Глава 17. РОССИЯ—ГЕРМАНИЯ

Глава 17. РОССИЯ—ГЕРМАНИЯ

(Факты и теории, беседы и личные впечатления)

Так получилось, что 60-летие Победы автор этой книги застал в Германии, в Аугсбурге. В том, 2005 году меня с Германией связывали и некоторые журналистские темы. В рубрике «Столицы мира» журнала «Моя Москва» вышла статья о Берлине, что-то вроде дорожных наблюдений, плюс «размышления у обочины», «современность и история»... в общем, жанр известный. А статья в журнале «Новая неделя» (в марте 2005 года) — это было уже гораздо ближе к темам этой книги. И хотя ее заглавие «Адольф Гитлер как трастовый управляющий ЗАО «Европа» редактор не пропустил, все равно я ему был очень благодарен. Понятно, что имя фюрера, стоящее (в любом контексте) в названии статьи в российском журнале, как-то напрягает. Поменяли. Других купюр, искажений, чего-либо, на что может пожаловаться автор, не было. Более того, образовалась интересная «обратная связь»: редактор держал меня в курсе звонков самых разных лиц и организаций «по поводу изложенного материала о войне». Кстати, даже и альтернативное название той статьи, пошедшее в итоге в печать: «Кого пригласят на 100-летие Победы?» — нельзя было назвать таким уж бессмысленным. Как иногда сваливают: «результат уступки, следствие давления цензуры, самоцензуры». Если первый (мой) вариант — слоган, прямой упрек Европе, передавшей свой военно-экономический потенциал Гитлеру и тем неизмеримо усложнившей Советскому Союзу задачу своего освобождения, то вариант № 2 (редактора А.Чуркина) — размышление: как наши и европейские оценки одного и того же события, Второй мировой войны, менялись и как, наверное, будут меняться от юбилея к юбилею.

Отправной точкой памфлета послужил некий, если вдуматься, парадокс: неприглашение французами России на праздник 40-летия открытия Второго фронта в 1994 году (при Ельцине) и приглашение — на 50-летие (при Путине)...

В эту главу я решил свести все проходящее по графе «личные русско-германские впечатления». Их очень немного, моих собственных наблюдений, встреч, бесед или споров, имеющих отношение к темам войны или вообще к любым моментам русско-германской истории. И включил я их почти все. Что-то может показаться вам незначительным или слабо связанным с темой книги, но... Все же наличествует у меня такое особое уважение к «первичному факту истории»...

Очень запомнился мне, еще из советских времен, такой случай. Один научный сотрудник долго работал в каких-то провинциальных архивах и в результате нашел ранее неизвестное письмо В.И. Ленина. Подлинник. Собственно, это была записка примерно такого содержания:

«Распоряжение. Товарищу такому-то, отправляющемуся с ответственным поручением в Архангельск, срочно выдать пару валенок и тулуп. Председатель Совета Народных Комиссаров. (Подпись) Ленин».

Все экспертизы подтвердили: все абсолютно верно, написано Лениным. Собственноручно. Статья автора находки (как он работал, как «верил и искал») запомнилась мне весьма приблизительно. Но навсегда запомнились смысл и дух обрамляющих статей в том же номере журнала и комментариев и «откликов на событие» в других изданиях того периода.

Во-первых. Хорошая, добрая зависть к счастливому автору находки: «Диссертация, считай, в кармане!»

Во-вторых. Пожелания-напутствия и всему сообществу. Вроде: «Надо не отсиживаться, не «протирать штаны» в институтах, а смелее, настойчивее работать в архивах, в провинциях, встречаться с людьми... «Ведь только так можно открыть что-то действительно новое».

В-третьих. Общая профессиональная радость: «Благодаря нашей работе, работе историков следующее «Полное собрание сочинений В.И. Ленина» выйдет на 2—3 странички (это найденная записка со всеми полагающимися комментариями и примечаниями) полнее».

И действительно, то не были пустые комплименты «автору серьезного вклада». Ведь и в предыдущих изданиях «Полных собраний сочинений В.И. Ленина» были если не тома, то уж точно сотни страниц писем-записок, на фоне которых «наша, тулупо-валенковая», смотрелась ничуть не бледнее.

Темы будущих диссертаций, выстраиваемых «вокруг находки», проглядывали безо всяких натяжек. Или: «Новое — о внимании к кадрам, о заботливости о людях» (валенки и тулуп), или: «Новое о ленинском внимании к проблемам Севера» («ответственное поручение» было — в Архангельск). Плюс, разумеется, монография с биографией того «одетого-обутого» товарища.

Но главное, вся суть была в этом, добытом честным трудом праве на «новое в...».

Может, с тех пор у меня слух так развился, некая особая чувствительность, но только я постоянно улавливаю этот общий тон в любой оценке. Словно спрашивают: «Ну, что нового?», «Открыл что-нибудь или перелопачиваешь старое?».

Что тут ответишь? В этой книге — относительно новыми, малознакомыми персонажами вы признаете, возможно, только группу историков, привлеченных мною для критики Клаузевица (в соответствующей главе). А сквозной тезис, слоган: «Адольф Гитлер как трастовый управляющий ЗАО «Европа» — он уже отражает реальность, многим известную. Новыми были бы предложенные термины «Большая война», «право Большой войны», но еще потребуется огромная, несравнимая с проделанной работа, чтобы эти полуинтуитивные определения стали признанными терминами.

Остальное в этой книге базируется на давно известных фактах, словах и делах знакомых, в общем, исторических лиц. Чемберлен, Гитлер, Черчилль, Клаузевиц, Гуго Гроций... Единственно плодотворными здесь будут только попытки составления новых комбинаций фактов. Достигается или нет, хотя бы эмоционально новое восприятие — прошу судить по нижеследующему этюду.