X. «Военнопленный в ходе допроса показал…»

X. «Военнопленный в ходе допроса показал…»

В главу вошло около десяти документов, основу которых составили протоколы допросов и политических опросов ряда пленных немецких генералов. Их показания проливают свет на военно-политическую обстановку в гибнущем третьем рейхе, вносят дополнительные штрихи к портретам главарей фашистской Германии, характеризуют общий морально-политический климат в немецком обществе накануне и в ходе Берлинской операции.

№ 198. Из протокола политического опроса командира 423-й запасной дивизии генерал-лейтенанта A. Люббе о перспективах войны

9 февраля 1945 г.

Вопрос: Сообщите краткие автобиографические данные.

Ответ: Генерал-лейтенант Фольрат фон Люббе, 51 год, женат, постоянное место жительства город Ольмюц в Протекторате (Чехословакия). До 1 февраля 1944 года в течение 1–1,5 лет командовал 2-й танковой дивизией. Потом до начала июля 1944 года — 81 пд. Вследствие серьезной болезни сердца сдал командование и лечился сперва в Лодзи, потом в Силезии.

12 августа был назначен комендантом предмостного укрепления Мец. Успешно защищал это укрепление до 14 ноября 1944 г. Преемник фон Люббе был вскоре после этого взят в плен вместе с остатками войск.

14 ноября принял в качестве временного командира штаб разбитой дивизии, которая должна была формироваться. На формирование уехать не удалось, так как все, что осталось от дивизии, было снова брошено в бой. В начале декабря вернулся после ранения постоянный командир дивизии и фон Люббе уехал в начале декабря в отпуск домой.

В начале января 1945 г. принял 423-ю запасную дивизию в Франкфурте-на-Одере.

Вопрос: Чем вы объясните чрезвычайно быстрый разгром немецкого восточного фронта.

Ответ: Фронт был слишком жидким, а в глубине не хватило оперативных резервов.

Мы, по-видимому, снова недооценили сил русских.

Вопрос: Каковы, по вашему мнению, преспективы войны.

Ответ: Я и до последнего русского наступления не оценивал их слишком оптимистически. Я не сомневался в том, что русским снова удастся продвинуться, [288] но я не думал, что продвижение будет таким стремительным и глубоким.

Если обратиться к доводам разума, то ожидать немецкой победы уже нельзя, но представить себе немецкое поражение очень уж тяжело. Хочется еще верить в победу. И поэтому веришь в обещания нового оружия, веришь в возможность чуда. Впрочем, терять нам, немцам, уже нечего, все равно в случае поражения Германия погибнет, лучше уж погибнуть с честью. Вообще дело солдата — повиноваться, не рассуждая, и быть верным присяге. Если в армии каждый начнет рассуждать и действовать по собственному усмотрению, армия развалится.

Вопрос: Что вам известно о движении «Свободная Германия».

Ответ: Я слышал, что в Москве существуют две организации — «Свободная Германия» и «Союз немецких офицеров». Я знаю, что во главе стоит генерал фон Зейдлиц и что у нас он заочно приговорен к смертной казни. Цели этого движения мне неясны. Я не понимаю, как они могут добиваться поражения Германии.

Вопрос: Ознакомьтесь с последними материалами «Свободной Германии» и выскажите ваше мнение. Считаете ли вы их пропагандистским трюком.

Ответ: Нет, я этого не считаю. Материалы, безусловно, подлинные. Многих из изображенных на фотографиях генералов я хорошо знаю лично. Это — почтенные и заслуживающие уважения люди. Они однако, по-видимому, не знают нынешнего положения в Германии, они оторвались от нее. За последние месяцы настолько усилился всесторонний надзор и нажим, что ни о какой попытке организованного сопротивления правительству речи быть не может.

Вопрос: Каково ваше мнение о событиях 20 июля.

Ответ: Я считаю метод, примененный заговорщиками, недостойным офицеров. Если уж офицер решается на такое дело, он должен действовать открыто, а не положить на пол портфель со взрывчаткой и скрыться. Я считаю также, что правительство не могло не наказать сурово участников покушения. Однако пропагандистская кампания, поднятая в связи с покушением, была по своему характеру для нас, офицеров старшего поколения, неприятной.

Вопрос: Как оцениваете вы возрастающее влияние Гиммлера и СС. Не является ли это проявлением недоверия со стороны Гитлера к армии.

Ответ: Эсэсовцы, в особенности офицеры, — фанатичны и поэтому дерутся упорней. Поэтому Гитлер им больше доверяет и усиливает эсэсовские войска. Последние события можно, конечно, оценивать как проявление известного недоверия к армии. Впрочем, лично меня это мало беспокоило, так как по возрасту и состоянию здоровья я все равно не собираюсь после войны оставаться на военной службе (действительной).

В своих личных отношениях с эсэсовскими офицерами я не замечал также с их стороны никакой недружелюбности. В Меце мне пришлось все время сталкиваться с гауляйтером и со многими эсэсовцами. Отношения наши были самые товарищеские.

Вопрос: Как вы оцениваете ваших противников на западе.

Ответ: Американцы никуда не годятся. Они сражаются слишком осторожно. Они хотели бы очень дешево выиграть войну. После мощной авиационной и артиллерийской подготовки они пробуют наступать. Если они встречают сопротивление, они сразу отходят на исходное положение и через некоторое время возобновляют подготовку. Оснащены они превосходно.

Американская авиация хороша, многочисленна и действует массированно. Делать это ей нетрудно, так как на западе у нас почти нет истребителей. Впрочем, я понимаю американцев. Я говорил с американскими пленными офицерами: они говорят, что им и их солдатам эта война в Европе совершенно чужда, и им трудно понять, ради чего они должны здесь проливать свою кровь. [289]

С англичанами я столкнулся только в течение нескольких дней в 1940 году. Тогда они дрались очень хорошо. Как они ведут себя теперь — я не знаю.

