Глава 6. Что двигало Александром в Восточном походе?

Глава 6. Что двигало Александром в Восточном походе?

Более двух тысяч трехсот лет людям не дает покоя вопрос: что двигало Александром в его деятельности? Каков был основной мотив его поведения?

Еще Плутарх поведал миру о том, что Александр был совершенно неприхотливым человеком. Согласно Плутарху, Александр был равнодушен к богатству, легко раздавал сокровища своим воинам и даже тем противникам, которые сдавались ему добровольно. Так, в ответ на щедрую помощь индийского царя Омфиса, сына Таксила, подарившего Александру пятьдесят шесть слонов, много крупного рогатого скота и хлеба, около трех тысяч быков и восемьдесят талантов чеканного серебра, Александр вернул ему его таланты и подарил «тысячу талантов из добычи, которую вез с собой, и разные пиршественные золотые и серебряные сосуды, очень много персидской одежды, 30 своих собственных коней со сбруей, надевавшейся на них, когда ездил сам царь. Эта щедрость обязала варвара, но также задела приближенных Александра. Один из них, Мелеагр, изрядно выпив на пиру, поздравил Александра с тем, что тот все-таки нашел в Индии человека, достойного тысячи талантов» [31, 8, 12, 11–17]. Царь в ответ на это сказал, что «завистливые люди создают большие мучения прежде всего самим себе» [31, 8, 12, 18].

Перед походом в Персию «войско Александра состояло, по сообщению тех, которые указывают наименьшее число, из тридцати тысяч пехотинцев и четырех тысяч всадников, а по сведениям тех, которые называют наибольшее, – из сорока трех тысяч пехотинцев и пяти тысяч всадников. Средств на содержание войска у Александра было, как сообщает Аристобул, не более семидесяти талантов, по словам Дурида, продовольствия было только на тридцать дней, кроме того, по сведениям Онесикрита, царь задолжал двести талантов. Несмотря на то, что при выступлении Александр располагал столь немногим и был так стеснен в средствах, царь, прежде чем взойти на корабль, разузнал об имущественном положении своих друзей и одного наделил поместьем, другого – деревней, третьего – доходами с какого-нибудь поселения или гавани. Когда, наконец, почти все царское достояние было распределено и роздано, Пердикка спросил его: „Что же, царь, оставляешь ты себе?“. „Надежды!“ – ответил Александр. „В таком случае, – сказал Пердикка, – и мы, выступающие вместе с тобой, хотим иметь в них долю“. Пердикка отказался от пожалованного ему имущества, и некоторые из друзей Александра последовали его примеру. Тем же, кто просил и принимал его благодеяния, Александр дарил охотно, и таким образом он роздал почти все, чем владел в Македонии» [49, 15]. Он был равнодушен ко всему, кроме славы. Первая версия, объясняющая поведение Александра, заключается в том, что он воевал ради славы.

Вторая версия сводится к тому, что завоевательный поход Александр осуществил по завету отца Филиппа, дабы отомстить персам за поругание македонского и греческого отечества в предыдущих греко-персидских войнах.

Третья версия исходит из того, что Александр в своем завоевательном походе стремился достичь пределов мира, то есть он стремился к власти над всем миром. Большинство ученых придерживаются именно этой версии, дискутируя лишь о том, когда в его царственной голове возникла идея мирового господства. Случилось ли это после победы при Гранике; или в Гордии, когда он разрубил знаменитый узел; или в Египте, где ему нашептали, что он сын бога Амона; или после победы при Гавгамелах; или после смерти Дария? По мне, так это вопрос второстепенный. Главное, он действительно любил славу и власть больше жизни, по-другому говоря, жизнь без славы и власти была ему не мила. А власти лишней не бывает.

