К истории зарождения и оформления большевистских организаций в Закавказье (1897–1904 гг.)

К истории зарождения и оформления большевистских организаций в Закавказье

(1897–1904 гг.)

Первые семена марксизма были занесены в Закавказье в первой половине 90-х гг. высланными царским правительством из центральных районов России русскими социал-демократами (Иосиф Коган, Иван Лузин, Г. Франчески и др.), с одной стороны, и легальными марксистами из грузин, побывавшими за границей (Ной Жордания, Карло Чхеидзе и др.), – с другой.

Первой марксистской социал-демократической организацией в Грузии была «Месаме-даси». Основной группой «Месаме-даси», которая проповедывала марксизм в грузинской легальной печати (газеты «Квали»[3], «Моамбе»[4]) в Тифлисе, представлявшем тогда центр всего Закавказья, была группа Ноя Жордания (1893–1898 гг.).

Название «Месаме-даси» (что значит в переводе «3-я группа») было дано писателем Г. Церетели{1} в своей речи на похоронах писателя Игнатия Ниношвили{2} в Гурии, на которых состоялось публичное программное выступление марксистской молодежи (С. Джибладзе и др.).

Георгий Церетели, называя это нарождающееся социал-демократическое движение «Месаме-даси», считал, что новое поколение – марксистская молодежь – является продолжателем дела двух предыдущих политических направлений грузинской интеллигенции второй половины XIX столетия: национально-освободительного, во главе с писателем И. Чавчавадзе, и либерально-буржуазного, во главе с самим Г. Церетели, и, по его мнению, новое течение должно явиться политическим преемником буржуазно-либерального направления.

Газета «Квали» в своей передовице о «Месаме-даси» писала:

«С 1890-х гг. вновь подул прогрессивный ветерок. В грузинской литературе появились на страницах журнала „Квали“ с 1893 г. одиночки из молодых, с необыкновенным направлением и своеобразной программой. Они являются приверженцами теории экономического материализма. Руководителем этого „даси“ в области художественной литературы следует считать И. Ниношвили, а в публицистике – Н. Жордания. На долю одного из представителей „меоредасистов“ – господина Г. Церетели – выпала честь раньше всех других заметить это новое прогрессивное явление в нашей жизни, и он же окрестил новую группу „Месаме-даси“. Что эта группа должна явиться действительной преемницей „меоредасистов“… это ясно доказывают литературно-публицистические факты прошлого» (см. газету «Квали», 1897, № 46).

Начало зарождения «Месаме-даси» надо отнести к 1893 г. С. Джибладзе, один из основоположников «Месаме-даси», так сформулировал основные идеи «Месаме-даси»:

«Мы говорим, – писал он, –

1) В нашей жизни в эти 25–30 лет началась новая эпоха. Ее характерная черта выражается в особых экономических отношениях, что означает товарообмен, торговлю. Тут старый властелин уступает место новому – деньгам. Деньги разрушают старое, строят новое: они делят народ на две части, в жизни возникают два класса – богатый и бедный. Старое сословное различие – фикция. Обмен вызывается разделением труда, производством товаров. Производство товаров есть тот же капитализм вообще.

2) Развитие капитализма имеет несколько моментов или фаз. Последней стадией капитализма является „крупное производство“. На эту ступень мы вступили, но еще не укрепились.

3) Если у нас недостаточно определились пролетариат и буржуазия, это не означает, что не было ни первого, ни второго. Поскольку наши крупные землевладельцы богатеют от доходов земли, они представляют из себя буржуа. К этому прибавьте заводчика, ростовщика, торговца и др. производителей. Наш пролетариат представляет смешанный организм. Большинство его имеет небольшие наделы, которые только дают звание собственника, на самом деле они пролетаризированные элементы (Богано). Это – рабочий народ, судьба которого зависит от рынка как товаров, так и рабочей силы. Они вступили на путь полной пролетаризации.

4) В нашей литературе возникла новая (третья) группа („даси“). Эта группа (даси) представляет собой полную противоположность старой беспочвенной группе (даси). Она прогрессивна, последняя же регрессивна. Буржуазия пока не имеет в нашей литературе своей организации, не имеет в ней группы (даси), которая выражала бы ее интересы, – если не принять во внимание обзоры господина И. Николадзе в „Моамбе“. Буржуазия работает в жизни. Поскольку ее действие разрушает старый патриархальный строй – она прогрессивна, поскольку же разоряет народ – регрессивна. На знамени новой группы (даси) написано: „Научное исследование нового течения жизни и борьба не против ее тенденций – это происходит без нас, – а против тех последствий, которые развращают людей. Борьба в этом отношении означает просвещение угнетенных и борьбу за их интересы. Враг этого нового течения в то же время является врагом угнетенных.

Таков наш взгляд на нашу жизнь вообще и на литературу в частности“ (газета „Квали“ № 14 от 26 марта 1895 г., стр. 15).

Таким образом, „Месаме-даси“ признавала прогрессивность капитализма и проводила идею классовой диференциации и борьбы классов, как содержания общественно-политической жизни.

Однако большинство „месамедасистов“ никогда не доводило идею классовой борьбы до марксистского понимания классовой борьбы пролетариата.

Идеологом и автором всех программных трудов „Месаме-даси“ являлся Ной Жордания.

В своих трудах Ной Жордания отстаивал необходимость и прогрессивность капиталистического развития, идею союза пролетариата с либеральной буржуазией и проповедовал идею национального возрождения Грузии.