Инструктор-литератор 7-го отдела политуправления 1 БФ В. Розенфельд

РФ. Ф. 233. Оп. 2374. Д. 154. Л. 21–23 об. Подлинник.

№ 199. Из протокола краткого политического опроса коменданта крепости Познань генерал-майора Э. Маттерна о перспективах войны

9 марта 1945 г.

Эрнст Маттерн (Ernst Mattern) родился в 1890 г. в Пруссии, профессиональный военный, образование — среднее, женат, имеет детей. На военную службу вступил в 1907 г. Окончил унтер-офицерскую школу. В войне 1914–1918 гг. участвовал в качестве унтер-офицера. Звание лейтенанта получил в 1919 г. С 1920 г. по 1934 г. служил в полицейских частях. В 1934 г. получил звание майора и был на командной работе в пехотных частях. В 1937 г. — командир запасного полка в Бреславле. В 1940 г. получил звание полковника и назначен начальником военно-технической школы. В 1941 г. командовал 183 пп 63 пд на советско-германском фронте и был ранен. В 1942 г. — командир запасного полка (112-го зап. полка) во Франции. В 1943 г. — командир учебного лагеря «Вартелагер». С октября 1944 г. по 31 января 1945 г. — комендант крепости Познань. Звание генерал-майора получил в октябре 1944 г.

Вопрос: При каких обстоятельствах вы сдались в плен?

Ответ: К исходу дня 22.2.1945 г. мой участок обороны оказался полностью изолированным. Телефонная связь оборвалась, радиосвязи не было. Я дважды посылал связных к коменданту крепости генерал-лейтенанту Гоннель, но они не могли пройти, так как все проходы были либо заняты русскими, либо завалены, либо просматривались и простреливались. Боеспособных людей у меня оставалось всего около 120 человек. Была масса раненых. Начинались пожары, которые нельзя было тушить, в частности из-за отсутствия воды. Я решил капитулировать и на рассвете послал своего адъютанта с белым флагом, поручив передать русскому командованию, что я нахожусь в лазарете не потому, что я болен, а как знак того, что прекратил сопротивление, и что отдаю себя в распоряжение русского командования. О решении генерал-лейтенанта Гоннель капитулировать я узнал лишь в плену. Я полагаю, что капитуляция участка обороны началась независимо от этого решения. Штурм, предпринятый русскими 22.2.1945 г., сломил у наших солдат и офицеров волю к сопротивлению. […]

Вопрос: Ваше мнение о перспективах войны?

Ответ: Война проиграна. Это особенно ясно стало для меня после того, как русские вышли на р. Одер. Сейчас происходит добивание лежачего. Собственно говоря, проигрыш войны стал несомненен после выхода русских на р. Вислу, но тогда, т. к. никто из немцев не хотел поражения, в сердцах у всех еще таилась надежда на то, что действительно русских удастся удержать на р. Висла и добиться компромиссного мира. Грозные предвестники поражения появились, впрочем, еще раньше. Уже в 1942–1943 гг. Так, например, в это время во Франции, кроме частей, расположенных на побережье, дислоцировались [290] всего два армейских корпуса — 64 ак и 66 ак, каждый в составе трех дивизий. Эти дивизии беспрерывно передвигались с места на место с целью создать у противников впечатление наличия во Франции крупных германских сил.

Я полагаю, что причина поражения Германии лежит в том, что она начала войну с Россией. Я никогда не был сторонником этой войны, так как отлично сознавал всю ее бесперспективность: нельзя захватить такую большую страну, подобно тому, как была захвачена какая-нибудь Голландия. Все мы жили под гипнозом того, что Россия осталась такой же слабой, какой была до 1917 года, а может быть, стала еще слабее. Здесь, как и всегда, недооценка сил противника привела к самым катастрофическим результатам. Помимо этого, нам не имело смысла начинать войну с Россией, так как это означало войну на два фронта, что не могло не привести к поражению. Но в источнике войны с Россией лежали не военные, а политические соображения, и это не могло привести к добру. Сейчас для каждого немца ясно, что больше воевать с Россией он никогда не захочет.

Инструктор-литератор 1-го отдела политуправления 1 БФ майор Ф. Шемякин

РФ. Ф. 233. Он. 2374. Д. 154. Л. 39, 41, 41 об. Подлинник.

№ 200. Из протокола политического опроса командира пехотной дивизии «Бервальде» генерал-лейтенанта В. Райтеля. О перспективах войны

14 марта 1945 г.

Вилли Райтель (Willi Raithel), родился в 1894 г. в Ингольштадт (Бавария). Окончил классич. гимназию в Мюнхене. Женат, имеет двух дочерей, католик, профессиональный военный — артиллерист. Отец — майор в отставке.

На военную службу вступил добровольно в 1918 г. Звание «лейтенанта» получил в 1914 г. В войне 1914–1918 гг. участвовал в качестве командира батареи. В 1918 г. получил звание «обер-лейтенант». Затем — непрерывно на военной службе в артчастях. В 1939 г. — командир дивизиона в арт. школе в Ютерборг. В 1940 г. — штабс-офицер артиллерии в группе армий «Б» во Франции. В 1941 г. — сначала нач. артиллерии 18 ак в Греции, затем — нач. артиллерии 36 ак в Финляндии. В 1942 г. — командир 199 пд в Норвегии. В 1943 г. — нач. артиллерии 4-й танк. армии (Украина), с мая 1944 г. по февраль 1945 г. — нач. артиллерийской школы Гроссборн. С начала февраля 1945 г. — командир дивизии «Бервальде».

Немного знает русский язык, в 1938 г. сдал испытания на переводчика.

Звания «капитан» получил в 1925 г., «майор» — в 1934 г., «подполковник» — в 1936 г., «полковник» — в 1940 г., «генерал-майор» — в 1942 г. и «генерал-лейтенант» ? в 1943 г. […]

Вопрос: Ваша оценка перспектив войны.