Четвертая версия не противоречит первым трем, но лишь дополняет их. Этой версии придерживаются евреи, находя ее вполне реалистичной. Суть ее в том, что Александр стремился завоевать все золото мира. Действительно, начав войну с персами и имея в кармане сорок талантов наличности и пятьсот талантов долга, он после победы над Персией сказочно разбогател, захватив около трех тысяч тонн золота (почти двести тысяч талантов). Он стал самым богатым человеком на земле. Десятки тысяч мулов и верблюдов возили за ним по Азии его сокровища

Казалось бы, можно и угомониться, но от персов он узнает, что в Сибирской Индии золота значительно больше, чем в Персии. Кир II и Дарий I именно из Сибирской Индии получали в десяток раз большую дань, и именно золотом. Узнав, что золотой запас Индии составляет не менее пяти тысяч тонн золота, иначе говоря, есть люди побогаче его, равнодушный к золоту Александр этого стерпеть не мог и отправился в Сибирь (Индию), чтобы стать самым богатым человеком на Земле. И он, надо думать, стал им, прибавив к трем тысячам тонн персидского золота пять тысяч тонн сибирского (индийского) золота. Погоня за золотом – это четвертая, меркантильная версия мотивов поведения Александра.

Куда Александр девал восемь тысяч тонн золота, это вопрос. В поэтической версии похода он спрятал свои сокровища в подземном городе и ушел в Вавилон другой дорогой, минуя этот город.

Гораздо более сильной версией, на мой взгляд, является пятая. Александр был одним из самых высокообразованных людей своего времени и при этом всегда стремился к новым знаниям. Даже на Востоке, завоеванном Александром, бытовало мнение, что подлинным стремлением Александра была тяга к изучению. Фирдоуси писал об этом так:

Вот из своих пределов, как орел,

Взмыл Искандар, опять войска повел.

И он в страну брахманов прибыл вскоре.

Его влекло к себе познанья море.

Брахманы, услыхав, что славный шах

Остановился с войском в их краях,

Все вышли из своих пещерных келий

И обсуждать событье это сели.

И написали шаху-мудрецу

Письмо: «Хвала на небесах творцу!

А на земле – в юдоли нашей бренной —

Хвала тебе от нас, благословенный!

Пусть мощь твоя и мудрость возрастет,

И пусть твоя держава процветет!

Йездан, исполненный благоволенья,

Тебе полмира отдал во владенье.

Мы служим богу. Так пошли нам весть,

Зачем пришел? Чего ты ищешь здесь?

Страна у нас бедна; что с нас возьмешь ты?

Земных сокровищ здесь не обретешь ты.

Мы волей и терпением сильны.

Мы счастьем знанья истинным полны.

Терпенье наше все превозмогает.

А знанье людям зла не причиняет…

[66]

Учителем Александра был сам Аристотель и другие ученые греки. Плутарх сообщает, что Александр получил доступ к высшим знаниям в так называемых посвящениях (мистериях). Известно письмо Александра к Аристотелю, в котором он решительно осуждает учителя за разглашение тайных знаний. Пятая версия состоит в том, что Александр стремился к Истоку, в Прародину, на север Сибири за древними знаниями.

Несомненно, он был знаком с трудами античных авторов о Гиперборее, хотя бы потому, что, согласно семейным преданиям, его род по отцовской линии происходил от Геракла Гиперборейского. Так или иначе, Александр, несомненно, был наслышан о Гиперборее. Возможно, у него были старинные географические карты, ведь его сопровождали ученые греки, хорошо знавшие географию того времени. Поэтому перемещения Александра были столь стремительны. Он шел известными дорогами, и эти дороги вели его на крайний север на берега Северного океана.

Возможно, прав В. Н. Демин, считавший, что война между богами и титанами проводилась с использованием супероружия, как об этом повествует индоарийская «Махабхарата». В таком случае Великий Воитель мог стремиться в Прародину не только за знаниями, но и за супероружием.

Согласно восточным легендам, до Александра по этому пути направлялись на север Сибири Семирамида и Кир. Как и Александр, они шли за знаниями с оружием в руках и были жестоко побиты и посрамлены.