Ной Жордания никогда не доходил до марксистского понимания классовой борьбы пролетариата. Ной Жордания с самого начала отстаивал и пропагандировал буржуазно-националистический тезис о том, что экономическая жизнь капитализма, национальная культура и национальный характер соединяют все классы общества в единый национальный организм и в деле возрождения нации одинаково заинтересованы все классы нации. Он писал:

„Вот на этот исторический путь (речь идет о капиталистическом пути развития. – Л. Б.) вступила грузинская нация. Пока что она сделала только первый шаг в этом направлении и тем укрепилась на новой почве. Это дало непоколебимое основание грузинской нации. Нация впряглась в общее ярмо, привыкла к совместной жизни и совместной деятельности. Подготовилась почва для общности сознания“ (Н. Жордания, статья „Экономическое развитие и национальность“, 1894 г., см. избранные сочинения, изд. „Культура“, 1911 г., стр. 27).

Группа „Месаме-даси“ не была однородной по своему политическому направлению. Большинство „Месаме-даси“, во главе с Жордания, представляло группу „легального марксизма“, которая в своих произведениях по целому ряду основных вопросов революционного движения пролетариата искажала учение революционного марксизма, вульгаризировала марксизм и окрашивала его в националистические тона.

Ной Жордания и большинство „Месаме-даси“ отрицали идею гегемонии пролетариата в революционном движении и необходимость пролетарской революции и диктатуры пролетариата.

В национальном вопросе группа Жордания с самого начала занимала националистическую позицию.

Ной Жордания выдвигал и защищал теорию общей почвы и общенационального действия буржуазии и пролетариата.

Он писал:

„Нация, объединенная материально, объединена и идейно. Все стремятся развить национальный труд, укрепить нацию… В величии нации заинтересованы как буржуа-торговец, так и крестьянин и рабочий“ (Н. Жордания, статья „Экономическое развитие и национальность“, 1894 г., см. избранные сочинения, изд. „Культура“, 1911 г., стр. 9).

Или:

„Редко можно найти такого грузина, который не желал бы улучшения и развития нашей жизни… Здесь, в этом вопросе, все искренние и честные работники объединяются и, вдохновленные одной целью, мужественно берутся за общественное дело“ (Н. Жордания, статья „Наше разногласие“, см. избранные сочинения, изд. „Культура“, 1911 г., стр. 257).

Большинство „месамедасистов“, во главе с Жордания, отстаивая необходимость и неизбежность капиталистического развития Грузии, резко критикуя феодально-дворянское и народническое идейные направления грузинской интеллигенции, видели, главным образом, только положительную и прогрессивную сторону капитализма, восхищались капиталистическим процессом, от которого ждали возрождения грузинского народа, и не ставили вопроса о революционной борьбе с капитализмом и свержении буржуазного строя.

Жордания писал:

„Европеизация происходит на грузинской почве, на основе грузинской культуры. Родина и заграница, Грузия и Европа. Быть грузином и европейцем – вот что написано на новом знамени. Понять это явление и перенести его в сознание народа – это исторический вопрос нашего времени“ (Н. Жордания, статья „Иверия и национальность“, 1897 г., см. избранные сочинения, изд. „Культура“, 1911 г., стр. 114).

Большинство „Месаме-даси“ и Ной Жордания не шли дальше оппортунистического понимания классовой борьбы пролетариата и выдавали себя за представителей всего грузинского народа.

„Демократическая группа (даси) должна подыскать себе новую почву и тем самым явиться продолжательницей старой прогрессивной группы. „Иверия“ такую почву нашла среди князей и дворян. Мы эту почву ищем в большинстве нации, независимо от сословий“ (Н. Жордания, статья „Иверия и национальность“, 1897 г., см. избранные сочинения, изд. „Культура“, 1911 г., стр. 66).

Ной Жордания, исходя из тезиса общенациональной почвы, отводил классовой борьбе второстепенное место в общенациональном движении, подчиняя классовую борьбу пролетариата интересам буржуазно-национального движения.

Он писал:

„Это течение получает две формы: внутреннюю – классовую и внешнюю – национальную, борьба между классами и нациями. Первая (борьба между классами. – Л. Б.), как бы сильна она ни была, имеет такой предел, где борющиеся становятся вместе, впрягаются в одно культурное и историческое ярмо. Это создает то, что называется нацией, национальной силой. Здесь общая грань, за этим – другая нация, внутри этого – классы, вокруг же – национальная сила, национальная культура, национальное здание“ (Н. Жордания, статья „Деятели шестидесятых годов“, см. избранные сочинения, изд. „Культура“, 1911 г., стр. 165).

Ной Жордания еще в 1898–1899 гг. открыто выступал с апологией западноевропейского империализма, отстаивая идею о цивилизаторской миссии капитализма в колониальных и отсталых странах, утверждая, что отсталые колониальные народы должны признать господство иностранного капитала исторически необходимым, прогрессивным и соответственно оценить заслуги капитализма.

Жордания открыто пропагандировал в связи с англобурской войной социал-империалистический тезис.

Вот что он тогда писал:

„Но симпатия к бурам совсем не требует ненависти к англичанам. Бурам мы сочувствуем потому что они – маленькая нация и защищают свою родину и свою свободу. Англия? Англию нужно любить и сочувствовать ей во многих отношениях. Англия является колыбелью всего того, чем гордится сегодня цивилизованное человечество.

Пускай буры защищают свою маленькую нацию… но вместе с тем пусть Англия остается великой Англией, апостолом новой жизни, носительницей нового знамени. Да будет она руководительницей и знаменосцем цивилизации“ (Н. Жордания, статья „Буры“, газета „Квали“, № 51, 1899 г.).

В период 1893–1897 гг. в состав „Месаме-даси“ входили: Ной Жордания, С. Джибладзе, Игнатий Ниношвили, Исидор Рамишвили, Миха Цхакая, Филипп Махаразе, А. Цулукидзе, Карло Чхеидзе, Е. Вацадзе, Севериан Джугели, В. Цабадзе, Д. Каландаришвили, Л. Дарчиашвили, Р. Каладзе, И. Какабадзе, Петр Гелейшвили, А. Цитлидзе, И. Квицаридзе и др.