Ответ: С чисто военной точки зрения война проиграна. Тут нет никаких шансов на успех. Я считаю, что в этих условиях долг каждого солдата сражаться до конца, чтобы погибнуть с честью. Но я лично не потерял еще надежды на то, что нам предоставится дипломатический шанс на благоприятное [291] окончание войны. Этот шанс — разногласия среди союзников, хотя, каким может быть источник таких разногласий, я не знаю. Я просто предпочитаю не думать над этим и надеяться на судьбу и на правительство Германии. О Крымской конференции я знаю лишь из короткого сообщения по радио о том, что она состоялась, переданного мне капитаном Вельдманн. Какие соглашения на ней достигнуты, я не знаю и, признаться, не интересовался этим. Я слишком мало верю в силу каких-либо договоров между государствами, чтобы придавать значение подобным конференциям. Сегодня договорились, а завтра могут возникнуть неразрешимые противоречия.

О наступлении англо-американских войск я тоже ничего не знаю. Основной опасностью для Германии все же, по-моему, продолжает оставаться восточный фронт. Именно отсюда следует ждать последнего и решающего удара.

Мысль о перспективах поражения Германии меня ужасает. Я верю, что после этого Германия перестанет существовать как самостоятельное государство, будет поделена между победителями и большинство мужчин будет угнано в рабство. Кроме того, Германия лишится нацистской системы управления, а это, я считаю, будет для нее большим несчастьем. Это — наиболее подходящая для немецкого народа система, выражающая его интересы. Основной заслугой этой системы являются политика поддержания чистоты расы и вытекающее отсюда признание прав германской расы на господство.

Крупнейшей ошибкой руководства я считаю войну против России. Это шло вразрез с традициями немецкой военной науки. Потенциальная мощь России была недооценена. Я изучал русский язык, изучал экономику, политический строй и армию России и с самого начала отдавал себе отчет в безнадежности этого предприятия, хотя, должен сознаться, что обнаруженная русскими сила и способность вести войну превзошли все, что я мог предвидеть. Я повиновался командованию и считал, что оно знает лучше меня и видит слабые стороны России, которые я не вижу. Но таких сторон не оказалось, в том смысле, чтобы они заметно повлияли на ход войны.

Вопрос: Ваша оценка фольксштурма.

Ответ: Фольксштурм велик по своему замыслу, но военная его значимость весьма незначительна. Тут играют роль возраст людей, плохая их военная обученность и почти полное отсутствие вооружения. Батальоны фольксштурма, которые мне довелось видеть, были очень плохо обмундированы и еще хуже вооружены. Для фольксштурмистов в Померании просто невозможно было, по-моему, доставить оружие. Их предполагалось вооружить трофейным оружием, имеющимся в изобилии, но это было невыполнимо из-за нехватки транспорта, который мог бы подвезти его из центральных областей Германии. На передовой я видел батальоны фольксштурма только на окопных работах. Когда встал вопрос о том, чтобы пополнить мою дивизию за счет фольксштурма, я отказался от этого. Фольксштурмисты снизили бы боеспособность моей дивизии и внесли бы еще больше неприятного разнообразия в ее и без того довольно разношерстный состав.

Вопрос: Что вам известно о комитете «Свободная Германия».

Ответ: О национальном комитете «Свободная Германия» я знаю только из официальных немецких источников, если не считать того, что в конце февраля, когда над нашей дивизией было сброшено много листовок, я просмотрел иллюстрированную листовку, на которой были изображены видные немецкие генералы, подписывающие какое-то обращение. Я знаю о том, что генерал Зейдлиц приговорен к смерти, и слыхал, что такой же приговор вынесен фельдмаршалу Паулюсу. Зейдлица лично я знал очень мало и определенного мнения о нем у меня нет. Должен сознаться, что я не понимаю, как эти генералы, герои Сталинградской эпопеи, могли решиться нарушить присягу. Сначала я отнес все дело к пропагандистскому трюку большевиков. Но приговор над Зейдлицем показал мне, что дело серьезно. Исходя из предположения, что это — честные люди, я решил, что в основе их поступков лежат какие-то крупные, но совершенно непонятные для меня мотивы. [292] Я не считаю, что я нарушил присягу, когда перешел со службы от кайзера Вильгельма на службу Веймарской республике и затем от нее — к Гитлеру. Но как можно нарушить присягу Гитлеру — я не понимаю. Члены комитета «Свободная Германия» выступают против самого ценного, что есть в немецком народе, — его солдатства. Национал-социализм выражает интересы этого солдатства. Я должен сознаться, что не понимаю, как такие прекрасные солдаты, несомненные носители лучших традиций немецкой армии, как фельдмаршал Витцлебен и другие, могли в июле выступить против фюрера и покушаться на его жизнь. Это доставило мне много мучительных переживаний, и я до сих пор не понимаю этого, говоря себе, что и тут есть какие-то вещи, стоящие вне пределов моих знаний. В том факте, что Витцлебен и его группа, с одной стороны, а Паулюс и его соратники, с другой, выступают против нацизма, я еще не вижу доказательства того, что существуют противоречия между традициями немецкой армии и нацизмом. Сейчас традиции немецкой армии, видоизмененные в соответствии с духом времени, все больше и больше переходят к войскам СС, и я считаю это закономерным. Поэтому в том, что касается Национального комитета, меня интересует только персональный вопрос об его участниках, и я остаюсь совершенно равнодушным к содержанию его пропаганды.

Инструктор-литератор 7-го отдела политуправления 1 БФ майор Ф. Шемякин

РФ. Ф. 233. Оп. 2374. Д. 154. Л. 42, 45 об. Подлинник.

№ 201. Из протокола допроса командира 402-й запасной дивизии генерал-лейтенанта З. Шпайница о перспективах войны

18 марта 1945 г.

Зигмунд фон Шпайниц, 1890 года рождения, родился в Берлине, образование — среднее, женат, беспартийный, немец, в армии с 1909 года.