Вместе с тем самое любопытное в мотивах поведения Александра состоит в том, что истинными могут оказаться все пять версий. Стремление к знаниям могло сочетаться со стремлением завладеть супероружием для окончательного завоевания всех непокорных в мире. В то же время стремление к знаниям, даже если он ценил их выше завоеваний, как писал об этом Аристотель, все же не могло увлечь его воинов. Простым македонянам, как и грекам, куда как милее было получить в результате завоевательных походов средства к безбедному существованию. Поэтому для войска более доходчивым был тезис о походе за всем золотом мира.

Выше уже говорилось, что в Восточном походе Александр сильно разбогател. По вопросу о количестве сокровищ, захваченных в Персеполе, Курций Руф высказывает изумление: «Некоторые называют такие размеры захваченной здесь добычи, что она кажется невероятной. Впрочем, нужно или усомниться в других сведениях, или поверить, что в сокровищнице этого города было 120 тысяч талантов; чтобы вывезти их – а царь предполагал взять их с собой для нужд войны, – он приказал привезти вьъючный скот и верблюдов из Суз и Вавилона. К указанной сумме взятых денег прибавилось после взятия Парсагад еще шесть тысяч талантов» [31, 5, 6, 8–10].

Как указывает И. Резников, захват персидских сокровищ сделал Александра богатейшим монархом своего времени [56]. Можно было бы и успокоиться: Персия покорена, Дарий убит, завоеваны все сокровища мира, пора и домой. Однако Александр вместо этого, преодолевая нарастающее сопротивление войска, направляется в Индию. Почему? И повод, кстати, для продолжения войны придумывает самый поверхностный: он-де мстит убийцам Дария за коварное убийство персидского царя.

Увлечь усталых воинов в Индию можно было, посулив им огромные запасы золота. Персия всегда получала золото с севера, из Индии, что располагалась за рекой Кампилин. Специалист по палеотопонимике А. М. Малолетко нашел, что рекой Кампилин называлась сибирская река Иртыш [37]. Следовательно, Александр также направился в Сибирь через Иртыш.

Подтверждением наличия в Сибири (Индии) огромных запасов золота может служить клад Франграсиона [42]. Если Александр захватил и эти запасы, его богатство стало беспрецедентно большим. И возникает вопрос, куда же оно девалось. В Греции и Македонии до сих пор гадают на эту тему.

Частичный ответ на этот вопрос мы находим у Плутарха, но у него речь идет лишь о награбленном в Персии: «Собираясь в поход на Индию и видя, что войско, уже отягощенное множеством добычи, тяжело на подъем, Александр как-то рано утром велел нагрузить повозки и поджечь их – сначала свои собственные, затем повозки „друзей“ и, наконец, остальных македонцев. Замысел этот было труднее составить, чем выполнить. Огорчил он немногих; большинство же с восторгом, крича и ликуя, отдали необходимое нуждавшимся, а лишнее истребили и сожгли. Это укрепило решение Александра двинуться дальше» [49].

По-другому освещает этот вопрос Низами Гянджеви. В связи с персидскими сокровищами он пишет, что перед походом в Кыпчак через Дербент Александр раздал войскам все сокровища, всю казну. Был у него мудрец Булинас, тот посоветовал Александру зарыть свою долю в землю, тогда так же сделают все бойцы.

И зарыл он добычу свою меж развалин,

Знак поставил, и был он теперь беспечален.

И велел в тайники он все клады нести,

Ибо груз этот тяжестью был бы в пути.

И рассеялись все по нагорьям и долам:

Каждый в стан свой вернулся довольным, веселым,

Каждый знак свой поставил над ценным добром,

Над рубинами, золотом и серебром.

Но внемлите судьбы наущению злому:

Научила она Искендера иному

Не пришлось им свой клад взять из глуби земной:

Царь домой возвратился дорогой иной…

[41]

Важно, что у Низами есть прямые указания на то, что Искендер возвращался другим маршрутом и не забирал сокровищ, сложенных в глуби пещер. Подробнее об этом можно прочитать в 10-й главе.