В эту группу в 1897 г. вступил Ладо Кецховели, а в 1898 г. – товарищ И. Сталин, внеся новое, революционное в жизнь группы.

„Месаме-даси“ и ее большинство, во главе с Жордания, в период 1893–1898 гг. сыграло известную положительную роль. Оно положило начало распространению марксистских идей в Грузии и Закавказье и при всех своих недостатках все же дало толчок революционной молодежи и передовым рабочим в деле ознакомления и изучения марксизма.

„Месаме-даси“ практиковала посылку за границу и центральные районы России марксистской молодежи для изучения марксизма. От „Месаме-даси“ были посланы за границу Ной Жордания, Карло Чхеидзе, Акакий Чхенкели и др.

Однако большинство „Месаме-даси“, во главе с Н. Жордания, не пошло дальше мирной легальной пропаганды идей марксизма и узко пропагандистской кружковой работы с рабочими. Большинство „Месаме-даси“ не признавало необходимости нелегальной революционной прессы, массовой политической агитации и организации политической революционной борьбы рабочего класса против царизма и буржуазии.

Внутри „Месаме-даси“ в 1898 г. зародилась и оформилась революционная марксистская группа – А. Цулукидзе, Ладо Кецховели и И. Сталин. Эта группа представляла меньшинство „Месаме-даси“, которое по целому ряду основных вопросов расходилось с большинством „Месаме-даси“.

Первое острое разногласие возникло по вопросу о нелегальной печати в 1898 г.

Меньшинство „Месаме-даси“, придавая огромное значение нелегальной печати в деле пропаганды и распространения революционного марксизма, политической агитации против самодержавия и капитализма, организации политической борьбы рабочего класса и строительства подлинной пролетарской революционной партии, выдвигало задачу создания нелегальной газеты.

Большинство „Месаме-даси“, во главе с Н. Жордания, отрицало необходимость нелегальной печати.

Второе острое разногласие возникло летом 1900 г. по вопросу о том, нужно ли ограничиться кружковой работой или назрело время перейти к массовой агитации, к открытой борьбе с самодержавием. Это разногласие особенно обострилось осенью 1900 г. в связи с приездом русского социал-демократа, искровца В. Курнатовского. (Виктор Курнатовский являлся подготовленным, образованным марксистом, крепким и последовательным сторонником ленинской „Искры“.

Виктор Курнатовский начал свою революционную деятельность еще в партии „Народная воля“. За принадлежность к этой организации он отбыл 3-летнюю ссылку в Архангельской губернии и в октябре 1892 г. выехал за границу. В Цюрихе окончил политехнический институт и получил звание инженера-химика. В 1893 г. он вступил в плехановскую группу „Освобождение труда“. В августе 1893 г. В. Курнатовский принимал участие в работах конгресса II Интернационала в Цюрихе. В 1896 г. В. Курнатовский отправился на работу в Россию, но при переходе границы был арестован и выслан в административном порядке на три года в Минусинский уезд. Здесь, в ссылке, В. Курнатовский впервые знакомится с В. И. Лениным, находившимся в ссылке с 20 мая 1897 г. до 11 февраля 1900 г. в селе Шушенском Минусинского уезда В. Курнатовский навсегда становится пролетарским революционером, выдержанным сторонником Ленина. В. Курнатовский был числе 17 социал-демократов, подписавших ленинский „Протест руских социал-демократов“, направленный против „Кредо“ экономистов. После окончания срока ссылки В. Курнатовский осенью 1900 г. по заданию партии переселился для революционной деятельности в Тифлис.

По приезде в Тифлис В. Курнатовский устанавливает крепкую связь с товарищем Сталиным и становится его ближайшим другом и соратником.)

Тов. В. Курнатовский немалую помощь оказал грузинским социал-демократам в деле проведения ленинско-искровской линии.

Виктора Курнатовского следующим образом вспоминают тифлисские рабочие, знавшие его по работе и сидевшие вместе с ним в Тифлисской тюрьме в 1902 г.:

„Надо сказать, что к Курнатовскому обращались все товарищи во время всяких споров и дискуссий. Его выводы и заключения всегда принимались без возражения. Курнатовский был крепким и непримиримым революционером“ (грузинский филиал ИМЭЛ, ф. 34, д. № 175).

Меньшинство требовало перехода от занятий с рабочими в кружках к руководству массовой борьбой рабочего класса и от пропаганды к открытым формам политической борьбы против самодержавия, выдвинув задачи перевода экономических стачек на политические рельсы, организации и проведения демонстраций рабочих, более широкого использования улицы для политической борьбы за свержение самодержавия.

Большинство „Месаме-даси“, во главе с Н. Жордания, отрицало необходимость перехода на массовую агитацию и открытую борьбу с самодержавием.

Меньшинству (тт. Сталину, Кецховели, Цулукидзе) в решительной борьбе с большинством „Месаме-даси“, расширяя свое влияние в рабочих социал-демократических кружках в 1899–1900 гг., удается перевести тифлисскую социал-демократическую организацию от узкой кружковой пропаганды к массовой агитации и политической борьбе против самодержавия.

Эта группа (меньшинство „Месаме-даси“) послужила зародышем революционной социал-демократии.

На огромной революционной работе товарищей из меньшинства „Месаме-даси“ нам придется дальше остановиться более подробно.

Разногласия между большинством и меньшинством „Месаме-даси“, возникшие в 1898–1900 гг., превратились в общие разногласия по вопросам большевизма и меньшевизма после II съезда партии, главным образом с конца 1904 г. и в начале 1905 г.

Большинство „Месаме-даси“, во главе с Н. Жордания, особенно после отхода Плеханова к меньшевикам, определилось на позициях меньшевизма, а меньшинство – ленинско-искровская группа „Месаме-даси“ стала на позиции большевизма и в конце 1904 г. под руководством товарища Сталина оформилась как ленинская большевистская организация.