Вопрос: Опишите вкратце свой боевой путь в армии.

Ответ: Я вступил в немецкую армию в 1909 году, в 1911 году получил звание «лейтенант», в 1915 году — звание «ст. лейтенант», в 1918 г. — звание «капитан».

Участвовал в первой мировой войне в качестве адъютанта батальона, затем офицером по поручениям при штабе 1-й резервной гренадерской дивизии. С 1914 по 1916 г. я был на восточном фронте. С 1918 по 1919 год я был в этой же дивизии на западном фронте.

С 1919 до 1921 года я работал начальником отделения по делам младшего начальствующего и рядового состава при 3-й дивизии. С 1923 до 1929 года я был командиром роты в этой же дивизии.

С 1929 до 1933 год я был адъютантом у командира трех пехотных полков. (Примечание: в немецкой армии в мирное время, кроме командира дивизии, существовала должность командира только пехотных полков этой дивизии, подчинявшегося командиру дивизии).

В 1931 году я получил звание «майор», в 1934 году — «подполковник».

В 1937 году я получил звание «полковник».

С 1932 до 1934 год я был командиром батальона в 5-м прусском полку 2-й пехотной дивизии, дислоцировавшейся в Штеттине. [293]

С 1934 до осени 1937 года я был адъютантом командира 2-го корпуса, сперва у генерала Бока, затем у генерала Бласковица.

В декабре 1940 года я получил звание «генерал-майор», в сентябре

1942 года — «генерал-лейтенант». С осени 1937 года до конца 1940 года я был командиром 48-го полка 12-й пехотной дивизии.

С января 1941 года до августа 1943 года я был командиром 9-й пехотной дивизии, участвовал с нею в борьбе на восточном фронте в составе армии Рейхенау.

С августа 1943 года до ноября 1943 года я был в резерве ставки, с ноября

1943 до августа 1944 года был командиром 361-й пехотной дивизии и действовал с нею [в боях] в районе Броды.

В августе 1944 года я должен был получить в командование дивизию во Франции, но этой дивизии не оказалось (была разгромлена к моменту моего приезда), я вернулся в Берлин. 20 сентября 1944 года я был назначен командиром 402-й резервной дивизии.

Имею ряд наград, полученных в первую мировую войну и в эту войну, в 1939 году получил «Пряжки к железным крестам I и II класса», в 1941 году — «Немецкий крест в золоте», в августе 1943 года ? «Рыцарский крест». […]

Вопрос: Каковы, по Вашему мнению, дальнейшие перспективы хода войны для Германии, в чем Вы видите основные причины серьезных поражений Германии на Востоке, а также и на западном фронте?

Ответ: Должен сказать, что положение Германии в данный момент более, чем критическое. Больше того, Германия, видимо, уже стоит на грани своих возможностей. В последние несколько недель русские армии своими наступательными операциями кардинально ухудшили военное и экономическое положение Германии.

Я лично считаю, что ближайшей операцией русских будет операция с целью разгрома немецких войск на Одере и овладения Берлином.

Я предполагаю, что русские нанесут мощные, охватывающие удары из района Верхней Силезии, с целью охвата Берлина и берлинской группировки с юго-востока и юго-запада, а также со своих плацдармов севернее Кюстрин и из района Франкфурта.

Основными причинами поражения немецких армий на фронтах, приведших к тяжелому положению Германии, я считаю следующие:

1. Переоценка руководством Германии сил и возможностей Германии как в военно-стратегическом, так и в хозяйственно-экономическом отношении.

2. Превосходство противников Германии как в людях, так и в материалах.

3. Определенные просчеты немецкого политического и военного руководства в планировании и проведении войны, что привело к образованию коалиции против Германии и вынудило немецкое командование вести войну на два фронта.

[…]

Вопрос: Что, по Вашему мнению, является самым характерным в тактике и проведении крупных наступательных операций советским командованием?

Ответ: Я хотел бы по этому вопросу осветить следующие моменты:

1. Скрытность в переброске и сосредоточении крупных воинских соединений всех родов, умелая маскировка войск в районах сосредоточений и на исходных позициях.

2. Гибкость и, я сказал бы, маневренность русского командования в руководстве и проведении операций на всех ее этапах.

3. Умелое взаимодействие различных родов войск и в первую очередь артиллерии и пехоты.

4. Применение в каждой крупной наступательной операции каких-либо новых тактических приемов. В январской операции, например, русские, как мне рассказывали наши офицеры, сумели вгрызться в нашу оборону еще во время артподготовки. Это было достигнуто тем, что в определенный момент [294] ураганной артиллерийской подготовки и сплошной линии огня на остальных участках были созданы «коридоры», по которым отдельные русские подразделения прорвались к нашим позициям и штурмом овладели ими. В этом вопросе я хотел бы отметить еще следующие моменты:

а) исключительное мастерство в концентрации в короткие сроки больших масс артиллерии и умелое массирование арт. огня, а также гибкое маневрирование им;

б) отличную материальную часть русских войск;

в) насыщенность пехоты автоматическим оружием.

[…]

За начальника следственной части РО штаба 1-го Белорусского фронта капитан Суркис

РФ. Ф. 233. Оп. 2374. Д. 154. Л. 86, 88, 89–92. Подлинник.

№ 202. Из протокола политического опроса штурмбанфюрера СС К. Нейхауса, ведающего в имперском руководстве СС вопросами культа и вероисповедания

6 апреля 1945 г.

Карл Людвиг Нейхаус (К.L. Neihause) р. 22.7.1910 г. в г. Хольцхаузен под Гладенбахом, обр. — высшее, д-р философии и биологии, лютеранин, женат, имеет 3 детей. Член НСДАП с 1933 г.

