Pax Britannicа: Индия

Pax Britannicа: Индия

Колониальный период в истории Индии распадается на две части: до 1858 г. и после этой даты. На первом этапе территориями, непосредственно подчиненными британцам, правила Ост-Индская компания (ОИК), она же становилась сюзереном княжеств, попадавших в зависимость от колонизаторов.

Компания постепенно подчинялась правительственному контролю. В XIX в. этот процесс продолжался. В 1813 г. была ликвидирована монополия ОИК на торговлю с Индией. По хартии 1833 г. Компания вообще лишилась торговых функций и стала чисто административным органом по управлению захваченными и подчиненными землями «по уполномочию» английского короля. В 1853 г. после ожесточенных дебатов хартию продлили, но без указания срока, — «до тех пор, пока парламент не решит иначе». Председатель Контрольного совета был официально приравнен к министру.

Генерал-губернатор становился главой всей власти в Индии. Ему подчинялись губернаторы провинций («президентств»). Провинции делились на области (дивижн), те — на округа (дистрикты). Районы назывались тахсилами в Северной Индии и талуками в Южной. Примерно половина территории субконтинента оставалась в руках вассальных княжеств, контроль над которыми осуществляли резиденты.

В первой половине XIX в. продолжалось расширение территории, подвластной ОИК. В 1824–1826 гг. прошла первая англо-бирманская война. В результате ее были присоединены районы нынешней Северо-Восточной Индии и некоторые области на юге Бирмы (Мьянмы). В результате второй англо-бирманской войны 1852–1853 гг. была захвачена вся южная часть Бирмы. В 1843 г. был аннексирован Синд — территория по нижнему течению Инда. Западный Панджаб в начале XIX в. представлял собой довольно сильное государство во главе с Ранджит Сингхом, который поддерживал «дружеские» отношения с Ост-Индской компанией. Но в 1839 г. он умер, в стране началась смута. В результате двух войн (1845–1846; 1849) Панджаб лишился независимости и был присоединен к английским владениям.

Еще до этого колонизаторы хотели поставить в зависимость от себя Афганистан. Но Первая англо-афганская война 1838–1842 гг. окончилась их поражением. Афганистан сохранил независимость.

Колонизаторы расширяли подвластную им территорию, постепенно аннексируя под разными предлогами вассальные княжества.

Существовала двойная система права и судопроизводства. В отношении европейцев действовало английское право и суды европейского типа. С 1832 г. стали вводить суд присяжных для обвиняемых-европейцев. Дела туземцев слушались в судах во главе с брахманами (для индусов) и кадиями (для мусульман). Выстроилась двойная система судов, увенчанная двумя высшими судебными инстанциями — для европейцев и для туземцев. В 1835 г. судопроизводство было переведено с персидского на местные языки. В 1836 г. был принят закон, согласно которому европейцы стали наряду с туземцами подсудны местным судам, но только по гражданским искам. По уголовным делам европейцев судил Верховный суд в Калькутте.

В 1835 г. англичане определились со своей политикой в области образования. Было решено направлять бюджетные средства прежде всего на развитие высшего образования для воспитания воспринявших британский образ мыслей и образ жизни интеллектуалов, которые затем уже понесут знания в массы народа. Более конкретная задача подготовки кадров для управленческого аппарата также имелась в виду. В 1857 г. открылись первые университеты — в Калькутте, Бомбее и Мадрасе.

Уверенные в прочности своей власти, англичане в первой половине XIX в. провели несколько социальных реформ: стали искоренять существовавшую у ряда высоких каст практику убийства новорожденных девочек, запретили в 1829 г. обряд самосожжения вдов на погребальном костре мужа (сати), отменили рабство (1843), разрешили вдовам вторично выходить замуж (1856). В 1813 г. была разрешена прозелитическая деятельность христианских миссионеров. Все это создавало атмосферу неуверенности и вызывало опасения утраты традиционного образа жизни.

Стали осуществляться различные модели земельно-налогового устроения. В Бенгалии в 1793 г. была введена система «постоянного обложения», или система постоянного заминдарства. Земля объявлялась частной собственностью крупных землевладельцев (заминдаров), бывших откупщиков налогов. Налог устанавливался очень высокий (90 % ренты), но его абсолютная величина была закреплена «навечно». Предполагалось тем самым создать заинтересованность в развитии хозяйства, поскольку любое его расширение или улучшение обработки земли означало увеличение доходов землевладельцев. Их доходы действительно стали расти, но не вследствие развития хозяйства, а из-за падения стоимости серебра и соответствующего роста цен.