Основываясь на тексте Низами, можно в первом приближении предположить, где расположен пещерный город, в котором Александр спрятал свои сокровища. В активе: родниковая зона, то есть искомая местность располагалась севернее лесостепи. Второе – близость города Правды (Арты). Третье – близость Китая (Кара-Катая!). Четвертое – шестьдесят дневных переходов до полярного круга. Наконец, пятое – наличие крупного катакомбного объекта. Всем пяти признакам отвечает Томское Приобье и сам город Томск.

Любопытно, что объем сокровищ Афрасияба и Александра сопоставим и составляет три-пять тысяч тонн и, следовательно, до четырех с половиной сотен кубометров по объему. Скажем, объем чистого металла весом 3 тысячи тонн при плотности 18 г/см3 составляет 166,66 кубических метра, а 5 тысяч тонн – это 278 кубических метров. Такие объемы невозможно незаметно спрятать, зарывая в землю, слишком уж велики масштабы горных работ. Точно так же их невозможно незаметно перевозить на большие расстояния. Представляется, что подобные объемы уместно либо топить в водоемах, либо прятать в катакомбах. В водоемах (морях, озерах, прудах и особенно реках) неизбежно со временем нарастание проблем. Во-первых, это проблема локализации, а во-вторых, проблема заиливания с перспективой абсолютной потери захороненного сокровища. В этом плане катакомбы представляют собой гораздо более выигрышный объект, и поэтому не случайно все томские клады, согласно окутывающим их легендам, так или иначе связаны с катакомбами.

Согласно поэтической традиции, к Александру пришло посольство от местных жителей, слезно попросившее оградить их от злобного народа Яджудж и Маджудж, живущего в стране мрака. Александр согласился, но затребовал приготовить много меди и железа на месте предполагаемого строительства. Перед тем как отправиться в страну Мрака для строительства стены, Александр решил освободить свое войско от раненых, больных, пожилых и от многочисленных женщин с детьми, сопровождавших его войско. Всю эту публику он разместил в подземном городе и там же оставил всю свою гигансткую поклажу – все сотни кубометров завоеванных сокровищ. После этого, делая по два перехода в день, он за месяц достиг страны Мрака, где и построил стену с воротами.

Каким путем он возвращался, неизвестно, по-видимому – другим. Вообще, Низами дважды обращается к сюжету сокрытия сокровищ в земле. Первый раз, пишет Низами на с. 255–257, перед походом в Дербент Александр раздал воинам всю свою казну. По совету мудреца Булинаса Александр зарыл свою часть добычи с тем, чтобы так же поступили другие. Так и случилось [41].

Все он роздал войскам. До полночной поры

Ратоборцы устало носили дары…

…И зарыл он добычу свою меж развалин,

Знак поставил, и был он теперь беспечален.

И велел в тайники он все клады нести,

Ибо груз этот тяжестью был бы в пути.

И рассеялись все по нагорьям и долам:

Каждый в стан свой вернулся довольным, веселым.

Каждый знак свой поставил над ценным добром,

Над рубинами, золотом и серебром.

Но внемлите судьбы наущению злому:

Научила она Искендера иному.

Не пришлось им свой клад взять из глуби земной:

Царь домой возвратился дорогой иной,

А войскам, с их богатством сияющим, новым,

Для чего было то, что укрыто покровом?

Много явных сокровищ они обрели.

Что им клады под сумраком бренной земли!

Второй раз Александр спрятал свою казну перед броском в страну Мрака. Александр находился в это время в стране родников на границе с Китаем:

Изумрудный простор трепетал пред очами,

Тут и там озаренный живыми ключами.

Благотворен был воздух, светлы небеса,

И обильны плоды, и красивы леса.

Блеск воды меж листвы, не изведавшей бури,

Словно ртуть на картине из гладкой лазури.

Мрели росы в травинках зеленых лугов,

Как в листках из финифти узор жемчугов.

Возле мест, где ключи сладкозвучно звенели,

Легкий след: здесь брели к водопою газели.