Дом. адрес: Оффенбах-на-Майне, Германиштрассе, д. 36, 2-й этаж. (Дом разрушен и теперешнего местонахождения семьи — не знает). В 1933 г. защитил диссертации «Закон Ягве, как откровение» и «Определение нравственного у Фихте». Преподавал латинский язык и древнюю историю в гимназии, сотрудничал в ориенталистических журналах, был доцентом по исламизму и арабизму в университете во Франкфурте-на-Майне. В июле 1940 г. призван непосредственно главным командованием вооруженных сил и назначен руководителем библиотеки 649-й роты пропаганды (при 2-й армии), дислоцировавшейся в Париже. С 11.1940 г. работает в имперском руководстве СС в качестве референта по вопросам культа и вероисповеданий. 1 ноября 1944 г. находился в служебной командировке в г. Познань, где, согласно приказу, гласящего, что все способные носить оружие мужчины должны защищать крепость, остался в окружении, входя в состав «боевой группы Келлер». 15.2.45 г. согласно приказу выходить из окружения мелкими группами стал пробираться на запад. 25.2.45 г. взят в плен в районе Вольден-берг.

Вопрос: Что вам известно о положении в правящей верхушке Германии?

Ответ: В настоящее время Германией правят три человека: Борман, Гиммлер и Геббельс. Гитлер в последнее время, в особенности после 20 июля, отошел на второй план. Одно время у меня были сильные сомнения — жив ли он вообще. Эти сомнения были не только у меня: его новогоднее выступление объясняется тем, что ряд гауляйтеров и руководителей пропаганды довели до сведения Геббельса, что в народе ходят тревожные слухи, будто Гитлера уже нет в живых. Во всяком случае сейчас Гитлер находится в крайне тяжелом психическом состоянии. Утверждаю, что его психическая болезнь, по-видимому эпилепсия, обострилась и что припадки, [295] за которые он в свое время получил прозвище «кусателя ковров» («тепих-байсер»), участились и происходят почти беспрерывно. Есть слухи, что у него — частичный паралич. Во всяком случае в государственные дела он вмешивается мало и дело дошло до того, что Гиммлер находит возможным отменять его приказы. Так было, например, с приказом Гитлера о том, чтобы не посылать на передовую курсантов артиллерийских училищ. Около Гитлера много времени проводит его любовница. Ее зовут Кэтэ Браун, она — одна из сотрудниц известного «фотографа нацистской партии» — Генриха Гоффманн («Прессе — Гоффманн»). Каков характер этой связи, при условии, что Гитлер — импотент, я не знаю. Но о существовании этой связи известно лишь очень ограниченному кругу лиц.

Все это вовсе не означает, что Гитлер совсем сошел со сцены. Имя его пользуется огромной популярностью в Германии и с этим вынуждены считаться. Так, в конце 1944 г. между Борманом, Гиммлером и Геббельсом возникли острые трения и в дело пришлось вмешаться Гитлеру. Известно, что в правящей тройке наибольшие трения существуют между Геббельсом и Гиммлером. Это — старая вражда, тянущаяся еще со времен «Реммовского путча». Гиммлер не прочь подчеркнуть, что сознает свое превосходство над Геббельсом и, говорят, однажды заявил, что не принимает Геббельса всерьез. Со своей стороны Геббельс — стремится «не пустить Гиммлера в пропаганду»: когда, начиная со второй половины 1944 г., Гиммлер стал чаще, чем раньше, делать публичные выступления, то Геббельс счел себя обязанным выступать через 2–3 дня после его речей.

Вопрос: Расскажите кратко, что вам известно о Бормане.

Ответ: Борман — преемник Гесса. Он стал личным секретарем Гитлера и руководителем канцелярии партии. Как личность он бледен. Мало образован, не особенно умен, но обладает колоссальным упрямством и настойчивостью. Это — настоящий «упрямый козел» («штурер бок») и этой чертой характера схож с Гиммлером. Выступать не любит — предпочитает оставаться в тени. Несмотря на то, что очень мало известен, пользуется властью едва ли не большей, чем Гиммлер. Известно, что ни один закон, ни один указ не обходится без его визы. Если при этом возникают разногласия между ним и министрами, то всегда побеждает он. Он оттеснил в этом отношении Ламмена, секретаря имперской канцелярии, между ними существуют не особенно хорошие отношения.

Свою власть Борман построил на укреплении влияния партийного аппарата на все стороны жизни государства, к чему Гесс, по особенностям своего характера, не был способен. Он сумел провести свою линию даже по отношению к армии. Я имею в виду осуществленное по его инициативе введение в армии офицеров по нац. — соц. руководству. С самого начала проведения своей линии ему пришлось столкнуться с оппозицией гауляйтеров, которые хотели, как и при Гессе, продолжать чувствовать себя независимыми от канцелярии партии — Борман стал на путь снятия т. н. «старых гауляйтеров» и замены их «новыми гауляйтерами», которые во всем чувствовали бы свою зависимость от него. Иногда, как например гауляйтера Вестмарка Штора, он назначал вопреки резкому протесту областной организации НСДАП. Иногда он пользовался случаем дискредитировать старого гауляйтера. Так было с назначением Герланда гауляйтером Касселя (Кургессена). Его предшественник Вейнрих был известен своей коррумпированностью. Его богатства обнаружились после одной из бомбардировок, когда все пожарные командиры были по его приказу собраны для тушения принадлежащих ему складов и занимались только этим. Он сорвал также эвакуацию детей из Касселя. Но споткнулся он на свадьбе своей дочери. Это была непозволительно пышная по военным временам свадьба. Но в утро дня свадьбы утопилась девушка — бывшая любовница жениха, доведенная до этого шага Вейнрихом. Борман, опираясь на нач. полиции Кассель Пфеффера, не дал замять это дело и Вейнрих был отстранен.

В итоге надо сказать: Борман сумел подчинить себе партию. Так же, как СС — в руках Гиммлера, НСДАП теперь — в руках Бормана. [296]

Вопрос: Расскажите о Гиммлере.