Система временного заминдарства (махалвари, маузавар) была введена указами 1822 и 1833 гг. в Северной Индии (на территории современного штата Уттар-Прадеш), а позже, в несколько измененном виде, она была распространена на Панджаб и Центральную Индию. Колонизаторы учли некоторые ошибки постоянного обложения. Объявив собственниками бывших налогоплателыциков-заминдаров и установив твердые ставки налога, они сохранили за собой право повышать ставки налога через 30 лет. Заминдары в этих районах были более мелкими, часто владели не более чем крестьянским участком земли. Они были объединены в общины, которые несли коллективную ответственность за уплату налогов.

В Южной Индии (Мадрасское и Бомбейское президентства, современные штаты Махараштра, Карнатака, Андхра-Прадеш и Тамилнаду) англичане ввели систему налогообложения и землевладения райятвари, во многом прямо противоположную обеим северным. Здесь дали права на землю райятам, т. е., по индийским понятиям, слою, находившемуся под заминдарами. Налог исчислялся как доля валового продукта, и эта доля первоначально была очень велика (50 %). Но при таком уровне обложения никто не хотел покупать землю, если ее забрасывал прежний владелец. Англичанам пришлось снижать налог — в 1833 г. до 33 %, а позже — до 20 %.

На этом первом этапе аграрных преобразований британцы в основном устранили верхний слой земельных собственников — тех, кто раньше владел «властью-собственностью», кто присваивал в свою пользу налог с низовых землевладельцев. Этот процесс происходил неспешно и не был окончательно завершен, но все же в основном земля оказалась у тех, кто платит налоги.

Экономические отношения Великобритании и Индии в XIX веке

В первый период проникновения европейцев на Восток их главной целью были «колониальные» товары, которые можно было с огромной выгодой сбыть в Европе. С конца XVIII в. содержание европейско-азиатской торговли совершенно меняется. Промышленная революция в Англии, возникновение там механизированной текстильной промышленности привели к тому, что страны Востока и прежде всего Индия стали рассматриваться как необъятные рынки сбыта британских пряжи и тканей. Резко сократился европейский спрос на хлопчатобумажные и шелковые ткани, поскольку их производство было освоено в Европе. Английским фабрикантам удалось захватить значительную долю индийского текстильного рынка. Индийские ткачи-кустари стали массово разоряться. Резко упала численность городского населения. Индия стала также до некоторой степени источником сырья для британских текстильных фабрик, но индийский хлопок на протяжении XIX в. занимал только 6-15 % в общем потреблении английскими фабриками. Британские фабриканты предпочитали более качественный хлопок из южных штатов Северной Америки, а затем также и из Египта.

Во второй половине XIX в. активный торговый баланс в пользу Великобритании сохранялся, благодаря чему из страны выкачивались значительные средства, так называемая «колониальная дань». Импортные пошлины удерживались на самом низком уровне. Однако начались также британские инвестиции в индийскую экономику. Большое внимание стало уделяться созданию инфраструктуры — портов и дорог, которые облегчали проникновение английских товаров во все уголки Индии. Развернулось широкое железнодорожное строительство. К 1905 г. было сооружено 6 тыс. миль железных дорог. К периоду независимости Индия была страной с наиболее густой сетью железных дорог за пределами Европы (53 тыс. км).

Британцы не стремились развивать индийскую промышленность. Но колониальная политика создавала возможности для ее появления, не предусмотренные властями. Так, открытие китайского рынка после Опиумных войн привело к резкому увеличению торговли индийских купцов с Китаем. Они составляли состояния на торговле опиумом, также на ввозе хлопчатобумажной пряжи, которая стала производиться на фабриках, возникших в Бомбее, Нагпуре, Ахмадабаде и других городах.

Сипайское восстание

К середине XIX в. в Индии накопился значительный антибританский «горючий материал». Разорение миллионов ремесленников в результате импорта английских товаров привело к упадку городов и росту пауперизма. Социальные преобразования воспринимались как злонамеренное разрушение исконных обычаев. Аннексии ряда княжеств вселяли в умы всех индийских вассальных князей чувство неуверенности в завтрашнем дне и восстанавливали их против англичан. Ликвидация княжеств приводила к росту «безработицы» бывших придворных и войск. Продажа земли с аукционов за недоимки по налогам особенно сильно возбуждали заминдаров Северо-Западных провинций, которые имели давние воинские традиции, в частности, поставляли сипаев в англо-индийские войска. Развертывание христианской миссионерской деятельности после 1813 г. воспринималось как явное свидетельство того, что колонизаторы задумали окрестить всех индийцев.

В этой обстановке англичане приступили к перевооружению армии: введению новых, более скорострельных ружей (так называемых ружей Энфилда). Патроны к этим ружьям представляли собой бумажные пакетики, пропитанные неким жиром. Край этого пакетика надо было при заряжении ружья откусывать зубами. Индусы стали подозревать, что это говяжье сало, а мусульмане — что свиное. Как известно, религия запрещает индусам есть говядину, а мусульманам — свинину. Введение новых патронов воспринималось как провокация, которая приведет в утрате индийцами их религий.