В конце 1904 и в начале 1905 г. в тифлисскую большевистскую организацию входили тт. И. Сталин, А. Цулукидзе, М. Цхакая, А. Джапаридзе, Ст. Шаумян, М. Давиташвили, С. Инцкирвели, С. Спандарян, Ф. Махарадзе и такие передовые рабочие, как М. Бочоридзе, В. Стуруа, Г. Телия, 3. Чодришвили, Я. Кочетков, Г. Азнаурашвили и др.

Таким образом, в решительной и непримиримой борьбе против грузинского „легального марксизма“, против большинства „Месаме-даси“, возглавляемого Н. Жордания, зародилась, оформилась и выросла под руководством товарища Сталина революционная ленинско-искровская, социал-демократическая большевистская организация в Закавказье. (Аплодисменты.)

Между тем, в ряде своих работ т. Ф. Махарадзе допускает неправильное освещение истории „Месаме-даси“ и дает неверную оценку роли и значения „Месаме-даси“.

Тов. Махарадзе представляет „Месаме-даси“ как однородную, последовательно революционную марксистскую социал-демократическую организацию, умалчивая о тех больших и острых разногласиях и внутренней борьбе, которая там имела место.

Говоря о „Месаме-даси“, Ф. Махарадзе пишет:

„Это было совершенно новое направление, новая идеология, которая противопоставлялась идеологии всех господствующих классов и которая объявила беспощадную борьбу, борьбу не на жизнь, а на смерть всем классам-поработителям“ (Ф. Махарадзе. К 30-летию существования тифлисской организации. Изд. 1925 г., стр. 25).

„В тогдашних закавказских социал-демократических организациях (у т. Махарадзе речь идет о периоде 1893–1904 гг. – Л. Б.) вообще оппортунистические и ревизионистские тенденции мало встречались, можно даже сказать, что вовсе не имели места“ (Ф. Махарадзе. Предисловие к книге А. Цулукидзе, изд. 1927 г.). „У нас марксистскому течению почти не приходилось вести борьбу с каким-нибудь другим течением в рабочем классе, как это произошло в других странах…“ (Ф. Махарадзе. К 30-летию существования тифлисской организации. Изд. 1925 г., стр. 42–43).

Тов. Ф. Махарадзе, во-первых, объявляет „Месаме-даси“ целиком подлинной революционной марксистской социал-демократической организацией, допуская идеализацию роли и значения „Месаме-даси“, и, во-вторых, смазывает борьбу ленинско-искровской группы против большинства „Месаме-даси“.

И это в то время, когда еще в 1904 г. даже меньшевистская газета „Искра“ (новая „Искра“) вынуждена была признать легально-марксистский оппортунистический характер большинства „Месаме-даси“ и ее теоретического органа – газеты „Квали“.

Вот что писала меньшевистская „Искра“ о газете „Квали“ периода 90-х гг.:

„Впрочем, склонность к теоретическим схемам, отвлеченность, преобладание общей идеи об „экономическом факторе“, если хотите, некоторая безжизненность, характеризовали „Квали“ еще в эту пору. В этом отношении „Квали“ шла до известной степени по стопам русского легального марксизма первой половины 90-х гг., отражением которого эта газета и являлась“ („Искра“, № 60, 1904 г.).

В период 1898–1900 гг. сложилась и оформилась руководящая центральная социал-демократическая группа тифлисской организации, в состав которой входили: Сильвестр Джибладзе, А. Цулукидзе, Л. Кецховели[5], И. Сталин, Сев. Джугели и передовые рабочие Тифлиса – М. Бочоридзе, 3. Чодришвили, В. Стуруа и др.

Громадную помощь, как уже было отмечено, в деле пропаганды революционного марксизма и создания социал-демократической организации тт. Сталину, Цулукидзе, Кецховели и др. оказали находившиеся в Тифлисе высланные из России революционные социал-демократы:

Виктор Курнатовский, Иван Лузин, Г. Франчески, И. Коган, Родзевич, М. Калинин, С. Аллилуев, И. Левашкевич, Н. Казаренко, Анна Краснова и др.

В период 1898–1900 гг. тифлисская центральная социал-демократическая группа провела огромную революционно-пропагандистскую и организационную работу по созданию нелегальной социал-демократической партийной организации; члены центральной партийной группы вели интенсивную революционную пропаганду, каждый из них руководил рабочими кружками. Только у одного товарища Сталина было более 8 рабочих социал-демократических кружков.{3}

Тифлисская центральная партийная группа, наряду с пропагандой идей революционной социал-демократии, руководила забастовками и политической борьбой тифлисского пролетариата.

В 1898 г. впервые в железнодорожных мастерских Тифлиса организуется крупная забастовка, и в дальнейшем до 1900 г. был организован и проведен ряд крупных забастовок на фабрике Бозарджянца, конке, кожевенном заводе Адельханова, в типографиях и т. д., а также ряд маевок и демонстраций тифлисских рабочих. Усилиями, главным образом, тт. Сталина, Кецховели и передовых рабочих организуется нелегальное печатание листовок и прокламаций и их распространение среди рабочих Тифлиса, а также в отдельных районах Закавказья.

В 1900 г. под руководством товарища Сталина 400–500 тифлисских рабочих праздновали первомайский праздник (23 апреля по старому стилю). Они собрались за городом в районе Соленого озера с портретами Маркса, Энгельса и революционными лозунгами.

На митинге с пламенной речью выступил товарищ Сталин и призвал рабочих к борьбе против царя и капиталистов.

С мая по июль 1900 г. проходит волна забастовок на тифлисских предприятиях. В августе 1900 г. рабочие железнодорожных мастерских и депо под руководством товарища Сталина, при активном участии М. И. Калинина, проводят грандиозную забастовку, в которой приняло участие до 4 тыс. рабочих.