Ответ: Отличительная черта характера Гиммлера — это его фанатическая преданность идеям нацизма, упрямство и жестокая прямолинейность в их проведении в жизнь. Он часто повторяет, что его девиз звучит: «Моя честь — это моя верность». Примером его фанатизма может служить то, что сравнительно недавно, выступая как командующий группы армий «Висла» на каком-то офицерском собрании, он заявил: «Мы построим оборонительный вал империи на Урале». Другой пример — в начале февраля он отдал приказ о наступлении из сев. части Померании с целью окружить и уничтожить одерскую группировку противника и выйти на Вислу, хотя вся эта гигантская по замыслу операция была обеспечена всего 26 000 литрами горючего. Мне рассказывали, что в корпусе генерала Краппе были использованы как солдаты 3500 молодых офицеров и что более 1500 из них было убито. Гиммлер, по-видимому, искренне считает, что в современных условиях, если внушить солдатам фанатизм, можно будет немецким мясом пробить русское железо. Этот фанатизм является также источником его бессердечной жестокости. Например, он воспользовался 20 июля, чтобы расправиться с неугодными ему лицами, хотя бы они и не были замешаны в заговоре. Другой пример, — это введение режима безудержного террора в войсках группы армий «Висла». Естественно, что он подбирает себе соответствующих помощников. После катастрофы на Висле он вызвал из Курляндии генерала Шёрнера, известного под кличкой «кровавый Фердинанд», который лично расстреливает солдат, заподозренных им в трусости. Кстати, Гонелль, последний комендант Познани, был тоже человеком этой марки, но только с актерскими наклонностями. Его называли «великим актером» за театральность поз, жестов и голоса, что было особенно неприятно, когда он отдавал приказания. На голове он постоянно носил черную тюбетейку — говоря, что в результате ранения часть черепной кости вырезана и вместо нее вставлена металлическая пластинка. Он хвастался, что знает русских, так как будто бы одно время находился в плену у партизан, но успешно бежал оттуда.

Гиммлер требует абсолютной верности себе, но своих друзей он в обиду не дает. Известен случай, когда один из его друзей во время увеселительной поездки на автомобиле задавил двух детей. Наказание постигло, однако, не друга Гиммлера, но родителей этих детей, которые попробовали жаловаться. На «верности» Гиммлера есть, все же, по крайней мере одно крупное черное пятно. Утверждают, что еще в 1943 г. министр финансов Пруссии Попиц и государственный прокурор д-р Лангебзин, участники заговора 20 июля, прощупывали Гиммлера на предмет выяснения его отношения к устранению Гитлера и к участию в будущем правительстве. Прощупывание проводилось через нач. личного штаба Гиммлера обергруппенфюрера СС Вольф. Гиммлер не стал на сторону заговорщиков но, говорят, попытался использовать эти переговоры, чтобы прощупать нити заговора. Однако непонятно, почему он тотчас не арестовал заговорщиков, тем более не сделал это перед 20 июлем, когда всем стало ясно, что покушение нависло в воздухе.

Гиммлер знает, что в народе его не любят и старается смягчить впечатление от своих жестокостей, разыгрывая из себя «доброго папашу». Например, у семей казненных по делу 20 июля было конфисковано все. Им не позволили взять из дома даже лишнее полотенце. Но в то же время он позаботился о том, чтоб они были поселены в приличных условиях, определил им недурные пенсии и назначил в своей канцелярии специальное лицо, к которому они могут обращаться со всеми жалобами.

Среди народа Гиммлеру вменяются в вину в особенности две вещи: гонения против церкви и грубопроведенное отчуждение церковного имущества, ликвидация монастырей и пр., т. е. все, что вызвало известное выступление епископа Мюнстера, граф Галан. Затем Гиммлеру ставят в вину закон об уничтожении неизлечимых больных, в том числе душевнобольных. Этот закон превращает врача в палача. В Германии он стал осуществляться еще задолго до войны, но практика его осуществления мне не знакома.

Вопрос: Расскажите о Геббельсе. [297]

Ответ: За время войны авторитет и удельный вес Геббельса очень повысился. Это результат блестящей постановки им пропаганды. Он достиг в этом деле — высшего искусства: заставляя верить себе, несмотря на то, что ему не верят. Он, как мне кажется, владеет умами и сердцами немцев. И за это массы прощают ему и его похождения с женщинами и неказистую наружность и многое другое. Показательно в этом отношении, что еще недавно его избрали почетным членом танково-гренадерской дивизии «Великая Германия». В последнее время повышению его авторитета способствовали два обстоятельства: во-первых, это его поведение 20 июля, когда он, как это признал Гитлер, спас режим, т. е. был первым, кто связался по телефону из Берлина со ставкой Гитлера. Во-вторых, это пост комиссара обороны Берлина, который он, действительно, намеревается защищать. О нем говорят, что он второй раз будет завоевывать Берлин для национал-социализма.

Одна из черт, дающая Геббельсу преимущество перед другим человеком, претендующим на идеологическое руководство партией, — Розенбергом, состоит в следующем: Розенберг хочет выдать себя за принципиального человека и ученого, хотя не является ни тем, ни другим. Эти его потуги видны каждому и не внушают к нему ни доверия, ни уважения. Геббельс же не выдает себя ни за высокопринципиального человека, ни за мудрого ученого, а как бы говорит: «берите меня таким, как я есть», исходя из принципа: «не по хорошему мил, а по милу хорош», если он «мил» немецкому народу, то это — отнюдь не к чести для последнего.

Вопрос: Что вам известно о Геринге.

Ответ: Геринг фактически сошел с политической сцены. За ним официально сохранены многие из его официальных постов, но от вмешательства в государственные дела он отстранен. Так, за ним числится пост командующего ВВС, но заместителем его назначен Риттер фон Грайм, который осуществляет все руководство. Окончательному устранению Геринга мешает его широкая популярность.