Вооруженные силы Ост-Индской компании в 1857 г. составляли 280 тыс. человек, из них только 45,5 тыс. были англичанами. В каждом из президентств была своя армия. Наиболее крупной и боеспособной была Бенгальская армия (170 тыс. человек, из них 30 тыс. англичан).

Произошло несколько выступлений сипаев, отказывавшихся брать новые патроны и, таким образом, не подчинившихся офицерам. Англичане легко подавляли эти мелкие мятежи, и они не насторожили власти. Восстание вспыхнуло неожиданно.

10 мая 1857 г. взбунтовались сипайские полки гарнизона Мератха, к северу от Дели. Несколько английских офицеров были убиты, остальные забаррикадировались в казарме. На следующий день сипаи были уже в Дели, где жил могольский император Бахаду Шах, которому было 82 года и который уже давно не имел никакой власти и интересовался только поэзией. Восставшие провозгласили его своим падишахом и объявили о восстановлении Могольской империи.

Британцам удалось уже 8 июня начать осаду Дели. Однако за это время возникло еще несколько очагов восстания, его активно поддержало население, и колониальная власть фактически оказалась уничтоженной на всем пространстве Северной и части Центральной Индии.

Помимо Дели центрами восстания стали Ауд, где английский отряд был осажден в Лакхнау — столице бывшего княжества; Канпур, где во главе войск и населения встал Нана Сахиб, приемный сын последнего маратхского пешвы; Центральная Индия, где действовали отряды, подчинявшиеся бывшей княгине (рани) княжества Джханси по имени Лакшми-Бай.

Очаги восстания имели определенную связь и формально подчинялись Бахадур Шаху. Однако подлинной координации вооруженных действий между разными вождями не было. Англичанам удалось, собрав все наличные силы, ликвидировать очаги восстания поодиночке.

Восстание отличалось необыкновенной жестокостью с обеих сторон. Англичане уничтожались на мятежной территории вне зависимости от пола и возраста. Английские войска, восстанавливая колониальную власть, вешали и расстреливали всех подряд без какого бы то ни было выяснения степени вины захваченных в плен, часто применяя при этом жестокие пытки.

Восстание 1857–1859 гг. не имело перспектив. Индия еще не представляла собой единого государства и общества. Политическое единство только что было создано колонизаторами, но оно еще не было осмыслено массами. Восстание охватило обширную территорию, но все же лишь один из районов. Панджаб в целом и сикхи, в частности, не поддержали восстания сипаев. Бенгалия и Южная Индия тоже остались спокойными. Руководство восстанием находилось в руках традиционной индийской элиты, не готовой к руководству военными операциями. Пассивная тактика, отсутствие плана военных действий, разобщенность очагов восстания, отсутствие разведки и контрразведки; превосходство европейской военной организации — все это пагубно сказалось на ходе сражений.

Объективно говоря, восстание привело к укреплению английской власти над Индией.

1 ноября 1858 г. королева Виктория в специальной прокламации провозгласила ликвидацию Ост-Индской компании и Могольской империи и переход Индии под свое прямое управление. Объявлялось, что создается «Индийская империя» во главе с королевой-императрицей. Индийцам гарантировались равные права со всеми остальными подданными королевы, а также декларировались гарантии прав собственности и владельческих прав князей. Некоторые княжества были возвращены приемным сыновьям прежних князей. Начались административные, военные, судебные, арендные реформы.

Индия под властью Британской короны

Вопросами управления Индией стал ведать статс-секретарь (министр) по делам Индии и Бирмы. В Индии императрицу представлял генерал-губернатор, он же вице-король. Несмотря на изменение формы правления, политика англичан в Индии сохранила значительную преемственность.

Англичане продолжали политику расширения своих владений в Азии. В продвижении России в Средней Азии они увидели угрозу своим интересам в Индии и решили превратить Афганистан в буферное государство между своими и российскими владениями. Воспользовавшись предлогом — пребыванием в Кабуле миссии генерала Н.Г. Столетова — они развязали Вторую англо-афганскую войну (1878–1880). Она, как и первая, оказалась весьма упорной, но все же Англии удалось обеспечить себе некоторые возможности контролировать афганскую политику. А в 1893 г. была достигнута договоренность о границе между Афганистаном и «полосой племен», отошедшей к Британской Индии. Была проведена так называемая «линия Дюранда», которая до сих пор служит (весьма зыбкой) границей между Афганистаном и Пакистаном.

В ноябре 1885 г. в результате третьей англо-бирманской войны вся территория Бирмы была включена в Британскую Индию на правах провинции.

