Насилие

Насилие

На секретной службе всегда надо было быть готовым к насилию. Это могла быть ружейная стычка, подобная той, которую пришлось выдержать некоему И. П. в Нанси против трех американских дезертиров, которых подозревали в симпатиях к немцам. Это могло быть убийство с заранее обдуманным намерением — случай, встречавшийся гораздо чаще в романах, чем в действительной жизни, но хорошо известный на Балканах. Убийство не было средством, которым часто пользовалась американская секретная служба. Но американцы не всегда играли роль невинных жертв.

Налеты на посольства, миссии и консульства были очень распространенным спортом на обеих сторонах. Достойные и якобы безупречные представительства почтенных правительств тайно занимались шпионажем, особенно в Швейцарии, где некоторые крупные германские шпионы официально входили в состав посольства и получали задания от важного чиновника, занявшего впоследствии высокий пост в германском правительстве.

Впрочем, австрийцы играли такую же роль.

Весной в один из субботних вечеров в Цюрихе в доме, примыкавшем к австро-венгерскому консульству, был веселый праздник. Там были танцы и пение, и звуки веселья разносились далеко вокруг. Праздник был союзный. На нем присутствовали французы, англичане и итальянцы, военные и штатские. Вдруг около полуночи напряженный слух некоторых приглашенных уловил глухой гул взрыва, разразившегося, казалось, в австро-венгерском консульстве; гости стали веселиться вдвойне и разошлись только на рассвете.

В понедельник утром, когда открыли канцелярию австро-венгерского консульства, обнаружилось, что кто-то проник в помещение, взломал сейф и овладел важными документами.

Какого сорта были документы? — спросила швейцарская полиция.

— Очень секретные и весьма важные; если их переправят через французскую или итальянскую границы, это будет ужасное бедствие, — говорили австрийцы, настаивавшие на том, чтобы швейцарская полиция допросила всех лиц, которые могли принадлежать к какой-либо союзной разведке в Швейцарии.

Это была трудная задача, но швейцарская полиция сделала попытку.

От всех тех, кого она допрашивала, она получала ответ:

— Помилуйте, ведь я был на вечере в соседнем доме и ни на минуту никуда не отлучался.

Или другой:

— Я был на вечере у американцев, спросите их, они вам это подтвердят.

Тогда-то и возникло предположение, что американцы вовсе не так невинны, как казалось, и противник стал за ними внимательно наблюдать. Особенно интересовался он ночными поездками на автомобиле, которые имел обыкновение предпринимать один американец по направлению к итальянской границе. Они обнаружили, что другой американец часто вставал в 4 часа утра, садился в поезд и встречался в пути с какими-то темными людьми; один из них совершил неосторожность, поклонившись ему однажды на улице в Цюрихе.