Причина падения Геринга двоякая: во-первых — это провал его планов воздушной войны: сначала наступательной, потом оборонительной. Германия оказалась беззащитной с воздуха. Эта была, кстати, одна из причин самоубийства Удета. Во-вторых, это — связи Геринга с заговорщиками 20 июля. Один из обвиняемых заявил, что заговорщики рассчитывали на участие Геринга в новом правительстве. Кроме того, непосредственным участником заговора был его племянник — Герберт Геринг, представитель промышленных кругов.

Как личность Геринг крайне несимпатичная фигура. Мне рассказывали, что он встречал по утрам приходящих к нему генералов, лежа на диване, в халате, обсыпанном бриллиантами и в засыпанных бриллиантами ночных туфлях. Рассказывают о праздновании дня рождения его дочери Элы, которой исполнилось 7–8 лет. К этому дню он заказал серебряную вазу такой величины, чтобы девочка могла с головой уместиться в ней. Накануне этого дня его жена Эмма разъезжала на автомобиле по сожженному и разрушенному бомбами Берлину и искала шелк, обязательно шелк, на платье для своей дочки.

Инструктор-литератор 7-го отдела политуправления 1-го Белорусского фронта майор Ф. Шемякин [298]

РФ. Ф. 233. Оп. 2374. Д. 154. Л. 93, 98, 98об., 99, 99об., 100, 103 (с об.) Подлинник.

№ 203. Протокол допроса командующего войсками охраны тыла 9-й армии генерал-лейтенанта Ф. Бернгарда

Фридрих Бернгард, 1888 года рождения, родился в Бад-Гербург, в семье землевладельца, окончил гимназию, женат, немец, беспартийный. В армии с 1909 года.

Вопрос: Расскажите вкратце свой боевой путь в армии.

Ответ: Я вступил в армию в 1909 году, окончил военное училище в г. Нец. В августе 1910 года получил звание «лейтенант», а 1915 году — «ст. лейтенант», в 1917 году — «капитан». В 1917 году я на восточном фронте попал к русским в плен, где находился до 1920 года сперва в Красноярске, затем в Канске. После возвращения из плена я снова вступил в армию и служил в войсках связи. В 1930 г. я получил звание «майор», в 1932 году — «подполковник». В 1933 году — «полковник».

С 1932 до 1933 года я был командиром батальона связи, а с 1935 до 1939 г. — командиром полка связи во 2-м корпусе, дислоцировавшемся в г. Штеттин.

В 1940 году я получил звание «генерал-майор». В 1942 году — «генерал-лейтенант».

С 1939 года я был начальником связи 7-й армии, в войне [против] Франции я был начальником связи 18-й армии. Со второй половины 1940 года до 1942 года я был начальником связи группы армий генерал-фельдмаршала Рундштедта сперва на западе, затем на востоке.

С апреля 1942 года я был назначен командующим войсками охраны тыла сперва 2-й танковой армии, а затем 9-й армии, к моменту моего пленения я занимал данный пост.

Имею ряд наград, в том числе «Немецкий крест в золоте».

Вопрос: Укажите фронт действий 9-й армии и состав 9-й армии к середине апреля с. г.

Ответ: К началу апреля с. г. северная граница 9-й армии проходила по линии (иск.) Бад-Фрейенвельде; южная граница проходила по южной конечности оз. Шпилох-Зее (20 км южнее Бесков).

К этому времени в состав 9-й армии входили:

а) 101-й армейский корпус — на северном фланге армии; б) 11-й танковый корпус СС — в центре армии; в) 5-й горнострелковый корпус СС — на южном фланге армии.

В резерве 9-й армии находилось корпусное управление 39-го танкового корпуса.

В первых числах апреля северный фланг 9-й армии был поднят на север и проходил по линии (иск.) канал Гогенцоллерн; южная граница 9-й армии осталась неизменной. Незадолго до начала наступления русских войск, числа 13–14 апреля, 101-й армейский корпус был выведен из подчинения 9-й армии и переподчинен 3-й танковой армии. Северная граница 9-й армии спустилась на юг и проходила, примерно, в районе Вернойхоэ.

В это же время 9-й армии был подчинен левофланговый корпус 4-й танковой армии — 5-й армейский корпус.

Числа 13–14 апреля управление 39 тк, находившееся в резерве 9-й армии, было выведено из состава 9-й армии и на его место прибыло управление 56 тк, которое до начала русского наступления дислоцировалось в Вельд-Зиферсдорф (северо-западнее Мюнхеберг).

Предполагалось, что управление этого корпуса объединит дивизии, находившиеся в резерве 9-й армии, и будет введено в бой, если обстоятельства этого потребуют.

Я не располагаю точными данными о количественном составе 9-й армии к моменту начала русского наступления, но предполагаю, что она насчитывала 100 тысяч человек боевого состава, в эту цифру я не включаю подразделения фольксштурма. [299]

Вопрос: Какими данными располагало немецкое командование о готовящемся наступлении советских войск, какие контрмеры принимались немецким командованием, каковы были приказы высшего командования немецкой армии?

Ответ: Я могу категорически заявить, что наше командование располагало совершенно точными данными о предстоящем большом наступлении русских войск в направлении Берлина. В частности, 5 или 6 апреля у командующего 9-й армии генерала пехоты Буссе состоялось совещание, на котором присутствовали командиры корпусов, я, начальник штаба и начальники служб 9-й армии.

Начальник разведотдела 9-й армии подполковник (фамилию забыл) сделал доклад о положении и о противостоящем 9-й армии противнике. Начальник разведотдела армии указал, что нам противостоят войска генерала Жукова, что сюда, после завершения операции в Восточной Померании, прибыли две танковые армии и что русские обладают превосходством в танках и в артиллерии в десятикратном размере, а в пехоте в пятикратном.