В 1901 г. впервые выступили тифлисские рабочие на уличную первомайскую демонстрацию. Руководящая группа тифлисской социал-демократии под руководством товарища Сталина и В. Курнатовского провела огромную агитационную и организационную работу для подготовки этой демонстрации.

В ночь на 22 марта 1901 г. был арестован Виктор Курнатовский{4}. В эту же ночь был произведен обыск в физической обсерватории, где работал товарищ Сталин. Обыск происходил в отсутствие товарища Сталина. На другой же день после обыска жандармское управление вынесло постановление, в котором говорилось:

„…привлечь названного Иосифа Джугашвили и допросить обвиняемым по производимому мною в порядке положения о государственной охране исследованию степени политической неблагонадежности лиц, составивших социал-демократический кружок интеллигентов в г. Тифлисе“ (архив грузинского филиала ИМЭЛ, ф. 31, д. № 23, т. III, л. 2). После обыска товарищ Сталин перешел на нелегальное положение.

Товарищ Сталин вел огромную работу по подготовке первомайской демонстрации тифлисского пролетариата. По его инициативе руководящая партийная группа выпустила ряд прокламаций.

В одной из прокламаций говорилось:

„Рабочие всей России решили праздновать первое мая открыто – на лучших улицах города. Они гордо заявили власти, что они не боятся казацких нагаек и шашек, пыток жандармов и полицейских!

Объединимся же и мы, друзья, с российскими товарищами! Подадим друг другу руки, грузины, русские, армяне, соберемся вместе, подымем красное знамя и отпразднуем единственный наш праздник – Первое Мая!“ (Архивное управление МВД ГССР, ф. 158, д. № 355, 1901 г., л. 47).

22 апреля 1901 г. на Солдатском базаре, в районе бывш. Александровского сада, в центре города, состоялась демонстрация, в которой приняло участие около двух тысяч рабочих заводов и фабрик Тифлиса. Демонстрантов атаковали полиция и казаки. Во время столкновения было ранено 14 рабочих и арестовано свыше 50 демонстрантов.

Товарищ Сталин участвовал в этой демонстрации и лично руководил ею.

Демонстрация рабочих на улицах Тифлиса – кавказской цитадели русского самодержавия – явилась крупнейшим политическим событием и оказала огромное революционное воздействие на весь Кавказ.

По поводу тифлисской демонстрации ленинская „Искра“ в 1901 г. писала:

„Событие, бывшее в воскресенье 22 апреля (ст. стиля) в Тифлисе, является исторически-знаменательным для всего Кавказа: с этого дня на Кавказе начинается открытое революционное движение“ („Искра“, № 6, июль 1901 г.).

Политическая, организаторская работа центральной тифлисской партийной группы в 1901 г. завершается организацией Тифлисского комитета РСДРП ленинско-искровского направления.

По инициативе товарища Сталина была созвана 11 ноября 1901 г. первая тифлисская конференция социал-демократической организации, на которой были представлены почти все социал-демократические кружки, в составе 25 делегатов.

Конференция избрала первый Тифлисский комитет РСДРП, в который вошли 9 членов и несколько кандидатов к ним. В комитет были избраны тт. Сталин[6], Васо Цабадзе, Сильвестр Джибладзе, Захарий Чодришвили, Калистрат Гогуа, Севериан Джугели и др. (В этот период Ладо Кецховели находился в Баку на партийной работе, а А. Цулукидзе лечился в Батуме.)

В 1900–1901 гг. Батум оставался вне влияния тифлисской социал-демократической организации.

Батум в 1900 г. представлял собой значительный промышленный центр. В 1883 г. была закончена постройка Закавказской железной дороги, соединившей Батум с Баку. Уже в 1898 г. в Батуме насчитывалось свыше 10 крупных промышленных предприятий: бидонные заводы Ротшильда, Манташева, Нобеля и др., две табачные фабрики, чугунолитейный завод, гвоздильный завод, завод минеральных вод, несколько нефтеналивных станций. В 1900 г. была закончена постройка керосинопровода Баку – Батум. Общее количество рабочих доходило до 11 тыс. человек. Положение рабочих было чрезвычайно тяжелое. Экономическая эксплуатация батумского пролетариата усугублялась жестокой политикой национально-колониального угнетения. Рабочий день на заводах достигал 14 часов, а вместе с обязательными сверхурочными работами – 16–17 часов. Зарплата рабочих колебалась от 60 коп. до 1 руб. в день.

Все это вызывало в среде батумских рабочих вспышки протеста, носившие, однако, стихийный, случайный и неорганизованный характер.

В 1896 г. русскими социал-демократами Лузиным и Франчески в Батуме был организован небольшой социал-демократический кружок, который разгромила и ликвидировала царская полиция в начале 1898 г. В 1899–1900 гг. в Батуме находились Карло Чхеидзе и Исидор Рамишвили – сторонники большинства „Месаме-даси“, стоявшие на позиции „легального марксизма“ и отрицавшие необходимость нелегальной партийной организации и революционной политической борьбы рабочего класса. Они вели легальную культурно-просветительную и самообразовательную работу среди небольшой группы батумских рабочих, главным образом, читали лекции в общеобразовательной школе рабочих, т. е. проводили на практике линию большинства „Месаме-даси“.

Ввиду того, что Батум представлял один из крупнейших промышленных и рабочих центров Закавказья, Тифлисский комитет пытался основать там социал-демократическую организацию, для чего был послан один из членов Тифлисского комитета в Батум. По приезде в Батум он обратился за содействием к Карло Чхеидзе и Исидору Рамишвили, но они отказали ему в содействии под предлогом невозможности нелегальной революционной работы в условиях города Батума. Вот что рассказывают об этом факте:

„До товарища Сталина в Батуме не было никакой рабочей социал-демократической организации. Еще до товарища Сталина в Батум был делегирован член Тифлисского комитета с заданием основать там социал-демократический кружок. Он связался с находившимся тогда в Батуме Карло Чхеидзе и обратился к нему за содействием, но Карло Чхеидзе заявил ему, что в Батуме все видно, как на ладони, и здесь создать какую-нибудь революционную организацию немыслимо, и посоветовал уехать обратно“ (грузинский филиал ИМЭЛ, ф. 34, д. № 175).