Описанная Низами ландшафтно-экологическая реальность нехарактерна для степной, горной и пустынной зоны Средней Азии, где гарцевал Македонский во время восточного похода. Но если он проник севернее, достиг «Трех Индий», границы Китая, города Правды, то все описания Низами соответствуют вполне реальным объектам. Китай на средневековых западноевропейских картах показан в верховьях Оби. Город Правды (Арта или Арса) показан чуть южнее Телецкого озера, Иоаннова Индия (Три Индии) с родниками типа «Сибирский Грааль» – это Томское Приобье с геграфическими координатами столицы, до градуса совпадающими с координатами современного Томска.

И здесь мы переходим к важнейшему для кладоискателей месту в поэме Низами. Отдохнув в родниковой местности, Александр готовился к броску в страну мрака, где жили яджуджи и маджуджи, чтобы, оградив их стеной, обезопасить народы, обратившиеся к нему за помощью. Однако, произведя смотр своим силам, обнаружил войско отяжелевшим.

Изобильем смущен войсковым своих сил,

В область мрака идущий помедлить решил.

Не одна оказалась большая пещера

Возле мест, где стоял стан царя Искендера.

Созволил тогда государь пожелать,

Чтоб в пещеры вместили всю лишнюю кладь.

И от тех, что с поклажей остались в пустыне,

Стало людно. Сей край обитает доныне.

«Буни гар» – «глубь пещер» означает, и вот

Вся земля эту область Булгаром зовет.

Шахи этой страны (так решившие правы)

Есть потомки воителей Румской державы…

…Царь остаться велел старикам и недужным:

Их поход в темноту счел он делом ненужным…

…И с поклажей остались в пещерах седые…

…Одолев затрудненья подобного рода,

По два в день государь совершал перехода…

…С месяц был он в пути. Солнца вечная сила

Направленье свое в небесах изменила.

(М. Ф. Косарев: у нанайцев «буни» – мир мертвых. Можно предположить, что в глубине горы хоронили покойников).

Важно, что у Низами есть прямые указания на то, что Искендер возвращался другим маршрутом и не забирал сокровищ, сложенных в глуби пещер. В главе «Возвращение Искендера в Рум» Низами пишет:

Излагается в книге: когда Искендер

Часть поклажи сложил вглубь обширных пещер,

В тех местах он, сокровищ потратив немало,

Создал город Булгар, что расцвел небывало.

Из Булгара он двинулся в Рус; расцвели

Царской щедростью области этой земли.

Кораблями затем вспенив Румское море,

Обитаемый берег увидел он вскоре…

[41]

Основываясь на тексте Низами, чрезвычайно трудно решать вопрос о том, где расположен пещерный город, в котором Александр спрятал свои сокровища. В активе: родниковая зона, то есть искомая местность располагалась не южнее лесостепи. Второе – близость города Правды (Арты). Третье – близость Китая (Кара-Катая!). Четвертое – шестьдесят дневных переходов южнее полярного круга. Наконец, пятое – наличие крупного катакомбного объекта. Всем пяти признакам отвечает Томское Приобье и сам город Томск.

Разумеется, для историков эта аргументация будет выглядеть недостаточной. Другое дело – для кладоискателей. Любопытно, что объем сокровищ Афрасияба и Александра сопоставим и составляет три-пять тысяч тонн и, следовательно, до четырех с половиной сотен кубометров по объему. Скажем, объем чистого металла весом 3 тысячи тонн при плотности 18 г/куб. см. составляет 166,66 кубических метра. Такие объемы невозможно незаметно спрятать, зарывая в землю, слишком уж велики масштабы горных работ. Точно так же их невозможно незаметно перевозить на большие расстояния. Представляется, что подобные объемы уместно либо топить в водоемах, либо прятать в катакомбах. В водоемах (морях, озерах, прудах и особенно реках), неизбежно со временем нарастание проблем. Во-первых, это проблема локализации, а, во-вторых, проблема заиливания с перспективой абсолютной потери захороненного сокровища. В этом плане катакомбы представляют собой гораздо более выигрышный объект, и неслучайно все томские клады, согласно окутывающим их легендам, так или иначе связаны с катакомбами.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.