Начальник оперативного отдела штаба армии подполковник генштаба Эйфер выступил с заявлением о том, что заградительная зона 9-й армии, проходящая, в общем, по линии г. Эберсвальде, г. Штраусберг, г. Мюнхеберг, оз. Шармютцель-зее, оз. Швилох, в основном занята саперными частями, подразделениями фольксштурма, что является совершенно незначительной силой. Он также указал, что по приказу Гитлера все запасные части, дислоцирующиеся в Берлине, должны занять эту заградзону, на эту же заградзону была также посажена танко-истребительная бригада из «Гитлерюгенд», насчитывавшая до 2000 человек.

На этом же совещании также выступил командующий армии генерал Буссе, заявивший, что есть приказ верховного командования, согласно которому фронт должен быть удержан при всех обстоятельствах и несмотря ни на что, что 9-я армия должна оборонять Берлин и сражаться, даже если американцы нам будут стрелять в спину.

Основные мероприятия немецкого командования, в предвидении русского наступления, сводились к следующему:

1. Была построена глубоко эшелонированная оборона на всем фронте армии, эти оборонительные сооружения тянулись до заградзоны 9-й армий, на линии заградительной зоны все населенные пункты были превращены в опорные пункты. Полевые укрепления заградзоны тянулись до внешнего обвода обороны Берлина, т. е. были построены оборонительные рубежи на всю глубину от р. Одер до Берлина.

2. Командование 9-й армии в основном пополняло дивизии, находившиеся в первой линии, и именно в резерве в качестве [контр] ударного кулака [было] четыре дивизии.

3. В Берлине и в районе Берлина формировалось огромное количество батальонов фольксштурма.

Вопрос: Какие соединения немецкой армии оказались в окружении, кто из руководящего состава 9-й армии находился в окружении, каковы были приказы немецкого командования?

Ответ: В окружении оказались остатки дивизий 11 тк СС, 5-го горнострелкового корпуса СС, 6-го армейского корпуса, части фольксштурма, различные тыловые подразделения.

Я считаю, что в окружении оказалось до 50 000 человек боевого состава, до 10 000 фольксштурмистов. А вместе с тылами, я думаю, в окружении оказалось до 150 000 человек.

В окружении также оказалось все командование 9-й армии, в том числе генерал пехоты Буссе, работники штаба 9-й армии, командиры и штабы 11 тк СС, 5-го горнострелкового корпуса СС и 5 ак, а также старшие и высшие офицеры тыловых учреждений армии.

Приказ высшего немецкого командования гласил — держаться до последнего человека. При всех обстоятельствах — удерживать занимаемые рубежи и не предпринимать попыток прорваться. Была обещана помощь самолетами, [300]

на деле оказалось, что наше командование не было в состоянии осуществить снабжение окруженных войск при помощи самолетов.

28.4 командующий армии генерал пехоты Буссе, разозлившись, послал радиограмму, в которой писал: «Вы, видимо, уже списали 9-ю армию…», и дал войскам приказ на прорыв.

Немецкие части должны были прорываться на запад тремя группами, прорыв должен был быть осуществлен вечером 28.4. Прокладывать дорогу должны были остатки танковых подразделений 9-й армии, с которыми шел командующий — генерал Буссе. Прорыв не удался. Основной причиной, побудившей генерала Буссе принять решение на прорыв, видимо, явилось отсутствие боеприпасов, так как к 28.4 у нас осталось боеприпасов на два дня, а надежд на получение их с воздуха не было никаких.

Вопрос: Перечислите известный Вам командный состав группы армий, 9-й армии и соединений 9-й армии.

Ответ: 9-я армия входила в состав группы армий «Висла», которой до второй половины марта с. г. командовал Гиммлер, во второй половине марта он был сменен генерал-полковником Хейнрици.

Начальник оперативного отдела группы армий «Висла» — полковник Айзман.

Командующий 9-й армии — генерал-пехоты Буссе.

Начальник штаба 9-й армии — генерал-майор Ельц.

Начальник тыла 9-й армии — подполковник генштаба Швамбек.

Командир 56 тк — генерал артиллерии Вейдлинг.

Командир 5 ак — генерал артиллерии Вегер.

Командир 5-го горнострелкового корпуса СС — Мекельн.

Командир 11 тк СС — обергруппенфюрер СС Клейн-Хейстеркамп.

Вопрос: Дайте месторасположение штаба 9-й армии.

Ответ: До начала апреля штаб 9-й армии находился в г. Фюрстенвальде. 1–3 апреля он переехал в Бад-Заров (южнее Фюрстенвальде).

Последнее место его нахождения было в районе Хермсдорф (севернее и северо-восточнее Вендиш-Бухгольц).

Вопрос: В чем Вы видите основные причины поражений немецкой армии и Германии в нынешней войне?

Ответ: Я считаю основными причинами поражений немецких армий как в отдельных операциях, так и во всей войне следующие:

1. Колоссальное материальное превосходство, в особенности это сказалось в последних операциях. Русские концентрировали огромные массы артиллерии, мы ощущали острый недостаток в артиллерии, русские вводят в бой тысячи танков, так, например, нам говорили, что в зимнем наступлении русских войск с плацдармов на Висле участвовало до 9000 бронеединиц, мы же не располагаем ни достаточным количеством танков, ни необходимым горючим для них.

2. Кошмар трех фронтов, наша стратегия оказалась явно не способной справиться с этим кошмаром.

3. Действия англо-американской авиации, в значительной степени подорвавшие материальную базу наших армий, в Германии уничтожены десятки крупнейших промышленных центров, среди гражданского населения сотни тысяч убитых. Мне рассказывали, что в одну ночь, в конце января или в начале февраля, в Дрездене погибло 100 тысяч человек в результате одной бомбардировки, это был самый тяжелый налет англо-американской авиации на Германию за все шесть лет войны.

4. Порочность системы немецкого руководства. Командующие армий и даже групп армий фактически не руководят войсками, они находятся в положении слепых исполнителей воли Ставки. Командующий армии не может передвинуть батальон без разрешения Ставки.