При таком положении в Батуме товарищ Сталин, по поручению Тифлисского комитета, в конце ноября 1901 г, переезжает в Батум. Немедленно по приезде в Батум товарищ Сталин непосредственно связался с передовыми рабочими, и в конце декабря 1901 г. ему удалось основать социал-демократические кружки на ряде батумских крупных предприятий.

31 декабря 1901 г. на конференции представителей кружков главных предприятий оформляется батумская социал-демократическая организация (в целях конспирации конференция была проведена под видом встречи Нового года на квартире рабочего С. Ломджария).

Товарищ Сталин на этой конференции выступал 4–5 раз с яркими речами о задачах революционной социал-демократии.

Конференция выделила руководящую партийную-группу во главе с товарищем Сталиным, которая фактически сыграла роль Батумского комитета РСДРП ленинско-искровского направления. После избрания комитета работа пошла еще интенсивнее.

В январе и феврале 1902 г. в Батуме под руководством товарища Сталина активно заработали 11 социал-демократических рабочих кружков, которыми были охвачены такие предприятия, как заводы Манташева, Ротшильда, Сидеридиса и др.

В это время в Батумскую социал-демократическую организацию входили такие передовые батумские рабочие, как Сильвестр Ломджария, Илларион Дарахвелидзе, Сильвестр Тодрия, Михаил Габуния, Порфирий Ломджария, Прокофий Гогиберидзе, Дариспан Дарахвелидзе» Варлам Каландадзе, Геронтий Каландадзе, Мосе Пирцхелашвили, Теофил Гогиберидзе, Хачик Казарьян, Порфирий Куридзе, Мириан Хомерики, Коте Калантаров, Осман Гургенидзе, Наталия Киртадзе, Десмине Шапатава и др.

В январе 1902 г. товарищу Сталину удалось организовать небольшую нелегальную типографию. Вначале типография была весьма примитивна, помещалась в квартире, где проживал сам товарищ Сталин, но впоследствии товарищ Сталин расширил и улучшил технику типографии: из Тифлиса были привезены печатный станок, кассы, шрифт.

Уже в январе 1902 г. товарищ Сталин вместе с передовыми рабочими организует первую в Батуме крупную забастовку рабочих завода Манташева, которая закончилась их победой. Администрация вынуждена была пойти на уступки, удовлетворить требования рабочих, а уволенных рабочих вернуть на работу.

27 февраля 1902 г. вспыхнула стачка на заводе Ротшильда. Поводом к стачке послужило увольнение 389 рабочих, заподозренных администрацией и полицией в участии в революционном движении.

Товарищ Сталин лично руководил работой забастовочного комитета, лично вырабатывал требования рабочих для предъявления администрации завода, писал листовки и прокламации, организуя их печатание и распространение.

Рост забастовочного движения, организованность, стойкость и исключительное упорство рабочих встревожили царские власти. В Батум прибыл кутаисский военный губернатор, пытавшийся угрозами прекратить забастовки. Однако эти угрозы не возымели действия.

В ночь на 8 марта полиция арестовала 32 рабочих-забастовщиков.

В ответ на это товарищ Сталин организовал 8 марта массовую манифестацию рабочих, выставивших требование освободить всех арестованных. Полиции удалось арестовать и заключить в пересыльные казармы свыше 300 рабочих-манифестантов. Тогда, на другой день, 9 марта, товарищ Сталин организовал грандиозную демонстрацию батумских рабочих заводов Ротшильда и Манташева, порта, железной дороги и других предприятий, в которой приняло участие около 6 тыс. человек.

Демонстрация с красными знаменами и пением революционных песен направилась к пересыльным казармам, требуя освобождения арестованных. У пересыльных казарм демонстрация была расстреляна войсками. В результате было убито 15 человек рабочих и ранено 54. Около 500 революционных рабочих участников демонстрации были арестованы и высланы из Батума.

Газета «Искра» в № 26 от 15 октября 1902 г. о батумских событиях сообщала:

«Прибывший в Батум кутаисский военный губернатор, собрав стачечников, пригрозил всем тем, которые не пойдут на работу, высылкой этапом на родину, и, когда увещания не возымели действия, полиция „по указанию администрации завода Ротшильда“ арестовала в ночь на 8 марта 32 рабочих для высылки по этапу. 8 марта толпа, человек в 400, явилась в полицейское управление, требуя „освобождения задержанных товарищей“. От полицейского управления толпа направилась к зданию тюрьмы, куда прибывший за ней пом. военного губернатора полк. Дрягин вызвал роту 7 Кавказского стрелкового батальона. Толпа требовала, чтобы или арестованных выпустили или арестовали всех. Полк. Дрягин исполнил последнее и, арестовав 348 человек вместе с 32 заключенными ранее в тюрьме, увез всех в пересыльную тюрьму. На следующее утро, 9 марта, „в девятом часу, к пересыльной части подошла огромная толпа рабочих с вожаками впереди, шествуя правильными рядами с песнями, шумом и свистом“. Вышедшему навстречу полк. Дрягину стоявшие во главе толпы рабочие Мих. Хиримьянц и Теофил Гогиберидзе заявили от имени толпы то же требование – или освободить заключенных или арестовать всех. На этот раз полковник ответил приказом расходиться. Ввиду отказа толпы исполнить это приказание Дрягин вызвал в подкрепление к стоявшей здесь команде крепостного батальона роту 7-го Кавказского стрелкового батальона. На попытку солдат очистить площадь от рабочих последние ответили градом камней. Рабочие пытались отнять ружья у солдат, и слышны были крики: „Бей их, бери ружья, они не могут стрелять“. К рабочим, бывшим на площади, присоединились заключенные в пересыльной части, бросавшие оттуда камни и под конец вырвавшиеся из тюремного двора. В заключение войска стали стрелять и убили 14 рабочих и многих ранили»[7] («Искра», № 26 от 15 октября 1902 г.).