Попытки проникнуть в Тибет и установить там влияние Великобритании окончились неудачно, так как против этого решительно выступили и Китай, и Россия. Англии пришлось признать Тибет частью Китая.

Соглашение о разделе сфер влияния на Среднем Востоке между Англией и Россией от 1907 г. окончательно разрешило геополитические противоречия между державами в этом районе земного шара.

После сипайского восстания был проведен ряд реформ, которые упрочили власть британцев. Прежде всего была реформирована сипайская армии. Доля англичан в войсках была увеличена по отношению к индусам и мусульманам. Вся артиллерия была поставлена под английский контроль. Стали более внимательно следить за соотношением в армии представителей разных каст и конфессий. Были расширены возможности продвижения по службе для индийских офицеров. Эти реформы оказались удачными: сипайская армия сохраняла верность англичанам вплоть до периода независимости.

С 1858 г. стала осуществляться реформа системы управления. Посты в Индийской гражданской службе предоставлялись только тем, кто сдавал довольно сложные экзамены. К экзаменам допускались все желающие, в том числе и индийцы. Но экзамены надо было сдавать в Лондоне, на английском языке и в возрасте до 23 лет. В 1876 г. предельный возраст для сдачи экзаменов был даже понижен до 19 лет. Несмотря на эти препоны, доля индийцев в аппарате управления стала увеличиваться. К моменту достижения независимости в 1947 г. индийцы занимали более половины высших административных постов.

В 1861 г. появились «Законодательные советы» при вице-короле, губернаторах трех президентств и губернаторах Северо-Западных провинций и Панджаба. Вопреки названию они имели только совещательные функции. Половина членов советов должна была быть не чиновниками. В 1892 г. права советов были расширены. Теперь они уже могли выражать свое мнение о бюджете (без права голосования) и подавать запросы правительству. Число нечиновных членов советов увеличилось. Все они назначались, но если оказывались вакансии, их могли заполнять представители муниципалитетов и дистриктных «управлений». Так появились основы выборности членов советов, которые постепенно расширялись.

В 1861 г. была произведена судебная реформа, которая объединила суды двух типов в один. К этому времени появились уже судьи-индийцы, получившие юридическое образование в университетах. В каждом президентстве был учрежден один Верхний суд. На практике судьи-индийцы могли судить лишь местных жителей, а европейцы, если совершали преступления, подлежали суду во главе с европейцем. В 1882 г. было провозглашено равенство всех подсудимых вне зависимости от расы, но была сделана оговорка, что если британца судил индиец, первый мог требовать суда присяжных, т. е. белых.

После земельно-налоговых устроений англичан конца XVIII — начала XIX в. в Индии возникла юридически оформленная частная собственность на землю. Первоначально она была ограничена необходимостью уплачивать высокий поземельный налог и некоторыми другими правилами. Но после Сипайского восстания англичане отказались от попыток серьезных пересмотров ставок налога, и он стал реально уменьшаться благодаря некоторому развитию хозяйства и росту цен в результате падения стоимости серебра.

Но низкое обложение сельского хозяйства не повлекло за собой бурного развития этой отрасли. Индийские помещики использовали их растущие богатства не на развитие производства, а на разного рода непроизводительные траты. Тем не менее весь XIX в. наблюдается устойчивое развитие и рост аграрного сектора Индии.

Британцы стали разрабатывать законы, которые защищали бы арендаторов от всевластия крупных земельных собственников. Арендатор, если он обрабатывал один и тот же участок земли без перерыва в течение 12 лет, получал на него право «защищенной аренды» (occupancy right, occupancy tenancy). Это означало, что его нельзя было согнать с земли, пока он платит прежнюю ренту, а ренту нельзя было увеличить без решения суда, в котором нужно было доказать, что собственник стал платить больший налог или попал в тяжелые обстоятельства по иным причинам. С арендатора, снимавшего одну и ту же землю 20 и более лет, арендная плата вообще не могла быть повышена. К началу XX в. большая часть арендованной земли находилась в руках «защищенных» арендаторов.

К середине XIX в. англичане поняли, что для нормального развития сельского хозяйства надо развивать ирригацию. Развернулось широкое строительство каналов, особенно в Панджабе и Синде.

Британцы долгое время не предпринимали никаких мер по борьбе с голодом, который регулярно возникал в той или иной провинции в результате засух, наводнений или других стихийных бедствий. Только в 1900 г. лорд Керзон создал специальную комиссию по борьбе с голодом, и в XX в. колониальные власти начали уже следить за ситуацией и принимать некоторые меры.

Религиозные реформаторские движения

В Индии начались процессы в духовной жизни, напоминавшие по форме европейские Реформацию и Просвещение.

