе, нерешительность в принятии решений, впечатлительность, перфекционизм (желание сделать любое, даже пустяшное дело, как можно лучше), самокритичность.

 У психастеника есть и черты, которые неотъемлемо свойственны именно этому характерологическому типу: мнительность и боязливость, парадоксальным образом связанные не с реальными событиями, а предполагаемыми, возможными неприятностями, возможным неуспехом того или иного поступка. В настоящем, в реальности, психастеника часто бывают удивительно бесстрашны: человек, который боится простуд, может отказаться от поездки за город, поскольку «если вдруг похолодает, он может простудиться, да и на даче - часто бывают сквозняки и сырость и т.п.».

 Но при этом (остерегаясь и тревожась по поводу гипотетической возможности простуды), тот же человек абсолютно спокойно возвращается домой за полночь, проходя безлюдный переулок без единого фонаря. - «А чего волноваться? Я этой дорогой хожу ежедневно уже лет 10 ». А опасность «прогулок» по ночным улицам объективно больше, чем опасность возможной простуды.

 Эту парадоксальность - как особый феномен в психологии - стали именовать «парабиозом».(греч. «около жизнь»). Этот термин был введен выдающимся русским ученым - физиологом Н.Е. Введенским еще в 1901 г. по аналогии с явлением, наблюдаемыми в нейрофизиологии. Оно заключается в том, что при действии на возбудимые ткани раздражителей, существует фаза (стадия), - ее так и именуют парадоксальной - когда слабый сигнал вызывает больший эффект, чем сигнал сильный - «парадокс ответа».

 Желание понять: почему же психастеники так своеобразно реагируют: на прочитанное, услышанное, сказанное - значительно сильнее, чем на реальное, житейски данное, заставляло многих психологов создавать самые «вычурные» теории. Например, согласно одной из них (она была в моде не один десяток лет), «бедный психастеник» обладает понижением «особого психологического напряжения»(?) - что это такое - «особое психологическое напряжение», определяющее «нормальную психическую деятельность», которое вот у всех, вишь ли есть!, а у психастеника - отнюдь, даже теперь, после того как об этой теории, к счастью, забыли, - осталось великой тайной создателя теории.

 Хотим заметить, что до конца 19 в., характерологией занимались лишь западные спецы, а посему, в контексте вышесказанного в предыдущих главах, всякий, кто как муха на мед, не летел к себе подобным человеком, уже казался им крайне странным, психически «не таким как надо», (но об этом ниже, при описании экствавертивного «отрезка» введенной нами шкалы направленности и его характерологических типов - игзоида и истероида). А пока продолжим о психастенике.

 В той же «вычурной», но малореалистичной теории, психастенику приписывалось помимо «тусклого восприятия реальности» и «отсутствия живости», «нарушение функции реального». Дескать, «понижение психологического напряжения», нарушается иерархия психологических явлений, на вершине которой (ясное дело! - для живеньких реалистов запада) находится та самая пресловутая «функция реальности» (по-русски мы ее называем «простотой, хуже воровства»: «дают - бери, бьют - беги»). А место этой самой «функции реальности», позволяющей «адекватно воспринимать реальность и воздействовать на нее», занимают «низшие процессы» со связанными с ними сомнениями, беспокойством о правильности своего поведения и тех или иных поступков, повышенного самоконтроля. К тому же - предел всему! - психастеники очень любят традиции, регулярность, распорядок в жизни и являются часто людьми глубоко верующими.

 Конечно же, для запада - психастеник - характерологический тип, который неестественен: оно и не удивительно: на Руси психастеников много, и их воспринимают как людей слишком ответственных и совестливых. (А на западе - не так, тип чуждый и не нужный. Оно и понятно - на кой ляд - живенькому как таракан, катушку, - совесть? Им локти поострее нужны, для конкуренции, а не совестливость.)

 Следует отметить, что обычно психастеники - люди чуткие и деликатные, а часто - застенчивые, и стараются скрыть от малознакомых людей и свою ранимость, и недооценку себя (неуверенность в себе), а они склонны к заниженной самооценке. И поэтому для многих людей выступают как «зазнайки», «холодные», «недоступные». (Под «многими» в данном случае мы имеем в виду как людей, оценивающих других по себе, так и тех, кто по разным причинам, просто ограничивается восприятием «первого взгляда»). Истинную цену психастеника знают лишь те, кто достаточно долго с ними знаком (по совместной работе ли, по близкому общению).

 Чтобы не получился образ «ангела во плоти», расскажем теперь об особенностях психастеников, которые являясь обратной стороной достоинств этого характерологического типа, могут значительно осложнять общение. Выше мы писали, что психастенику свойственны постоянные колебания при принятии решений, и далеко не всегда эти колебания психастеник проходят без участия близких ему людей: многочасовые консультации «как быть?», могут допекать других людей. Но коль психастеник принял решение, он норовит претворить его в жизнь немедленно. (Это тоже «допекает» близких, предполагающих, что если уж решение принималось так долго, то и выполнятся оно будет не немедленно, а долго - долго).

 То же самое «неудобство для других», касается и, привычного для психастеника, ожидания неприятностей («сугубо гипотетических» - на взгляд других людей, а потому - пустячные, но отнимающие за обсуждением слишком много времени).

 Психастеникам также свойственно, как мы писали, склонность к «ритуализации» - строгому соблюдению заведенного распорядка жизни, которого они достаточно часто требуют и от тех, с кем связаны производственными или другими тесными узами. Многие люди воспринимают это как педантизм (и он действительно достаточно часто свойственнен психастеникам). И еще одна черта, которая «досаждает» близким психастенику людям - «усталость не знающая отдыха»: вечная «занятость» какими-то привычно - обыденными делами. Психастеник словно не умеет отдыхать, и втягивает в эту «орбиту суеты» окружающих.

 Еще одна непривычная особенность психастеника - их «странное» поведение в контакте: словно -«отсутствие». Их «ведомость», безинициативность столь высока, что впервые столкнувшись с этим характерологическим типом, представители другого типа буквально впадают в недоумение: и человек -то - рядом, но как будто отсутствует. Скажешь: «пойдем в кино? - Пойдем.» «А может - не пойдем? - не пойдем..» И никакого своего предложения - словно общение с самим собой, а не с другим человеком...

 А теперь самое время напомнить читателю об основной базовой особенности психастеника - наследственно обусловленной сниженности, слабости, истощаемости этого своеобразного, обычно скрытного, интровертивного характерологического типа, которая и «диктует» все описанные выше качества его личности.