Товарищ Сталин в эти дни проводит огромную политическую работу, пишет прокламации, лозунги, организует их печатание в нелегальной типографии и распространение среди батумских рабочих, а также рассылку в ближайшие районы Грузии (Гурия, Имеретия, Мингрелия).

Особенно широко была распространена прокламация, написанная товарищем Сталиным по поводу батумских событий 9 марта 1902 г., призывавшая рабочих и крестьян к революционной борьбе за свержение царизма.

В день похорон жертв 9 марта товарищ Сталин организовал манифестацию, которая превратилась в грандиозную политическую демонстрацию.

Батумские события явились предвестниками подъема революционной волны во всем Закавказье. Они оказали огромное революционизирующее влияние на грузинскую деревню (Западная Грузия).

Нужно отметить, что в этот период находившиеся в Батуме Карло Чхеидзе и Исидор Рамишвили не только не принимали никакого участия в революционной борьбе батумских рабочих, но неоднократно подсылали людей к товарищу Сталину и сами лично уговаривали его уехать из Батума, мотивируя это тем, что ему, т. е. Сталину, не удастся основать нелегальную социал-демократическую организацию и поднять батумских рабочих на политическую борьбу, а самое главное, они это делали из-за того, чтобы из-за нелегальной работы товарища Сталина не попасть в неприятную историю и не подвергнуться преследованию.

Потерпев неудачу в своих уговорах, И. Рамишвили и К. Чхеидзе перешли к прямым нападкам, провокационным и клеветническим выпадам против товарища Сталина, объявив его «самостийником», «дезорганизатором». Они пытались даже уговаривать отдельных рабочих не слушать товарища Сталина, пугая их тем, что товарищ Сталин подвергает рабочих смертельной опасности.

Попытки будущих меньшевиков сорвать огромную политическую работу товарища Сталина и передовых рабочих Батума потерпели полное поражение.

Таким образом, батумскую социал-демократическую организацию создал товарищ Сталин, и он первый поднял батумских рабочих на революционную борьбу против самодержавия и капитализма. Товарищу Сталину вместе с передовыми рабочими Батума удалось охватить революционным движением широкие массы рабочих Батума.

О работе товарища Сталина в Батуме царская охранка сообщала следующее:

«Осенью 1901 г. Тифлисский комитет РСДРП командировал в гор. Батум для пропаганды между заводскими рабочими одного из своих членов – Иосифа Виссарионовича Джугашвили, бывшего воспитанника 6-го класса Тифлисской духовной семинарии. Благодаря деятельности Джугашвили… стали возникать на всех батумских заводах социал-демократические организации, вначале имевшие главой Тифлисский комитет. Плоды социал-демократической пропаганды уже обнаружились в 1902 г. в продолжительной забастовке в гор. Батуме на заводе Ротшильда и в уличных беспорядках» (Архивное управление МВД ГССР, донесение пом. нач. кут. губ. жанд. управления по Батумской области, дело № 1011).

В период своей работы в Батуме товарищ Сталин поддерживал тесную связь с тифлисской партийной организацией, часто наезжал в Тифлис и направлял работу тифлисской социал-демократической организации.

Товарищ Сталин 5 (18) апреля 1902 г. был арестован на заседании батумской руководящей партийной группы вместе с рабочими (Д. Дарахвелидзе и другими) и заключен в батумскую тюрьму.

В тюрьме товарищу Сталину удается наладить связь с оставшимися на свободе членами социал-демократической организации и направлять их работу. Одновременно он проводит большую политическую работу среди заключенных.

Товарищ Сталин просидел в батумской тюрьме с 5 апреля 1902 г. до 19 апреля 1903 г., а 19 апреля 1903 г. его перевели в кутаисскую тюрьму.

Товарищ Сталин и в кутаисской тюрьме, так же как в батумской, ведет большую политическую работу среди заключенных, устанавливает связь со всеми камерами политических заключенных, проводит среди них пропаганду ленинско-искровских идей, резко разоблачает оппортунизм большинства «Месаме-даси», газеты «Квали» и Ноя Жордания, пропагандирует идеи гегемонии пролетариата и необходимость пролетарского руководства крестьянским движением.

Товарища Сталина в ноябре 1903 г. переводят обратно в батумскую тюрьму, откуда его ссылают в Сибирь (Иркутскую губ.) в конце ноября 1903 г.

Выдающуюся роль в деле создания ленинско-искровской социал-демократической организации Закавказья играл т. Александр (Саша) Цулукидзе. Тов. Цулукидзе раньше других товарищей из меньшинства начал работу и вместе с тем борьбу с большинством «Месаме-даси». Тов. Цулукидзе вступил в «Месаме-даси» в 1895 г. и всю свою сознательную жизнь отдал революционной борьбе рабочего класса. Однако т. Цулукидзе не суждено было полностью развернуться ввиду его тяжелой болезни – туберкулеза, что нередко отрывало его от практической революционной работы.

Тов. Цулукидзе был одним из образованных марксистов того времени, талантливым пропагандистом и публицистом, революционером, до конца преданным делу рабочего класса, ближайшим другом товарища Сталина и Л. Кецховели.