Первым религиозным и социальным реформатором и просветителем в Индии стал Рам Мохан Рай (1772–1833), происходивший из богатой брахманской заминдарской семьи. Он получил традиционное индусское и мусульманское образование. Писал на персидском, санскрите, бенгальском, хинди и английском. В 1828 г. основал общество «Брахмо сабха», которое потом стало называться «Брахмо самадж».

Он провозглашал необходимость возврата к «истинному индуизму», к Ведам (он понимал под ними Упанишады). Но его фундаментализм содержал значительный просветительский заряд. Рам Мохан Рай заявлял, что религиозному человеку не нужны жрецы, обряды, паломничества, жертвоприношения, магия, а аскетизм попросту аморален; высшим критерием истины является разум; основным методом постижения истины должен быть здравый смысл; главное — это самоусовершенствование, внутренняя религиозность, внутренняя духовность. Он также считал, что кастовая система не имеет религиозного обоснования, и отвергал кастовые запреты.

Позже прозвучали проповеди Даянанды Сарасвати (1824–1883). Он, как и Рам Мохан Рай, призывал вернуться к Ведам, понимая под ними четыре самхиты, сборники гимнов и заклинаний. Он отвергал все европейское, но также и одиозные индусские обычаи — касты, особенно неприкасаемость, детские браки, приниженное положения вдов, запрещение уезжать за море и т. п. Он утверждал, что в Ведах Бог един, хоть и имеет много имен. В основанное им общество «Арья Самадж» («Общество ариев») принимали неприкасаемых целыми районами.

Его проповеди содержали просветительские и социально-реформаторские идеи и потому могли бы быть развиты в духе прогресса. Переводя древние тексты на современный язык, он утверждал, что в них содержится призыв к государственной независимости и самоуправлению. Но в начале XX в. деятельность арьясамаджистов приобрела в основном антимусульманскую направленность.

Существенно иным было направление в религиозной мысли, основанное Рамакришной Парамахамсой (1836–1886), жрецом в храме Кали вблизи Калькутты (Колкаты). Он пытался соединить реформаторские по существу идеи с традиционным индуизмом и считал все способы почитания Высшего существа приемлемыми и действенными. Его ученик Свами Вивекананда (1862–1902) был, безусловно, самостоятельным мыслителем, но постоянно утверждал, что лишь развивает идеи своего учителя.

Вивекананда получил всемирную известность, выступив с яркими речами на Всемирном Парламенте религий, созванном в Чикаго в 1893 г. После триумфальной поездки с лекциями по США и Европе, он в 1897 г. вернулся в Индию и основал религиозно-реформаторскую и благотворительную организацию «Миссия Рамакришны», которая существует по сей день.

Он развил мысль своего учителя, что все религиозные практики правомочны, они составляют три стадии. Низшая — поклонение идолам и следование обрядам. Средняя — любовь к богу, выражающаяся в обрядах, песнях и танцах. Высшая — абстрактное почитание Абсолюта.

Вивекананда не участвовал в политических движениях. Но все его речи и статьи проникнуты антиколониализмом и призывами к свободе. Самостоятельность, независимость личности, даже ее обоготворение также пронизывает его писания. Поэтому он был особенно популярен у радикально настроенной молодежи.

В результате деятельности религиозных реформаторов XIX в. возник так называемый «неоиндуизм», который отвечал духовным потребностям человека современного склада ума — предпринимателя, инженера, рабочего. Причем этот индуизм не откололся от традиционного, средневекового по всем параметрам (подобно тому, как в Западной Европе протестантизм откололся от католицизма), а остался «в лоне» индусского религиозного конгломерата и явно влияет в той или иной мере на всех индусов (впрочем, влияние это обоюдное).

Попытки реформирования ислама в XIX в. тоже наблюдаются почти во всех мусульманских странах. В Индии эти попытки имели особенности, связанные с тем, что мусульмане составляли меньшинство населения, к тому же в результате английского завоевания были оттеснены не только от политической власти, но и от возможностей образования, служебной карьеры и т. п. В 1870-х годах, например, мусульмане составляли 22,4 % населения, но среди студентов их было 4 %, а среди служащих-индийцев — 12 %.

Основателем мусульманского возрожденческого движения стал Сайид Ахмад-хан (1817–1898). Он служил в колониальном аппарате судьей. Титул сэра получил за то, что спасал англичан во время Сипайского восстания. Его деятельность счастливо для него совпала с изменением британской политики в отношении мусульман, а именно со стремлением колонизаторов привлечь к себе мусульман в условиях усиления антианглийского брожения, в котором участвовали главным образом индусы.

Сайид Ахмад-хан видел пути возрождения своей общины в реформировании ислама, в принципе свободы толкования Писания, в отбрасывании отживших норм, следовании доводам разума и «духу времени». По его инициативе основывались современные школы для мусульман, на урду переводилась западноевропейская литература. Правоверные муллы впоследствии объявили Сайида Ахмада-хана еретиком.

Особую роль в формировании ментальности индийской интеллигенции сыграло Теософское общество, основанное Е. Блаватской в 1875 г. В 1879 г. центр деятельности этого общества был перенесен из США в Индию. Е. Блаватская и ее верный соратник полковник Генри Олкотт провозгласили презумпцию истинности всех религий и необходимость познания основ, истоков всех религий с научной точки зрения. Они увидели эти истоки именно в индийских религиях. На ежегодных съездах Теософского общества и на заседаниях местных организаций (а их к 1884 г. стало более сотни) встречались англичане, интересующиеся религией и индийской культурой, и образованные индийцы. Именно на заседаниях Теософского общества европейски образованные индийцы учились уважать свою религию и гордиться ею. Именно среди индийцев-теософов возникла идея о создании политической организации, которая могла бы выражать интересы просвещенной части индийского общества.

Возникновение светского национализма

Социальная база светского национализма в Индии была довольно слаба. Зачатки буржуазии и интеллигенции появились в начале XIX в., но обе эти группы представляли очень узкий слой населения. Постепенно складывалась индийская интеллигенция, получившая образование европейского типа.

Но глобальная ситуация толкала индийские интеллектуальные круги к осознанию национальных интересов. Индийское национальное движение начиналось в период подъема национализма по всему миру. Возникали новые государства в результате распада Испанской, Португальской и Османской империй. Все эти события действовали на Индию и как пример для подражания, и как источник идейных поисков.

Начало формирования общеиндийского национализма можно датировать 1851–1852 гг., когда возникли «Ассоциация Британской Индии» в Калькутте, «Бомбейская ассоциация» и «Туземная ассоциация» в Мадрасе. Они установили между собой связь и иногда выступали с едиными инициативами: предлагали оказывать помощь развитию индийской национальной промышленности; ввести высокие импортные пошлины, чтобы защитить местное производство; способствовать созданию в Индии системы современного кредита; повсюду в Индии зафиксировать размер земельного налога; расширить состав Законодательных советов при губернаторах и увеличить в них число избираемых членов; разрешить сдачу экзаменов для поступления в Индийскую гражданскую службу не только в Англии, но и в Индии и увеличить предельный возраст для сдачи таких экзаменов. Эти просьбы обычно оставлялись без ответа.

В 1883 г. в Калькутте состоялась Индийская национальная конференция, впервые сформулировавшая эти просьбы-требования в виде единой программы.

В Бомбее также образовалась группа лиц, задавшаяся целью методами убеждения добиться большей роли индийцев в политической жизни. В ней участвовали как индусы, так и мусульмане и парсы. Среди них можно упомянуть религиозного реформатора, бизнесмена, политика и экономиста Дадаб-хай Наороджи (1825–1917), судью М.Г. Ранаде (1852–1904), юриста Г.К. Гокхале (1866–1915). Этих деятелей потом назовут «умеренными» (moderates), поскольку они ограничивали свою деятельность конституционными методами и не считали необходимым развертывание массового движения.

В 1885 г. по инициативе ряда членов Теософского общества в Бомбее был созван Индийский национальный конгресс, который задумывался как прообраз будущего индийского парламента. Приехать на Конгресс мог любой желающий. Единственным условием было хорошее знание английского языка.

Основной формой функционирования Конгресса в первые 20 лет его существования были именно конгрессы, т. е. ежегодные (обычно в период Рождественских каникул) съезды, делегаты на которые посылались местными общественными организациями (постепенно вводились некие правила выдвижения делегатов). Основным способом выражения мнения оставались резолюции-петиции, направлявшиеся затем в правительство Индии или в Парламент Великобритании. Поскольку власти не обращали на эти обращения большого внимания, петиции раз за разом повторяли друг друга, накапливая лишь раздражение с обеих сторон.

Содержание петиций сводилось к тем же идеям, которые ранее выражали «Индийские ассоциации». Серьезным недостатком деятельности Конгресса на всем протяжении колониального периода было невнимание к проблеме многоконфессиональности и многокастовости Индии. Будучи почти исключительно индусами, в большинстве своем брахманами (с небольшой прослойкой парсов), лидеры ИНК были уверены, что представляют весь индийский народ. Между тем мусульмане вовсе не считали их своими представителями. Не видели в брахманах-юристах своих вождей и низшие касты.