Тов. Цулукидзе является автором ряда марксистских работ: «Новый тип в нашей жизни» – 1898 г.; «Беседа с читателями» – 1899 г.; «Из истории экономической науки» – 1899 г.; «Наши разногласия» – 1900 г.; «Мечта и действительность» – 1903 г.; «Отрывки из политической экономии» – 1904 г.; «Маленькое замечание по большому вопросу» – 1905 г.; «Автономия и интересы пролетариата» – 1905 г. и др.

Тов. Цулукидзе с исключительной глубиной и последовательностью развивал в своих работах марксистские взгляды по вопросам классовой борьбы пролетариата, политической экономии, необходимости политической партии для рабочего класса, по национальному вопросу и т. д.

В 1903 г. т. Цулукидзе издал брошюру «Мечта и действительность», в которой подверг уничтожающей критике теорию «общей почвы» лидера грузинских социал-федералистов – Арчила Джорджадзе и лидера грузинских «легальных марксистов» – Ноя Жордания.

Тов. Цулукидзе в своей брошюре камня на камне не оставил от буржуазной теории «общей почвы», вскрыв и доказав с неумолимой логикой ее буржуазно-националистический характер.

Тов. Цулукидзе обосновал, что язык является не почвой для совместного действия классов и партий, как это утверждал Джорджадзе, а орудием классовой борьбы. «Язык легко принять за „общую почву“. Поскольку он употребляется всеми, он представляет „общую почву“, так же как арена борьбы; но поскольку этим духовным оружием выражается скрытое социальное противоречие, постольку он является оружием для взаимного поражения. Нечего говорить, что для всех желательно заострить это оружие, развить его, но это развитие становится не „почвой для совместного действия“, а оружием для уничтожения этой почвы. Пока существуют современные условия жизни, пока не будет вырвано с корнем основное противоречие, до тех пор и язык не может служить „общей почвой“. Только будущее готовит одну большую „почву“ для „совместного действия“, на которой все „основы“ изменятся, ненависть и вражда уничтожатся» (А. Цулукидзе. Собр. соч., 1927 г., см. статью «Мечта и действительность», стр. 157–158).

Далее т. Цулукидзе писал, что развитие капитализма, капиталистической торговли и промышленности создает не почву для совместных действий классов и партий, а пропасть между ними.

«Там, где торговля и промышленность развиты и буржуазия крепнет, неизбежно существует другой общественный класс, и ему как раз в этот первый период больше нужны интеллигентские усилия, чем позже, когда сами условия жизни, объединенная физическая и умственная работа создадут прочную социальную силу, которая в состоянии будет справиться и с сильным. Идеологи буржуазии всегда так затемняли глаза обществу, уверяли рабочий класс: „Ваши интересы требуют усиления, обогащения торговцев и промышленников, так как вы должны быть убеждены, что они и вас не позабудут и общее „национальное“ дело сделают“. Эти песни не раз слышала европейская демократия. Сегодня их повторяет у нас г. Арчил Джорджадзе» (статья «Мечта и действительность», собр. соч., стр. 155).

Тов. Цулукидзе, отстаивая марксистский тезис о классовом расслоении деревни, решительно отвергает идею «общей почвы» как между дворянством и крестьянством, так и внутри крестьянства.

«И в деревне мы замечаем то экономическое расслоение, которое является неизбежным результатом и условием развития промышленности; и в деревне появляются наши Дроидзе, которые каждое новое изобретение, предназначенное для усиления беспомощного соотечественника, используют в своих интересах; и здесь возникло и углубляется то противоречие, которое осветило действительное отношение и тем самым „общую почву“ сделало еще более отдаленной мечтой и окончательно спело ей отходную…»

«Крестьянский банк… не поможет мелкому собственнику деревни, не двинет вперед его хозяйство, не остановит роста экономической нужды крестьянства, не уничтожит экономического противоречия, а значит, и „общей почвой“ тоже не пригодится» (статья «Мечта и действительность», собр. соч., стр. 168).

Тов. Цулукидзе, изобличая Джорджадзе как певца капитализма и буржуазного национализма, указывая на практику развития капитализма на Западе, развивал тезис о невозможности классового мира и сотрудничества классов.

«Ни одна из европейских наций не миновала классовой борьбы и ни одна не сумела удержаться „на почве совместных действий“, хотя у них были проповедники не хуже Джорджадзе. Один только Бастия стоил нескольких Джорджадзе, но даже его гармоническая теория не сумела уничтожить классовой борьбы, и действительность развивалась, минуя его» (статья «Мечта и действительность», собр. соч., стр. 147).

Тов. Цулукидзе обосновывал марксистский тезис обострения противоречий капитализма и классовой борьбы.

«Современное капиталистическое производство построено на прибавочной стоимости, которая представляет собой неоплаченный труд, даром присвоенный труд рабочего. Труд есть единственный источник стоимости, и для умножения и увеличения последней необходимо увеличение первого. Как можно больше труда и как можно меньше оплаты труда – вот к чему стремится собственник орудий производства. Как можно меньше труда и как можно большая оплата труда – вот в чем заключается постоянное стремление производителя. Это взаимоотношение между двумя элементами общества является характерным свойством капиталистического способа производства, необходимым условием его существования, и поэтому развитие торговли и промышленности представляется развитием этого противоречия» (статья «Мечта и действительность», собр. соч., стр. 147).

Тов. Цулукидзе после длительной болезни (туберкулез) скончался 8 июня 1905 г. в возрасте 29 лет. Похороны т. Цулукидзе состоялись в Хони 12 июня 1905 г. Похороны т. Цулукидзе, на которых присутствовало, по рассказу очевидцев, свыше 10 тыс. человек, превратились в грандиозную политическую демонстрацию против самодержавия.

На похоронах т. Цулукидзе товарищ Сталин выступил с блестящей речью, в которой, наряду с оценкой работы Саши Цулукидзе, развернул задачи и картину революционной борьбы рабочих и крестьян против самодержавия. Речь товарища Сталина имела огромное большевистское революционизирующее значение.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.