Более радикальное направление возглавлял журналист Бал Гангадхар Тилак (1856–1920). Став радикалом в политике, он остался консерватором в социальных вопросах: отстаивал кастовую систему, высокое положение брахманов, стоял за сохранение индусских обычаев, в частности, за ранние браки девочек. Основной формой борьбы в тот период он считал бойкот английских товаров. Тилака и его сторонников стали называть «экстремистами».

Тилак проводил массовые квазирелигиозные праздники в честь бога Ганеши (с 1893 г.), придавая им политическую окраску. Частью его пропаганды стали и празднества в честь Шиваджи (с 1895 г.) — героя маратхского народа, который боролся за независимость против Моголов. Эти праздники имели явную антиколониальную направленность. Однако религиозные методы мобилизации масс отталкивали представителей других конфессий, прежде всего мусульман. В 1893 г. в Бомбее произошла страшная индусско-мусульманская резня, спровоцированная сторонниками Тилака.

Пробуждение Индии

Колониальные власти проявили близорукость, не увидев в лице индийцев, составлявших умеренное крыло Конгресса и воспитанных на идеалах европейской демократии, своих союзников и партнеров по управлению Индией (последние в то время на большее не претендовали). Со временем деятельность Конгресса вызывала все большее раздражение властей.

В 1899 г. вице-королем Индии был назначен лорд Дж. Н. Керзон (1859–1825), энергичный защитник имперских интересов, довольно широко понимавший свои задачи как правителя Индии. Он считал, что именно английская власть наилучшим образом выражает интересы индийского народа. Керзон назначил комиссию по борьбе с голодом, основал первые кредитные кооперативные общества, активизировал археологическую работу, создав специальный Департамент археологии при своем правительстве; снизил налог на соль и подоходный налог. Он, кажется, был единственным вице-королем, который пытался наказывать англичан за жестокое обращение с индийцами. Он прекратил непосредственное вмешательство Британской Индии в дела Афганистана; требовал и иногда добивался того, чтобы индийские войска, используемые вне Индии, оплачивались не из индийского бюджета, а за счет имперской казны; резко возражал против увеличения жалованья английским офицерам за счет индийского бюджета; требовал защиты прав индийцев в Южной Африке.

Но он же не скрывал презрения к индийской интеллигенции; ввел некоторые цензурные ограничения для газет; ограничил автономию университетов; сократил представительство индийцев в муниципалитете Калькутты.

Уже уезжая из Индии, лорд Керзон, невзирая на протесты общественности, в 1905 г. произвел административную реформу, разделив провинцию Бенгалию на Западную и Восточную. Произведенный раздел не только разрезал территорию единого народа бенгальцев, но и приводил к образованию провинции, большинство населения которой составляли мусульмане. Он был воспринят как проявление политики «разделяй и властвуй».

На сессии в декабре 1905 г. Конгресс призвал к борьбе против раздела Бенгалии. В качестве метода борьбы был избран бойкот английских товаров, выраженный лозунгом свадеши («отечественный», имелась в виду пропаганда покупки исключительно отечественных товаров). Одновременно появился лозунг сварадж («самоуправление»), который расшифровывался как «стремление к получению статуса доминиона».

Конгресс стал превращаться в политическую партию. В провинциях были созданы постоянно действующие комитеты Конгресса, начали возникать также комитеты в ряде дистриктов.

Бойкотирование лавок с английскими товарами и демонстрации протеста на территории Бенгалии прошли достаточно массово. Однако в 1907 г. движение стало выдыхаться, и умеренное крыло Конгресса, вновь провозгласив целью достижение свараджа, решило, тем не менее, движение прекратить. Это вызвало раскол Конгресса. Тилак увел своих сторонников с заседания и в своих газетах еще более ужесточил призывы бороться с англичанами. Он был арестован и приговорен к шесть годам тюрьмы. Англичанам удалось справиться с этим первым подъемом массовой национально-освободительной борьбы.

Борьба против раздела Бенгалии имела противоречивые последствия. С одной стороны, она ознаменовала принципиальный разрыв даже умеренных национальных лидеров с колониальной властью. Лоялистские настроения в отношении англичан практически исчезли. В движение впервые включились довольно массовые слои индийского городского населения. Произошло «пробуждение Индии», каким бы ни было оно тогда ограниченным.

С другой стороны, та же борьба проложила грань, которая оказалась впоследствии непреодолимой, между основными религиозными общинами Индии. Национальный конгресс, отстаивая единство Бенгалии, вольно или невольно встал на сторону индусских заминдаров, владевших землями в Восточной Бенгалии, не считаясь с интересами мусульманских крестьян. Наиболее негативную роль в расколе национального движения по конфессиональным линиям сыграл не раздел сам по себе, а борьба против него.

В 1906 г. в Дакке, столице Восточной Бенгалии, была создана Мусульманская лига — партия, поставившая своей целью защиту политических прав мусульман. В ответ активизировалась деятельность индусских коммуналистских (т. е. религионо-общинных) организаций «Шри Бхарат Дхарма мандал» («Круг дхармы благородной Индии»), «Хинду махасабха» («Великое собрание индусов») и др.

В среде индусских коммуналистов в начале XX в. возникло радикальное крыло. В Махараштре руководителями радикальных организаций были братья Саваркары. Один из них, Винаяк Дамодар Саваркар (1883–1966), позднее сыграл крупную роль в идеологическом оформлении индусского коммуналистского движения. В 1910 г. его арестовали и приговорили к пожизненной каторге.

В Бенгалии в начале XX в. действовали две подпольные организации, призывавшие к террористическим методам борьбы: «Джугантар» в Калькутте и «Анушилон Самити» в Дакке. С ними был связан Ауробиндо Гхош (1872–1950), ставший впоследствии известным религиозным проповедником. Несколько раз его привлекали к суду в связи с террористическими актами, но не могли доказать его непосредственное в них участие. Неожиданно в феврале 1910 г. он оставил политическую деятельность, укрылся во французском владении Шандернагоре и провел последние почти 40 лет жизни в Пондишери, занимаясь проблемами религии и морали.

В 1908–1910 гг. большинство революционеров-террористов были арестованы, другие вынуждены были уехать из страны.

Стабилизация колониального режима накануне Первой мировой войны

Наряду с репрессиями колонизаторы использовали также метод уступок. В августе 1907 г. два индийца, индус и мусульманин, были введены в состав Совета при министре по делам Индии в Лондоне. В 1909 г. был принят новый «Закон об управлении Индии», который в литературе получил название реформы Морли-Минто по фамилиям статс-секретаря по делам Индии и вице-короля. По этому закону при генерал-губернаторе создавался Имперский законодательный совет из 68 членов, из них лишь 25 попадали туда в результате процедуры, напоминавшей выборы. Среди избираемых депутатов не менее 6 должны были быть мусульманами. Совет получал право обсуждать бюджет и принимать резолюции по нему и другим вопросам, за исключением касающихся армии, внешних сношений и отношений с княжествами. Эти резолюции не были обязательными для исполнения правительством, а носили характер рекомендаций.

Законодательные советы в провинциях также были расширены, и в них вводилось большинство избираемых членов. Все выборы были не прямыми, а двух- и трехступенчатыми. Высокие имущественные и образовательные цензы ограничивали число избирателей пятью-шестью тысячами.

Наиболее серьезным и противоречивым по последствиям новшеством стало введение куриальной системы, обеспечивавшей некоторые преимущества для мусульманской верхушки.

Все же реформа, как и репрессивные меры, привели к установлению определенного спокойствия. Годы между 1908 и началом Первой мировой войны можно рассматривать как период консолидации колониального режима. Казалось, что англичане справились с основными проблемами, и их власть незыблема как никогда.

Демонстрацией незыблемости стал визит в Индию (впервые в истории) английского короля (одновременно — императора Индии) Георга V в 1911 г. В этом последнем качестве он был коронован в Дели на пышном съезде всех вассальных князей (дарбаре). На приеме он объявил, что столица Британской Индии переносится из Калькутты в Дели и что раздел Бенгалии отменяется. Вскоре индийским офицерам было облегчено продвижение по службе, им разрешили получать английские военные награды и ордена.

Однако подспудно происходила такая перегруппировка сил, которая вскоре после войны поставила колонизаторов перед практически неразрешимыми проблемами. Прежде всего англичане стали терять свои позиции среди мусульман. Отмена раздела Бенгалии рассматривалась ими как «предательство» со стороны колониальных властей и значительно подорвала лояльность Мусульманской лиги. Лига стала дрейфовать в лагерь национально-освободительного движения. К руководству Лиги пришли новые люди, некоторые из них были одновременно членами Конгресса. В 1913 г. Лига выдвинула требование предоставления Индии статуса доминиона. Таким образом, программные установки Конгресса и Лиги стали по существу идентичными.

Консолидировался и Конгресс. Начали восстанавливаться связи между «умеренными» и «крайними». «Крайние» стали отказываться от насильственных методов борьбы, а «умеренные» усвоили значение массовых движений. В 1912 г. был принят новый устав Конгресса. Впервые были разработаны правила избрания делегатов на ежегодные сессии. Целью было провозглашено «достижение самоуправления в составе Британской империи конституционными средствами». Национально-освободительное движение находилось на пороге нового подъема.

Начало XX в. ознаменовалось дальнейшим развитием индийской экономики. Страна все увереннее становилась частью мировых экономических и хозяйственных связей, процесс модернизации и капиталистической трансформации Индии вышел на качественно иной уровень.